Летний вечер

Тортик вкусный. Но все равно мне грустно. Слишком грустно. И слишком тихо. — Компьютер, онлайн-радио, случайный выбор станции. — командую я. Консоль задумывается на мгновение, а затем комнату заполняет музыка. О, где они только это откопали? Этой песне — больше чем мне, она была ретро, еще когда я в школу ходила. Впрочем, песня все равно душевная. И как подходит... Как же ее звали, она еще знаменитой сэйю была... Точно. Хаясибара. Хаясибара Мегуми. "Тридцать лет". Juu nen mae no watashi ni Omoikiri muri o shi nasai Gamushara ni butsukatte Shikkari kizutsuite to Juu nen go no watashi ni wa Ammari muri o shinaide Yukkuri to anata rashiku Toki o kasanete ite to tsutaetai. (Сказать бы себе лет десять назад: Не смей сдаваться, не смей убегать, Не плачь, и cмело иди вперед, Будет больно, но это пройдет. А той, кем я буду лет десять спустя Зарок оставлю другой уже я: В пекло за батьку не лезь наперед, Пусть помедленней время идет.) Песню обрывает звук, который я слышу очень редко. Что за дела? Дверной звонок? Да кого там принесло на ночь глядя? — Компьютер, видеоглазок. На экране угадывается чей-то силуэт, скрытый в тени. Определенно женский — сумочка, юбка. Мама, что ли, пришла? Нет, она ведь уже сегодня звонила, поздравляла... Черт, это же хозяйка за квартплатой явилась. Как раз время подошло. Есть у нее такая привычка, по вечерам приходить... Я пинаю подушку и плетусь к выходу. Снова звонят. Да иду, иду уже. Приоткрываю дверь. Ммм...кажется, это не хозяйка. А кто же тогда? Кому это я могла понадобиться поздно вечером? Из комнаты на незваную гостью падает свет. На секунду я теряю дар речи. — Привет... Куроки-сан. — К-Комияма..? — выдыхаю я. — Ага, — Коми еле заметно улыбается. Выглядит она как-то потрепанно, но узнаваемо. У нее блестят глаза. По-моему, у меня тоже. — Ну что, с днем рождения? — Ты... Ты помнишь! Но откуда ты... — я вдруг замолкаю на полуслове. Замолкаю, потому что трудно говорить, когда у тебя на шее повисла давняя подружка (или соперница? Сейчас уже все равно). Комияма жмется ко мне, как продрогший котенок. Я несмело обнимаю ее. На самом деле я тоже рада ее видеть, настолько, что сжимает горло и я вот-вот готова разреветься. Коми поднимает на меня полные слез глаза. — Чего плачешь? Где пропадала? Что случилось? Ну как ты? Заходи, тортик будешь? — у меня сотня вопросов, но я не успеваю сказать ни слова — Коми неожиданно прилипает к моим губам в жарком поцелуе. Я ошалело стою, ничего не понимая. У меня кружится голова. Что...? Что она делает? Она что, из этих...? И почему... Почему это так приятно?... "А, гори все синим пламенем! Юри так юри!" — проносится молнией мысль, и я, уже не сдерживаясь, изо всех сил прижимаю ее к себе. И — просыпаюсь.

-----——— Конец ———-----