Своя атмосфера

      Микеланджело неотрывно смотрит на Неё, и в его взгляде можно заметить радостный трепет с толикой искреннего восхищения. Он собирается с мыслями довольно долго, прежде чем наконец решается присесть рядом, сократив между ними явно лишнее расстояние.       - Детка, даже сияние звёзд не сравнится с твоей ослепительной красотой. И как только такое очаровательное создание позволяет себе скучать в этот чудесный вечер? О, я уверен, мы смогли бы прекрасно провести время вдвоём. Наедине. Тут слишком шумно, тебе так не кажется?       Младший из черепах облокотился на край стола, в этот раз уже призывно и даже с вызовом глядя на красотку из-под полуопущенных век, но неожиданно появляется Раф, одним только видом испортивший всю романтичность атмосферы, и резко притягивает Её к себе, шипит что-то вроде «моё» и «убери свои грязные лапы».       - Эй, я первый её пикапил! Между прочим, прямо как ты меня и учил, - недовольный Майки пытается было снова поближе подобраться к Ней. Она, заслонившись от мира сего молчаливой гордостью, не проявляет никакого возражения, когда саеносец закрывает Её собой, но в то же время и не отвечает так нагло похитившему Её у Великого Майкстера наглецу.       Жутко обидно, когда твой бро уводит добычу прямо у тебя из-под носа. Рассердившись, младший ощутимо лупит Рафа по панцирю, пытается вырвать Её из рук. Это приводит к тому, что где-то через минуту криков и шума они валяются на полу, мутузя друг друга.       А в это время, не удосужившийся стать свидетелем начала разыгравшейся драмы Лео, как ни в чём не бывало прошёл в помещение. Он решил, что не обязан никого разнимать, и эта непривычная ему мысль пришла не случайно. Их бесстрашный лидер тоже был околдован Её великолепием, но, как и полагается старшему, поступил умнее всех.       Лео схватил вилку, проткнул Её нежную плоть и жадно сожрал в одиночку, по-быстрому и пока никто не видит, не оставив даже напоминания. Долго убивался впавший в безумство от дикого горя Микеланджело (ровно две минуты и тридцать три секунды, до тех пор, пока микроволновка не издала радостное пиликание).       Нет повести печальнее на свете,       Чем повесть о Майки и котлете.