Семь дней

— Ты уверен? — Да, я в норме, итак тут почти неделю пробыл, — Шизуо надел ботинки, поправил жилетку и уже собирался выходить. — Зайди ко мне вечером, я дам тебе ещё кое-какие таблетки. Сейчас их у меня нет, но к вечеру обязательно раздобуду, — Шинра похлопал друга по плечу. Вышибала коротко кивнул и вышел из квартиры, вскоре его примеру последовали и Шинра с Селти. Уйдя, они оставили Орихару в квартире одного, маяться от безделья. В его состоянии было слишком небезопасно даже высовываться из-за входной двери, вдобавок к абстрактным проблемам добавлялось и то, что ноги всё ещё не пришли в рабочее состояние, из чего следовало, что в целом курс выздоровления продлится минимум дня три. Орихара, подумав об этом, почти впал в апатию и, не придумав ничего умнее, просто сел за бумажную работу. Весь день информатор разбирал файлы и папки по местам, но хаос и не думал превращаться в порядок, что несколько раздражало вместе с тем, что и альтернативы нынешнему занятию не находилось. Только ближе к пяти в дверь позвонили: Орихара быстро сообразил, что Шизуо пришёл за своими лекарствами, поскольку у остальных двух возможных гостей имелись при себе ключи. Охотно встав с кровати, брюнет похромал в сторону двери, и, открыв её, не удивился, увидев блондина. — О, Шизу-чан, что, уже соскучился? — улыбаясь, протянул Изая. — Я пришёл за лекарствами, — голос блондина звучал несколько отстранённо, что заинтриговало Изаю, особенно после стольких часов безделья. — Айболит ещё не вернулся, проходи. Орихара вернулся к дивану и с облегчением уселся на нагретое местечко, Шизуо же сел рядом и начал смотреть на экран. Казалось, что во всей квартире этот телевизор стал окном в другое измерение и поводом игнорировать всё вокруг. — Что-то ты не весёлый, Шизу-чан. Есть ведь и хорошая сторона в том, что тебя так отметелили. — Ты это к чему? — не понял Хэйваджима, разрываясь между любопытством и желанием дальше пялиться в телевизор. — Ты всегда не любил свою силу, а тут выясняется, что не такая уж она и чудовищно безграничная, как кажется, — беззаботно рассуждал парень. — Разве не здорово, чувствовать себя таким же простым человеком как все? Вышибала какое-то время молчал, затем посмотрел на брюнета, стараясь угадать, пытался ли его враг его ободрить, и какая ему с этого выгода. — Думаешь, зачем я пытаюсь тебя подбодрить? Я сам не знаю, поэтому при всём твоём и своём желании, не могу ответить. — Нет, ты знаешь, — блондин развернулся лицом к собеседнику. Он не знал, с чего стал так уверен в своём предположении, но интуиция просто кричала о том, что всё сходится. — С чего ты взял? — Изая смотрел в глаза Шизуо, пытаясь прочесть, что у того на уме, но тщетно. — Как правило, ты либо что-то знаешь, либо знаешь, но скрываешь. — Боже, не говори такими длинными и сложными предложениями, ты меня пугаешь. — Думаешь, я настолько туп, что не могу говорить нормально? — Хэйваджима сжал кулаки и начал потихоньку закипать. Не смотря на то, как много произошло между двумя вечными врагами, взаимную, пусть даже и наигранную, ненависть было не отнять. — Какой сложный выбор. Если я скажу «нет», ты подумаешь, что я тебя уважаю. А если «да», то ты меня побьёшь, — хихикнул Орихара, пользуясь тем, что в данный момент он был по-своему неприкасаем. — Сколько же раз тебя надо покалечить, — блондин встал на ноги, — чтобы ты прекратил свои идиотские игрушки. Блондин в порыве гнева уже собирался поднять диван вместе с информатором и выкинуть в окно, но вовремя вспомнил обещание, которое прочно засело у него в голове. С досады Шизуо схватил подушку и запульнул в Изаю с такой силой, что тот перелетел через подлокотник дивана. Встав с пола, Орихара потёр затылок и бросил испепеляющий взгляд в сторону нападающего. — Как это по-взрослому, Шизу-чан. Информатор поднял подушку и кинул её обратно, но Хэйваджима перехватил импровизированное орудие, подошёл к противнику и, присев рядом, придавил лицо брюнета подушкой, стараясь при этом не переусердствовать. — Заткнёшься ты когда-нибудь или нет? — замолчав, блондин услышал, как из-под подушки доносится сдавленный смех. — Чего ржешь?! Изая убрал с лица злосчастную подушку, на его глазах от смеха выступили слёзы. Шизуо слегка покраснел, улыбка информатора оказалась на удивление привлекательной, так искренне он улыбался очень редко, что дало своего рода эффект внезапности. Хэйваджима, опираясь на руки, навис над Орихарой, чтобы оказать хоть какое-то давление и угомонить его. — Да хватит уже смеяться! — Изая всё ещё улыбался и смотрел на блондина, лицо которого было уже полностью красным от смущения. Затем руками обхватил его шею и, слегка подтянувшись, поцеловал сухие чуть потрескавшиеся губы. Блондин, на своё удивление, не стал этому сопротивляться, отдаваясь ходу событий. Но долго всё не продлилось, брюнет отстранился, проводя по светлым волосам тыльной стороной ладони. — Всё это так глупо, ты так не считаешь? — почти прошептал брюнет. — Когда любишь — это любовь, когда ненавидишь — ненависть. А когда и то, и другое, что это? — Глупость, — Шизуо озвучил первое, что пришло в голову — Забавно. Значит всё, что мы можем сделать вместе, это только глупость? — Будешь философствовать, я тебя ударю, — Хэйваджима принял, наконец, сидячее положение, попутно схватив информатора за руку и притянув к себе. — Ты что, дурачок? — Шизуо вопросительно изогнул одну бровь. — Кажется так я сказал при первой нашей встрече, — Орихара полностью осознал, что увиденное во сне оказалось не просто иллюзией. Давняя встреча, которая, несмотря на длительный перерыв, не смогла закончиться. Любой бы счёл подобное знаком судьбы. — Кто бы мог подумать, что я настолько быстро и точно смог тогда описать всю твою личность. Некоторое время оба просидели в тишине, Хэйваджима явно что-то прокручивал в голове и, когда наконец решился, произнёс вслух. — Эй, Шинра ведь не может наблюдать за тобой, — немного запинаясь, начал блондин, — если хочешь, я могу за тобой присмотреть, у меня есть где-то раскладушка. Мало ли «квадраты» тебя снова найдут и… — неуверенную и тихую речь прервал смех, но не издевательский, как это было всегда. — Да, Шизу-чан, не знал, что ты можешь быть настолько милым. Прямо, как маленькая собачка, — Шизуо снова покраснел и, взяв уже в конец замученную подушку, лежащую рядом, прижал её к лицу Изаи, чтобы заглушить его смех. Через минуты три замок наружной двери щёлкнул, и, приведя себя в порядок за рекордное время, парни снова, как ни в чём не бывало, сели на диван. — О, Шизуо, ты уже тут? Вот, держи, — Шинра достал из кармана пузырёк с лекарством и протянул его другу. — Спасибо, ну, я пойду, — Хэйваджима только собрался уходить, как услышал голос Орихары за спиной. — Да, знаешь, Шинра, я, пожалуй, тоже пойду. — Ты? Куда? Ты же кое-как ходить можешь! — врач попытался остановить брюнета, но без толку. — Всё нормально, думаешь, если я делаю что-то на вид безрассудное, я не просчитал всё заранее? — с этими словами оба парня вышли из квартиры, оставив Кишитани в недоумении почёсывать затылок.

***

— Эй, Шизуо, открывай! У нас тут дело новое, Шизуо! Ты уже вторую неделю отлыниваешь. Том стоял на пороге квартиры и барабанил в дверь уже около пяти минут, но никто не открывал, только изредка было слышно какое-то подобие голоса. Наконец, потеряв всякое терпение, мужчина зашёл в дом, так как знал, что Хэйваджима никогда не закрывает дверь на замок. На то была простая причина: никто в здравом уме не сунется в апартаменты ходячего воплощения насилия. Когда же Танака прошёл в комнату, он очень об этом пожалел, потому что в него тут же полетел стул. — Ты тут сколько ещё жить собираешься?! — Пока полностью не поправлюсь, ты сам меня позвал, Шизу-чан. — И-Изая? Что ты тут делаешь? — Том с ошарашенным выражением лица смотрел на держащего второй стул блондина и информатора, который расположился на кресле в позе лягушки. — О, давно не виделись, Танака, — Изая дружелюбно помахал рукой, — а я тут живу. — Ж-живёшь?! — Том почувствовал, как земля уходит из-под ног, но окончательно его добила следующая фраза. — Да. Мы встречаемся, — всё так же мирно добавил Изая. — Встречаетесь?! — слабость подкосила ноги, и Танака, сделав шаг назад, прислонился спиной к дверному косяку. — Заткнись, блоха! Том, не слушай этого… Том? — однако, тот уже не слушал, просто бубнил под нос что-то нечленораздельное, а глаза бессмысленно смотрели куда-то вдаль. — Смотри, что ты наделал, идиот, проваливай из моего дома! — второй стул полетел в брюнета, но парень быстро вскочил и обратным сальто перемахнул через спинку кресла. — Нет, я ранен. А ты обещал за мной присмотреть. Или, — Изая сделал максимально милое и грустное выражение лица, на которое только был способен, — Шизу-чан, ты меня тоже оставишь? — в ответ на такой трюк Хэйваджима покраснел, со всей силы ударил в стену, и, оставив в ней здоровенную дыру, буквально убежал в другую комнату. — Шизу-чан больше не хочет играть? — пропел Орихара, пародируя детский голос. — Пошёл вон из моего дома!