Семь дней

Проснувшись на следующий день, Шизуо осознал, что Орихара за весь вчерашний вечер так и не вернулся. Игнорируя стопорящие мысли, которые лезли в голову по привычке, вышибала вышел в коридор и, распахнув дверцу шкафа, начал взглядом выискивать осточертевшую за столько лет куртку информатора. Не найдя там оной, парень пошёл дальше и осторожно приоткрыл дверь в комнату Изаи, но и там его не наблюдалось. В мысли закрались подозрения и даже тревога, но Хэйваджима быстро отогнал их в сторону, понимая, что Орихара, хоть и ранен, но не маленький ребёнок, скорее всего, он просто не выдержал сидения дома и ушёл налаживать дела и плести козни. Более того, как бы Шизуо не выводила из себя эта мысль, он не мог откреститься от того, что информатор, скорее всего, просто вдоволь наигрался со своим врагом, и теперь даже причины оставаться у него не было. Злобно шикнув и попыхтев ещё пару минут от недовольства и ущемлённого чувства собственной важности, Хэйваджима увалился перед телевизором, чтобы заполнить голову любой мусорной информацией кроме той, которая находилась там сейчас. Однако подходя к дивану, блондин почувствовал, как от ноги что-то отскочило, присмотревшись, он заметил что-то маленькое и чёрное. Нечто оказалось телефоном Орихары, и Шизуо довольно быстро выстроил логическую связь, которая вернула чувство тревоги. — Чтобы блоха ушёл без своего телефона? Быть не может, — проговорил Хэйваджима, вертя при этом раскладушку в руке. В прошлом такая ситуация не должна была ничего изменить, вышибала бы просто выкинул мобильник и понадеялся, что Изаю кто-нибудь выпотрошит в подворотне. Но благодаря событиям прошедшей недели блондин очевидно не желал такого исхода, ведь, как выяснилось, Изая не утратил все эмоции к ряду и не родился тотальным засранцем. Шизуо видел это в его мимике, поведении, эмоциях, которые он в кой-то веки показал другим. Думая об этом, Хэйваджима медленно, но верно, приходил к осознанию того, что то, до чего докатился Орихара, было просто огромной и глупой ошибкой, игрой, в которую информатор явно заигрался. — Вот чёрт, — словно подытожив свою череду озарений, Шизуо схватил первую попавшуюся под руку толстовку и выскочил на улицу. Самым разумным решением было направиться к аптеке: вышибала осматривал каждую мелочь, ища в узких улицах следы драки или простого нападения. И это наблюдение не прошло бесследно: почти добравшись до аптеки, вышибала заметил на асфальте едва различимые капли крови. Учитывая условия жизни в Икебукуро, можно было бы не удивиться и целой луже алой жидкости, но только не сегодня. Каждое совпадение могло привести к ответу. Осмотревшись по сторонам, блондин подметил двух подозрительно выглядящих парней, которые явно были чему-то рады, но при всём этом старались особо этого не показывать. — Жуть, не думал, что так легко его поймаем. — Да, всё-таки не просто так его даже полиция опасается. Единственный, кто может приблизиться к Хэйваджиме и уйти с целыми костями… Только ухо вышибалы уловило последнюю фразу, как рывком он схватил одного из парней за ворот и притянул максимально близко к себе. Страху, который испытал парнишка, не было предела, ему казалось, что он смотрит в лицо дьявола, чей взгляд пронзал подобно тонкой игле, а оскал выглядел страшнее львиного. — Где?!

***

В это время почти все оставшиеся «синие квадраты» собрались на месте бывшего убежища «жёлтых платков». Тому было весьма логичное объяснение, ведь не каждый день появлялась возможность схватить самого лучшего информатора во всём Токио, который ещё пару дней назад наблюдал за всеми свысока, а сейчас сидел в крови, примотанный колючей проволокой к столбу. — Что? Хэйваджима идёт сюда? — один из тех, кто поймал Изаю, он же, судя по всему, заправлял всем процессом, пока не было босса, достаточно громко говорил по телефону. — Ладно, это ничего, он, наверное, сам хочет прикончить своего врага. Да, до связи, — засунув телефон в карман брюк, он повернулся в сторону брюнета, который довольно безразличным взглядом смотрел ровно в одну точку на полу, местонахождение которой было известно, кажется, только ему одному. — Эй! Слышал, Орихара?! Сюда идёт твой любимый Шизу-чан. Чувствую, ты намучаешься перед смертью. — Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, — так же безэмоционально, как и выглядел, отозвался Орихара, думая совершенно о другом. Смех толпы эхом отдавался откуда-то издалека, навевая воспоминания о школьных днях. Как бы странно это не звучало, они с Хэйваджимой пытались убить друг друга строго после школы, иначе от академии камня на камне бы не осталось. В классе же они всячески выставляли друг друга на посмешище: от банальных подножек постепенно перешли к заранее спланированным действиям. И хоть у Изаи это получалось лучше, Шизуо никогда даже не думал о том, чтобы сдаться.

***

— Шизу-чан! Выходи, поиграем, — парень лет четырнадцати вошёл в тёмный кабинет. Медленно пройдя к классной доске, он почувствовал, как что-то мгновенно обхватило его ногу и дёрнуло с такой силой, что брюнет полетел вверх ногами, а после щелчка так и завис в одном положении. Из кармана выпал нож, и освободиться было уже невозможно. Когда же включился свет и вошёл класс, все лицезрели довольно красивую картину: Изая висел вниз головой на верёвке, на фоне доски, на которой кривым почерком красовалась надпись: «цирковая блоха». Почти все дружно засмеялись, им нравилось смотреть на разборки известной уже на всю школу парочки. Это было как вечное соревнование: два бойца, зрители в лице парней, судьи — учителя, у каждого была даже группа поддержки. — А-а! Изая-кун, ты в порядке? — группа девчонок скучковалась вокруг брюнета, пытаясь аккуратно опустить его на землю. — Буду, где-то… через минуту, — улыбнувшись, ответил тот, совершенно игнорируя то, как кровь приливает к голове. Тому было простое объяснение, через минуту в класс забежал Хэйваджима, взъерошенный испачканный в разноцветной краске и блёстках. — Изая! — голос блондина ещё не полностью сломался, поэтому звучал довольно звонко. — Йо, Шизу-чан! — Орихара раскачивался из стороны в сторону, сложив руки на груди. — Ты так блестяще выглядишь. Прежде чем Шизуо успел накинуться на врага, тот выхватил из рук девчонки подобранный нож и, перерезав верёвку, понёсся прочь с максимально возможной скоростью. Вошедший учитель был совершенно спокоен, когда мимо него пролетели двое его учеников: он уже давно привык к таким выходкам и понял, что их невозможно остановить в процессе. Такие развлечения продолжались до самого выпуска, вернее сказать, и после него ничего не изменилось, кроме масштаба и разрушительности.

***

— Нашёл время для трогательных воспоминаний, — Изая улыбнулся, и из разбитой губы потекла тонкая струйка крови. — Значит так, слушайте все, — временный глава собрал всю свору вокруг и явно ощущал себя великим оратором, — сюда идёт Хэйваджима Шизуо, как только он отвлечётся на Орихару, стрелять без промедления! — Ой-я, прямо как в аниме дораме, Эрика была бы на седьмом небе от счастья. Спустя где-то полчаса дверь с грохотом слетела с петель. Ожидаемый гость стоял в проходе под проливным дождём, от холода и сбившегося дыхания изо рта вышибалы шёл пар, что только добавляло ужаса в его вид. Никто не успел ничего понять, как он рванул вперёд, вырубая членов группировки одного за другим. От мощных ударов парни отлетали метров на семь в стороны: кого-то парень просто запускал в воздух, кого-то хватал за ноги и, раскручивая волчком, кидал в остальных. После того, как парень схватил железный прут, расправа пошла ещё быстрее и болезненнее. — Чего встали, ослы?! Убейте уже его! — кое-как сориентировавшись в пространстве, «квадраты» начали пальбу, но от паники получилось у них из рук вон плохо. — Шизу-чан, ты зачем тут? — удивлённо спросил Изая, как только Хэйваджима подошёл к нему. — Не начинай, блоха, будто сам не знаешь, зачем я тут! — блондин слегка покраснел и, не обращая внимания на шипы вонзающиеся в руку, начал развязывать брюнета. — Да, знаю, но так выглядит более драматично, — ухмыльнувшись, произнёс парень. — Кстати, Шизу-чан, у меня ноги сломаны. — И чего ты тогда улыбаешься, придурок? — в этот момент что-то будто щёлкнуло в голове у Хэйваджимы, появилось ужасное ощущение дежавю. В памяти всплыл расплывчатый образ улицы и какого-то мальчика, он улыбался и, одновременно с этим, у него на глазах наворачивались слёзы. Однако из транса парня вывела пуля, угадившая прямиком в плечо. — Чёрт! — прошипел блондин, схватившись за руку, в которую уже второй раз за неделю попала мелкая металлическая пакость. Раздражение накрыло новой волной, и возиться с хитроумными узлами металлической проволоки не хватило терпения. Поэтому Хэйваджима просто разорвал путы и, подхватив Изаю на руки, ринулся из склада. — О, Шизу-чан, прямо так? — даже в таком скверном положении информатор не мог не паясничать. — Ты закроешь рот или нет?! Хэйваджима нёсся по переулкам, что есть силы, но никакая скорость не могла спасти его от свистящих в паре сантиметрах от него пуль. Вдобавок ко всему, сказалось то, что блондин не принял с утра обезболивающее, и старые раны заболели наравне с новыми. Бежать стало заметно тяжелее, руки не могли удержать возложенный на них груз, от чего начали подрагивать. Настолько непривычных ощущений Шизуо не испытывал с детских лет, когда его физические данные были далеки от идеала. Вышибала не знал, сколько ещё сможет бежать, но ответ настиг его быстрее, чем эта мысль дошла до стадии проблемы. Ноги подкосились, и в этот же миг блондин почувствовал, что одна из шальных пуль угодила ему в ногу. Пролетев около метра, Орихара вместе со своим спасителем повалились на промокший асфальт. — Гадство, — прошипел Изая, схватившись за ногу. — Есть запасной план? — брюнет оглянулся, смотря, как свора стремительно их нагоняет, затем перевёл взгляд на Шизуо, что совершенно сбило с мысли. — На тебе что, моя толстовка? — Замолчи! Я надел первое, что под руку попалось, потому что спешил сюда, чтобы спасти твою блошиную задницу! Шизуо замолчал, смотря на по-настоящему удивлённое лицо Изаи. Немного подумав, он понял причину такого ступора у брюнета и, слегка смутившись, отвёл взгляд. Тем временем становившееся всё громче голоса оповещали о том, что толпа приближалась. Собрав последние силы, Хэйваджима поднял Орихару снова и, уже хромая, попытался скрыться в запутанных переулках. Силы окончательно покинули его в одном из тупиков, и, чтобы выиграть хоть сколько-то времени, парни отползли за один из мусорных контейнеров. «Квадраты», упустившие жертв из виду, разделились и стали прочёсывать округу, это был только вопрос времени, когда они должны были найти беглецов. Вышибала пытался прийти в себя от свежих пулевых ранений и таскании Орихары, а информатор — от дикой боли в ногах. Что делать дальше, не знал ни один из них. Дождь лил сильнее и сильнее с каждой секундой, барабаня по крышам, звеня от попадания в разросшиеся лужи. Вся одежда промокла насквозь, и от этого ветер казался ещё холоднее, чем уже был. Хэйваджима прижался спиной к стене и снова схватился за плечо, в глазах постепенно мутнело от боли, он чувствовал, как сознание медленно, но верно, его покидает. Информатор же подполз к блондину, то ли оценивая его состояние, то ли просто разглядывая. Он смотрел, как капли воды стекали по его намокшим волосам, как пятно крови на рубашке размыло водой, от чего казалось, будто Хэйваджима весь истекал кровью. — Прости, Шизу-чан, — Орихара всё ещё мог сохранять самообладание и даже придумать, как скрыться самому. Но какой бы план не промелькнул в голове, он полностью исключал спасение вышибалы. Голова гудела так сильно, что все посторонние звуки отошли на задний план, пока неожиданно в симфонии из дождя, криков и хлюпанья не появился новый инструмент. Стук деревянной платформы по асфальту становился всё чётче, подобно старым напольным часам, Изая медленно обернулся, всматриваясь в стену из дождя, за которой обозначился тёмный силуэт кого-то очень высокого и крупного на телосложение. — А, вы опять дерётесь? Драться не есть хорошо. Приглядевшись, информатор, наконец, различил в ливне Саймона, который в своей привычной манере начал лекцию, знакомую ему ещё со школы. Затем, полностью игнорируя все травмы и раны найдёнышей, мужчина схватил их и довольно грубо перекинул через плечи, потащив из переулков. Неведомым информатору способом, Саймон обошёл всех нападавших, имевших при себе огнестрел, остальных же он фактически раскидывал пинками в стороны. Брюнет какое-то время пытался сориентироваться в происходящем вокруг, но боль в ногах не утихала, а из-за тряски становилась всё сильнее, в результате чего, Изая, сам не заметил, как потерял сознание.

***

Очнулись парни уже в тёплом помещении, которым являлась подсобка ресторана «Русские суши». Первым пришёл в себя Изая, приоткрыв глаза, он осмотрелся вокруг: всё загромождено стопками ящиков с припасами, между двумя такими импровизированными башнями была протянута веревка, на которой висела одежда. Резко приподняв одеяло, информатор осознал, что висящие вещи принадлежат ему и что лежит он не один. Повернув голову, брюнет увидел Шизуо, который спал, закутавшись по уши в покрывало. Орихара задержал дыхание и боялся даже пальцем пошевелить, чтобы не дай бог не разбудить соседа. Осторожно приподнявшись с матраца, который лежал прямо на полу, информатор снова осмотрелся вокруг, затем взгляд вернулся к спящему рядом Хэйваджиме. Брюнет в очередной раз отметил для себя, насколько милым был известный мистер насилие во время сна, так и хотелось обнять и не отпускать ни на секунду. Но рациональная часть мышления быстро вернулась в рабочее состояние, пресекая настолько глупые мысли. Вскоре со стороны кухни послышались шаги, по которым точно можно было понять, что кто-то к ним не просто идёт, скорее бежит, сломя голову. — Господи, как вы вообще умудрились! — Шинра рывком распахнул двери и положил на пол гигантский чемодан, после чего начал вытаскивать оттуда бинты, шприцы и ампулы с обезболивающим. От грохота проснулся Шизуо, перевернувшись на другой бок, первым, кого он увидел, был информатор. Постепенно парень понял, что тот лежит без одежды, потом, что он сам без одежды, и, когда спустя пару минут блондин окончательно проснулся, тишину разрезал крик. — Какого чёрта?! — Хэйваджима вскочил с постели и отполз в самый дальний угол, но от резких движений тело снова заболело. — Не двигайся, Шизуо, тебе нужно обработать раны, сделать перевязку, и вот ещё, — Кишитани достал пилочку для ампулы, отрезал верхушку первого флакона и набрал в шприц лекарство. — Так, Изая давай руку. Теперь ты, Шизуо, — после получения обезболивающего, обоим стало намного легче, появилось даже ощущение, будто возвращаются все силы, потраченные на беготню. — Пора уходить. — Я бы с радостью, но, видишь ли, мне тут ноги сломали. — Я уже проверил их, это не перелом, просто очень серьёзные ушибы, — врач так суетился, что Орихара действительно не заметил момент, когда тот успел его так тщательно осмотреть. — Так и ещё, надо вправить ногу. Не двигайся, я сейчас всё сделаю, — Кишитани резко надавил на нужное место, и после хруста и многозначительного русского слова из трёх букв, Изая, тяжело дыша, упал назад на матрац. — Чё ты сказал? — Шизуо смирно сидел и ждал, пока друг закончит перевязку. — Непереводимое слово, отражает все возможные эмоции человека, — с облегчением в голосе, ответил брюнет. Через некоторое время в комнатку вошла и Селти. Чтобы не ждать, пока вещи высохнут, она обволокла парней одеждой из тени, и, кое-как собравшись, все четверо вышли через чёрный ход, направившись прямиком домой.