Три просьбы

      Вот уже несколько минут в дверь гостиничного номера Гермионы кто-то стучал. И не просто кто-то, а довольно знакомая личность.       — Грейнджер! Твою мать, Грейнджер, открой дверь! Если ты здесь, открой чёртову дверь!       Вдобавок Драко барабанил в бедную дверь так, что можно было только удивляться, как та до сих пор ещё стоит.       Гермиона стояла за дверью, ничего не говоря и изредка поглядывая на сопящего в колыбели Лео. Она вздрагивала каждый раз, когда Малфой стучал. Вздрагивала не столько от шума, сколько от отвращения перед этим человеком. И каждый раз ненавидела.       — Открой дверь! — снова заорал Драко.       — Нет, — наконец подала голос Гермиона и тут же поняла, что сделала. Замок открылся, и дверь ударилась в стену, где ещё недавно стояла сама Грейнджер.       — Ты же знаешь, что мне не нужно было твоё разрешение. Я только хотел убедиться, что ты здесь. — Слова, как всегда, были произнесены пафосно-ленивым тоном, который всегда так бесил Гермиону.       — Убедился? А теперь вон.       — Ну-ну-ну. Ты забыла, что у нас ещё две просьбы. И ведь я могу загадать что угодно. — Голос заледенел, вызывая дрожь, от которой нельзя было избавиться, просто встряхнувшись.       — Мы оба знаем, что ты слишком жаден, чтобы потратить желание на всё, что угодно, — возразила она.       Малфой зарычал. Она слишком хорошо его знает. Он не упустит своего шанса на какую-нибудь ерунду. Но, вспомнив свои мысли насчёт этой девушки, Драко усмехнулся.       — Как знать, как знать, дорогая.       Дверь за ним закрылась гораздо тише, чем открылась вначале.

***

      В следующий раз он без зазрения совести прошёл на кухню. Гермионе оставалось лишь идти за ним. Сколько бы она ни желала обратного, этот человек не оставит её в скором времени.       Драко отодвинул стул и уселся на него в своей обычной манере. Не желая тянуть время, он начал говорить:       — У меня есть к тебе предложение.       — Нет, — сразу же возразила Грейнджер. Самое первое правило, которое она вынесла из общения с Малфоем — это никогда не соглашаться на его предложения.       — Ты даже не дослушала. Я не замуж тебя зову. — Гермиону передёрнуло. — Я хочу сказать, что отныне я буду платить за твой номер в этой гостинице.       — О, как это отлично!       — Ты правда так думаешь? — удивился Драко.       — Нет, — отрезала Гермиона. — Я вполне могу обходиться сама. Мне ничего не нужно.       — Я предвидел это. Поэтому каждый раз, когда ты захочешь внести свои деньги как оплату, никто не возьмёт их. А поскольку денег за гостиничный номер поступать не будет вовсе, тебя выгонят. А тебе это не нужно. Поэтому я буду платить за тебя.       Гермиона тяжело вздохнула и постаралась успокоиться. Попробовала усмехнуться.       — Я не вижу логики в твоих поступках. Это нелепо.       — Это тебе так кажется. — Малфой выразительно пошевелил бровями. Грейнджер хмыкнула. Пока что ей действительно это всё кажется глупым. Но Драко с полной уверенностью мог сказать, что позже она всё поймёт. Слишком умна.       В соседней комнате послышался детский плач. Гермиона сказала Драко выметаться и поспешила к Лео. Она наклонилась к колыбели и взяла малыша на руки. Тот забавно улыбнулся и потянулся к матери. Гермиона улыбнулась в ответ, а Лео перестал плакать.       Потрясающая картина. Так думал Драко, глядя на всё это. Улыбка помимо воли появилась на его лице. Удивительно, как улыбка одного человека может раскрасить всё вокруг.       — Почему ты назвала его именно так?       Грейнджер обернулась, и её лицо изменилось.       — Ты должен был уйти.       — Это не ответ на мой вопрос.       — Символ Гриффиндора и традиция Блэков. Лев — главный зверь моего факультета, — тихо произнесла Гермиона, возвращая Лео в кроватку и не поворачиваясь к Драко. — А у семьи Блэков есть традиция называть детей в честь созвездий. Орион, Андромеда, Драко. Я подумала, что это будет… символично.       У Малфоя перехватило дыхание. Она заботилась о продолжении традиций его рода? После всего, что произошло? До чего же по-гриффиндорски милым был этот поступок.       Гермиона развернулась, когда услышала, как Драко стремительным шагом приближается к ней. В её глазах вспыхнул испуг, но исчез, как только она увидела его выражение лица. Да, он хотел её. И на мгновение она перехотела спорить.       Он захватил её губы в настойчивом поцелуе. На него нельзя было не ответить. Драко покусывал её нижнюю губу, а его руки сминали податливую талию. Руки Гермионы сами собой обвились вокруг его шеи, будто бы это было их законным местом, будто так и надо было: просто держать его в своих объятиях.       И только теперь она поняла, что думала так всё это время. Каждый раз, когда они были вместе из-за его Просьбы.       Чёрт, он нравился ей уже тогда. Она лишь прикрывала лживой ненавистью свои чувства, потому что всё происходило по инициативе самого Малфоя.       Грейнджер оттолкнула его так быстро, что даже не поняла, что произошло. Просто вдруг почувствовала, что ему нужно уйти.       — Вон.       Драко снова ухмыльнулся и вышел из комнаты, а затем из номера.       Эта дверь определённо в скором времени слетит с петель.