Die Liebe ist ein wildes Tier

Криста вернулась в спальню незаметно и тихо. Комната разделенная на две части – одна негласно принадлежала Микасе напополам с Сашей, вторая же Имир и Кристе. Хотя, скорее части делились на Сашину и Кристы – ни Микаса, ни Имир не имели привычки разводить вокруг себя много хлама. Постель есть и достаточно. Криста легла на вторую койку от окна. Первая принадлежала Имир, но девушка отсутствовала. «Наверное, пьет…» Криста никак не могла в толк взять, что произошло в столовой. Обрывки дурацких нелогичных фраз, однако… «Это то, что ей покоя не дает»… Имир… неужели Имир и правда… Криста почувствовала, как вспыхнуло ее лицо. «Дурь какая-то…» Уснуть девочка не могла. Саша храпела во всю, Микаса тихо спала – вот уж впрямь тихо, порой хотелось проверить, жива ли девушка. Криста накинула на себя куртку и вышла из спальни. Побродя по коридору, она услышала как Эрен, Жан и Райнер продолжают пить в столовой. Тогда девушка решительно направилась во двор – подальше от них. И только когда увидела Имир, сидящую на голом камне возле стены, она поняла, что искала. Имир все пила. Прямо из горла бутылки. Скользнув мутными глазами по Кристе, она даже не удивилась – вполне в духе этой дурочки стремящийся к образу спасительницы человечества. – Пьешь?.. – тихо спросила девочка. – Пью. Холодновато, знаешь ли, – хрипло ответила Имир и прочистила горло. – Так оденься теплей… и не сиди на камне, – Криста стала стягивать куртку. – Вот… – Оставь, – поморщилась Имир. – Твоя куртяшка мне и на одну руку не налезет, неужели не видишь? Зачем предлагать то, что заведомо не прокатит? Опять пытаешься создать из себя жертву для песен? – Ты могла бы сесть на нее и не будет так холодно. – Это не поможет. Криста поколебавшись, кинула куртку на камень и села рядом. – Почему не поможет? – Хах! Не тот холод, лапушка. И вот лучшее, что может обогреть, – Имир махнула бутылкой. – В каком смысле? – Алкоголь же греет. Не знала? – В каком смысле не тот холод? Имир хохотнула. – В прямом, – девушка глотнула из бутылки изрядную порцию. – Это такой лед, который сковал изнутри, глубоко. Он пробирается в душу в сердце… и в кости. Знаешь, почему-то ноют ребра от него, и спрятаться некуда… это тот холод, который преследует тебя всюду,… но почем тебе знать да? Куда уж вам, – Имир усмехнулась, – богиням… Криста поглядела на Имир и решительно потянулась к девушке. Имир вздрогнула, но девочка лишь мягко взяла бутылку и… выпила глоток. Старшая хмыкнула и взяла бутылку назад тоже выпивая. Спрашивать не хотелось. Криста не ответит ни на какие вопросы. «Как же тебя зовут?» подмывало спросить Имир, но она не решалась. Ибо придется тоже отвечать. – Тебе не надоели все эти сопляки вокруг? – Они постарше меня. Как и ты. «Ух, ты даже не представляешь насколько я старше» – Тебя совсем не напрягает обожание. – Пускай обожают, – Криста уже плохо соображала, – лишь бы не лезли за душу. Вот тут Имир посмотрела на девочку внимательно. Красивые волосы, мягкие губки и глаза… «Кто-то говорит у меня глаза дикие. На Кристу бы сейчас глянули». В ее красивых голубых глазах, обрамленных пушистыми черными ресницами, плескалась злость и боль. – Если они так хотят обожать богиню – я даю им богиню. Если они желают послушную дочь – я послушная дочь. Девочка быстро выхватила бутылку и сделала пару больших глотков. И закашлялась. – Ты и без этого богиня и послушная, – покачала головой Имир. – Ну, как напиток то? – Горько, – прокашляла девочка. – И как можно пить такую дрянь? У меня голова кружится, Имир… Девушка знай себе посмеивалась. Все таки Криста, попытавшаяся утопить свои проблемы в вине, выглядела крайне забавно. Ненадолго хватило ее злости – наружу тут же вылезла «богиня». – Ничего, можно не привыкать. – А почему ты сорвалась на Райнера? «Ты как думаешь? Из-за некоторых богинек вообще-то». Вслух Имир ответила: – Из-за алкоголя. Это тоже ритуал пьянки, лапушка. Вино без драки - деньги на ветер. – Мы это вино не покупали, – слабо улыбнулась Криста. – Ничего, зато ребятам сплетен на месяц вперед хватит. Имир выпила еще и еще… Грусть так же затапливала ее грудь и сдержать вздох было все труднее. А рядом… Имир, поддаваясь алкоголю, глянула на задумчивую Кристу. На девушке была лишь сорочка до пят, простая белая, и сидела она просто перекрестив голени… но сердце заторопилось вскачь, а взгляд не желал уходить от трех пуговок на груди, метаясь от них к губам… «Да что со мной…» – Однако… – начала Имир и осеклась, – знаешь я все думаю… может Райнер прав, а? – В чем? – В том что я наговорила… может… он прав и я говорила о себе? Блондинка смотрела вперед и, нащупав бутылку, выпила еще. – А может это не плохо? Имир аж подавилась воздухом. – Тебе нравится такое… такое… – Нет… от него. Вот тут у брюнетки слегка подкосилось мировоззрение. Как-то дико и неуютно слушать такое от Кристы. С другой стороны… Криста – Богиня это лишь одна сторона медали. Другая сторона – достаточно эгоистичная, жаждущая… – В смысле… – Они просто хотят расслабиться и заняться сексом, – Криста лишь слегка порозовела. – Эм, лапушка, от тебя - и вдруг такие слова… Девочка улыбнулась. – Я на ферме росла… Глупо думать, что лошади и свиньи, за которыми я ухаживала, появлялись из воздуха. – Опаньки. Богиня знает откуда детки берутся? – Богиня знает, как роды у свиней принять, как лошадь вычистить, оседлать и выхолостить. Как петух топчет кур, – Криста заметно заалела, но это был лишь алкоголь. Она чувствовала, что опьянение захватывает ее все сильнее и сильнее. Появилось желание пожаловаться. – Долгое время только свиньи и лошади были моими друзьями. – От этого у тебя неуемное желание помогать людям? – Имир вроде хотела насмешничать, но получилось как-то… проникновенно… – Думаешь? – Криста все больше пьянела каждую минуту. – Не ты ли назвала меня не настолько хорошей девочкой, а? – Дерзкая лапушка! Ух, женюсь… – захохотала Имир. Криста цыкнула и Имир стушевалась. Все-таки ночь разнесла последний смех Имир слишком далеко по стенам. Девушка быстро допила остатки вина. На дне обнаружился какой-то смутный ответ. Встав, Имир отшвырнула бутылку подальше. Обвела взглядом внутренний двор и неожиданно она услышала сдавленный звук. Богиня поднесла руку к губам. Ее сапфировые глаза были полны ужаса. «Опаньки…» Имир живо сообразила. Вокруг одни камни, из которых виднеются кустики травы обкусанной лошадьми. «Не слишком удобное место». Быстро раскинув мозгами, она подхватила Кристу на руки и двинулась размашистым шагом через арку внутреннего двора за стену замка. Там, не долго думая, она опустила девочку на травку. – Вперед. Девочка с испугом посмотрела на Имир, на траву и замотала головой. – Нет уж, лапушка, хочешь что б стало лучше - придется действовать, – сказала Имир заходя за спину Кристе, откидывая светлые прядки на спину и вдруг обняла сзади. – Ну же, лапушка, – промурлыкала она на ушко Кристе, – не заставляй меня применять грубость. – Нет я не могу это мерзк…ко–ой!… Имир воспользовалась тем, что Криста отняла ладони ото рта, надавила резко на живот девочки сцепленными в замок руками, одновременно ловко наклонив ее вниз. Кристу вывернуло… И вывернуло не раз и не два. Все время пока маленькое тельце сотрясали рвотные позывы, брюнетка держала волосы богини и шептала что-то успокаивающее. Как ни странно, но стало лучше. Девочка смогла подняться на ноги, отплевываясь и вытирая слезы, навернувшиеся на глаза. – Боже… Боже… – Да нет. Имир я. Имир, – хмыкнула девушка и стала вытирать рукавом лицо девочки. – Ну что теплее стало? – Нет. – Вот поэтому-то пить вредно. – Но ты сама говорила, что оно согревает, - невнятно пробормотала блондинка. – Перегрелась ты. Пошли в замок. Криста кивнула, но, оступившись, уткнулась в Имир. «Ну, классика», - ехидно шепнул внутренний голос. Имир сглотнула и приобняла девочку, ведя обратно в замок. Старый замок раскинулся под звездами. В конюшне тихо вхрапывали лошади, несколько часовых дремало на стене – часовые скорее для проформы, замок слишком далеко от опасностей за стеной. Слишком мало людей было в замке… в разведотряде, в мире. Имир настойчиво крутила эту мысль пока вела девочку по коридорам замка. Конечно, Кристе стало немного легче, но теперь вместо тошноты пришло простое дурное опьянение. Она вдруг остановилась и замерла. Старшая девушка раздраженно спросила: – Ну и чего… эээ… ты чего?! Криста еле сдерживала слезы. – Я наверное вся грязная и противная-а… «Ну, блин, приехали» Это была зарождающаяся пьяная истерика. «Никогда… Никогда ей не давай пить больше, Имир. Никогда» – Да уж, смерть от алкоголя тебе не грозит. И это была бы не такая красивая смерть, о которой ты мечтаешь, – оскалилась Имир. Девочка зашлась иканием и плачем. Имир тяжко вздохнула, подхватила ее на руки и быстро дошла до первой двери. Небольшая спаленка на четверых – не заселенная и холодная, но хоть не на виду у всех и вся. Хлопнув Кристу на кровать, она села рядом и принялась вновь обтирать рукавом лицо девочки, но быстро заметила, что делает только хуже, размазывая грязь по бледному личику. Оглядевшись она приметила тряпицу возле умывальника и подойдя возблагодарила Господа, который послал Леви бзик на уборку. В умывальнике была вода, и, смочив найденную ткань, она вернулась к девочке и стала обтирать ее лицо. Видимо вскоре девочке полегчало. Она дышала уже ровнее и перестала смешно икать. Имир улыбнулась слабо и незаметно, пока Криста отфыркивалась. – Ну вот, а ты боялась… Чистые глаза Кристы наполнились слезами. Имир закатила глаза. – Ну а теперь то что? – Я…, –девочка тихо всхлипнула, – я теперь страшилище, наверное… – Никогда не думала, что ты настолько зациклена на внешности. Может, не стоило идти в разведотряд тогда? Или вовсе в полицию… – Внешность зато моя и только моя! – как-то запальчиво воскликнула Криста. И добавила тихо: – Это все, что есть моего… – Охохонюшки. Больше тебя спаивать не буду. Не продуктивно. Криста нахмурилась, Имир знай себе хихикала, за окном сгустилась ночь. Девочка все еще морщилась от подкрадывающихся слез и Имир решила утешить ее. – Да успокойся ты. Райнер вон, все на тебя как псина на охоте дышит. Ничего не стало с тобой, красивая богинька. Успокойся, лапушка - тебя испортить сложно. Только если слезами - соплями, – усмешка, – так что прекращай наматывать их. У меня тряпочка кончается. Красивая ты, красивая… Имир неловко погладила Кристу по волосам. – Точно?.. – Да точно–точно! Когда я тебе врала… Они сидели вполоборота лицом друг другу на чьей–то койке. Разделяло их всего несколько сантиметров, поэтому Имир подумала, что легкий дружеский поцелуй успокоит девчонку… Ну, во всяком случае, подразумевался он как легкий и дружеский. Имир неудачно качнулась вперед, собираясь дотронуться губами до щеки Кристы, но она в этот момент повернула голову навстречу Имир. Губки Богини были влажными, и Имир тут же решила, что попробует на вкус их. Она оказалась права в своем подозрении – губы были сладко солеными… Упоенно, нежно целуя губки Кристы, Имир даже думать забыла обо всем остальном мире, о табу и о разведке… Сердце грозило выскочить из груди, и девушка все ждала, пока Криста отшатнется, даст ей пощечину или хоть что-то сделает. Сделала. Криста неумело смущенно ответила на поцелуй. Губы горячие и сухие пробудили какую-то томную сладость в теле. Неспешный «дружеский» поцелуй затягивался и перестал быть дружеским на третьей секунде. Вдруг Криста резко прервала поцелуй. Имир распахнула глаза, зрачок заметно увеличился прогоняя янтарь - она не осознавала что произошло, наверняка девочке было не приятно… «Не приятно? Скорее противно, мерзко…» – И… Имир… – Криста задыхалась. – Знаю, извини, я просто… – затараторила Имир срывающимся голосом. Криста мотнула головой отдышавшись. – Нет… как тебе воздуха хватило? Брюнетка не могла поверить – вопрос был задан серьезно, и девочка замерла, с любопытством ожидая ответа. «Дурь… какая… то…» Имир боролась с чувствами уже давно. Сейчас причина ее бессонных ночей так просто спрашивает о том, о чем и помыслить было греховно… Особенно, такой как Имир. «Такая как я… ведь я же…» Имир-сама. Девушка усмехнулась и подалась опять к губам девушки. Но на этот раз не стала целовать, а жестко и почти грубо прижалась и шумно вдохнула носом, почти тут же отстраняясь. – Вот видишь? Можно слукавить и тихонько дышать через нос. Поняла? – Ага, – воодушевленно сказала Криста. Ее глаза почти поглотили Имир. «Будь что будет. Это не хуже ада…» – Проверим. Она привлекла девушку к себе и поцеловала по-настоящему, перебирая губки, слегка пощипывая их своими. Имир вновь погрузилась в сладостную дрожь. Внутри жар уже сжигал душу, согревал сердце и оставлял пепел на месте того самого нельзя, которое так долго было оковами от разума. Криста отвечала на поцелуй робко, не стараясь перехватить инициативу, и быстро поняла, что делает все правильно по тому, как Имир бессознательно притягивала за талию ее к себе. Решившись, девочка повторила игру губ за Имир и та чуть не взвыла, ответив страстно и с готовностью. Не выдерживая жар, Имир скользнула языком между губ Кристы… Блондинка тут же испуганно отпрянула, но не вывернулась из объятий и не убрала рук с плеч девушки. – Ой… чего это… ты… - залепетала краснеющая девочка. Имир, сделав над собой усилие, тихо рассмеялась. – Это всего лишь поцелуй только… глубже. Ты действительно не целовалась ни разу? – Неа… – Криста отчаянно смутилась. – Это ничего же да? – Ничего страшного… – хрипло уверила Имир и вновь впилась ей в губы… Криста с готовностью выгнулась навстречу. Губы Имир ласкали ее, язык осторожно и жарко продолжил изучающую пляску, а тело сладко - сладко отзывалось и вспыхивало от каждого движения… Девушка сходила с ума… Целуя Богиню она и не представляла что попадет не в ад, но в рай… только вот желание сводило с ума, и поддаваясь ему она стала гладить спину Кристы, требовательно теребя ткань сорочки. Криста не выдержала и охнула прямо в губы брюнетки. Это был как маленький взрыв внутри их личного мирка. Как портал в желание, в новые ощущения. Имир соскользнула с губ девочки и стала целовать ее шею. На сей раз Криста не стала прерывать ее. Новое ощущение хоть и пугало, но где-то далеко - куда ближе было биение сердца и желание хоть чем-то остудить то, что рождалось внутри… Она вновь простонала, и почувствовала, как ее требовательно опрокинули на койку. Поцелуи сменились покусыванием, легкая ласка стала настойчивее. Имир потянула руки к тем треклятым трем пуговкам, которые ничего не закрывали - ничего и не откроют. Но их непременно, прямо сейчас, надо расстегнуть, иначе она просто сгорит. И спалит Кристу. И весь замок. И город. «Ч–черт!» Пальцы справились с пуговками чуть не оторвав последнюю. Рука скользнула за ворот и обхватила грудь девочки нежно, ласкающе, но властно. Криста задохнулась от странных ощущений… Сосочек стал твердым, стоило пальцам пробежать по нему, вторил этому стон девочки, а Имир уже забыла, что на свете есть люди кроме них… Вывернув руку под разочарованный вздох Кристы, брюнетка стала оглаживать бедро девушки, разводя ее ножки в стороны. Пальцы робко подцепили сорочку и, в такт поглаживанию, стали задирать ее выше и выше… Намеренно обходя ее лоно, она потянула ткань наверх, к груди. Упрямая тряпка застряла, Имир рыкнула и подхватила девочку к себе ближе. Криста потянулась за поцелуем, в котором ей не отказали. Жадно перебирая губы, брюнетка гладила обнаженную кожу спины под сорочкой чувствуя, как девочка легонько дрожит. Саму Имир сотрясала дрожь приступами. Оторвавшись на секунду от губ, она, смяв в кулаке ткань, стянула ее через голову блондинки. Криста тут же прижалась к Имир, смущенно заглядывая в глаза. И это могло бы остановить брюнетку но… «Поздно». Это громыхнуло в голове приговором, и Имир, вновь опрокинув девочку на кровать, легла на нее, прижимаясь пахом к жару внизу. Ее решительный взгляд столкнулся с желающими глазами Кристы. Богиня потеряла половину своей неприкосновенности и Имир не собиралась оставлять вторую половину. Не сейчас. Вновь поцелуи. Теперь ткань не мешала, и, быстро расправившись с уже пройденной частью, брюнетка обхватила одной рукой грудь девочки, рот занялся ласками ее твердого сосочка, а вторая рука служила опорой в последнем проблеске осторожности. Криста задыхалась и постанывала. Ее жаркое дыхание перемежевалось с порыкиванием девушки. Опускаясь ниже, проводя языком по коже, собирая капельки пота, вкушая сладкое тело Имир, наконец, стала целовать бедра девушки. Стыд и желание не сумели убедить Кристу смежить ноги. А темные ладони не останавливались, и жаркий поцелуй, наконец, накрыл нижние губы Кристы. Она сладостно вскрикнула. Брюнетка стала целовать ее в те губы так же как ранее в другие - осторожно, лаская лепестки нежнейшего шелка ее тела… Наконец ласка сконцентрировалась на двух точках. От одной Криста вскрикивала, содрогалась, было щекотно и приятно,… а другая томительно требовала чего-то… Она выгнулась навстречу языку Имир. Имир собирала влагу как раньше пот, а еще раньше – слезы Кристы. Впитывала, желала, ласкала, прижималась губами, хватала воздух глотками, и продолжала… Любить… От настойчивого движения Кристы язык Имир скользнул внутрь. Девушка не была настолько профаном и прекрасно понимала чего хочет тело Кристы. Вряд ли девчонка сама осознавала. Но это был первый раз для Кристы… Имир отстранилась и переместилась вверх. Не стирая влаги с губ, она целовала Кристу, а та пыталась отвечать страстно, но неумело… От этого Имир все больше распалялась, желая разрядки. От ее неумелости нельзя было предугадать, что Криста сделает в следующий момент, что затронет, где пройдет волна… Пальчики Кристы потеряли робость и стали теребить одежду брюнетки. Наверное, инстинкт, желание или прочая чепуха заставляли ее жаждать прикоснуться к обнаженному телу, и эта грубая ткань мешала. Она дернула рубаху Имир за ворот, не прерывая поцелуев. Поняв, что это не продуктивно Криста постаралась задрать одежду… Имир и тут пришла на помощь. С рыком откинувшись, она сняла рубаху. Глаза Кристы скользнули по небольшой груди и твердому прессу. Пальчики прошлись вслед за взглядом. И погладили пояс брюк. Брюки не долго оставались преградой, и Имир накрыла девушку телом, лаская ладонью ее нижние губы, а ртом ее грудь. Бедро девочки прикасалось к влажному жару Имир. Криста пыталась ответить на ласку и опять ее неловкость распаливала Имир больше, чем вся техника секса в мире. Неловкие движения порой задевали ее чувствительные места, заставляя тело поддаваться порыву дрожи. Имир невнятно порыкивая и не переставала ласкать девочку, подолгу не задерживаясь на одном месте ни ладонью, ни губами. Криста простонала: – Имир… я… Имир… Имир и не подумала шутить. Она лишь оторвалась от груди и припала к губам Кристы, двигаясь на ней. – Имир… что-то странное… со мной… я хочу… пожалуйста… - сбивчивая речь объясняла гораздо меньше чем тело девочки. – Ты уверена? – прохрипела Имир – Да… – Будет больно… потерпи… прошу.. – простонала брюнетка лаская свою Богиню прямо там, где было так влажно и горячо… Пальчик проскочил и наткнулся на преграду. Это почти остановило Имир – осознание девственности Кристы – но блондинка подалась вперед, и барьер слегка прогнулся. Закрыв глаза и обняв девочку, Имир двинулась внутрь, медленно прошибая ее… Сначала дискомфорт, потом резкая боль. Криста вскрикивает, Имир стонет, пробираясь сквозь тугую влажную плоть, шепчет: «Ни-ничего… ничего… потерпи.. сейчас…» Но сводит с ума страсть, и Имир плохо соображает что происходит. Она поднимает девушку с койки, насаживая ее на пальцы глубже, ласкает внутри. Криста дугой откидывается, предоставляя над собой власть. Брюнетка губами впивается в грудь девочки и не прекращает поступательные движения… Боль перерастает в волну удовольствия… – Имир… Имир, что со мной… так сладко… Имир! Ничего Имир не отвечает - она вся растворилась в той запретной любви. Бедра брюнетки покрываются влагой. Тело горит в огне, внутри жажда разрядки превращается в необходимость. Криста со стоном опускается вниз на девушку и склоняет голову, сворачиваясь калачиком. Такая маленькая в грубых руках, такая страстная, желанная… Движения внутри стали резче и быстрее, но тяжесть девочки не позволяет двигаться так, как жаждет тело. Имир снова опрокидывает девочку, бездумно обхватывает ее бедро своими. Двигается она грубовато и, потеряв контроль окончательно, вжимает Кристу в постель. - Имир, я не выдержу сейчас… Имир! Они взвиваются, шепчут что-то и, наконец, волна проходит, резонируя в их телах. Зрачки полностью наполняют радужку Имир, делая ее глаза на одно мгновение темными как оникс. И вот она отпускает Кристу, ложится рядом и обхватывает ее руками. Объятие крепкое и нерушимое. Криста прижимается к груди Имир. Голова идет кругом, и язык не слушается. Но ведь надо что-то сказать? – Имир… – Тшшш… – легкий поцелуй в макушку, губы задержались теперь дольше обычного. – Спи… спи моя Богиня… моя милая Богиня… И Криста умиротворенно соскальзывает в сон… Имир вслед за ней скользит в ад кошмаров с запахом крови, который остается на пальцах. Запах крови Кристы…