Это было Рождество.

Яркий свет фонарей, толпы людей, расписные витрины, шумный звук мотора, праздничная суета, звон колокольчиков, и маленькие белые хлопья падают с неба. Это было Рождество. Время подарков, веселья, счастья, что-то волшебное парит в воздухе и норовит залететь в открытые окна. Но мои окна и в этот год, как и во все прошлые, были закрыты; не стояло елки с большими разноцветными шарами и блестящей звездой на верхушке, на столе не было различных праздничных блюд, от которых доносится вкусный запах. В квартире было пусто. Не было слышно веселого смеха гостей, задорной музыки и вот того праздничного духа, который настигает всякого в Рождество. Пожалуй, я слишком привык к этому, чтобы что-то менять. Меня вполне устраивала тишина, царившая у меня в доме, тусклый вид стен и пустота в душе. Так что я тоже был в некой степени счастлив в этот день, даже если в моей жизни совершенно никого нет, чтобы отпраздновать этот праздник вместе со мной. Дождавшись момента, когда на часах пробьет полночь, я вышел на улицу. Сам не знаю, для чего мне это понадобилось, но какая-то неведомая сила меня туда потащила. Думаю, это была та часть меня, которая все еще надеется, что я пока не потерян для этого мира. Но на самом деле это мир был потерян, а не я. Ведь каждый в нем заботится только о себе, не видит проблемы других, проходит мимо, когда кто-то нуждается в помощи. Люди забыли о том, что они по-прежнему зовутся людьми. Забыли про милосердие, сострадание, простую доброту. И я отверг этот мир. Отверг его жестокость и бесчеловечность. Я не хочу быть частью того, что потерялось и никак не может найти дорогу обратно. И вдруг я осознал, что стою на месте. На лицо падают хрустальные крохотные снежинки самой причудливой формы, которой только могут быть, сухой и холодный ветер взъерошивает мои волосы, а за рукав моей куртки кто-то тянет. Я с опаской оборачиваюсь и вижу... девочку. Ее глаза мокрые, но слезы не скатываются по лицу, а застывают из-за сильного мороза. Руки в легких перчатках дрожат и слабо перебирают складки моей куртки. Глаза с грустью и одиночеством, которое мне так знакомо, смотрят на меня и пытаются мне что-то сказать, но на них снова обрушиваются слезы, и они замолкают, опускаясь к земле. - Ты потерялась? – Я присаживаюсь на корточки и беру ее руки в свои, пытаясь согреть. Девочка не сразу, но кивает. – Не бойся, я отведу тебя домой. Я беру девочку за руку и внезапно слышу, как к нам надвигаются чьи-то шаги. И не простые шаги, кто-то бежит. Бежит так, словно за ним кто-то гонится, словно, если он не будет бежать, то умрет. И когда наконец-то эти шаги оказываются уже около меня, в зимней пурге появляется смутное очертание девушки. Она коленями падает в снег и прижимает к себе малышку, томно и всхлипывая проговаривая: - Никогда больше не отходи от меня, слышишь? – Она прикасается к ее лицу своими руками и смотрит прямо в ее глаза, которые уже наполняются горькими слезами досады. – Ты бы знала, как ты меня напугала, сестра... Такая метель, уже поздно, что я могла думать? – Девушка ласково вытирает слезы с глаз девочки. – Ну-ну, теперь все хорошо. Теперь все будет хорошо... Я стоял рядом молча и просто наблюдал, улыбаясь чужому счастью. Девушка меня не заметила, пожалуй, так даже лучше. Ведь я не ждал благодарности, она мне ни к чему, но что-то в груди сильно щемило. Может, это была зависть? У этой девочки есть сестра - человек, который ее любит, - семья. А что есть у меня? Только дом, в котором меня никто не ждет. Я отвернулся и стал медленно идти. Совершенно в противоположную сторону от дома. Но зачем? Куда мне идти? Я сам не знал... И тут я почувствовал на своем плече чью-то руку. Легкое прикосновение ладони взбудоражило во мне какое-то странное чувство, из-за чего я отпрянул и тут же повернулся. - Спасибо, - поблагодарила меня та самая девушка, держа за руку свою сестру. – Спасибо тебе большое. Правда, не знаю, что бы делала, если бы не ты. – Она чуть помедлила, словно что-то размышляла, после чего продолжила: - Ты... не хочешь пойти с нами? Рождество как-никак. А у нас дома накрытый стол и шикарная елка. Может, хоть так я смогу тебя отблагодарить. Я удивленно открыл глаза. Пойти... с ними? То есть, отпраздновать вместе Рождество? Не одному, как обычно, а в компании? Это, пожалуй, было самое приятное предложение, да и самые любезные слова, которые я когда-либо слышал. И, конечно же, я не собирался упускать такую возможность, а потом винить себя за то, что отказался. - Да-да, конечно, - быстро протараторил я, потерянно смотря на девушку. - Ура! – выпалила кроха, широко улыбнувшись и радостно захлопав в ладоши. – Этот добрый дядя пойдет с нами! - Сьюзи, веди себя прилично. – Девушка строгим взглядом окинула свою сестру и недовольно нахмурила брови. - Нет, что вы. – Я улыбнулся и погладил малышку по голове. – Все в порядке. И мы двинулись вперед, а девочка стала между нами двумя и взяла нас за руки. После чего начала радостно раскачиваться, подпрыгивать и петь детские песни. Забавно было за ней наблюдать, но еще забавнее было думать о том, что в этот год я буду не один. И мне даже на долю секунду почудилось, будто мы настоящая семья. У меня есть любящая жена, ребенок и дом, в котором меня всегда будут ждать. Вот оно. Я наконец-то понял, что мир, который я оттолкнул, на самом деле пытается найти нужную ему дорогу. Просто не может, потому что в нем осталось слишком мало тех, кто все еще не безразличен к нему. Но я... я ведь могу ему помочь и уже сделал первый шаг: протянул руку помощи другому человеку. Я могу вывести его на путь, к которому он так стремится. Показать, как важно иногда просто посмотреть на то, что творится вокруг. Изменить его, сделать чуточку лучше, а он взамен сделает меня чуточку счастливее. И если каждый будет немного добрее и милосерднее, мир сможет найти правильную дорогу. Дорогу, в которой нет жестокости, злобы, безразличия и бессердечия. Верный путь, к которому должны стремиться все люди. И я направлю его к этому пути и покажу его всем остальным.

Да, это было Рождество. День, когда все мечты становятся явью, и день, когда я понял, как изменить мир.