Нужный враг

Когда во Вселенной царило утро И Боги из праха мир создавали, Они разделили Силу и Мудрость И людям не поровну их раздали. Досталась мужчине грозная Сила, Железные мышцы и взгляд бесстрашный, Чтоб тех, кто слабей его, защитил он, Если придётся, и в рукопашной. А Мудрость по праву досталась жёнам, Чтобы вручали предков заветы Детям, в любви и ласке рожденным — Отблеск нетленный вечного Света. (1)

— Ну и что мне грешному оборотню делать? С вымотанными магом и вредной ведьмой, да еще и с ребятенком-вампиренком в придачу? — Да и сам ты… Не в товарном виде, — вяло отозвалась Искра, лежащая головой на коленях Лексия. Сам оборотень сидел на кровате, оперевшись спиной о стену и перебирал еще влажные волосы ведьмы. — Вот именно. — Я до вечера оклемаюсь, а со Славой сложнее — он сильнее, как маг и восстанавливаться будет дольше. — Что вы там нашли? Расскажи, все равно до вечера заняться нечем, даже ужин и тот вампиренок делать будет. Правда он пока об этом не знает, — улыбнулся оборотень. — Жестокий! Перестань издеваться над Вером, что он тебе сделал? — Пусть шуршит! Как самый младший. — Дедовщина в отдельно взятом коллективе? — спросила Искра, не открывая глаз, — постыдился бы! Ты ведь его в два раза старше, на человеческий возраст. — У меня совести нет. Совсем. Я коварен и бессердечен. И вообще — я половик, у меня чувство жалости атрофировано. Где ты видела милосердный половик? Искра тихо засмеялась и поморщилась. Сил на раны не осталось ни у кого, а вампиры не особо хорошие лекари. То есть, края стянул, но вот боль убрать не сумел, а выжатый организм не желал отдавать на это крупицы накопившейся Силы. — Очень больно? — Терпимо. Я же тебе не девчонка-белоручка, от порезанного пальца в обморок падать, — девушка неудачно повернула голову и вздрогнула, задев царапину на виске. Оборотень, наблюдавший за этими мучениями вздохнул, но ничего не сказал. — Вер и так старался, даже голубя приличного сотворил, не напутал ничего. Если повезет, то завтра будет ответ. Не издевайся над ребенком. — У тебя материнские чувства к нему или мне ревновать начать? — Ага, начни. К каждому столбу. — Я тебя лучше в подполе запру, — пообещал Лексий, — ты будешь рассказывать? — Да что рассказывать? Слава след нашел, настоящий там столько напутано, но нашел. Заклинания мощные, Силы в них вложено немерено, но как-то топорно, как в те охранки. — Может тоже ловушка? — Ну мы же туда не одни полезем, — напомнила Искра. — Я тебя одну и не отпущу больше. Девушка удивленно посмотрела на оборотня. — Что? Да, не отпущу. Тебе смешно, а я поседею однажды. Это для нее все сложно, а Лексий уже все решил, за двоих. В дверь деликатно постучали и заглянул Вериан. — Лексий, там… — Бронтозябра? — с деланным ужасом спросил оборотень, — или дракон? — Гости там. К тебе.

* * *

— Лексий! — Погоди, Искра. Я вышла вслед за Лексием. Лихорадочно придумывая, что делать. Слава спит беспробудно, Лексий, пусть и поджил, но еще не восстановился, меня шатает от стены к стене, а Вер один долго не выстоит. Меч я все же прихватила, от греха. Попутно заметив, что Лексий сделал то же самое. — Где? — Во дворе, — вампиреныш кивнул на дверь. Гостей было трое. Ни кольчуг, ни доспехов, обычные путники, разве, что одеты легко. Главного я вычислила сразу — немолодой мужчина в черном. Парни по бокам — охрана или свита. Блондин и брюнет, как на заказ. Хотя может их так и отбирали? А дальше началось самое интересное. — Мир тебе, чужак, — проговорил главарь. Вроде тихо сказал, но слышали все. — И тебе мир, вожак, — Лексий как-то подобрался. — Я не твой вожак. Зови Канром. — Лексий. Я совершенно ничего не понимала, но решила не вмешиваться. Пока не вмешиваться. — Что ты делаешь на чужой земле, обращённый? Лексий нехорошо усмехнулся. — Какое тебе дело, истинный? — последнее слово он подчеркнул. Ма-а-ать моя… Это же местные оборотни! — Я не охочусь на твоей земле, не убиваю, не посягаю на твоих женщин, — спокойно продолжил Лексий, — до полнолуния я имею право находиться там, где пожелаю. — Имеешь. Но вожак здесь я и решаю тоже я. С минуту мужчины играли в гляделки, а я сильнее сжала рукоять меча. Помирать, так за дорого. — Чего ты хочешь? Главарь оскалился. — Отдай девчонку и разойдемся с миром. Я онемела от такой наглости. Лексий сделал шаг в сторону, закрывая меня спиной и твердо сказал: — Это МОЯ женщина и я ее не отдам. — Глупо. Не отдашь сам, возьмем силой, — пожал плечами вожак и обернувшись махнул кому-то рукой. Из-за ближайших кустов тут же появился еще десяток оборотней. Шансы? Шансов у нас мало. Катастрофически! Светлая Ария, яви чудо! Или мне правильнее Марву молиться? — Ну так что? — Я все сказал. Я свое не отдаю. Твою ж… Мне бы его спокойствие! Я уже собиралась сделать шаг вперед, но Вер придержал меня за локоть отрицательно качая головой. Лексий даже не обернулся. Он что? Серьезно драться собрался? Полови-и-ик… — Подумай хорошенько. — Я подумал. — Не лезь, — тихо сказал мне вампир, — они дикие, считают, если твоя женщина тебя защищает, то место твое — ниже плинтуса. — Отчасти правы, — пробормотала я. Вожаку надоело первым. — Взять, — он даже голоса е повысил. Лексий оскалился и бросил, не оборачиваясь: — Вер, Искра, идите в дом. — Никуда я не пойду. — Искр-р-ра! Марв меня подери! И вот так бездарно? Не на старосте лет, не в битве, а от кучки зарвавшихся псов? Волк тут Лексий, а это шавки. Оборотни растянулись шеренгой, понемногу тесня нас к дому. Я крепче сжала рукоять, потеснив Вера вклинилась между ним и Лексием. Вдруг что-то изменилось. Оборотни замерли, смешались, а вожак и вовсе уставился в одну точку. Замер и Лексий, медленно опустивший меч. Тут я догадалась проследить за его взглядом. Человек появился неоткуда. Я зуб даю, что еще пару минут назад его там не было. Было только заходящее солнце. Обычный воин — куртка, под ней кольчужка, меч на поясе, за спиной лук. Чего они на него так пялятся? Тут до меня дошло. Ма-а-ать моя! Он же светится! Это не солнце, это он сам! Мало нам менестреля, еще одна легенда бредет, судя по всему. Хотела бы я знать — он за наших или за ваших? Вожак в священном ужасе рухнул на колени. За ним попадали приближенные. — Пресветлый Стрелок! — завыл оборотень, — не гневайся! Мне показалось, в глазах «Пресветлого» мелькнуло отвращение. Так, уже интереснее. — Встань. Он не просил, не приказывал. Он повелевал. Управлял. Вожак вскочил, как ужаленный и преданно уставился на воина. — Ты нарушил закон стаи. Ты посягнул на чужое. — Я… — Молчи! Тебе слова не давали. — Что это за хня? — шепотом спросила я у Вериана. — Покровитель и божество оборотней. Я замолчала и уставилась на Лексия. Как всегда спокойный оборотень, покосился на меня, но ничего не сказал. — Убирайся. У тебя две минуты. И чтоб близко тебя и твоей стаи здесь не было. Вожак попятился, что-то бормоча, остальные потянулись за ним. Стрелок дождался, пока они скроются из виду и повернулся к Лексию. Дальше стало еще интереснее. Лексий неторопливо воткнул меч в землю и медленно опустился на одно колено, положив ладони на гарду. Только в этой позе не было ничего постыдного, как у вожака, скорее дань уважения. Красивую картину портило одно — ухмылка Пресветлого. — Встань. Еще не хватало этих театральных эффектов. Лексий ошарашенно глянул на воина, но поднялся. — Неужели правда так девица дорога, что против дюжины пошел бы? Не проще было согласиться? Девок много. — Слушай, может ты и божество, — влезла я, —, но наши отношения тебя трогать не должны?  Ну, а что? Мой оборотень, только я могу его подкалывать, мучить и дразнить. — Какая маленькая, а какая воинственная! Я пожала плечами. — Приперся какой-то светящийся, словно новогодняя елка, мужик, докопался до моего оборотня, что мне, молчать? Нет, спас, конечно, спасибо… Пресветлый хмыкнул, но не выдержал и рассмеялся. — Дерзкая! Но это хорошо. Стрелок сделал жест рукой и сиять перестал. Зато я кое-что заметила. — Твое? Воин посмотрел на лежащую у меня на ладони монетку. — Догадалась? — Маскоты носят очень немногие. — Значит в вас не ошиблись. Я оглянулась на Лексия, словно застывшего и сжавшего рукоять так, что костяшки побелели. Везде-то ему опасность чудится. — Неужели Эстрелл не проговорился? — прищурился Стрелок. — У тебя сговор с этим наглым менестрелем? — наглость несусветная, но меня несет. — Искра… — на плечо легла тяжелая рука Лексия. Понял, что меня надо тормозить. — Не мог девицу посерьезнее найти? — обратился к нему Стрелок. — А я и не искал. Это она меня нашла. — Судьба это называется, — хмыкнул стрелок, — пойдемте в дом, я к вам не чай пить пришел, а по делу.

* * *

— Помощь? — переспросил Лексий ошарашено. — Ну да. Помощь. Посильную. Мы не боги, люди сильно приукрасили, но кое-что можем. — Это какая-то особая магия? — спросил любопытный Вериан. — Ария знает, что это, — пожал плечами сидящий напротив меня Стрелок, — Боги нас помиловали, неизвестно почему. — А помогать нам тебе какой прок? — спросил Лексий, к которому я привалилась здоровым плечом. — Сила. Зачем она Риену? Сильно я сомневаюсь, что он с таким запасом будет лютики-цветочки растить. И неизвестно, что ему в голову взбредет, а наше предназначение — людей беречь. Лавия еще от прошлой войны не оправилась, хотя сколько времени-то прошло. — Тридцать пять лет, — подсказала я, — это официально, а на деле — на границах еще полтора десятка лет воевали, да и на Севере неспокойно до сих пор. — Откуда такие познания? — Ты забыл, кто был моим учителем? — Ну да, — усмехнулся Стрелок, — сама ты там вряд ли повоевать успела бы. — Только на Севере. Даже Лексий уставился на меня огромными глазами, что уж о Вере говорить. — Искра? Я встретилась с оборотнем взглядом. — Что? Против Пещерных и Горных ведьм. Вериан даже рот открыл. Ну да. Жуткая была битва, даже песенку какой-то менестрель сложил. А я что? Я не одна там была. Так, в общей куче. Последний раз воевала, думала, может погибну да и дело с концом. Нет, выжила еще и деньгами разжилась. — Вот я думаю… — протянул Лексий, — почему я тебя еще ТАМ не встретил? Вериан больше попыток закрыть рот не делал, а мы уставились друг на друга. — Не время было, — сказал Стрелок, — так что? — Дождемся отряд Академии и будем думать, — решил Лексий, — мы согласны. — А как же про плату спросить? — улыбнулся Пресветлый, — или Искра объяснила? Оборотень хмыкнул: — У тебя ведь предназначение — людей беречь, — и поднялся вслед за Стрелком, я недолго думая откинулась к стене — ровно сидеть я не в состоянии. Вернувшийся оборотень, глянув на это безобразие, поднял, уже привычным движением, меня на руки и утащил в спальню. — Отсыпайся. Завтра думать придется, ой придется! — Лексий поднялся. — Ты куда? — Вампиренка воспитывать. Ты все равно уснешь сейчас, а я-то еще шататься буду. — Посиди со мной… Потом уйдешь, — попросила я, даже не успев ругнуть себя за глупую просьбу. — Подвинься? Я послушно отодвинулась к стене, подождала, пока Лексий устроится рядом. — Довольна? — Угу. Я подобралась ближе, уткнувшись носом в плечо Лексия и тут же почувствовала его руку на талии. — Что ты только на Севере потеряла? — Жить не хотела. Он промолчал. И спасибо ему. — Жаль, что я тебя раньше не нашел… — Жаль, — искренне пожалела я. Раньше. Лет на триста. Тогда не было ни вражды, ни гонений альвов. — Отдыхай. Или песенку спеть? — А ты умеешь? — усмехнулась я. — Я вообще талантливый, — в тон мне ответил Лексий, — вот только колыбельные уже лет двадцать не пел, разучился. Могу сказку рассказать, с этим проще. Я потерлась носом о грубую ткань его рубашки и хмыкнула. — А расскажи. — Слушай. Жила-была одна очень красивая рыжая ведьма, — тихо начал Лексий, — жила-жила и нашла недобитого оборотня. Нашла и помереть ему не дала. А оборотень взял и влюбился… — Так прямо сразу? — Ага. Как глаза открыл — сразу влюбился. Вот понял это не сразу. — Врешь ты все, — усмехнулась я. — Не вру, а привираю. Вообще, не мешай мне в любви признаваться, вредная ведьма! — А ты признаешься? — изумилась я. — Так, все! Спи! — засмеялся оборотень. — Ты что?! Ты же нарушил мой душевный покой! Я ведь не засну! — Искра! Откровенно смеющиеся глаза оборотня я в темноте хорошо различала. — О чем вы с Пресветлым так долго разговаривали?  Да, я мастер неожиданных вопросов. — О жизни. — А подробнее? — Зачем тебе? — Не уходи от ответа. Лексий вздохнул. — Он опасается, что маги на их помощь не согласятся. — Согласятся, они ведь не идиоты. Да и вряд ли кто-то захочет видеть королем Лавии Риена. Кстати… Раз уж такая пляска, то кто еще? Эстрелл, Пресветлый, а еще? Какая легенда завтра еще появится? — Этого мне не сказали. Ты спать собираешься? Тяжело вздохнув я закрыла глаза. Что за черт? Расслабиться не могу, хотя все тело ноет от усталости и подживающих ран. А, черти! — Что? — Перенапряг, — усмехнулась я, — я расслабилась, а организм не хочет. Ну бывает такое. Бывает. — Добегалась. Погоди, пройдет, хотя я и снять могу, если хочешь. — Хочу. Глаза слипаются просто. — Только… — оборотень смутился, — рубашку сними, я так не умею… Я хмыкнула, позабавленная смущенным оборотнем. Прелесть какая! Но отвернувшись, рубашку стянула и плюхнулась животом на кровать. И чуть не замурчала, когда на плечи легли теплые руки, постепенно разминающие мышцы. Приятно-то как… Последнее, что я запомнила прежде, чем отрубиться, это Лексий, укрывающий меня одеялом и в вполголоса бормотнувший что-то о Светлой Арии. ______________________________________ (1)  — стихи Марии Семеновой