Черно-белое кино

- Почему ты решила провести наш сеанс не дома, а на лужайке? – взгляд Гарри устремлен на блокнот в его руках. Он изучает его все то время, пока Джо рядом. Тишина. Слышится легкий ветерок, шелестящий листья в саду. Легкое дуновение заставляет вздыматься подол бархатного платья Джо. - Здесь легче, - вздыхает она после некоторого молчания. – Нет ненужных глаз и ушей. - О чем ты? В моем кабинете мы были совершенно одни. Усмешка на её устах. - Да, так. Ни о чем. Гарри делает заметки в блокноте, после чего все-таки понимает глаза. В них читается любопытство. - Как поживают бабочки? - Они умерли, - Джо расслабляет руки и опускает их на колени. Пальцы мнут платье. – Не дожили до свободы. - До свободы? Ты собиралась их отпустить? – удивление так явно на лице психолога. - Да, - соглашается Райдер. Она берет ручку из рук Гарри и щелкает. Один. Два. - Я собиралась отпустить их, когда пройдет третий этап к становлению нежным существом. Три. - Как ты поймешь, когда этот этап пройдет? – Гарри забирает ручку и снова делает пометки. Его взгляд скользит по голым лодыжкам, коленям со шрамами и подолу платья. Черное кружево теряется между её пальцами рук. - Это будет красиво. - А именно? - Вот увидите, вы сами поймете, когда это произойдет, - шепчет она. Её голос, мягкий и нежный, заставляет Гарри учащенно дышать. Тишина. Гарри вдыхает запах ландышей, растущих рядом с ними, запах пыли и фруктовых деревьев. Запах цитрусовых фруктов слегка уловим в этом урагане ароматов. Гарри уже забывает о присутствии Джо, но она напоминает ему о нем: - Куда вы вчера уезжали? - Как ты узнала? - Вы отменили наш сеанс за час до его начала, - её глаза скрыты тенью, оставляемой кронами деревьев. Гарри пытается в них что-нибудь рассмотреть, но ничего не получается. - Ах, да, точно, - психолог покачал головой, пытаясь привести своё сознание в норму. – Я поехал в колледж, в котором ты когда-то училась… - Зачем? - Джо, думаю, вопросы здесь должен задавать я. - И почему же? - Сегодня у тебя день вопросов? – искренне удивляется Гарри. – Ты всегда так молчалива. - Я просто решила… - пауза. - И что же ты решила, Джо? - Вы замечаете, что вопросы задавать намного легче, чем на них отвечать? Так легче завязать разговор, узнать о характере собеседника и… о его секретах. Так легче быть обычным. - Тогда давай так: ты узнаешь обо мне, а позже я о тебе? Не против? – улыбка озаряет лицо парня, когда он говорит об этом. Джо невольно улыбается в ответ, но позже отворачивается. - Хорошо, - говорит она. Она забирает блокнот из его рук, переворачивает страницу и делает пометку «Психолог наоборот». – Почему вы одиноки? - Что? - брови шатены приподнимаются. – Я не одинок. С чего ты решила? - Забыли, теперь вопросы задаю я, - она улыбается. Не искренне, не нежно. – Так, почему вы одиноки? - Это черта характера, - пожимает плечами Гарри. Он пытается улыбнуться, но ничего не выходит. - Нет, это стиль жизни, - поправляет Райдер и делает заметку «Интроверт». – У вас было трудное детство? - Нет. Сестра, мать, отец – все в сборе, все счастливы. - Вы не умеете лгать, - качает головой Джо. - Да, ты права, - кивает Гарри. – Мои родители развелись, и я видел отца лишь по праздникам. Тебе это, действительно, интересно? - Конечно, вам ведь интересно изучать меня, - она сжимает ручку в руках. Когда она разжимает ладони, на них видны отпечатки узора, который вырисован на кисти. - Не изучать, а пытаться помочь тебе, - поправляет он. – Теперь моя очередь задавать тебе вопросы? - Дерзайте, - уголки её губ приподнимаются. - Твое детство было трудным? – Гарри забирает снова блокнот и проводит глазами по сделанным ею надписям. Потом вырывает листок и запихивает его в свой карман. - Странный вопрос. Вы видели место и общество, среди которого я живу, но все же задаете этот вопрос. - Что в этом доме плохого? – Стайлс делает заметку на странице и поворачивает голову к западу. Лиловое небо нежно переходит в розовое, приближаясь к горизонту. Солнце исчезло. Его последние лучи на секунду освещают лицо Джо. Карие глаза полузакрыты, длинные, но редкие реснички немного трепещут в такт вдохам и выдохам. Губы слегка приоткрыты, и Гарри видит части её зубов. Губы сжимаются в полоску, а когда она открывает рот, то оттуда вылетают слова: - Дом потрясающий, правда. Весь его вид омрачают люди. Лишь они. Чувства, воспоминания – все это заставляет терять дом своих собственных эмоций. Если бы не было людей, живущих здесь, было бы намного лучше и легче. Представляете, вы один здесь, в этом потрясающем саду. Никто не мешает вам и не заставляет делать то, что вам не хочется. Прекрасно, правда? Гарри не отвечает, лишь моча кивает и делает записи. - Где бы ты хотела оказаться сейчас? - Пер-Лашез. Париж. - Почему? - Он сейчас закрыт. Там никого нет. Вы до сих пор не поняли, что я люблю одиночество? - Это очевидно, - кивает он. Снова молчание. - Ты ведь видела знаки на теле Ви-ви, когда произошло то событие? Можешь рассказать что-нибудь о них? - Да, это знак смерти. Красивый знак, правда? Гарри пожимает плечами и рисует линию на блокноте. Потом вторую. Потом третью. И отвечает: - Да, красиво. - Смерть – это всегда красиво, - улыбается Джо, после чего закусывает губу. Она закрывает глаза, качает головой, словно пританцовывает. Резко встает. Балетки сползают с её ступней, и она кидает их подальше. Она кружится. Платье вздымается из-за резких движений. – Смерть – словно танец. Может быть медленным, быстрым. Может приносить счастье, а может – и боль. Но это всегда красиво, как бы то ни было. Гарри качает головой, собирает блокнот и встает с кресла. Он берет за руку девушку и садит её на кушетку. - Смерть не дарит столько счастья, как жизнь. Усмешка появляется на её губах. Джо опускает голову и пытается найти свою обувь. Находит её и надевает снова. - Поверьте, я останусь при своем мнении, - Райдер улыбается, встает, поправляя юбку, и уходит. – До следующего сеанса. - До завтра, Джо…