Потеряемся вместе

Нож со звоном падает на землю, и звук только усугубляет боль, пульсирующую у Куроо за висками. Чертова жара словно душит его в вонючих, узких переулках этого Богом забытого города. Он вздыхает и наклоняется, подбирая клинок. — Кенма, тебе нужно научиться сражаться. Другого способа выжить нет. Другой мальчик просто пялится на него из-под лохматых волос своими широкими, вызывающими кошачьими глазами. — Я не хочу, — еле слышно повторяет он, но Куроо слышал эту фразу уже слишком часто за сегодня. Черт, да к этому моменту ему даже и произносить ее не надо было — его глаза, голос и тот факт, что он даже нормально не держит кинжал, отданный ему Куроо, в руках, говорили все, что нужно. Это бесполезно. Он не даст Куроо обучить его рукопашному бою (и Куроо никогда, никогда не сможет заставить себя атаковать своего друга до такой степени, чтобы тому пришлось защищать себя, пускай это и было бы безопаснее для них обоих). — Все хорошо, — говорит он, медленно выдыхая, и прячет нож обратно в ботинок, который умудрился стащить. Он намного прочнее сандалии на другой его ноге. А без кинжала, торчащего из-за пояса, он казался безоружным. И это важно, потому что когда с тобой связываются взрослые и подростки, самое большое твое преимущество — это когда они тебя недооценивают. — Значит, я просто обеспечу твою безопасность. Кенма шагает вперед, и Куроо обнимает его — слишком уж крепко для такого жаркого дня, но это не имеет никакого значения, когда Кенма утыкается лицом в его грязную рубашку. Ему не нужно благодарить его, Куроо и так понимает, что означает это объятие. — Все будет хорошо, я обещаю.