Там, где не предают

Дима смотрел, как из машин выходят люди и направляются в сторону дома. Те, что приехали несколько часов назад, ничего не делают, чтобы их остановить. Вот и конец. Для приличия звонят, но им, естественно, никто не открывает, и калитку снимают с петель. Хорошо, что мама успела уехать, но отец все еще здесь. В доме есть охрана, но ее недостаточно, а все остальные, кого можно было бы нанять для защиты, никогда не пойдут против Игната. Полиция? Это же смешно – Диму арестуют, а потом он «случайно» погибнет в следственном изоляторе. Блин, о чем он только думал? Он смотрит на Рика, все еще сидящего в кресле. Ему даже вставать не нужно было, чтобы увидеть, что происходит за окнами: по лицу Димы все было понятно без слов. – Мне не хотелось, чтобы это закончилось вот так, – говорит Дима. Эти слова обретают почти сакральный смысл, ведь это, скорее всего, их последний разговор. – Да ладно, если подумать, не такой уж и плохой финал: «…и умерли они в один день». – Они тебя не тронут, Игнат не опустится так низко. – Я вообще-то говорил про тебя и Олега, – просто ответил Рик. Логичный вывод, но, судя по реакции Димы, у него только сейчас сложилось два и два. Парень сел на кровать и обхватил голову руками. За дверью раздались шаги, потом стук. – Войдите, – ответил Дима. Низкий, темноволосый мужчина в черной кожаной куртке и темных джинсах зашел и, остановившись на пороге, сказал: – Игнат предупреждает, что если ты еще раз выкинешь нечто подобное, ты труп. Но сейчас тебе повезло – Олег будет жить. – Мужчина вышел, ничего не добавив к вышесказанному. Дима посмотрел на Рика и улыбнулся: – Похоже, «и умерли в один день» с Олегом не выйдет. – Ты, надеюсь, не очень по этому поводу расстроился и пробовать больше не будешь? – Рик улыбнулся в ответ. – Да нет, – покачал головой Дима и рассмеялся. Они не договорили, в комнату вошел его отец: – У меня для тебя две новости – хорошая и плохая. С какой начать? – С хорошей. – Тебя не убили, – констатировал отец. – А плохая? – Лучше бы тебя убили они, потому что ты теперь под домашним арестом до конца жизни. Ты из дома без охраны не выйдешь, понял? – Ага, – улыбнулся Дима и посмотрел на Рика. – Но это с завтрашнего дня, а пока можете побеседовать, – милостиво разрешил мужчина и, отвечая на телефонный звонок, вышел за дверь. – Рик, а ты мою записку получил? – спросил Дима, очень медленно подходя к парню, по пути захлопывая дверь. – О да! Так романтично, что я тут же понял, что ты во что-то вляпался. – Слишком драматично, да? – Дима сел на колени к парню. – Да нет, нормально, – ответил тот, облизнув губы. – Вот и я думаю, что верно донес смысл, – Дима полез в карман Рика и достал клочок бумаги, потом потянулся за рамкой, стоящей на столе, безжалостно вытряхнул оттуда фотографию и поместил свою записку. – Сохраним для потомков. Рик вместо ответа поцеловал парня. Теперь настало время и Диме поверить, что любовь не обязательно несчастная. А на клочке в рамочке неровным почерком было написано: «Если не с ним, то с тобой. Только с тобой». *** Прошло две недели, и Олег уже чувствовал себя хорошо. Даже очень, но врачи настаивали на том, чтобы он провел в больнице еще как минимум месяц. Ни Марат, ни Игнат не стали спорить, а значит, мнение больного не учитывалось совершенно. Но все было не так уж и плохо, потому что Марат в больнице разве что не жил. – С добрым утром, – в палату зашел Игнат с пакетом продуктов. – Тут кормят вообще-то, – Олег скептически оглядел гостинцы. – А ты ешь? – спросил Игнат, посмотрев на Марата. Ага, сговорились. – Ладно, пойду попью кофе, – сказал Марат и встал с кресла. – Плохая причина, у нас тут кофейник, – крикнул ему вслед Олег. – Может, я предпочитаю кофе из автоматов, котик? – подмигнул ему Марат и вышел. – «Котик»? У тебя же аллергия, – Игнат сел на постель. – О чем я и говорю – иди и объясни ему это, – попросил Олег, указывая на дверь. – Не-а, котик, – хихикнул Игнат. – Игнат, а если я пообещаю нормально питаться, ты выполнишь одну мою просьбу? – Олег попробовал сделать жалобное лицо. – И чего же хочет мой брат-шантажист? – Забери кота у Марата. А то я действительно не подумал. – Как только получу отчет от Марата о том, что ты хорошо питаешься, тут же его заберу, не раньше, – пообещал Игнат. – Достаточно честно, – кивнул Олег. – Ну, спрашивай? – О чем? – О том, как я себя чувствую, например. Или расскажи о себе что-нибудь, а то я тут как в вакууме. – Ты в вакууме с Маратом, твоя мечта сбылась. – Это да, – Олег улыбнулся против воли, – но я хочу домой. – К кому домой? – К Марату, почему меня не могут отсюда выписать? – Лежи и получай удовольствие. Потому что, как только ты выздоровеешь, пойдешь на работу. – А как же восстановительный период? – среагировал Олег. – Больничный не положен. Тебя нужно чем-то занять, пока не пошел учиться. – Ты ужасный брат, нет чтобы дать отдохнуть, – обиделся Олег. – Да, но ничего не поделаешь, другого у тебя нет. Олег вместо ответа обнял Игната. *** Марат вернулся через полчаса и столкнулся с Игнатом на выходе. – Слушай, ведь между нами все нормально, да? – Более чем, – Игнат кивнул и пожал Марату руку. – Ты, конечно, охуенный, но не незаменимый. – Оу, и кто же он? – заинтересованно спросил Марат. – Не скажу. Я вообще, на тебя обижен навсегда. – Почему? – Мне ты никогда ласковых прозвищ не давал, котик, – рассмеялся Игнат. – Вопрос: через сколько секунд я бы получил в морду, если бы так тебя назвал? – Это да. А, и еще, я забираю твоего кота. – А у Влада, часом, на котов аллергии нет? – не меняя тон, спросил Марат. – Да пошел ты, – ответил Игнат, но эта глупая влюбленная улыбка говорила сама за себя. Правда, Влад об этом еще не знал. *** Марат вернулся в палату и увидел, как Олег жует конфеты, которые, видимо, принес Игнат. – Не думаю, что именно это имели в виду врачи, когда говорили, что тебе надо лучше питаться. – Это лучше, чем ничего, правда? – улыбнулся Олег и протянул одну конфетку Марату. Марат взял конфету, но вместо того, чтобы съесть, потянулся к Олегу, поцеловав его и почувствовав вкус сладости на его губах. – А еще мой брат сказал, что я должен буду работать... – Олег обнял Марата, заставляя сесть рядом. – Да, это я предложил. – Тебе просто не хочется меня содержать. А как же и в богатстве, и в бедности? – Я предпочитаю в богатстве. – Марат, у нас все будет хорошо? – Не знаю – я не могу знать, что ты выкинешь через несколько лет. – Ты должен был сказать, что будет, и на этом дело с концом, – прищурился Олег. – Но ведь я правда не могу знать. Может, эта твоя влюбленность – просто юношеское увлечение, – Марат говорил серьезно. – Нет, на тебя нельзя положиться, когда дело доходит до лирических отступлений. Если я когда-нибудь тебя разлюблю, то… – То? Олег ничего не стал говорить, просто поцеловал. Он-то знал, что никогда не разлюбит. Просто не мог объяснить. Пока не мог, но он докажет. Ибо врозь им уже нельзя.