Неслучайная случайность

В какой-то миг я словно увидела себя со стороны. Вечно чем-то недовольная, ворчащая особа. Если не хочу потерять дорогого человека, нужно учиться идти на уступки. И перестать уже спорить по пустякам. Пусть это и будет нелегко(c) Тараканы в голове Марии Киселевой.

- Погоди, я что-то не врубаюсь. Тебя бесит, что у вас все хорошо? - изумленно вопрошал Леша, когда мы вышли на многострадальное крыльцо Ледового. Я лишь покачал головой, делая вид, что жутко заинтересован происходящим вокруг. Вон, например, шлепает на тренировку начинающий хоккеист. Весь вид семилетнего пацана кричал, что предстоящее мероприятие его мало вдохновляет. Однако, на строгую даму в смешном цветастом пальто это не произвело ни малейшего впечатления. Она упорно тянула упирающееся чадо за собой. Ребятенок еще громче завизжал, заявляя что в хоккей лучше играть на приставке, а не на льду. Оказывается, так устаешь меньше. Тогда измученная женщина, видимо, приходившаяся парню бабушкой, пообещала после тренировки вернуть отобранную за плохое поведение "айхрень". - Договорились, только родителям не рассказывай, - радостно заверещал будущий Овечкин, скрываясь в дверях Ледового. Следом за ним поспешила и дама в пальто, на ходу поправляя подопечному шапку с изображением человека паука. - Куда мир катится, - деланно возмутился я, разводя руками, - Планшеты да приставки интересуют детей больше, чем спорт. И ведь не поспоришь, так действительно устаешь меньше, - с этими словами перевел взгляд на Смирнова, предлагая вместе посмеяться над шуткой. - Ты с темы-то не соскакивай, - хмыкнул Леша, - Что у вас случилось? Тяжело вздохнув, я поднял глаза на хмурое ноябрьское небо. Ничего не случилось. У нас все замечательно. Слишком замечательно, если быть до конца честным. Вот представьте себе конфетно-шоколадную диету. Какими бы восхитительными не были сладости, они достаточно быстро надоедают. От приторного вкуса уже тошнит, хочется чего-нибудь остренького. Необходима приправа в виде взаимных подколов, споров, ярких примирений. Без всего этого можно загнуться от скуки и утонуть в липком сахарном сиропе. Если оставить все как есть, именно эта участь поджидает и нас с Машей. Последние пару недель Киселева очень странно себя ведет. Не спорит, не язвит, слова поперек не молвит. Настала эпоха мира, любви и согласия. Вот вчера, например, трудились над докладом. Цифры и мелкий текст меня достаточно быстро достали. Не выдержав, запустил первую попавшуюся игру. Вместо того, чтобы завести привычную шарманку про вред компьютерных игр и огромный объем работы, Маша лишь недоброжелательно покосилась на бегающих по экрану человечков с автоматами. И молча доделала мою часть работы. Мол, ты и без того вымотан после тренировки. Понятливая моя. Все, что мне так нравилось в этой девушке: собственное мнение, характер, темперамент, вдруг разом испарилось. Без предварительного объявления и предупреждения. Да мы когда просто дружили, и то больше эмоций было. А сейчас наше бытие лучше всего характеризует фраза "жили они спокойно, но несчастливо". - Дурак, - безжалостно отрезал Леха, выслушав мой рассказ. Одновременно с этим он покрутил пальцем у виска, подчеркивая свое отношение к происходящему, - Просто ты ей дорог, вот она и старается не ссориться по мелочам. Зачем?! Лично мне больше по душе предыдущая модель взаимоотношений. Живая и настоящая. И я твердо намерен вывести Машу на маленькую ничего незначащую ссору, по аналогии с маленькой победоносной войной. Тогда скорлупа показного спокойствия треснет, и темперамент Киселевой вновь проявит себя во всей красе. - Напоминаю, что часто маленькие победоносные войны часто влекут за собой колоссальные убытки, - задумчиво протянул друг, показывая жестами, насколько значительными могут быть гипотетические последствия. Эту реплику я предпочел пропустить мимо ушей, на несколько секунд изобразив внезапный приступ глухоты. Мысленно уже разработал целый план, призванный вывести Машу из себя. Более того, операция под кодовым названием «маленькая ссора» уже активно претворяется в жизнь. Днем я позвонил Маше и попросил навести порядок у меня в квартире. Ну, думаю, сейчас рванет. Но не тут-то было. Вместо того, чтобы возмутиться и ответить мне в фирменной манере, девушка пару мгновений молчала, а затем пообещала выполнить просьбу. Следующим пунктом числилось изменить семейное положение во всем известной социальной сети на "все сложно". - Идея взрослого, адекватного человека, - саркастически прокомментировал Смирнов, поднимая вверх большой палец, - А если серьезно, Андрюх, не дури. Не буди Лихо, пока оно тихо. Совет друга улетел куда-то далеко, подгоняемый резким порывом ветра. Не слушая, я направился к машине, попутно щёлкнув брелком сигнализации. Ауди приветливо моргнула фарами, словно подтверждая, что готова мчаться на встречу с девушкой. Если выражаться точнее, то не мчаться, а неторопливо ехать, наслаждаясь дорогой. Получасовое опоздание - еще один пункт из плана "маленькая ссора". Этого Маша точно не стерпит. Прежняя Маша не стерпела бы. Новая, модифицированная Маша лишь улыбнулась, завидев меня в дверях нашего любимого кафе. Более того, приветливо помахала рукой, словно не ждала битых тридцать минут и не обратила внимания мою страницу. Стало понятно, что первые два пункта потерпели сокрушительное фиаско, разбившись о скалу любви и взаимопонимания. Выругавшись про себя, взял меню и деловито принялся за его изучение. Попутно не забывал посматривать на свою прекрасную спутницу. Нет, внешне она не изменилась. Русые волосы как и всегда спадают на плечи. Взгляд голубых необычайно выразительный. Да и стиль одежды вроде остался без перемен. Отчего тогда такое чувство, что что-то не так? Пока я размышлял, к нашему столику подплыла официантка. Кокетливо подмигнув мне, не обращая ни малейшего внимания на Машу, девица водрузила на столик поднос с заказом. Перед Киселевой оказалась порция Тирамису и чашка имбирного чая. Сделав глоток полезного напитка, Маша взглянула на десерт. Пробовать его на вкус она не торопилась. Сначала нужно как следует налюбоваться посыпанной шоколадом вкуснятиной. Очень кстати мне бросились в глаза висевшие на стене часы. Стрелки подсказывали, что сейчас шесть вечера. Вот тут-то в голову залетела еще одна мысль, как сломать раздражающую скалу спокойствия и взаимопонимания. - Маш, тебе после шести сладости лучше не есть. А то скоро в джинсы перестанешь влезать, – лукаво протянул я, с вызовом глядя на девушку. Ну же, расшевелись! Заяви, что у тебя и без того тонкая талия. Тем более, это чистая правда. Казалось, что цель достигнута. В глазах Маши появились чертики и приготовились устроить веселую дискотеку. На пару секунд Киселева закусила губу, словно гася таким образом надвигающиеся ураган возмущения. Ей это успешно удалось. Чертики в глазах крайне разочарованно покачали рожками и спрятались за длинными ресницами. - Спасибо, любимый. Я учту, - кивнула девушка, выдавив некое подобие улыбки, и отодвинула от себя нетронутое пирожное. Да что же это такое? Она вся такая добренькая, милая. Где уверенность в себе, умеренная дерзость... Где все то, что я так люблю?! Ничего не оставалось, как удрученно приняться за еду. Машинально ковыряя вилкой в салате, я решил предпринять еще одну попытку растормошить Киселеву. А именно – ответить на флирт официантки. Лукавая улыбка и взгляд на стройные ножки не укрылись и от Маши. Надо было видеть ее выражение лица. Самый неугомонный чертик в глазах аккуратно выглянул из-под ресниц, разведывая обстановку. Но вновь прикушенная губа быстро заставила его спрятаться. Маша мгновенно взяла себя в руки и предпочла сделать вид, что все прекрасно. Вот это уже перебор, товарищи. Да любая на ее месте давно вопила бы от гнева, пугая до смерти посетителей кафе. Маша, которую я знал еще несколько недель назад, тоже не оставила бы происходящее без внимания. Если и это ее не тронуло... Остается последний способ, который должен подействовать в любом случае. Бабахнет, словно брошенная в поле граната. - Маш, нам нужно поговорить, - со вздохом начал я, откладывая вилку, - Знаешь, ты тоже очень сильно изменилась. - В какую сторону? В лучшую, надеюсь? – попыталась пошутить Маша, поднимая на меня голубые глаза. Видит Бог, я этого произносить не хочу. Казалось, даже голосовые связки с трудом шевелятся, не желая воспроизводить ответ. Но другого способа вернуть прежнюю Машу я придумать не могу. А уж какое примирение потом устроим... - В сторону нашего расставания, - выпалил на одном дыхании. Теперь остается только ждать ее реакции.