Как я встретил вашу маму

Спустя 3 года — Черт, Малфой, не дергайся, иначе я проткну тебе ногу. — Поттер, тогда я угощу тебя мощным проклятьем, — усмехнулся Драко, глядя на себя в большое зеркало. Гарри булавкой закалывал чуть длинноватые брюки Малфоя. — Все. Почему нельзя было сделать это у мадам Малкин? Я же не портной, — надулся Поттер. Драко пожал плечами и похлопал Гарри по спине. — Спасибо. — Нервничаешь? — улыбнулся Гарри, глядя, как Драко посматривает в окно, где полным ходом идет подготовка к празднику, а рабочие бегают туда-сюда. — Поттер, ты же шафер, а не психолог? — Слово «шафер» предполагает — друг. Или я тут по другой причине? — обиделся Гарри. — Ну, конечно, я нервничаю, — ответил он. — Я ждал этого почти всю жизнь. Вдруг она засомневается? — Все будет хорошо, — успокоил его Гарри, подавая ему серую свадебную шляпу и бутоньерку. ************************************ — Гермиона, ты в порядке? — обеспокоено спросила Джинни, глядя на бледно-зеленую подругу, которая сидела в кресле, уткнувшись в ладони. — Да, да, Джинн, все нормально, немного переживаю, — натянуто улыбнулась она. — Встань, я поправлю платье. Гермиона встала, одергивая белоснежный наряд. Джинни заколола выбившуюся прядь из прически невесты. — Гермиона, ты сомневаешься? — Нет, что ты! Просто немного страшно. В дверь забежала Нарцисса. — Детка, ты прекрасна. Мужчины ждут, пора, — сказала она. Гермиона глубоко вдохнула и выдохнула; взяв из рук Джинни букет лилий, она чуть неуверенно шагнула за дверь. ************************************** Драко не видел и не слышал ничего вокруг, только ее. Он стоял под свадебной аркой, а сердце билось от адреналина. Гости встали, увидев прекрасную невесту, шагающую к алтарю. Она теребила букет, но продолжала идти под руку со своим отцом. Ради такого случая были сняты многие защитные чары поместья, чтоб ее родители смогли побывать на свадьбе. Отец дрожащей рукой вложил руку своей дочери в ладонь жениха, вверяя ему ее судьбу и жизнь. — Ты прекрасна, — шепнул Драко. К паре подошел высокий мужчина, единственный в черной мантии. У магов не приняты священники, но есть верховный маг — распорядитель магических союзов. Он принимает клятвы, скрепляет их, и только он может их разрушить, то есть развести пару. Маг встал возле них. — Сегодня в вашей жизни произойдет одно из самых прекрасных и незабываемых событий — создание семьи. С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Создавая семью, вы добровольно приняли на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей. Поскольку никто не указал, что могло бы воспрепятствовать этому брачному союзу, я спрашиваю тебя, Драко Люциус Малфой, согласен ли ты взять в жены Гермиону Джин Грейнджер? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о ней и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас? Если это так, подтверди это словами «Да, обещаю». — Да, обещаю, — сказал Драко, чуть крепче сжимая руки Гермионы. Маг кивнул и выпустил один сноп красных искр из палочки. — Я спрашиваю тебя, Гермиона Джин Грейнджер, согласна ли ты взять в мужья Драко Люциуса Малфоя? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о нем и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас? Если это так, подтверди это словами «Да, обещаю». Гермиона до боли сжала пальцы Драко, так что он даже занервничал. «Ну же», — одними губами произнес он, когда пауза чуть затянулась. — Да, обещаю, — выдохнула она. Маг выпустил второй сноп красных искр. Сбоку от Драко подошел Гарри и подал ему кольца. Драко взял из пальцев Гарри золотой ободок и аккуратно надел на палец самой желанной женщины на свете. Она была так прекрасна, что от этого чувства у Драко даже защипало глаза. Гермиона протянула руку за вторым кольцом и с некоторой неуклюжестью натянула его на палец Драко. — Теперь клятвы, — произнес маг. Драко чуть прокашлялся и сделал шаг к Гермионе, встав с ней почти вплотную. — Гермиона, я клянусь нежно любить тебя и быть во всем тебе опорой, сегодня, завтра и всегда. Я обещаю быть верным и терпимым, относиться к тебе с уважением, до последнего вздоха. Я люблю тебя. Гермиона сморгнула слезу, стоявшую в уголке глаза, и чуть дрожащим голосом продолжила: — Драко, клянусь быть с тобой, сегодня, завтра и всегда, до последнего вздоха любить тебя и оберегать, быть верной и заботливой. Быть с тобой в богатстве и бедности, в здравии и болезни. Я люблю тебя. Они склонились друг к другу, и Драко, прижав ее к себе, поцеловал. Гости встали и взорвались аплодисментами. Маг над их головами выпустил золотые искры, тем самым скрепляя их брак. Потом к ним кинулись близкие родственники и друзья, то и дело обнимая их и хлопая по спинам. Они танцевали свой первый свадебный танец. А Драко заглядывал в глаза своей законной жене. Она все еще была тиха и чуть натянуто улыбалась. — Гермиона, все в порядке? — Да, просто я чувствую себя чуть скованно, когда вокруг столько людей, а многие из них высокопоставленные лица. Драко улыбнулся, кружа ее по залу. «И как же тебе сказать», — подумала Гермиона о своей самой большой тайне. — Сказать что? — тут же отозвался Драко. «Черт», — выругалась про себя Гермиона. Иногда она терпеть не могла их ментальную связь, он узнавал обо всем раньше, чем Гермиона сама хотела рассказать. — Ну? — выжидательно поднял брови Драко. — Я думаю, что пока рано переделывать твою детскую под кабинет, — сказала она. — Ты хочешь сделать что-то другое? — не понял он. Гермиона возвела глаза к потолку. — Нет, — сказала она, — пусть ребенок спит в ящике от стола. Драко секунду стоял, обдумывая ее слова. Причем тут стол, а причем тут ребенок. Но спустя пару мгновений он все понял; как можно нежнее прижав ее к себе, он целовал ее, так долго и так страстно, прямо посреди зала с гостями, которые танцевали. Они чуть смущенно оглядывались на интимную сцену, а потом к ним подошли Люциус и Нарцисса с каким-то свертком. — Кхм, — прокашлялся Люциус, чтоб молодые оторвались друг от друга. — Вам не терпится остаться наедине, поэтому это наш подарок, — сказал он, протягивая его. Драко и Гермиона вдвоем развернули его. Там была старая серебряная пепельница. Драко пораженно посмотрел на родителей. Они широко улыбались. Нарцисса, растрогавшись, смахнула слезы и заключила детей в объятья: «Мы любим вас», — сказала она. — Сработает через минуту, — сказал Люциус, и Нарцисса оторвалась от них. Через несколько мгновений Драко и Гермиону рвануло вверх порталом, и они оказались в комнате с огромным окном, откуда открывался вид на океан. — Нам и правда стоит побыть наедине, — сказал Драко, аккуратно укладывая Гермиону на кровать. — Я так соскучился. Он расстегивал миллион крючков на ее белом платье, оголяя ее грудь. — Я счастлив, — сказал он, целуя ее живот. — Я тоже, — сказала Гермиона, блаженно закрывая глаза. ************************************* — Пап, сегодня сочельник, ты думаешь уже несколько дней об истории с мамой. Может все-таки расскажешь? — Да, Скорпиус. Я все обдумал, — сказал Драко, выныривая из последних воспоминаний в истории о свадьбе. Гермиона ненавидела меня, но я дал ей то, что не смог дать кто-то другой. Ненавязчивость и ощущение собственной нужности и защищенности. Хотя она меня выручала и защищала, наверно, гораздо больше. Она была рядом, когда это было нужно, особенно после Азкабана. Скорпиус смотрел на отца, этот факт его биографии всегда был под запретом для обсуждений. Конечно, он знал, что отец был в тюрьме, но вот сейчас он, похоже, решил наконец все рассказать. Драко начал с момента открытия аптеки и первой встречи на площади Гриммо. Гермиона, сидевшая чуть поодаль, подсела ближе, чтоб попутно рассказать сыну свою точку зрения на историю. — Боюсь, ты приврешь, — шутливо сказала она мужу. — Можно я тоже послушаю? — подскочила поближе Алиса, такая же белокурая, как ее брат и отец, четырнадцатилетняя оторва, выкрасившая однажды свои волосы в синий цвет, чем чуть не довела Люциуса Малфоя до больницы. — Все садитесь и слушайте, — строго сказал Драко и начал. Лица его детей все время менялись, слушая столь откровенный рассказ отца. Они и в жизни бы не подумали, что их состоятельный отец ради матери ушел из семьи и жил в каком-то клоповнике, терпя лишения и холод, в конечном итоге угодив в Азкабан. Не верили, что мама могла заниматься чем-то незаконным. И после всего даже удивились, что мама все-таки так сильно полюбила их отца. Спустя несколько часов Драко изрек: — И вот когда она шла к алтарю, в шикарном белом платье, с лилиями, с чуть заметной улыбкой на лице, я понял… Я встретил мать моих будущих детей. Вашу маму… — закончил Драко. Алиса шмыгала носом, растрогавшись от истории. Скорпиус сидел, чуть загруженный от услышанного. Больше в этой семье не было тайн. — Все, всем спать, — встала Гермиона. — Завтра Рождество, нужно выспаться. Неделю спустя семья Малфой стояла на перроне платформы 9 ¾, провожая Скорпиуса на последний семестр в Хогвартс и Алису на четвертый курс. Драко заметил грустный взгляд Скорпиуса на стайку девочек старшекурсниц, и он понял, что его зазноба одна из них. — Скажешь, кто она? — спросил он. Скорпиус отрицательно помотал головой. — Узнаешь, если все получится. Теперь ты научил меня, — сказал он, заходя в поезд. Гермиона и Драко махали руками вслед удаляющемуся поезду. — Это Роза Уизли, — шепотом сказала Гермиона. Драко в ужасе повернулся к ней. — Откуда ты знаешь? — Алиса проболталась, Скорпиус поделился с ней вечером. — Боже, — простонал Драко, — опять Уизли. Мало нам того, что Алиса влюблена в младшего Поттера, так теперь еще и сын в Уизли. — Дорогой, мы же дружим с Поттерами. — Да! Ну, в том-то и дело, то ли Поттер, то ли Уизли… Фу… Ладно, посмотрим, что будет, — сказал он. Гермиона еле заметно толкнула локтем Драко, указывая вдаль, где стояла чета Уизли. Рон и Лаванда. Он чопорно кивнул им и, подав Гермионе локоть, в срочном порядке аппарировал в мэнор с острым чувством, что одним бокалом виски сегодня не отделаться.