Оковы духа

      Томительно ожидание закончилось.       Тишину лаборатории разрезал пронзительный крик.       Эшрим вынырнул на поверхность, будто новорожденный, делая первые глотки воздуха. Задремавший, привалившись спиной к чаше, Азар подскочил, подхватил друга, прежде чем тот упал обратно. Эшрим дергался в его руках, мышцы судорожно сокращались, когда дух пытался взять тело под контроль.       Подбежавший эльф прикрикнул на Азара, заставил отойти и занялся Эшримом сам.       Азар привалился к стене. Перед глазами все плыло. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда он проснулся от вопля. Он успел испугаться, что все кончено, хватило тех мгновений, пока он оборачивался к чаше. Теперь же напряжение, завязавшее его узлом за последние дни, разом схлынуло, оставив лишь пустую оболочку, молча взирающую, как колдуют над его другом.       К Эшриму его подпустили чуть ли не через час. Азар склонился над чашей, в которой осталось совсем немного сока. Эшрим неподвижно лежал на дне, лишь медленно поднималась и опадала грудь. Зрачки эльфа чуть сдвинулись, когда он попытался взглянуть на склонившееся над ним лицо, щека едва заметно дернулась. Наверное, он попытался успокаивающее улыбнуться. Азар молча сжал его пальцы, зная, что теперь-то Эшрим это почувствует, и с радостью уловил ответную дрожь.       Эшрим действительно напоминал ребенка. Он заново учился владеть своим телом, с каждым днем делая все большие и большие успехи. Через десять дней он попытался внятно заговорить, через месяц - вполне уверенно передвигался на своих двоих, уже не нуждаясь в чужой помощи для повседневных дел. Иногда он еще забывался, движения становились дерганными, будто у куклы, которую тянет за нитки неумелый актер, но с каждым разом это проходило все быстрее.       Глава Древа по праву ходил гордый своим достижением.       Как-то вечером, выкроив немного времени на визит к эльфам, проживавшим все в тех же гостевых покоях, он поделился, что подобные эксперименты несколько раз проводились и раньше. Но все они закончились провалами, поскольку те духи прекрасно помнили момент смерти, разрушивший их тело. Эшриму же невероятно повезло, что его сначала оторвало от полностью здорового тела, и лишь потом с ним что-то случилось.       – Сейчас я даже готов поверить, что это везение, – чуть ломким голосом ответил Эшрим.       – Что же касается тебя, Азариэлис, – Эшанисар повернулся ко второму эльфу. Тот поднял голову.       – Я готов выполнить любое повеление Древа.       – Единственным повелением будет просьба отдыхать до тех пор, пока вы оба окончательно не восстановите душевное равновесие, – глава Древа поднялся. – Легкой ночи.       – Легкой ночи, пресветлый, – хором пожелали ему эльфы.       Когда дверь закрылась, Азар порывисто прижался к другу. Эшрим тут же зарылся носом в его волосы, вдыхая знакомый запах. Оба стали жадны до прикосновений, будто умирающие от жажды до глотка воды.       – Никак не могу поверить... – пробормотал Азар.       – А ты просто возьми и поверь, – Эшрим поймал его за подбородок и впервые поцеловал. Почувствовав дрожь, он отпустил эльфа, изумленно выдохнул:       – Азар... Ты... плачешь?       Азар удивленно моргнул, провел рукой по щеке. Растер между пальцев соленую влагу.       – Если и да - то только от счастья, – улыбнулся он и снова потянулся за поцелуем, уже зная, что всего лишь этим они этой ночью не ограничатся.