Укротить или быть укрощённым

Остаток ночи прошёл практически без сна со стороны Темари. Да и Сакура спала лишь краткими интервалами времени. То и дело у девушки шла носом кровь, мучили боли. Зеленоглазая красавица даже пару раз едва не забилась в истерике, предчувствуя, что пришёл её последний час. Темари пыталась её всячески успокаивать, но и саму блондинку трясло в страхе от плачевного состояния подруги. Конечно, всё оказалось не столь ужасающе, как могло бы быть, но всё же обеим девушкам было от осознания сего факта этой ночью не особо легче. В комнату к Сакуре старались никого лишний раз не допускать, лишь девушки время от времени сменяли друг друга, следя за состоянием юной Харуно. Мужчинам же строго-настрого было запрещено даже разговаривать подле двери, чтобы ненароком не нарушить и без того тревожный сон девушки, хотя кое-кто то и дело вертелся поблизости, выискивая даже крохотную возможность заглянуть в комнату, когда кто-то из девушек входил или выходил. После полудня, как и было обещано накануне, прибыл лекарь, дабы осмотреть пациентку. В комнате осталась лишь Тен-тен, наблюдая за всеми действиями мужчины, готовая помочь, ежели что понадобится. Поставив свой саквояж на столик, мужчина приблизился к постели, проговорив: – Как Вы себя чувствуете, юная леди? – Словно меня на кусочки порубили, – ответила едва слышно Сакура. – Это и не удивительно. Но уж лучше перетерпеть боль несколько дней, чем упокоиться навечно. Ваши подруги сообщили мне, что всю ночь у Вас шла кровь. – Да. Причём я удивлена, как только ещё дышу, ведь должно было уже всё вытечь. – Ну, леди, – улыбнулся лекарь, – что за настрой? Давайте покуда Вас осмотрим, а затем отдохнёте. Госпожа, – обратился он к Тен-тен, – распорядитесь принести сюда воды. Стоило Тен-тен открыть дверь комнаты, как никого звать ей и не пришлось. Собственно, девушку это и не удивило. Не давая мужчине и слова сказать, она потребовала, чтобы он принёс воды в тазике и чистые полотенца, ведь всё равно без дела слоняется, а сама закрыла дверь и вернулась к постели. – Леди, ночью Вы как себя чувствовали, когда нужно было пошевелиться? – спросил лекарь юную Харуно. – Всё тело болело. – Но двигаться Вы могли. – С трудом, – ответила Сакура. Попросив Тен-тен убрать в сторону одеяло, лекарь проговорил, обращаясь к Сакуре: – Будьте любезны, согните немного правую ножку в колене, а затем вновь распрямите, – когда зеленоглазая красавица выполнила его просьбу, он продолжил, сказав: – Теперь левую. Попрошу Вас постараться повращать стопами поочерёдно. Нигде не болит? – Тянущая боль в некоторых местах, – ответствовала юная Харуно. – Это из-за ушибов. Резкой боли в определённом месте Вы не ощущаете? – Нет. – Отёков и кровоизлияний я не вижу. Скорее всего, переломов скрытых нет. Так, давайте, леди, теперь проделаем то же самое с Вашими ручками. Если ощущаете резкую боль, тотчас мне говорите. Итак, поднимите немного правую руку, согните в локте, попробуйте повращать, запястьем тоже. Теперь левой ручкой. Когда Сакура выполнила требования лекаря, мужчина подошёл к столику, принявшись мыть руки, а затем приступил к осмотру девушки тактильным способом. Юная Харуно даже пару раз захихикала, ощутив, что ей щекотно, на что лекарь лишь с улыбкой ответил, что это даже хорошо. – А теперь, леди, проверим Ваше зрение, – сказал лекарь, а затем, взяв какие-то небольшие листочки, отошёл на пару шагов от постели. – Смотрите на меня и говорите, что видите на листочках, которые я буду поочерёдно Вам демонстрировать. Постепенно я буду отходить всё дальше и дальше. Итак, давайте приступим. Покончив с осмотром, лекарь передал Тен-тен кое-какие рекомендации, после чего удалился, заявив, что прибудет с визитом на следующий день, ежели не случится чего. Сакура вновь погрузилась в сон, а когда через пару часов пробудилась, то попросила Тен-тен пригласить в комнату Неджи. О чём шёл разговор, никто не знал, поскольку кроме графа Хьюга и зеленоглазой красавицы на тот момент никого в комнате не было. Зато Неджи в мгновение ока оказался в кольце друзей, стоило спуститься в зал. Когда же мужчина отказался поведать суть диалога с юной Харуно, некоторые личности его едва не растерзали. И лишь благодаря своевременному вмешательству девушек удалось избежать членовредительства. – Отстаньте, – заявил Неджи, когда ему уже порядком надоело выслушивать нытьё друзей вперемешку с угрозами. – Если бы было предназначено для посторонних ушей, то вас бы всех и собрали для разговора. – Хьюга, я тебя потом в тёмном уголке отловлю, – пообещал Саске, – но заставлю всё выложить. – Я буду участвовать, – поддакнул брату Наруто. – Не ты один, – сказал Дейдара. – Не пугайте ежа голыми задницами, – ответил на все угрозы друзей Неджи, а затем направился по своим делам, оставив молодых людей изнывать в бессильной злобе. – Клянусь, я из него вытрясу правду, – рыкнул Саске. – Мальчики, перестаньте, – сказала Темари. – Неджи прав. Если бы тема его с Сакурой разговора касалась всех, то не делали бы тайну. – И что же это за тайны между ними такие? – огрызнулся брюнет, а затем обернулся к кареглазой красавице. – Тен-тен, а тебе разве не интересно, о чём там шептался твой женишок с Сакурой? – Саске, постарайся успокоиться, – произнесла девушка. – Я не собираюсь скандалить с Неджи из-за этого. – Учиха, тебе вообще грех ревновать, – встрял в разговор Шикамару, за что получил в свой адрес гневный взгляд брюнета. – Насколько я знаю, Сакура свободная девушка, не обременённая ни с кем, – господин Нара намеренно сделал акцент на данных словах, и в глазах Саске вспыхнула ярость, – никакими обязательствами, даже помолвкой. Ты у нас, как все знают, официально уже с невестой, имя которой уж никак не Харуно Сакура. Верно? Так чего истерику порешь? Какая тебе разница, с кем общается Сакура? Это Тен-тен должна переживать, что её жених секретничает с другой девушкой. Тебя никаким боком это не касается. – Верно говоришь, – улыбнулся Дейдара, чем заслужил себе место в списке смертников, составляемых в данный момент Саске. – Я вот свободен, так что могу и поревновать немного. При этом меня она прекрасно помнит, что уже о многом говорит. – У меня нет другой невесты, – огрызнулся Саске, стараясь не сорваться и не удавить блондина, который пакостно ухмылялся, глядя на него. – То, что Карин всем вокруг растрепала, будто она и есть моя невеста, меня не волнует. – Ты уж определись, – усмехнулся Наруто. – То у тебя одна красотка в невестах, то вскоре оказывается, что совершенно с другой помолвлен, а затем вообще заявляешь, что свободен, словно ветер. Братишка, так дела не делаются. – Да катитесь вы все, – рыкнул Саске, после чего быстрым шагом направился прочь из зала. Молодые люди проводили друга взглядами, отметив тот факт, что брюнет очень зол. С одной стороны, это было понятно, ведь друзья молодого герцога прекрасно знали о его чувствах, хотя и не были в курсе, кроме Наруто, причин расставания с Сакурой. С другой же стороны, а что он, собственно, пытался тут доказать? Шикамару был абсолютно прав, как и Наруто. Если бы Саске хотел, то пресёк бы слухи о помолвке с Карин на корню. А раз он этого не сделал, лишь потворствовал девушке, при этом появлялся с нею на одном из вечеров, то вполне логично было бы усомниться в искренности его чувств к юной Харуно. – Чего вы на него накинулись? – проговорила Тен-тен. Нет, девушка не собиралась отстаивать верность позиции Саске, она даже не понимала и толики его мотивов, но ей было искренне жаль мужчину. Она видела, как он страдает, хотела, чтобы Саске вновь стал таким, каким был до расставания с юной Харуно. Быть может, этому уже не дано случиться, но шатеночка очень надеялась, что Сакура и Саске хотя бы помирятся. – А нам его по головке за всё погладить? – вопросом на вопрос ответил Наруто. – Перестань. Ты же видишь, что ему плохо. – Уж прости, Тен-тен, но он сам себя загнал в эту яму. Я говорю не о трагедии с Сакурой, а том, о чём мы тут речь вели. Никто его не заставлял давать молчаливое согласие Карин трезвонить направо и налево о их помолвке. Никто не вынуждал разрывать помолвку с Сакурой. – Может, он на тот момент не видел иного выхода, – продолжала заступаться за брюнета Тен-тен, хотя и осознавала глупость своих слов. – Может, он и не искал иной выход, просто спустив всё на самотёк? – сказал Наруто, подсказывая девушке иные варианты развития событий. – Может быть, вообще не собирался ничего менять, если бы не трагедия с Сакурой? Её ведь тут, по идее, и не было бы, коли не матушка, поскольку это она привезла Сакуре приглашение. Возможно, он и впоследствии не станет ничего менять, решив вновь просто довериться обстоятельствам? – Ты явно знаешь что-то, о чём мы и не подозреваем, – заявил Шикамару, видя, как распалился Наруто. – Что же, давайте прекратим этот ненужный разговор. Как бы то ни было, Саске самому надлежит решать, как строить свою жизнь дальше. Нечего нам влезать во всё это. – Такими темпами он только всё усугубит, – сказала Темари. – Пусть, – пожал плечами господин Нара. – Повторяю, это его жизнь. Не научится думать, так это лишь его проблемы. Или всю жизнь за ним бегать и, уж простите меня, мои дорогие дамы, задницу подтирать? Темари шикнула на него, но мужчина лишь ухмыльнулся. Собственно говоря, все присутствующие в некоторой степени разделяли его мнение. Конечно, никто не знает, что творится в голове другого человека, что движет его поступками. Да, никто не может сказать наперёд, что ждёт его в будущем, как он поступит в тех или иных обстоятельствах, поэтому и негоже указывать другим, судить их, зарекаться относительно тех или иных действий, поступков. И всё же Саске действительно, по мнению друзей, слишком запутался, сломал жизнь, причём не только себе. Его можно в чём-то понять, но в то же время нет причин прощать. Можно попытаться подтолкнуть, но неизвестно, в верную ли сторону он сделает шаг. Если молодой герцог не захочет увидеть свои ошибки, попытаться что-то сделать, чтобы изменить будущее, то никто ему не поможет. Да и кто знает, что желает сам Саске. Может статься, его всё это как раз и устраивает.

***

– Можно войти? После разговора в зале, когда друзья накинулись на него с упрёками, Саске некоторое время пробыл в комнате, пытаясь успокоиться, а затем решил всё же попытаться поговорить с Сакурой. Всё это время его не пускали в комнату, видел девушку он лишь мельком. А мужчине очень хотелось хотя бы пару слов ей сказать. А о чём им, собственно говоря, вести диалог? Юная Харуно во всеуслышание заявила, что не помнит его. Крайне сомнительно, что девушка станет разговаривать с тем, кого не знает. Да и сам молодой герцог был вне себя от волнений, когда думал обо всём этом. Что ей сказать, как объяснить, что было между ними в прошлом? И всё же брюнет решил рискнуть. Пусть его вновь прогонят прочь, но он хотя бы попытается взглянуть на девушку сквозь приоткрытую дверь. Саске знал, что в данный момент с Сакурой сидит Хината. Он надеялся, что юная Хьюга не станет так рьяно его выпроваживать, как делали Тен-тен и Темари, позволив хотя бы чуточку побыть рядом с Сакурой. Вот молодой герцог и направился к комнате Сакуры, всячески стараясь, чтобы его никто не заметил. Ежели и удастся уговорить Хинату впустить его в комнату, то кто другой запросто оттащит от двери за шкирку, как это делал уже пару раз Неджи. Саске решил не стучать, ведь вполне вероятно, что юная Харуно спит, а будить её он не хотел, поэтому просто немного приоткрыл дверь, полушёпотом поинтересовавшись у Хинаты, можно ли ему войти. Юная Хьюга сперва взглянула на Сакуру, затем, что-то обдумав, подошла к двери, спросив мужчину: – Что ты хочешь? – Я не буду её будить. Просто посмотрю на неё. – Саске, – вздохнув, проговорила Хината, – ты же знаешь, что её нельзя волновать. – Пожалуйста, позволь мне только на неё взглянуть, – продолжал упрашивать брюнет. – Обещаю, если что, так я сразу уйду. – Кто там? – послышался тихий голос юной Харуно, и Хината, обернувшись, произнесла: – Его светлость герцог Учиха Саске. Саске едва не закатил глаза, услышав подобное из уст Хинаты. Не на каком-то ведь приёме. Что за тон? Для чего такой пафос? А Наруто она бы тоже представила со всеми почестями? Может, ещё в реверансе склонится? – Что ему нужно? – Поговорить, – заявил брюнет, решив не дожидаться, что же придумает в ответ Хината. – Я Вас не знаю, милорд, так что не вижу смысла в разговоре. Саске сжал кулаки, пытаясь не реагировать на ледяной тон девушки, хотя её слова задели намного сильнее. – Позвольте мне попытаться напомнить Вам некоторые моменты из прошлого. Быть может, Вы, сударыня, вспомните меня. – Не вижу причин утруждаться. – Подожди, – прошептала мужчине Хината, а затем направилась к лежащей в постели юной Харуно. Сквозь приоткрытую дверь Саске видел, как девушки тихонько переговариваются, но ни слова не мог разобрать. Он был готов удалиться, ведь вряд ли стоит пытаться поговорить с Сакурой, когда та настроена против его присутствия, как заметил, что Хината махнула ему рукою, подзывая ближе. Пусть и не был уверен, что понял её правильно, брюнет шагнул в комнату и прикрыл за собою дверь. – Только недолго, ей нельзя переутомляться. Я буду рядом, – произнесла юная Хьюга, взглянув на Саске. – Если что, ты немедленно уйдёшь. Молодой герцог согласно кивнул, хотя ему и не нравилось, что при разговоре будет присутствовать посторонний человек. Да, Хината кузина его друга, подруга юной Харуно, но это отнюдь не означает, что он хочет при ней общаться с Сакурой. Саске планировал рассказать юной Харуно кое-что из их совместного прошлого, дабы постараться всколыхнуть воспоминания девушки, но в присутствии Хинаты сие не представлялось возможным по многочисленным причинам. – Быть может, мы перейдём на менее официальный тон? – предложил Саске, обращаясь к Сакуре. – С какой целью? – Ранее, сударыня, на «Вы» мы общались лишь в случае присутствия посторонних, либо в те моменты, когда хотели немного… – тут брюнет задумался, не зная, как и выразиться покорректнее. При Хинате не стоит упоминать довольно многое, в том числе и специфику его и Сакуры общения в прошлом. – В общем, ежели желаете, то я не против вести диалог на «Вы». Хотя Саске действительно было в данный момент всё равно, как зеленоглазая красавица будет к нему обращаться, лишь бы поговорить с нею. Конечно, он уже привык, что их диалог на «Вы» обычно носил в большей степени издевательский характер, особенно со стороны девушки, когда оба пытались задеть друг друга, высказать какую-либо колкость. Сейчас же дело будет обстоять иначе, поэтому мужчине надлежит помнить об этом, дабы не забыться и не начать препираться. Хината присела на софу у окна, предварительно поставив стул для Саске подле Сакуры. Когда же брюнет приблизился к постели, взглянув на девушку, его сердце болезненно защемило. На ранее румяном лице теперь заняла главенствующее положение ужасающая бледность, словно из Сакуры выкачали разом всю кровь. Глаза, что раньше сверкали подобно изумрудам на солнце, теперь казались какими-то блёклыми. Бледные губы, синяки вокруг глаз... Сама же юная Харуно выглядела безумно измученной. – Такая страшная? – проговорила девушка. Её слова вывели из ступора Саске, который лишь сейчас осознал, что стоял и пялился на неё неприлично долго. Про выражение своего лица при этом он старался вообще не думать. Явно не восхищение на нём читалось. – Нет, – ответил он, присаживаясь на стул. – Вы никогда не были и не будете страшной. Да, измученная сейчас, бледная, но это вскоре пройдёт, Вы вновь засияете красотою. – Вижу, милорд, Вы мастер угождать дамам комплиментами. – Ничего подобного. Просто сказал лишь то, что является истиной. – Ясно, ещё и дамский угодник, – протянула девушка, прикрыв глаза. – И много дам вьётся вокруг Вас? Вы, кстати, женаты? Было бы жаль Вашу супругу, ведь ей придётся терпеть постоянный флирт с Вашей стороны с другими дамами, которые пожелают, так сказать, насладиться Вашим обществом. – Я не женат, – ответил спокойным тоном Саске, пытаясь не реагировать на откровенный намёк относительно сплетен о якобы его похождениях. – И спешу Вас заверить, сударыня, у меня нет толп любовниц, как Вы изволили заметить. – Хорошо, не толпа, но парочка явно имеется. Саске сжал кулаки, но внешне более постарался никак не выказать, что его напрягает весь этот разговор. Он планировал иначе начать диалог, а не обсуждать с Сакурой подобный вздор. Мало ему было в прошлом проблем из-за лживых слухов. – Сударыня, заверяю Вас от всего сердца, что не имею любовниц. – Меня не интересует это. Молодой герцог едва подавил в себе желание усмехнуться. Конечно, её нисколько это не волнует, что начала с этого разговор, ещё и так упорно настаивает на своей правоте. Маленькая врунишка. Видно, даже забытые замашки поиздеваться над ним всё же дают о себе знать. – Почему Вы, сударь, заявили в недавнем прошлом, что подарили мне украшения, ещё и утверждали, что я Ваша невеста? – Потому что именно так всё и обстояло. – Обстояло? А как же сейчас? Саске едва не скрипнул зубами. И что ему ей ответить? Может, память она и потеряла, а вот способность мучить его как раз взрастила. – В настоящее время, – сказал Саске, стараясь подбирать слова, – между нами возникли небольшие разногласия. – Насколько небольшие? Молодой герцог невольно бросил взгляд на Хинату, в глубине души надеясь, что девушка удалится на время, дав паре объясниться, но светлоглазая красавица не собиралась никуда уходить, внимательно наблюдая за состоянием Сакуры. Мужчине ничего более не оставалось, кроме как попытаться объясниться так, чтобы юная Хьюга не вздумала потом изобличить его во лжи, а также самому не оказаться ничтожнее грязи под ногами возлюбленной. Хотя он и так уже ничтожнее некуда, просто она запамятовала. – Мы поссорились, – признался Саске, умоляя мысленно Сакуру не продолжать допрос. К сожалению, девушка не собиралась доставлять ему такого удовольствия, поэтому поинтересовалась: – И какова же причина нашей ссоры? Саске глубоко вздохнул, прикрыв на пару мгновений глаза. И что ему ответить? Не может же он сказать правду. Как вообще можно сказать девушке, что, поверив лживым сплетням, не удосужившись проверить факты, просто набросился на неё, а затем расторг помолвку? Да и при Хинате он не мог сказать подобное, но и лгать не выход. – Это слишком личное, – ответил брюнет. – Я бы не хотел затрагивать данную тему при госпоже Хьюга. – Вам есть, милорд, что скрывать? Саске едва не застонал. Она издевается? Ей действительно доставляет садистское удовлетворение любоваться его мучениями? Ладно, ранее так и было, молодой герцог Учиха прекрасно это помнил. Но неужто Сакура и ныне не угомонилась? – Есть, – признался Саске. – И я, как сказал ранее, не желаю выносить это на публику. Сами понимаете, госпожа, есть вещи, которые не раскрывают всем подряд. Убеждён, Вы тоже храните некие секреты. Молодой герцог не знал, насколько в курсе всего, что происходило ранее между ним и юной Харуно, Хината. Рассказала ли подруге что-либо про их ссору Сакура? Что могла ответить ей брюнетка? Дала ли какие-нибудь рекомендации относительно дальнейших действий, ведь женщины так обожают умничать на подобные темы? И что юная Хьюга могла наплести Сакуре, покуда та не помнит некоторые моменты? Не наговорила ли она всякой мерзости о нём? Пусть и не со зла, но Хината могла рассказать Сакуре нечто, что окончательно уничтожит его в её глазах. – Предположим, – согласилась девушка с его словами или нет, Саске понять не мог. Да и не открывала Сакура по-прежнему глаза, так что ему было сложно угадать её настрой. – Да у меня и нет желания слушать о Ваших похождениях. – Я уже говорил Вам про это, – начал раздражаться молодой герцог, невольно повышая при этом голос. – Саске, не шуми, – шикнула на мужчину Хината, напоминая, что он должен держать себя в руках. – Продолжишь в таком духе, так придётся уйти. Брюнет стиснул кулаки, пытаясь успокоиться. Хината права, сейчас не время и не место. Но всё же он в который раз за всё время знакомства с зеленоглазой красавицей мог убедиться, что Сакура умудрялась изводить его с такой лёгкостью, что никому ранее никогда не удавалось. Даже несмотря на своё нынешнее состояние, девушка словно чувствовала, куда нужно надавить, чтобы заставить его едва ли не взвыть в голос. – Прошу меня простить, – сказал мужчина. – Хината, – обратилась внезапно Сакура к подруге, – достань украшения из моего сундука. Саске непонимающе взглянул сперва на Сакуру, а затем и на Хинату, которая, поднявшись с софы, подошла к сундуку, извлекла из него обитую бархатом коробку, а затем произнесла, обращаясь к юной Харуно: – Эти? – Все. Брюнетка извлекала ещё три коробки. – А теперь отдай их его светлости. – Что это всё значит? – спросил молодой герцог, мечтая в данный момент кого-либо убить. Саске прекрасно понял, что хочет этим жестом сказать Сакура, но желал, чтобы девушка лично ему ответила. Что же, юная Харуно не заставила его долго томиться ожиданиями, проговорив: – Я возвращаю Вам, милорд, украшения. Мне они не нужны. Как я понимаю, Вы их мне дарили лишь по той причине, что мы были обручены. Что же, ныне не так, поэтому можете их забрать, передарив Вашей новой избраннице. Следует отметить тот факт, что Сакуре безумно повезло, что всё это время она не смотрела на мужчину. Саске был в неописуемой ярости. Даже Хината прикрыла рот ладошкой, боясь сказать что-либо, при этом ошарашенно глядя на подругу, не в силах даже поднять взор на брюнета. Любому было понятно, что зеленоглазая красавица только что жутко оскорбила герцога, а подобные вещи никому с рук ещё не сходили. Саске сжимал и разжимал кулаки, мечтая кого-либо в данный момент убить. Прекрасно осознавая, что он долго так не продержится, точно выскажет мерзавке всё, что думает о ней по данному поводу, брюнет резко поднялся и, развернувшись на каблуках, направился прочь из комнаты. Стоило двери за ним закрыться, как юная Хьюга, буквально швырнув коробки на пол, не думая о том, что этим можно повредить дорогие украшения, подошла к Сакуре, произнеся: – Ты что делаешь? – А что не так? – спросила юная Харуно таким тоном, словно только что ничего и не произошло. – Ты всё прекрасно понимаешь, – огрызнулась брюнетка. Хината крайне редко выходила из себя, но сейчас не могла простить подруге нанесения подобного оскорбления мужчине. – Зачем ты это сделала? – Я всего лишь вернула ему то, что мне не нужно. Герцогу они пригодятся, чтобы подарить своей невесте. – Зачем я вообще согласилась? – простонала Хината, опускаясь на стул и закрывая лицо ладонями. – Ведь чувствовала, что ты какую-то гадость вот-вот сделаешь. Не могу поверить, что ты могла додуматься так его оскорбить. Как тебе вообще в голову пришло так унизить его? – Я не понимаю причин твоего недовольства, – протянула юная Харуно. – Раз мы с его светлостью герцогом Учиха более никто друг другу, то не вижу причин хранить у себя его подарки. – Всё ты прекрасно понимаешь, – огрызнулась светлоокая красавица, взглянув на подругу. – Ты могла продать эти украшения, обменять на деньги… Что угодно, но не такое. Ты выбрала худший из вариантов, какой только можно представить. Ты могла хотя бы наедине это сделать, если желала окончательно испортить ваши отношения, а не при мне. Так унизить его… За что? – А разве есть, что портить? – Да ты просто… – Хината была готова накинуться на подругу с новой порцией упрёков, как замерла на месте, ошарашенно глядя на девушку. – Ты ведь специально это сделала. – Не понимаю, о чём ты, – сказала зеленоглазая красавица. – Нет, понимаешь, – зашипела от обуявшей её злости юная Хьюга. – Ты всё прекрасно осознаёшь. Ты намеренно его унизила, потому что… Невероятно, ты всё на самом деле помнишь. И Саске ты помнишь, и ваше с ним прошлое, и вашу ссору. Ты устроила всё это именно с целью ему отомстить. – А что мне было делать? – простонала Сакура, которая была уже более не в силах терпеть. Хотелось закричать, разрыдаться, дабы дать выход эмоциям, но в то же время нельзя было допустить, чтобы кто-то сейчас прознал о произошедшем. – Ты прекрасно знаешь, что я ехала сюда с единственной целью. Но стоило мне его увидеть, вся моя решимость испарилась, мужество покинуло меня. Я не смогла, понимаешь? Ничего не смогла сделать. Я только стояла в уголке и молча глотала слёзы. Даже когда вы во главе с Темари меня напоили, я всё равно тряслась от неуверенности и страха. Вы всё прекрасно видели. – Дура ты, причём полная, – пробурчала юная Хьюга, прикрывая глаза, пытаясь взять себя в руки и хорошенько всё обдумать. – Всё было прекрасно. Да, ты действительно вела себя довольно зажато, не могу не согласиться, но он только вокруг тебя и крутился, смотрел лишь на тебя. Если бы ты хотя бы на чуть-чуть отбросила попытки придумать очередной план отмщения, то всё сама бы и увидела. На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Обе девушки думали каждая о своём. В итоге Хината, глубоко вздохнув, поднялась, убрала коробки с украшениями обратно в сундук, а затем проговорила, обращаясь к Сакуре: – Как ты вообще додумалась до истории с амнезией? – Решила, что Саске, – всхлипнув, произнесла зеленоглазая красавица, – осознав, что я не помню ничего, особенно нашу с ним ссору, попросту с довольным видом удалится, продолжив жить по-прежнему. Всё равно у меня ничего не вышло с местью ему, а так хоть… – Нет, это просто немыслимо, – вздохнув, сказала Хината. – Ладно, я сейчас пойду к нему. Не уверена, что получится, но постараюсь придумать что-либо, дабы успокоить. Хотя и не представляю, что ему сказать, чтобы он тебя простил. – Не говори ему, прошу, – взмолилась юная Харуно. – Никому не говори, что я солгала про потерю памяти. – И не собиралась, хотя ты и заслуживаешь отменную взбучку, – ответствовала светлоокая красавица. – Ты эту кашу заварила, сама и расхлёбывай. Я лишь попытаюсь уговорить Саске простить тебе твою кошмарную выходку. Хотя я даже ума не приложу, что ему сказать, – на этих словах черноволосая девушка вздохнула, покачав головою. – Кстати, а о чём у тебя был разговор с кузеном? – Просто попросила его что-нибудь придумать, а затем отправить отцу письмо, где будет объяснение, почему я задерживаюсь с возвращением, но не будет указано, что я пострадала. Вообще пыталась его упросить ни коим образом этот инцидент не выносить за пределы поместья. – Ладно, пойду я, – сказала Хината. – Скоро придёт Ино проведать тебя. Лучше сделай вид, что спишь, а попутно подумай хорошенько над своим поведением. Хочешь ему отомстить? На здоровье. Только постарайся что-то дельное придумать, а не очередную глупость. Продумывай наперёд каждый свой шаг, жест, взгляд. Думай о последствиях. Юная Хьюга удалилась, оставив Сакуру одну. Зеленоглазая красавица прекрасно осознавала правоту слов подруги, ведь на самом деле ужасно оскорбила мужчину, но в то же время вернуть всё назад, чтобы попытаться исправить, не могла. Оставалось лишь уповать на то, что Хината уговорит Саске простить глупую девчонку. Собственно говоря, юная Харуно решилась унизить брюнета лишь терзаемая жгучей ревностью, которая и затмила ей разум. Стоило ей вспомнить, что Карин является его невестой, а сам мужчина столь откровенно лжёт ей, заявляя, что свободен, и Сакура просто взбесилась. Опять ложь, снова боль. Когда же это закончится? Да, столь ужасный поступок брюнет вряд ли простит, безнаказанным уж точно не оставит. Интересно, а что сделает с нею её светлость герцогиня Учиха? Если Саске и не опустится до того, чтобы прибить мерзопакостную девчонку, то его мать, прознай о случившемся, может запросто разорвать её на куски. Нет, Хината не расскажет Микото о том, что произошло в этой комнате, но герцогиня, как уже успела заметить юная Харуно, каким-то образом оказывается всегда в курсе таких тем, что и подумать страшно о её осведомлённости. Пусть свою угрозу перед отъездом герцогиня Учиха обернула в шутку, но девушка прекрасно знала, что женщина не простит девчонку, сломавшую жизнь её сыну. И что же предпринять, если Хинате всё-таки удастся убедить Саске, что Сакура отнюдь не желала его унизить, хотела сказать совсем иное, а не то, что в итоге получилось, хотя и непонятно, как можно провернуть такое, мужчина не дурак, не поведётся на подобное? Продолжить ему мстить? Или попытаться всё же хотя бы вернуть их отношения на тот уровень, что был до ссоры? Хотя и отношения-то в то время были тоже не особо прекрасными, сплошные скандалы. Или же рискнуть? Сакура не знала, что ей делать, как быть дальше. Как бы то ни было, оставалось лишь ждать возвращения Хинаты, которая поведает ей о своём разговоре с его светлостью герцогом Учиха, если он вообще состоится. Без информации, какой бы она не оказалась, юная Харуно попросту вновь совершит массу глупостей. А сие надлежало избежать любыми путями. В итоге зеленоглазая красавица решила ждать, а затем уже и действовать по обстоятельствам. Когда же Сакура решила попытаться заснуть, она услышала тихий стук в дверь. Девушка всерьёз полагала, что это пришла Ино, как дверь распахнулась, являя на пороге Карин. – Могу я с Вами поговорить, госпожа Харуно? Или Вы плохо себя чувствуете? Сакура не знала, прогнать ей эту женщину или же позволить ей начать разговор. Зачем она пришла? Решила добить, оскорбить, доказывая, что победила в схватке за мужчину? Юная Харуно не была уверена, что сможет долго держать эмоции под контролем, когда рядом будет та, кто увела у неё Саске, но всё же сказала: – Проходите.