Укротить или быть укрощённым

– Так, присядь, а то ты ужасно дрожишь, – заявила Темари, помогая девушке опуститься на стул. – Только с пола твою тушку отскребать и не достаёт нам всем нынче. – Поглядите только, нежные все какие стали, – буркнула Сакура, хотя и лишь из вредности, ведь на самом деле едва держалась на ногах от обуреваемых волнений. Сейчас подруги помогали зеленоглазой красавице осуществлять последние приготовления перед церемонией. В зале уже собрались гости, буквально через четверть часа начнётся церемония. В данный момент Темари завершала причёску Сакуры, а Тен-тен разбиралась с платьем и аксессуарами. – Ещё бы нам не быть нежными, – сказала Тен-тен. – Сперва с тобою тут промучаемся, а затем ещё, глядишь, придётся мужчинам нашим помогать поднимать с пола твоего Саске. – С чего вдруг? – Вот увидит такую красавицу, так и грохнется без чувств. – Скорее от ужаса осознания того, во что ввязался, – промолвила Сакура, а затем едва слышно добавила: – А если он откажется? – Можно подумать, – усмехнулась Темари, – Саске до этого, сколько вы с ним грызлись, не догадывался, во что ввязался добровольно. И с чего вдруг ему отказываться? Сомневаюсь настолько в твоей удаче. Вряд ли в последнее мгновение на него сойдёт прозрение, что пора рвать когти, покуда удавку на шее не затянули. Красавчик уже давно окончательно и бесповоротно полностью в твоей власти. Ему всё равно уже и на верёвки, и на кандалы, и на иные меры пыток, что ожидают в будущем. – Лично я уверена, – засмеялась Тен-тен, – что у него сейчас точно такие же мысли. Явно стоит и трясётся от страха, что ты откажешься от свадьбы, устроив очередную пакость. – Да как вы можете так обо мне думать? – деланно возмутилась Сакура. При этом розововолосая особа отчётливо осознавала верность суждений подруг. После всех выходок, что она устраивала в прошлом, Саске может ожидать от неё чего угодно. Конечно, девушка никогда не опустится до того, чтобы так его унизить, но всё же присутствие подобных мыслей, пусть даже на пару мгновений, в голове мужчины избежать вряд ли удастся. – Всё готово, – сказала вошедшая в комнату Хината. – Жених от волнений едва на стены не лезет, ребята из последних сил его сдерживают. Все в предвкушении. – Так, вроде бы, всё отлично, – произнесла Темари, оглядывая Сакуру с головы до ног. – Хината, она твоя, а мы побежали. Когда Темари и Тен-тен покинули комнату, Сакура поднялась и подошла к большому зеркалу, разглядывая своё отражение. Хината в это время взяла фату, принявшись аккуратно закреплять её к диадеме. Когда всё было готово, брюнетка покрыла голову Сакуры фатой, предварительно зафиксировав диадему в причёске. – Фаты вообще быть не должно, – сказала Сакура. – Ты ещё к цвету платья придерись, – ответила ей с ухмылкой Хината. – Побежишь всем сейчас рассказывать о том, по какой причине фата не для тебя в такой день? Можно подумать, никто не догадывается на собственном же примере о том, что вряд ли вы лишь взглядами с Саске обнимались. – Меня не волнует, кто о чём там догадывается. Просто смешно выглядит этот символ в нынешней ситуации. А относительно цвета платья… Да, я считаю, что выходить замуж в белом... – Я в курсе, мы это уже все обсуждали пару дней назад, когда тебе приспичило вновь повыделываться, заодно блеснуть познаниями в данном вопросе. В следующий момент, прервав разговор подруг, в дверь тихонько постучали, а затем в комнату вошёл Кизаши. – Как ты, моя девочка? – Ужасно нервничаю, – ответствовала Сакура. – Это нормально, – улыбнулся мужчина, а затем, приблизившись к дочери, взяв её руки в свои, проговорил: – Перед тем как начнётся церемония, милая, я хотел тебе кое-что сказать. У нас с тобою было много разногласий. Я понимаю, что даже на звание «так себе папаша» вряд ли могу рассчитывать, но всё же старался изо всех сил. Не скрою, мне было страшно, когда остался один с тобою на руках, видимо, это и послужило шагом в не совсем верную сторону. Я пытался воспитать тебя достойной леди, но, видимо, моих сил и умений не было достаточно, чтобы с ранних лет справиться с твоим характером. Может быть, я просто пытался спрятаться за этим, ведь попросту ничего не понимал в воспитании, не знал, что и как сказать, сделать, чтобы ты поняла, не мог верно до тебя донести ту или иную мысль, а помощь со стороны принимать боялся, опасаясь, что меня заклеймят позором нерадивого отца, который ни на что не способен. Я прошу у тебя прощения за свою несостоятельность, как отца, за то, что всё же, хотя и знал наперёд, что ничего хорошего не выйдет, передал тебя твоей тётке Хотару. Я надеюсь, что ты не серчаешь на своего старика. – Папочка, ты самый лучший, – произнесла Сакура, крепко обняв отца и поцеловав в щёку. – Ты прекрасно со всем справлялся, только вот я такая дурная получилась, что всё всем всегда делаю наперекор. И если бы не отдал меня тёте, я бы и не встретила своё счастье, не вернулась бы на путь истинный, а прозябала бы в своих глупых фантазиях, стала бы совсем уж кошмарной личностью. Я благодарна тебе за всё: за поддержку, воспитание, стремление помочь, оберегать. – Как бы мне хотелось, чтобы твоя мать видела сейчас, какой прекрасной леди ты стала. – Я уверена, она видит. – Будь счастлива, доченька, – Кизаши поцеловал дочь, а затем, взяв её под руку, сказал: – Пора идти, все явно заждались. Хината подошла к Сакуре, опустив спереди край фаты, чтобы было скрыто лицо за кружевами, поправила платье, а затем, когда Кизаши повёл дочь из комнаты прочь, взяла букет из вазы и поспешила за ними.

***

– Почему так долго? Вот где её носит? Если бы не друзья, плотным кольцом обступившие его в данный момент, Саске бы давно наплевал на всех присутствующих в зале, рванув на поиски своей будущей супруги, которая, по его мнению, непозволительно долго где-то прохлаждается. – Мой горячо любимый брат… – ответствовал с флегматичным видом Итачи. – Ненавижу, когда ты так разговариваешь, – прервал его Саске. – Знаю. Ты уже раз двадцатый за последние минут пять упоминаешь о том, будто прошла целая вечность. – И что дальше? – рыкнул на него младший брат. – Мы тут уже чёрт знает сколько стоим, а… – Мы тут совсем немного времени, это у тебя истерия. Возьми себя в руки, пока окружающие не стали над тобою потешаться. – Ничего смешного не вижу. – Могу подать зеркало, полюбуешься на свою физиономию. – Итачи… – зашипел Саске, но старший брат не дал ему договорить, заявив: – Угомонись уже, мой маленький глупый братик. Время ещё не подошло, даже священник не вышел к алтарю, так что прекрати трястись, словно лист на ветру. – А ежели она откажется? – с нотками нервозности произнёс Саске. – И правильно сделает, – вмешался в диалог братьев Наруто. – Нужен ей больно такой псих, что и пары минут спокойно постоять не в состоянии. – Заглохни, – огрызнулся брюнет. – Я на тебя посмотрю впоследствии. А ты, Итачи, прежде чем надо мною смеяться, себя вспомни. – Да кто смеётся? – протянул старший из братьев. – Я лишь пытаюсь тебя отвлечь от тягостных мыслей и успокоить. – Вот, пожалуйста, – кивнул Саске в сторону направляющегося к алтарю священника, который и должен был в этот день провести церемонию венчания. – А её всё ещё нет. – Саске, если тебе совсем память отшибло, – протянул Неджи, – как, собственно, и мне в своё время, то спешу напомнить, что невеста выходит к гостям последней. Раз священник тут, значит, он только что переговорил с твоей будущей супругой, так что тебе осталось потерпеть буквально чуточку. – Что же, господа, – заявил Итачи, – пора нам всем занимать свои места. Молодые люди быстро разошлись в разные стороны. Наруто стал около матери, попутно то и дело поглядывая на стоящую в некотором отдалении Хинату, а Итачи стал позади Саске, предварительно взяв в руки небольшую подушечку, обитую шёлком. – Кольца на месте? – шепнул брату взволнованный Саске. – Нет, я их продал, – был ему ответ. – Ты так убедительно увещевал столько времени нас всех, что свадьба не состоится, невеста откажется связываться с тобою, вот я и подумал, что нечего добру пропадать, подсуетился. Саске хотел было что-то сказать Итачи, но не успел и слова вымолвить, поскольку центральные двери в зал отворились, заиграла музыка, разговоры стихли, взоры всех собравшихся обратились к входу. По ковровой дорожке к алтарю зашагали две маленькие девочки в лазурного оттенка платьицах, которые держали в руках небольшие корзинки, наполненные лепестками. Девочки подбрасывали лепестки вверх, устилая ими дорожку за собою. Саске казалось, что он даже забыл, как дышать. Мгновения казались ему сейчас как никогда вечностью. Он даже практически не слышал слов старшего брата, который тихо говорил ему держать себя в руках, не дрожать от обуреваемых волнений так сильно, не пялиться голодным взглядом на невесту. И вот в дверях появился господин Харуно, медленно шествующий по ковровой дорожке к алтарю под руку со своей дочерью. Для церемонии венчания Саске лично заказал у госпожи Сарутоби подвенечное платье для Сакуры. Частично в образ своей будущей супруги на церемонии он вложил свои пожелания, а что-то добавила от себя Куренай. И вот сейчас он мог полюбоваться на сие творение. Одно дело, когда он видел платье на картинке, пытался вообразить мысленно, даже в живую мог узреть и потрогать готовое изделие, но абсолютно иное было ощущение, когда в этот самый миг лицезрел облачённую в данный наряд Сакуру. Невеста поразила всех присутствующих своим обликом. Сакура была облачена в жемчужного оттенка платье, основу которого составлял жаккард настолько тонкой и искусной работы, что при малейшем движении девушки узор на ткани словно оживал. Поверх были нашиты различной фактуры и состава кружева. Юбка-солнце была украшена по подолу кружевом с жемчугом в виде переплетений клематиса и глицинии, а от пояса вниз шёл слой из тончайшего кружева белого цвета, выполненного узорами в виде цветов лотоса, создавая эффект воздушности. Корсет платья также пестрел узорами в виде множества весьма удачно объединённых в одно целое данных цветов, но уже вышитых серебряными нитями. От локтя рукава-колокол также украшали кружева с жемчугом, а высокий ворот был украшен россыпью бриллиантов. Руки невесты были покрыты кружевными перчатками, поверх которых на пальце красовался великолепный перстень с крупным изумрудом, обрамлённым россыпью бриллиантов, являющийся обручальным подарком Саске. Лицо невесты в данный момент было скрыто за тонким слоем кружев фаты, под которой сверкала диадема с редкими розовыми бриллиантами. За Сакурой шествовала Хината, которая несла в руках букет белых лилий. Когда невеста и её отец приблизились к алтарю, Кизаши обернулся к дочери, сказав ей последние слова напутствия, поцеловал в щёку, после чего подвёл Сакуру к Саске и отошёл в сторону, заняв место подле Микото. Хината же заняла своё место по левую руку от Сакуры, став лицом к Итачи, который стоял справа от Саске. Священник раскрыл книгу, и молодые люди опустились на колени на специальные подушечки у основания алтаря. Произнося необходимые слова, священник несколько раз время от времени обошёл венчающуюся пару вокруг, а затем, положив книгу, дал знак молодым людям подняться с колен. Далее Саске и Сакуре надлежало по очереди произнести клятвы друг другу, после чего священник взял у подошедшего Итачи с подушечки одно кольцо, передав его жениху, затем другое кольцо вручил невесте. Когда же Саске и Сакура надели кольца друг другу на пальцы, священник произнёс короткую речь, знаменующую окончание связующего молодых людей ритуала венчания. – Моя, – прошептал с улыбкой Саске, ласково притягивая к себе Сакуру за талию, и, откинув с лица девушки вуаль, поцеловал её в уста. Очевидно, молодые люди несколько забылись и увлеклись, поддавшись нахлынувшим эмоциям, поскольку внезапно услышали тихий голос священника, обращающегося к Саске, который с едва уловимой иронией произнёс: – Сын мой, прибереги силы для брачной ночи. Сакуре показалось, что она сейчас со стыда сгорит. Девушка боялась даже взор поднять на кого-либо из окружающих, опасаясь узреть осуждение, что похуже. Саске же, казалось, и вовсе никак не задело происходящее, он лишь с довольной улыбкой обнял свою молодую супругу и повёл её от алтаря к родителям. Когда же Микото и Кизаши сказали несколько слов своим детям, а в это время быстро убрали из центра зала алтарь, Саске и Сакура направились на первый танец.

***

– Эх, повезёт же кому-то, – протянул Дейдара, глядя с улыбкой на покрывшуюся краской смущения Хинату. – Может быть, – придвинулся он поближе к девушке, – это я окажусь везунчиком? Сейчас друзья собрались на веранде, решив немного передохнуть и поболтать в узком кругу. Гости веселились, так что вряд ли кто в ближайшее время заметит отсутствие молодожёнов, которые были нынче в центре всеобщего внимания. А причиной данного высказывания господина Тсукури был тот факт, что юная Хьюга поймала букет, тем самым, по примете, должна была следующей выйти замуж. По идее, первенство было за Ино, поскольку она на свадьбе Тен-тен поймала букет невесты, но её ранее уже сосватали за Сая, так что нынче под прицелом была лишь Хината. – Дейдара, с каких пор ты у нас в такие глупости, как подобные приметы, веришь? – проговорил Гаара. – Пусть и глупости, – заявил блондин, – но почему бы и не воспользоваться ситуацией. – Очередь сперва займи, – усмехнулся Саске. – А зачем нам эти бюрократические проволочки, – подмигнул Дейдара Хинате, которая ему улыбнулась в ответ, – когда можно и без этого решить данный вопрос. Я буду по приглашению, так что очередь мне и даром не сдалась. Одну красавицу у меня силой отобрали, – с этими словами он с деланной грустью взглянул на Сакуру, а затем вновь вернул всё своё внимание юной Хьюга. – Теперь я точно не упущу свой шанс. – В таком случае, – сказал Итачи, поднимаясь с диванчика и подходя к Сакуре, – придётся мне вновь ввязаться в интриги. Подарите мне, сударыня, танец? – С удовольствием, – ответила ему с улыбкой молодая госпожа Учиха, подав мужчине руку. – Не переживай, – проговорил Итачи, при этом склонился к Наруто, якобы заговорщическим тоном обращаясь к своему младшему брату, – я сейчас аккуратно через её подругу всё выясню, заодно уговорю стать на нашу сторону. Победа будет за нами. – Так не честно, – состроил обиженную мордашку Дейдара. – Ничего личного, уж прости, но я не могу бросить братишку в беде, – был ему ответ старшего из братьев Учиха, после чего Итачи и Сакура направились в зал. – Неджи, – произнёс молодой господин Тсукури, – тогда я тебя в свои ряды завербую. – Наруто, прости, – сказала с улыбкой Тен-тен, – но я не могу бросить супруга, поэтому принимаю сторону Дейдары. – Да у нас тут целая баталия назревает, – с довольным видом потёр ладони Канкуро. – Отлично, я за Наруто. Гаара, ты на чьей стороне сражаться будешь? – Ни на чьей, – был ему ответ. – Мы с Шикамару будем секундантами. Учтите, следить будем внимательно, так что никаких «грязных» приёмов. – Тогда мы с Саске принимаем ставки, – заявила Темари. – Я за Наруто, – сказала Конан. – А я за Дейдару, – ухмыльнулся Нагато. – Остальные что скажут? – Остальные, – произнесла с улыбкой супруга Итачи, – просто мирные жители, сторонние наблюдатели, которые будут покорно ожидать исхода военных действий. – Зря, куш кто-то сорвёт знатный, – засмеялась Темари. – А то никто не догадывается относительно личности победителя, – сказал Саске. – Только вы даже не удосужились у самой Хинаты поинтересоваться относительно её предпочтений в данном вопросе, а уже планы строите. – Не порть всем настроение. Иди лучше за супругой понаблюдай, а то ведь, не ровен час, уведут. – Пойдём от этих кровожадных упырей, Хината, – произнёс Саске. Когда же молодые люди направились в зал, присоединившись к танцующим, оставшиеся принялись с удвоенной силой обсуждать сложившуюся ситуацию, так что весьма скоро и Наруто от них поскорее сбежал, прихватив с собою Тен-тен. Но так было даже лучше, как выразился Канкуро, ведь чем меньше знает конкурент о готовящихся планах, тем лучше. Пусть все прекрасно знали, что всё происходящее лишь шутка, но не могли отказать себе в удовольствии немного развлечься. – Объяснитесь, сударыня, – потребовал нарочито строгим тоном Саске, когда ему всё же удалось оказаться в паре со своей молодой супругой, ведь то и дело Сакуру кто-либо из его друзей приглашал на танец. – По два танца подряд с моими братьями, аж три танца с Дейдарой. И это лишь за последние полтора часа. Я не говорю ещё и о других мужчинах. – Милорд, – прервала негодования супруга зеленоглазая красавица, – я же не могу отказать гостям, особенно Вашим братьям и близким друзьям. Как сие будет выглядеть в глазах окружающих? Да и Вы, сударь, особо, как я вижу, не скучали в сторонке, – заявила Сакура тоже деланно недовольным тоном, – поскольку то и дело я лицезрела Вас либо в кругу танцующих с одной из дам, либо с кем-либо из них Вы изволили о чём-то шептаться в сторонке. Это я должна требовать немедленных объяснений. – Ты моя ревнивица, – протянул Саске, поцеловав супругу в щёчку. – Кто бы говорил. – Я только лишь кое о чём поговорил с Хинатой и Ино. А насчёт танцев… Милая, я должен был сидеть покорно в уголке и любоваться, как ты обнимаешься с другими мужчинами? – И о чём же вы болтали? – поинтересовалась зеленоглазая красавица. – Секрет. Сакура надула губки, показывая тем самым, что сильно обиделась на мужа за подобное недоверие. Саске же, с улыбкой взирая на её личико, склонился к ушку девушки и прошептал: – Когда ты так делаешь, мне безумно хочется тебя зацеловать всю. – Можешь не подлизываться, не поможет, – буркнула девушка. – И что-то мне подсказывает, что ты явно думал, будто я сбегу со свадьбы. – Не буду кривить душой, у меня проскользнули такие мысли пару раз, всё же ты столько мне пакостей сделала в своё время, что я невольно перепугался не на шутку. – Вот так ты мне доверяешь, – укоризненно произнесла зеленоглазая красавица. – Про то, какого ты обо мне мнения, я даже не заикаюсь. – Перестань, сердце моё, – сказал со всей серьёзность Саске. – Я просто от переживаний едва вообще соображал. – Отработаешь. – Всенепременно. А родители неплохо общаются, – заметил Саске. – Быстро нашли общий язык. – Мне тоже так показалось, – кивнула Сакура. – Не могу до сих пор поверить, что ты теперь моя по всем правилам. – Не зарывайся, милый, это ты мне принадлежишь, а я своя собственная. – Да, – тихо проговорил Саске, целуя супругу в висок, – я весь твой, моя богиня, целиком и полностью, душой и телом. Люблю тебя безумно. – И я тебя люблю, – ответила Сакура, вовлекая супруга в поцелуй. Вечер прошёл великолепно, хотя Саске всё же увёл Сакуру пораньше в спальню, заметив бледность на её личике. Зеленоглазая красавица пыталась его заверить, что с нею всё хорошо, просто немного утомилась, ведь столько времени на нервах, почти весь день танцевала и общалась с кем-либо, но мужчина был непреклонен. Для окружающих их уход был вполне закономерен, поэтому никто ничего не заподозрил. Сами же Саске и Сакура просто легли спать. Молодой герцог Учиха тоже, пусть и скрывал, очень устал, причём больше морально, нежели физически, поэтому супруги, поболтав чуточку, лёжа в объятиях друг друга, довольно быстро погрузись в сон. Как же первая брачная ночь? А где говорится об обязательной физической близости? Это всегда можно наверстать с лихвой, что они непременно и сделают впоследствии. Гораздо важнее, когда друг к другу тянутся души.

***

Экипаж двигался по укрытой сумраком дороге. В это время года темнеет довольно рано. Фонари тускло освещали небольшое пространство вокруг экипажа, мерное покачивание наводило дремоту. Саске и без того вымотался за последние пять дней, почти не спал, ведь надлежало срочно решить одно важное дело, так ещё и долгая дорога делала своё «чёрное» дело. Он нынче пребывал где-то на пограничье сна и яви: то на короткое время засыпал, то коротал время за просмотром бумаг. Можно было, естественно, остаться ещё на денёк у старшего брата, как и предлагал Итачи, отдохнуть, а затем и пуститься в путь, но Саске хотелось домой, словно что-то с неумолимой силой его тянуло обратно. Нет, он, конечно, соскучился по своей возлюбленной супруге, но всё же брюнету казалось, что есть что-то ещё, что требует его скорейшего возвращения. И вот уже на горизонте замаячили очертания поместья. Саске потянулся, когда его из дремоты вырвал оклик возницы, возвещающего о приближении к дому, разминая затёкшие мышцы, и тихонько застонал. Он уже был в предвкушении того, как его сейчас встретит Сакура, крепко обнимет, поцелует, после чего он быстренько примет ванну, перекусит, а затем займётся своей дражайшей супругой, так сказать, вплотную. Молодой герцог Учиха едва ли не всю дорогу строил планы на этот вечер, надеялся, что Сакуре не приспичит его помучить по какой-либо придуманной ею второпях причине. Да даже если и так, он её тотчас накажет, что лишь будет дополнением к его фантазиям, ведь его супруга сама то и дело и напрашивается своими выходками на это. Саске не отправлял заранее супруге письмо, в котором указал бы о времени своего прибытия домой. До этого он лишь раз написал ей, что дела требуют его пребывания в доме старшего брата несколько дней, а там уж как пойдёт. Точные сроки черноокий мужчина не желал называть, поскольку и сам не знал, когда с братьями всё удастся решить, а предполагать даже примерно не брался, чтобы не сглазить. Писал тогда он супруге, что пробудет у Итачи около недели, что почти и оказалось правдой, удалось освободиться чуточку пораньше. Брюнет несколько нахмурился, припоминая один случай, что произошёл около месяца назад. Тогда он ездил с Наруто к матери, а когда вернулся, Сакура с деланным недовольством супругу заявила, что не ждала его так рано, не успела даже любовника выпроводить, предложив Саске покрутиться немного где-либо, не мешать. Естественно, молодой герцог Учиха прекрасно понимал, что она просто шутила, нарочно его подначивала, за что и поплатилась незамедлительно в спальне, но всё же натура ревнивого собственника изрядную долю фантазий ему подкинула относительно возможности существования подобного инцидента. Саске и ранее довольно остро реагировал, а после подобной выходки его возлюбленной супруги не мог отделаться от неприятных мыслей, стоило чему-то пойти не так, как он задумывал. Сакура, правда, клятвенно его заверила в прошлый раз, что более так шутить не будет, ведь видела довольно агрессивную реакцию супруга на свои слова, но всё же молодой герцог Учиха не мог в данный момент, представляя их встречу после непродолжительной разлуки, избавиться так просто от подобного рода фантазий, которые с лихвой подбрасывала ему ревность, стоило покинуть на время дом. А тот факт, что последние дни мужчина изрядно переживал по некоему поводу, что-то тянуло его домой, лишь подливал масло в огонь. – Добрый вечер, господин, – проговорил слуга, когда Саске вышел из экипажа, потянувшись. – Надеюсь, дорога прошла хорошо. – Да, всё отлично, – ответил герцог. – Сейчас бы ванну принять да отужинать. – Ужин ещё горячий, господин, а относительно ванны я тотчас распоряжусь. Войдя в дом, Саске уселся на диван в гостиной, ожидая, когда же донесут его дражайшей супруге о том, что заявился нежданно-негаданно её муженёк, а затем Сакура явно примчится предъявлять ему своё недовольство относительно того, что мог бы и предупредить о приезде. Но время шло, а ничего не происходило. То есть происходило, конечно, многое, но не совсем то, на что мужчина рассчитывал. Так ему объявили, что ужин подан, ванна вот-вот будет готова, только вот персонального несчастья Саске так и не наблюдалось на горизонте, даже слышно не было. – Где моя супруга? – поинтересовался молодой герцог Учиха у экономки, когда уселся за стол в обеденном зале. – Госпоже нездоровится второй день, – ответила женщина, и Саске, нахмурившись, смерил её взглядом, пытаясь понять, правду говорит она или делает так, как попросила Сакура. – Вчера лишь поутру она отказалась от завтрака, спала почти до обеда, а сегодня под вечер прилегла, к ужину не притронулась. – Она много ездила верхом? – решил уточнить Саске, ведь просил Сакуру без него не совершать длительных верховых прогулок. – Съела что-то не то? – Нет, господин. Госпожа пару раз выезжала на прогулку, но лишь в повозке, не верхом. Что же относительно пищи… Это вряд ли, ну, так сказал лекарь, которого мы вызвали из близлежащего городка. Он сказал ей побольше отдыхать, дал указание относительно питания, ведь всё же может быть и лёгкое отравление чем-либо, а затем заявил, что прибудет через три дня, дабы убедиться в самочувствии госпожи, ежели не случится чего ранее, его не позовут. Саске разговаривал с лекарем их семьи, упросив того отрядить кого-либо из своих доверенных людей поближе к поместью, чтобы можно было наблюдать Сакуру. Так в своё время сделал Итачи. Но обещанный человек должен был прибыть недели через две, так что нынче приходилось пользоваться услугами лекаря из соседнего городка. При этом мужчину удивило, что его супруга выезжала в который раз на прогулку в повозке. Сакура так любила скакать верхом, но после свадьбы по какой-то неведомой ему причине стала отдавать предпочтение именно повозке. Насколько помнил молодой герцог Учиха, сие случилось после разговора Сакуры с его матерью и госпожой Хьюга, матерью Хинаты. Что обсуждали женщины, он не знал, Сакура лишь заверила его, что это не по причине её недомоганий относительно прошлых событий, так что гадать было бессмысленно. Вроде бы, зеленоглазая красавица уже почти оправилась, но вот нынешние вести о её плохом самочувствии взволновали Саске. Как бы его маленькая кровопийца что-либо от него не скрывала. Быстро отужинав, а затем и приняв ванну, Саске направился в спальню. Тихонько войдя в комнату, он подошёл к постели, на которой лежала Сакура, повернувшись лицом к окну. Сняв халат, брюнет тихонько, стараясь не разбудить супругу, лёг в постель, аккуратно придвинувшись к Сакуре, приобняв её за талию, и поцеловал в плечо. – Я не сплю, – услышал Саске тихий голос своей супруги, – так что не осторожничай. Как всё прошло? – Отлично, даже более того. Мне сказали, тебе нездоровится, – проговорил он, поцеловав Сакуру в висок. – Подумаешь, отказалась съесть суп, уже паника у всех. – Что сказал лекарь? – спросил Саске. – Только не лги мне. – Просто у меня слабость, – вздохнув, сказала зеленоглазая красавица, а затем, немного отстранившись, перевернулась лицом к супругу. – Прописал мне питание, посоветовал больше гулять, но не уходить далеко от дома одной, не заниматься тяжёлыми делами. – Это какими тяжёлыми делами ты занималась? – нахмурился мужчина. – Не начинай. Подумаешь, помогала коней напоить. Мне скучно было, пару вёдер отнесла в конюшню. Конечно, от подобных смехотворных нагрузок с Сакурой ничего страшного бы не случилось, Саске сие прекрасно осознавал, как и чувствовал, что его персональное несчастье увиливает от прямого ответа, нарочно не говорит всей правды. – Хочешь меня разозлить? – протянул молодой герцог Учиха. – Быстро говори мне правду. Я всё равно в ближайшее время всё выясню, хуже будет, ежели не признаешься сейчас. Кстати, моя лгунишка, спешу тебя известить о том, что скоро сюда прибудет человек, который будет твоим персональным лекарем. – Чего разорался? – пробурчала Сакура. – Я не лгу. Мне действительно нездоровилось, ощущала несколько дней слабость, мутило. Лекарь сказал, что это либо лёгкое отравление, ну, выпила или съела чего не первой свежести, либо… – Что? Договаривай. – Ничего, – буркнула Сакура, уткнувшись лбом в грудь супруга. – Я слышала, лекари всегда это подозревают у женщин первым делом при подобных симптомах. Сперва Саске хотел было высказать супруге всё, что он думает о её тайнах и загадках, но в следующее мгновение его осенила мысль, из-за которой он едва не забыл, как дышать. – Неужели... – прошептал поражённо мужчина, а затем поцеловал супругу. – Не могу поверить своим ушам. Это действительно так? – Не знаю, – ответила зеленоглазая красавица. – Говорю же, это лишь предположение, рано ещё ставить окончательный диагноз. – Нет, это правда, – довольно заулыбался Саске, принявшись покрывать лицо, шею и плечи Сакуры поцелуями. – Я уверен в этом. С твоим бычьим здоровьем иное я не рассматриваю. – Значит, я корова? – зарычала Сакура, стукнув супруга кулаком по плечу. – До чего же ты обожаешь мои слова перевирать, – произнёс Саске, продолжая покрывать супругу поцелуями, не реагируя на её злость и побои. – Как же я этого хотел, как мечтал об этом. Неужели мне суждено заполучить и это счастье. Я тебя люблю, безумно люблю, больше всего на свете. Ты моя жизнь, душа моя. – Не радуйся раньше времени, – вновь попыталась образумить супруга Сакура. – Ещё ничего точно не известно. Нужно немного обождать, тогда… Так, прекрати меня сжимать столь сильно. Слезь, ты тяжёлый. – Нет, я знаю, что это правда, – не унимался Саске, при этом немного отстранился, перевернулся на спину и мечтательно протянул: – Не могу поверить, что у нас будет малыш. Как думаешь, первым родится мальчик или девочка? Хотя сие не имеет значения, главное, что это наш с тобою малыш будет. – Так я и поверила, – усмехнулась Сакура, пристроившись подле супруга и положив голову ему на грудь. – Мужчины всегда хотят сыновей. – Думаешь, я откажусь от самой прекрасной, после тебя, конечно, на свете дочурки? – произнёс Саске, поцеловав супругу в макушку. – Так ведь и одно другому не мешает. Родится первой дочка, потом и сынок подоспеет. Либо же наоборот. Может, даже... – Да уймись ты, – сказала деланно строгим тоном Сакура. – Ещё сглазишь, точно окажется либо симптом простуды, либо лёгкое отравление. Знала, что не нужно тебе это сейчас говорить. Всё, заведёшься теперь. – Я чувствовал, что нужно спешить домой. И вот результат. Ладно, любимая, постарайся уснуть, тебе нужен отдых. И как удачно я выпросил нам сюда лекаря хорошего. Так, теперь я лично буду следить за всем, что ты ешь, делаешь. – Начинается, – вздохнула девушка. – Чувствую, ты меня доведёшь до белого каления своей заботой. Как-то так и случилось, сбылись опасения Сакуры. Когда стало точно известно, что молодая герцогиня Учиха действительно в положении, Саске буквально с цепи сорвался. Ежели до этого его маниакальные замашки ещё несколько можно было сдержать, то потом сие было девушке уже неподвластно. Брюнет контролировал едва ли не каждый её шаг, то и дело уговаривал съесть тот или иной фрукт, выводил гулять, будто она сама не способна пройтись по саду, следил за тем, как она одевается, во сколько просыпается и в каком часу ложится спать. Едва ли не считал количество ударов сердца в сутки. В итоге Сакура не продержалась в таком ритме и двух недель, вследствие чего Саске было предъявлено следующее: либо он успокаивается и чётко, без фанатизма, следует указаниям лекаря, не раздражает супругу никоим образом, либо же она его прогонит из поместья до рождения малыша. Поскольку угрозы не были формальными, да и лекарь был на стороне молодой герцогини Учиха, Саске пришлось сдерживать свои волнения, обуздать желание то и дело быть рядом с супругой, опекать её. Он, конечно, осознавал, что действительно частенько перегибал палку, но ничего не мог с собою поделать, очень волновался и хотел лучшего для любимой. Сакура понимала его, но всё же слишком уж её супруг от рук отбился, пора было его приструнить, иначе дальше только хуже будет. То и дело в гости к семье Учиха приезжали друзья и родственники. Изуми, прихватив однажды сына, пробыла в имении почти месяц. Да, пусть почти никто в высшем свете покуда и не был в курсе, но у Итачи и его супруги три года назад родился сын, которого нынче показывали лишь самым близким и доверенным людям. Малыш то и дело спрашивал маму и тётю, когда же он сможет поиграть со своим кузеном или кузиной. Из молодой четы Хьюга никто в последнее время не наведывался, поскольку Тен-тен родила буквально несколько недель назад, так что Неджи полностью был поглощён супругой и сыном. Когда Сакура была на седьмом месяце, в поместье пожаловала Микото, заявив, что желает быть рядом с невесткой. С одним внуком она уже помогла Изуми, так что теперь можно поняньчить и другого, как только родится, а к тому времени поможет Сакуре, заодно успокоит всеми силами Саске, который, казалось, волновался всё больше и больше с каждым днём, будто это он будет рожать, а не его супруга. Наруто всё это время пытался обхаживать Хинату, которая, к удивлению подруг, которые знали о её истинном отношении к мужчине, весьма стойко держалась под натиском осады. Хотя Сакура всё же нарушила своё обещание не раскрывать правду, в один из приездов Наруто к ним в поместье, заметив грустное состояние молодого герцога, хотя тот всячески пытался это скрыть, аккуратно попросила Саске передать брату, что крепость вот-вот бросит белый флаг, держится лишь на одном честном слове, так что пусть он готовит штурм, который и станет победным. Ино и Сай обвенчались через четыре месяца после свадьбы Саске и Сакуры. Дейдара же не скорбел долго из-за очередной неудачи, ведь у него вновь увели из-под носа красавицу, спустя некоторое время намекнул друзьям, что он встретил некую особу, настроен вполне серьёзно, на этот раз никаких шуток, так что планирует попытать счастье. Суйгецу же, обсудив кое-что с друзьями, в один из вечеров появился в высшем свете в компании Карин, которая была представлена именно в качестве его невесты официально. Сие известие поразило весь высший свет, кроме друзей и знакомых господина Хозуки, которые были в курсе его серьёзных чувств к госпоже Узумаки, помогали всеми силами девушке справиться с не самой завидной репутацией и слухами, кои обросли вокруг неё за эти годы. Молодая госпожа Учиха упросила всё же супруга разузнать что-либо о Сасори. Саске сперва пылал праведным гневом, но всё же под натиском веских аргументов и обещаний девушки пообещал добыть все возможные сведения. Нет, Сакура не испытывала более ни крупицы былой детской влюблённости к молодому Акасуна но, просто хотела узнать, как он живёт, всё ли хорошо, по старой дружбе, так сказать, всё же Сасори не такой и плохой человек, просто судьба избрала для каждого свою роль, свой путь. Оказалось, Сасори уехал в другую страну, где женился на некой даме, вроде как, неплохо живут. Остальное Сакуру уже не интересовало, главное, что он жив, здоров, возможно, счастлив. О Заку девушка не желала знать ничего, хотя Саске мельком обронил, что он тоже куда-то уехал. Дядя Сакуры, господин Тсучигумо Утаката, как выяснилось, поселил супругу в специализированном пансионе. Как Сакура и предполагала ранее, у Хотару были серьёзные проблемы с психикой, хотя ранее обострений не наблюдалось, всё, благодаря наблюдению своевременному, ограничивалось лишь частым желанием приобрести обновку и в ней покрасоваться на очередном вечере, пока она не осознала, что может с помощью племянницы заполучить огромные деньги. Хотару так и не узнала, кем был на самом деле ныне муж её племянницы, до сих пор думая, что это господин Рок Ли, друг герцога Учиха, а не лично сам Саске. Это и к лучшему, как бы такая новость совсем не убила остатки разума женщины. Когда Сакура родила дочку, Саске был едва ли не на седьмом небе от счастья. Темари даже посоветовала Сакуре не тянуть долго со вторым малышом, поскольку за те три месяца, что прошли с момента рождения девочки, Саске почти не отходил от дочки, завалил комнату разнообразными игрушками, готов был выполнять любой её каприз. Госпожа Нара со всей серьёзностью заявила подруге, что нужно приструнить супруга, иначе он сильно избалует дочь, потом из неё вырастет ужасная девушка. Сакура сие прекрасно и сама понимала, поэтому всеми силами старалась убедить Саске не так сильно опекать дочку. Тот, пусть и порой срывался, старался изо всех сил держать себя в руках. Спустя полтора года Сакура подарила Саске сына. К тому времени у Итачи и Изуми родилась дочка, а Наруто и Хината ждали своего первенца. Кизаши души во внуках не чаял, частенько с Саске негласно соревнуясь. Микото была рада, что её дети обрели своё счастье, то и дело привозили к ней внуков, время от времени она их навещала. Время шло вперёд, постепенно забылись прошлые неурядицы и разногласия, в семьях царили лад и понимание. Конечно, случались и ссоры, как же без этого, но всё быстро устаканивалось, сглаживалось доверием, любовью и заботой. В будущем, возможно, вновь ожидают трудности, ведь дети растут, скоро родителям придётся принять участие в их судьбе, хотят те этого или нет, но так было, есть и будет всегда, а с этим они обязательно справятся сообща, благодаря содействию любви, взаимопониманию.