The false grapes. Танец в объятиях лоз.

-Ты скучал по мне? — Себастьян стоит напротив Сиэля, глядя тому в единственный глаз, в то время, как молодой человек лишь непроницаемо хмыкнул и, помявшись, подошел к мужчине. Хмуро глядя на Михаэлиса, мальчишка наотмашь залепил тому пощечину, после чего резко дернул на себя за ворот и прижался: — Я ненавижу тебя, ублюдок, чтоб ты сдох. Мучительно и долго, — произнес он чуть даже срывающимся голосом, после чего сам мужчина слегка прикрыл глаза, усмехнувшись уголком губ. — Да, и я тосковал по тебе малыш, — проговорил ему на ушко Себастьян и поцеловав в макушку мальчика. Он потянул того с собой в большое, пухлое кресло, где они устроились так тепло и так близко, что Михаэлис, как и его юноша ощутили такое умиротворение, какого давно не было. Посмотрев на Сиэля, Лорд мягко пальцами поддел повязку и убрал ее с личика парня. — У тебя такие красивые глаза. Ты прекрасен, Сиэль, — он с хрипотцой шепчет и ведет по щеке Фантомхайва ладонью, после чего шрамы, словно магическим образом исчезли, а Сиэль смотрел на этого ублюдка с такой нежностью, с таким трепетом во взгляде и через пару минут он, как мог ласково, погладил того по горящей алым щеке и голове, приподнялся, прильнув к губам Михаэлиса. Он явно вздрогнул и зажмурился, отстранившись. — Я открою глаза и тебя не будет. Да? — спрашивает он и судорожно трогает мужчину, эти темные патлы воронова крыла, кожу, руки. Эти восхитительные ладони, что лежат на его талии, собственнически сжимая. — Прости, — мужчина сказал с оттенком вины в голосе, он прижал к себе это хрупкое тело и смог почувствовать, как мальчишку потряхивает. -Тогда я не хочу открывать глаза, — словно не слыша его, говорит юный граф. Михаэлис посмотрел на молодого человека и аккуратно сжал его скулы. -Посмотри на меня, Сиэль, — просит тот, и мальчишка медленно открывает оба своих глаза и болезненно смотрит на Себастьяна. — Это твой сон и пока мы здесь, то я в твоем распоряжении, — Михаэлис даже как-то снисходительно смотрит на этого мальчишки. Такой ребенок, который сейчас с силой прильнул к нему, к мощной груди. Прижался, как забитый воробей. И мужчина не скажет ему ни слова упрека, подкола, просто будет сидеть, держать на руках и молчать, пока это требуется. Он чувствует, что это то, в чем сейчас нуждается Сиэль: -Я тебя люблю…

***

Открыв глаза, молодой Лорд медленно огляделся и сел в постели. Он провел рукой по своей щеке и посмотрел на свои пальцы, где осталось немного влаги. Он обещал себе, что больше никогда не будет плакать, но контролировать себя даже во сне юноша не в силах. Он тяжело вздохнул и спустил ноги на пол, взглянув в сторону массивной жерди, с которой на юношу смотрела его птица. Алисфен встрепенулся, после чего спорхнул с этой жерди и присел на кровать рядом с мальчишкой. Он стал ластиться к нему и нежиться, желая как-то вот поднять настроение своему хозяину. Погладив птицу, Сиэль поднимается и одевается, натягивая отчего-то свои джинсы и клетчатую рубашку — единственное, что уцелело от его жизни на Земле. Ему почему-то безумно захотелось надеть это. Быть может потому, что эта рубашка принадлежала никому иному, как Себастьяну Михаэлису? .. Конечно нет. Это вздор. Она просто удобна и просторна и не сковывает движения, а еще она насквозь пропахла отвратительным одеколоном этого ублюдка… Черт! Нет. Ничего подобного. Последняя причина вообще не при чем. И наоборот, хорошо бы ее выбросить, но положительных сторон больше, так что… Парень тряхнул головой и натянул свои желтые кеды, аккуратно забирая волосы в хвост, ощущая себя хоть чуточку спокойнее после этого кошмара. Юноша выходит из своих покоев и направляется вниз. — О, юный Лорд, тебя-то мне и нужно, — неожиданно его за руку ухватил Штирц, дернувший юношу к саду, мгновенно вызывая раздражение Сиэля, который отдернул предплечье и максимально холодно спросил о том, что же произошло. Однако, не получив никакого дельного ответа, парень уже чисто из любопытства следует за Михаэлем, который ведет того к своему флигелю, кой-был уже полностью устроен под него. И вот, когда они уже остановились на пороге этого уютного дома, молодой человек оставил своего покровителя там, а сам отправился к массивному куску паруса, кой он просто резко сдернул и показал Сиэлю необычную машину, что напоминала по своему строению и чертам большую кошку. Фантомхайв с недоверием оглядывает это и, щуря глаз, он смотрит на парня, через миг задавая вполне резонный вопрос: — Что это за хрень? — иначе он просто не может назвать увиденное, как ни думай, а по сути подобное он наблюдал только в фильмах фантастики. Штирц смеется, после чего подходит к парнишке и неожиданно для него режет лезвием палец Сиэлю, подойдя к машине, даже не глянув на ошарашенного покровителя, тот же в свою очередь прижал к губам палец, хмурясь. — Ай! Я спросил, что это такое, но не просил меня трогать, — он хмыкнул, зажав палец, единственным глазом осматривая мощную вещь. — Это мой тебе подарок, — ответил с улыбкой Штирц. — В честь удачного завершения операции, и если уж у Михаэлиса имеется дракон, то у тебя будет кое-что получше. Летать оно не может, но в скорости и силе ничуть не уступает. К тому же, примет лишь одного хозяина, а для этого нужно лишь немного ДНК, — мужчина загружает лезвие прямиком в необходимое отверстие. — Ты можешь дать ему имя. Он работает на крови. Капля на десять миль, — мужчина смотрит на Сиэля, который просто рыбой стоит и рассматривает своего железного зверя. — Подойди, не бойся, — Сиэль фыркнул что-то вроде: «я и не боюсь», после чего подошел и посмотрел на морду железного зверя, голова которая повернулась к хозяину. Парень поначалу отшатнулся под очередную усмешку Штирца, но вскоре он даже осмелел и погладил это… Животное, да, по голове. Гладкий, холодный металл. Ох, это приятно. Однако немного странновато то, что сие чудовище уже считает его хозяином, правда достаточно полезно, ведь от машины точно не придется ждать предательства. Возможно лишь батарейки сядут. — Зачем ты его собрал? Мог бы просто пригнать хорошего коня, — скептично произнес Сиэль. Неплохо, да, но кто сказал, что он сюда сядет?! Парень всегда относился скептично к подобного рода технике, даже автомобили не любил, совсем, а оттого ездил либо на велосипеде, либо и вовсе на метро, а вообще предпочитал ходить пешком. (К тому же, поворчать-то надо) — Ну что ты, не бойся. Хочешь прокатиться? О, по глазам вижу, что хочешь, — произнес Штейн и просто пихнул мальчишку в седло, тот, конечно, сопротивлялся, но устроившись на железном звере, он осмотрел его и ощутил легкое нетерпение этого чудовища, слыша тихий рокот, тот чуть дергался под ним, показывая всем своим существом, что хочет понравиться. — Он работает как мотоцикл, только немного умнее. Приложи к панелям ладони и надави на них средними и большими пальцами. Ну же, маленький лорд, ведь ты играл на фортепиано! Не поверю, что не играл, — Сиэль с раздражением смотрит на Штирца, но после со вздохом, он приводит чудовище в движение и постепенно даже выходит к самому флигелю под наблюдением уже не только Михаэля, но и Хьюго, который подоспел лишь недавно. После аккуратного круга по периметру заднего двора, Фантомхайв на дрожащих ногах слез, проклиная и новый транспорт и изобретателя и всех вообще. — Мой господин, вы прекрасно смотрелись в седле, — Хью чуть поклонился, после чего посмотрел на осевшего на ступени парнишку, тот в ответ нахмурился и еле удержал себя от желания продемонстрировать средний тонкий пальчик. А ведь он был бы так уместен, на самом деле. - Ох, я здесь, чтобы сообщить о том, что сегодня король и его двор совершит путешествие на поезде в долину Алой Розы, нам следует последовать за ними, но… — Тайно, я прав? И мне снова придется напялить женское платье, — парень смотрит на Хьюго совершенно убито и видит неловкость мужчины, стоящего рядом, тот мнется и прячет взгляд. — Я не удивлен. Но в следующий раз он будет бабой, — парень указал на Штирца, что возился со своей машиной. — Тогда вам стоит начать собираться. Наши ассасины уже прикончили троих тамплиеров-офицеров, Элизабет еще не оправилась от нападения и не сможет там быть, но нам стоит сделать более надежную маскировку. Вот карточки и билеты убитых, — тот положил на широкие перила папку с пропусками и документами, и Сиэль с любопытством стал разглядывать сии вещи. — Они сопровождают людей из дворца, но должны были быть одними из тайной охраны, замаскированной под обычных граждан. — Может быть ты тогда хотя бы объяснишь мне, зачем нам туда ехать? — спросил с неким недовольством Фантомхайв. Кажется, что сейчас его бесит все, абсолютно все. Вздохнув. Хьюго постарался красочно рассказать Сиэлю, что все дело состоит в одной простой вещи: обычно поезда не ходят в это место, но ежегодно король отправляется туда, дабы посетить могилу своей матери в день ее смерти, а так как в дневнике Агни обнаружил зацепку, связанную именно с этим местом, то туда они и отправляются. — Каким местом я похож на нее? — он показал обои парням фото блондинки с короткими пышными кудрями и большими желтыми глазами. — Парик, одежда и все, — хмыкнул Штирц, рассматривая выпавшего ему человека. — Н-да, а выбирать твои ассасины не умеют. Совсем. На это уйдет все утро, —, но как бы Штирц не бурчал, он сделал, и в скором времени Сиэль стоял у зеркала в нежно-голубом платье с розовой лентой на шее и забавной шляпке с легкой сеткой, скрывающей его лицо. — Я похожу на шута. Меня бесят эти наряды, карнавалы и прочее, — проговорил он и посмотрел на Хьюго, коего переделали в брюнета, и тот вообще изменился до неузнаваемости, сам же Штирц наложил и на себя такой грим, что навряд ли его бы вообще узнали. Обыкновенные повседневные одежды. Их бы никто не отличил от обычных людей. Да и не отличит. — Когда мы вернемся, напомните мне отметить в своем дневнике плюс один к карме, — он язвит и ловит на руку своего Алисфена, что прямо в ладони у мальчишки буквально превратился в пару коротких клинков, кои мальчишка сунул под юбку в специально заготовленные для этого чехлы. — Будет тебе бурчать, маленький Лорд, — рассмеялся Михаэль, после чего они вместе спустились на первый этаж, пройдя мимо гостиной, где у камина дружно обедали ассасины, привыкшие к этому и не оставляющие традиции быть рядом с теплом, как можно ближе. Сиэль лишь краем глаза скользнул по ним, после чего вместе с мужчинами, они вышли на улицу и направились к полуразрушенной конюшне, где седлали лошадей и отправились на них к вокзалу, Фантомхайв оглядывался по сторонам, рассматривая деревья местность, жителей города, они серые, одно большое стадо, на них смотреть даже отвратительнее, чем на людей на Земле, ведь даже в туманном, угрюмом Лондоне можно видеть счастливые лица, а здесь же… Нет, наоборот, крестьяне, люди, все утомленные своей жизнью, нет, существованием. И Сиэль лишь пуще ненавидел эту блондинистую шлюху (отчего-то он был уверен, что именно таким и был Алоис). Возможно этот взгляд бледно-голубых глаз, но… Неважно. Ведь через четверть часа они оказались прямо в месте назначения. И вот, спешившись, Сиэль последовал за своими спутниками, как вдруг мальчишка обратил внимание на… Себастьяна. Замерев средь толпы, он уставился на то, как этот ублюдок подъезжает на своем вороном коне к массивному зданию, на ступенях коего мальчишка и остановился. О, как хорош он на коне! Фантомхайв ощутил, как в горле застыл ком. Он наблюдает за тем, как мужчина спустился с коня и подошел к карете, открыв ее, мужчина подает руку королю, и Сиэль наблюдает, как тот спускается на землю и чуть не вешается на Михаэлиса, якобы случайно споткнувшись. Мальчишка ощущает себя совсем беззащитным. Он помнит, как в один из тех месяцев на Земле, Сиэль звал мужчину «мой шевалье», а тот лишь смеялся в ответ. «Так отчего, мой шевалье, такая слабость духа? ..» — именно эта строка из «Нотр-Дам-де Пари» ему вспомнилась, парень чувствует, как дрогнули колени, но он стиснул кулаки и ухватил свое платье, поднимая его от земли, разворачиваясь и отправляясь прямиком за Штирцом и Хьюго, которые ушли не так далеко. Минутная слабость может сильно уязвить человека, и Фантомхайв просто не хочет этого, а потому берет себя в руки и следует в первый класс за обоими мужчинами. Это путешествие будет запоминающимся.