The false grapes. Танец в объятиях лоз.

Я чувствовал холод и сильный аромат лилий. Такое ощущение, будто нахожусь в саду или парке. Непонятно, конечно, однако здесь морозно, безусловно. Резко обернувшись, я увидел тонкую фигуру Сиэля, он падал на землю, стараясь тонкими руками вцепиться в воздух. Через миг, упав, он не успев пискнуть, замер. Я кинулся к нему через успокаивающуюся толпу и сел рядом с ним на колени, глядя в один глаз, который бездумно смотрел в пустоту. — Сиэль! — воскликнул я, но ответа не последовало. По его лбу стекала тонкая струйка крови, и я ощущал, как начинает немного потряхивать, видя острый кончик булавки - длинной заколки для волос, которой он убрал мешающие пряди назад. — Нет! — я чуть тряхнул его, но понял, что это бесполезно. Паника подкатывала волнами, охватывая со всех сторон, вс плывло, словно в тумане, а я вцепился мертвой хваткой в тело Фантомхайва, стараясь разбудить его своим криком.

***

Резко открыв глаза, я сонно осматриваюсь и ощущаю рядом тепло. Повернув голову, вижу его высочество, который мирно спит на подушке, на его шее красуются мои метки. Фауст уехал по делам в свое имение, и кто-то же должен был присмотреть за этим непоседой. Я усмехнулся своим словам и аккуратно повернулся, закинув руку на талию Алоиса, притянув его к себе. Я ткнулся носом тому в шею и ощутил, как мальчишка едва ощутимо вздрогнул в моих руках. Губ касается легкая усмешка. Не предав никакого значения сну, я снова прикрыл глаза, но через миг буквально ощутил рядом умильную сонную возню его величества. — Чертов ублюдок, зачем будить в такую рань, — раздраженно и совершенно недовольно спрашивает у меня король и поворачивается лицом, глядя прямо в глаза. Его ресницы дрогнули, а брови были сведены к переносице и я тихо рассмеялся, положив палец ему на губы. — Не сквернословьте, ваше величество, это не пристало особе вашего положения и статуса, — формально заявил я и оставил на его губах поцелуй, после чего поднялся и принялся одеваться. Он же сел и закутался в одеяло. — Ну и куда ты? — спрашивает Алоис с ноткой заинтересованности и возмущения. - Я хотел сегодня побывать дома. Не в поместье, а в Лондоне, на Земле, — хмыкнул я, уточняя. Да. Я давно там не был и отправляюсь, собственно, за очень странной вещью, а именно за сверх-горячим пряным тыквенным латте из одного кафе. Как я не пытался научить прислугу и сам научиться, эта водичка с молотым кофе не идет ни в какое сравнение с тем, как его готовят в небольшой кофейне неподалеку от кафе Барда. — Зачем? — спросил Алоис, он явно сейчас приподнял светлую бровь и злится. Я обернулся к нему и увидел именно это раздраженно-недовольное выражение лица, которое прямо как у ребенка в такие моменты. — Хочу выпить кофе, — я пожал плечами, после чего размял шею и плечо, а его величество задумался. — Я никогда не был на Земле. Но точно хочу там побывать. Поэтому пойду с тобой, — он хлопнул в ладоши и улыбнулся, поднимаясь. Я взглянул на него, как бы говоря «почему бы вам лучше не отправится на…» А в принципе, неважно куда. Желание его высочества — закон. Поэтому спорить я не стал и в очень скором времени мы уже шли по оживленной улице Лондона. Меня позабавило то, что на Алоиса все оглядываются, а он так конфузится и огрызается как бы сам на себя, держась за мою ладонь своей. — Какого черта эти идиоты на меня смотрят? — спросил он через десять минут такого путешествия, не выдержав больше напряжения. — Ну, выглядите вы не лучшим для этого времени и места образом, — я пожал плечами и огляделся. — Но мы можем зайти куда-нибудь и приобрести что-то подходящее, — предложил я и… И понял, что это было самой большой ошибкой в моей жизни. За сегодня уж очно... Найдя торговый центр, Алоис протащил меня по нему от и до раза три, и я, признаться, к концу второго круга перестал чувствовать ноги и руки, потому что волочить за ним пакеты — крайне утомительная, пусть и почетная работа. — Вот сюда и все, — пообещал он, посмотрев на себя в зеркало. Его Величество приобрел один из кардиганов крупной вязки, чуть порванные на коленях темно-синие джинсы и полосатую футболку. Я поразился тому, как ему было не холодно! Ей богу, поразился, ведь у меня плечи замерзли даже через пальто. — Просто у меня горячая кровь, и я никогда не мерзну, — смеясь, произнес он, когда мы сидели в кофейне, куда я так стремился. Алоис так забавно на все реагировал, он удивился кредитной карте и фуд-корту, и самому Центру. Как дитя, ей богу. Они с Леди Элизабет были похожи внешне, правда, ее волосы больше напоминали снопы льна, в то время, как у Алоиса они были оттенка спелой ржи. О, я ее ненавидел сегодня, когда Алоис просил «присмотреть» за замком, а та лишь улыбнулась, поклонилась и все. Бесхребетная женщина. Пф. «Его Величеству будет полезно прогуляться», — говорила она. «Себастьян, ведь вы ответственный человек», — от своих мыслей я раздражался, но когда глотнул из картонного стаканчика еще немного кофе, то просто позабыл обо всем, на что мог сердиться до этого. — По вам заметно, — сказал я и накрыл его руку своей, заставив Алоиса чуть зардеться и отдернуть руку. — Не смей так делать, ведь люди смотрят, — фыркнул Алоис, и, чуть замявшись, он отломил ложкой кусочек чизкейка и посмотрел в окошко. — Этот ваш Лондон очень уютный, — проговорил он, подперев рукой подбородок, в то время как я ощутил, что кожа на небе слегка слезает от горячего напитка. Все прямо так, как надо! Да. — О, это лишь зимой и осенью, летом же здесь жуткая жара и загазованность, — я хмыкнул, тоже взглянув в окно. Все готовятся к рождеству. Это странно, когда в одном мире тебя ждет одно время года, а в другом — иное. Просто… Очень. Однако, я любил рождество. Плюс по здешнему времени кое у кого вскоре день рождения. Невольно я вспомнил сегодняшний сон и нахмурился. Вызвав у Алоиса легкую обеспокоенность, которую правда тут же сместила с лица усмешка, а после он поднялся и сел ко мне на диван, обнял за руку и быстро попросил: — Раз уж мы здесь, покажи мне город, — произнес он и похлопал светлыми ресницами, на что я лишь спокойно улыбнулся. — Ваше желание — закон, — произнес я и, расплатившись, взял несколько пакетов короля и мы отправились на некий экскурс. Сев на автобус, я мельком показал ему достопримечательности. — Куда мы едем… Идем? — спросил он, устало тащась за мной. Кто из нас должен был устать, спрашивается?! — О, я надеюсь, что тебе понравится, — я сам не заметил, как перешел на более фамильярное обращение, но Алоис вроде против не был, и, оказавшись около места назначения, он явно перепугался, я видел это по его глазам. Но виду он точно не покажет. — Это что, какое-то оружие? — спросил он, разглядывая London Eye, а я лишь взял его горячую ладонь в свою и потащил прямиком к одной из кабин, заплатив за один круг, мы зашли внутрь и начали подниматься. Алоис молчал все это время, чуть хмурясь и подергивая носом, словно его переполняли какие-то смешанные чувства: страх и восхищение. Я видел это. Да, порой я читаю его, словно раскрытую книгу и иногда это действительно скучно, но, впрочем, сойдет. — Я не понимаю, в чем смысл? — спросил он, посмотрев на меня, но после поджал губы и подошел к стеклу, опустив на него руки, смотря вокруг. Стекло запотело. Я приблизился тоже. — Но это прекрасно. Весь город словно на ладони… — Впервые меня сюда затащил… Друг, да, и после этого мы часто катались на нем, всякий раз, как проходили мимо. Это место для меня некая ностальгия, — я увидел, как Алоиса чуть подергивает, видимо, от холода, поэтому я мягко обнял его за пояс и положил голову на плечо. Отчего-то на его месте в ту же секунду мне представился кое-кто иной, однако эти мысли я погнал из своей головы сей момент. - Себастьян… — отчего-то его голос показался мне особо тихим в этот момент. — Почему ты сейчас рядом? — спросил он, нахмурясь. — Почему я доверяю тебе также, как Клоду? Я не знаю тебя от слова совсем, но... — после этого он резко развернулся и прижался ко мне, едва не повалив на пол. Я ощутил себя странно. — Порой есть вещи, которых лучше не знать, — я улыбнулся ему и отстранил от себя. — Не плачьте, ваше величество, вам не к лицу слезы, — после этого я легко коснулся губами его переносицы, увидев, что наша кабинка уже опустилась на тот уровень, когда мы можем выйти, вновь подхватив все сумки, я обнял его за талию и мы вместе вышли. — Ты идиот, — он фыркнул на меня, а потом отчего-то взял половину сумок. — Куда теперь? — Пойдем в продуктовый, я обещал кое-что принести ребятам, — мы вновь на автобусе отправились прямиком в огромный супермаркет, где было буквально всё, за что я его и любил. Взяв тележку, я взглянул на часы. Было уже довольно поздно и в магазине никого не было. — Хочу в ней прокатиться, — произнес Алоис как-то по-детски капризно, но как я мог отказать? — Окей, залезай, — произнес я, убрав последний пакет в камеру, после чего он довольно пискнул и с моей помощью забрался в тележку. Взгляды персонала, падающие на нас были довольно злыми, но я ухватился за рукоять и покатил тележку вперед, поставив ногу на перекладину меж задними колесами, я оттолкнулся ногой и мы въехали в зал, Алоис что-то весело залепетал. Кажется, что в нем все еще жив ребенок. Мы объехали пару кругов вокруг огромного зала, Я ухватил пару бутылок виски и джина, ведь в «том мире» отвратительный алкоголь. А порой и правда хочется… Пригубить. После мы отправились в отдел со сладостями, где я взял для Грелля эти кислые шипучки, а гробовщику его любимое имбирное печенье. И уже на выходе я остановился у прилавка с чипсами. — А это для кого? — спросил Алоис, на что я лишь улыбнулся. — Может, съем по дороге, — хмыкнул я, после чего взял большую банку чипсов, кладя ее в корзину. — Ладно, это действительно картофельные снеки со вкусом белого шоколада и мяты? — спросил Алоис, сморщившись. — Как можно это есть? — Все, теперь на кассу, — заявил я. Теперь пакетов стало чуть побольше, ведь Алоис уже успел выбраться из корзины и взял пачек пять маршмеллоу, просто потому что они «мило выглядят». Что ж, этот день был не так уж плох.

***

— Ладно, что мы здесь делаем? — спросил Штирц, оглядевшись по сторонам. — И почему ему обязательно было идти с нами? — спросил Михаэль, взглянув на Снейка, который раздраженно на него зашипел. Штирц про себя с самого первого момента их знакомства окрестил его чучелом. Просто потому, что… Ну, чучело же! Эта неопрятность, развязность просто вымораживала его! — Замолчи, — Сиэль произнес это предельно спокойно и погладил своего железного друга, к которому он уже успел привыкнуть. Слезая вниз, молодой граф осмотрелся вокруг. — Он очень много знает и тебе не следует проявлять неучтивость к человеку, который сохранил жизнь твоему Лорду, — он взглянул на Снейка, спешившегося, а также на второго Снейка. Это странно, да, но асассин тоже пожелал поехать с ними, чтобы на всякий случай защитить. Сейчас все асассины были заняты «партизанством» и подготовкой бунта. Но их энтузиазм был столь велик, что Хьюго пришлось оставить там, просто потому, что если что-то случится, он сможет все уладить. Ну, а привыкнув путешествовать в компании, Сиэль спросил добровольца, и… Собственно, две змеи. Один поглаживал свою необычную гадюку, а другой постоянно шипел на Штирца. Поведение этих двоих раздражало Сиэля неистово, но что уж можно поделать? Приходится терпеть. — Мне кажется, что было бы гораздо тише, если бы они остались в поместье, — сказал Седовласый Снейк, шедший подле графа, скрываясь под мантией, в то время, как позади них шли Михаэль и раздражали друг друга то какой-нибудь колкой фразой, то еще чем. — Тебе не кажется, — Фантомхайв потер переносицу, после чего огляделся. — Посмотри, долго ли нам еще идти? — спросил Сиэль, и седовласый кивнул и взглянул на карту, аккуратно отследив глазами их нахождение. — Нет, еще метров двести и все, — он посмотрел на Сиэля. Они находились в пригороде. Решение отправиться за Адамом было единогласным, но тот жил очень далеко от центра и ехать пришлось порядка пяти часов без перерывов. Так что естественно то, что они были очень раздраженными и уставшими, однако Сиэлю и Снейку, одному из них, удавалось держать себя в руках. — Как продвигаются дела с набором людей? — спрашивает тихо людей, а Змей тут же встряхнул головой и чуть кашлянул, проведя по чешуе змеи. — Многие люди из низов желают вступить, некоторые в связи с предстоящими чистками уже перебираются ближе к поместью, пока это не привлекло внимание Алоиса, но я думаю, что долго нам ждать не придется, — он нахмурился. — Молодежь, и студенты-энтузиасты в особенности, помогает нам в распространении информации. — Что ж, вскоре у них будет действительно достойный король, за которого они смогут пойти в бой… Я надеюсь на это, — он хмыкнул и в скором времени они оказались у здания местного суда. Поднявшись по ступеням, все четверо замолчали и прошли в зал заседания, садясь на свободную скамью. Они застали выступление молодого блондина, который яро отстаивал невиновность своего подсудимого и все, все до единого слушали его, затаив дыхание, глядя так, словно он — единственный, существующий в этом зале человек. -…Таким образом, мой подзащитный никак не мог быть на месте преступления. Все доказательства переданы суду присяжных. На этом я смею откланяться и надеюсь, что вы примете верное решение, — сказал он присяжным, чуть улыбнувшись. Этот юноша произвел впечатление на Сиэля. Это и был юный Адам фон Тилль. На самом деле, он был чем-то похож на Алоиса, но в то же время — нет. Этот человек излучал из себя что-то такое, за чем хотелось следовать безропотно, и все четверо «посланников» поняли это. Вскоре, когда присяжные передали судье приговор, он был оглашен: «Полностью оправдан и подлежит освобождению в зале суда». После этого Адаму аплодировали, а семья подсудимого слезно его благодарила, в то время, как мальчишка отнекивался и старался как можно спокойнее отойти ото всех. Сиэлю и остальным пришлось довольно долго ждать, пока все рассосутся, после чего они отправились прямиком за фон Тиллем, который уже собрался уходить. — Здравствуйте, Адам, — Сиэль подошел к нему пока что один, чтобы не пугать. Молодой человек приподнял бровь, рассматривая подошедшего к нему. — Добрый день, чем обязан? — спросил нахмурившись Адам. — У меня к вам есть серьезный разговор, но думаю, что он должен состояться точно не здесь, — произнес с полной серьезностью Фантомхайв, на что Адам явно напрягся. — Что ж, моя квартира недалеко, мы можем отправиться туда, — он кивнул себе, на что Сиэль сильно удивился. Приглашать к себе совершенно незнакомого человека? Слегка опрометчиво. — Думаю, это будет славно, — после этого к нему подошли трое сопровождающих, и фон Тилль лишь сильнее напрягся. — Мы не причиним вам никакого вреда. Я граф Фантомхайв, если вы имеете представление об этом роде, — он нахмурил брови, чуть дернув носом. — Хорошо, — Адам не расслабился, и их прогулка к его дому была весьма неловкой и напряженной. Правда, Снейк и Михаэль продолжали беззвучно друг друга раздражать и едва не подрались, но Сиэль зыркнул на обоих, и те немного присмирели. Поднявшись в небольшую квартирку адвоката, они все расположились в гостиной-прихожей, после чего фон-Тилль был готов слушать их. Тогда Сиэль с тяжелым сердцем начал рассказывать Адаму о том, что узнал из дневника отца и видел, как с каждым словом лицо Адама сильнее искажается, тот просто не знал, что ему сказать и был явно растерян, но вместе с тем он начал усердно думать, просто думать о том, что сейчас происходит, и явно его мысли были тяжелы. -…Пока все не столь плохо, но ты сам видишь, что правление этого безумца не приводит ни к чему хорошему, только к упадку крестьян, угнетению и прочему беспределу. Ты — старший из братьев, а значит, законный наследник трона, ты можешь быть просто стимулом для народа, они пойдут за тобой, за своим королем, — Сиэлю вообще было тяжело, ведь обычно за него говорит Хьюго. — На самом деле, я никогда не одобрял того, что делает тиран. — Адам нахмурился, словно в один миг он принял решение. — И если у меня есть шанс все изменить, то я не могу его упустить. Я всегда хотел, чтобы все происходило бы по справедливости, чтобы все в королевстве были равны и… Да, я подкован юридически. Я буду рад вам помочь! — он как-то ободрился и достал из-под рубашки крупный медальон. — Это то, что осталось мне от матери, она велела мне ни за что не отдавать его никому. Она говорила, что однажды благодаря ему «все встанет на свои места». — И она была права, — подал голос Штирц. — Эта вещь принадлежала твоему биологическому отцу, Его Величеству, она может подтвердить твое право на трон. Правда нужно хорошо продумать план восстания... Когда народ увидит лицо своего нового короля, то они будут вдохновлены, — Адам вновь спрятал свой медальон. — Что я должен делать? — спросил Адам уже более серьезно. — Думаю, что будет безопаснее, если ты отправишься с нами в поместье Фантомхайвов, ведь если вдруг о тебе узнает Алоис, тебя немедленно убьют. Поэтому собери самое необходимое и сейчас же уедем, — проговорил Сиэль. Закинув ногу на ногу, он сложил на груди руки, в то время, как новоявленный принц тут же кинулся собирать самое необходимое, а Снейк, темноволосый, тихо посвистел, привлекая внимание. — Ребята, у нас проблема, — произнес он, смотря в окно, он увидел Клода, которому казали прямиком на окошко Адама и тот столкнулся со взглядом Змея. — Вам знаком очкастый парень, похожий на безэмоциональное бревно? Он с небольшим отрядом гвардейцев стоит через дорогу и сейчас идет к дому. Сиэль и Штирц переглянулись. — Клод, — в унисон сказали они. — Нужно бежать. Наши лошади на заднем дворе, скорее, скоро там будут люди Алоиса. Снейк, тот же, темноволосый, подхватил на плечо Адама и они побежали, Адам даже пискнуть не успел, когда по коридору они выбежали к пожарному выходу и торопливо спрыгнули с балкона. Первый этаж давал свое. Рядом послышались голоса, Сиэль взял Адама к своему железному другу, посадив того позади себя, он велел крепче держаться. — Разделимся, — сказал он, пока Адам накинул на себя плащ. — Они погонятся за мной, но он быстрее ваших лошадей, вы скройтесь и следуйте за нами, — после этого зверь Сиэля взрычал и разломал забор, привлекая этим и рыком к себе внимание, после чего он рванул прочь, Клод тут же вскричал: «за ним!», в то время, как трое сопровождающих выждали момент и окольным путем отправились к поместью.