Вчера не сегодня

Свет. Повсюду свет. Он резал глаза и мешал Владимиру все как следует рассмотреть, но и без этого было ясно, что лежит он на больничной койке в полнейшем одиночестве. Это его нисколько не расстроило и не удивило. Озадачивал сам факт пребывания в больнице. Последнее воспоминание его составлял отрывок, который он, при всем желании, никак не мог связать с этой тягучей болью в животе и ногах и стянутостью в лице. Все, что он помнил, это то, как приветливо улыбалась ему официантка в кафе и то, что улыбка её была куда приятней чем кофе, который она подала. Большего Владимир не помнил, да и вспоминать было тяжко. А тут еще это солнце, так упорно прожигавшее ему веки. - О! - А? - Ты очнулся! - Ты кто? *** - От тебя самого будто пахнет Англией. - А от тебя больничной едой. - Каждому свое. – Кирилл улыбнулся, изящно пожав плечами. - Ты похорошел. - Не стоит. – Кирилл подал руку своему спутнику. – Если кто и будет телкой в наших отношениях, то ты, Саша. Готовься к дойке. Такая наглость повергла в шок наследника именитого польского рода, но кем бы он был, если бы не умел сохранять хладнокровие даже в самые жесткие моменты. Он сдержанно отторг руку своего несостоявшегося партнера и, спустившись по трапу, удалился восвояси. Кирилл предпочел воспользоваться автомобилем, предоставленным Артемией. Они встретились вновь уже в больнице. Кирилл разговаривал с каким-то незнакомцем, одетым в форму «Аврелии». Незнакомец был высок, строен, красив. Он был красив даже по меркам Александра. Каштановые волосы элегантно уложены с расчетом на легкую небрежность. Широкие брови и длинные закрученные ресницы подчеркивали красоту карих лучистых глаз, переливающихся плутоватой усмешкой, которая также отражалась улыбкой на его устах. Вся его сущность притягивала к себе. Но, что было еще более примечательным, Кирилл… превосходил это юношу. Юный Аполлон мерк на фоне до некоторых пор невзрачного бедняка. Лучи летнего солнца играли с его волосами, и пряди стекали от его макушки к вискам и за уши, иной раз выбиваясь и падая ему на лицо, и тогда он одиночным неуклюжим, но милым движением пальцев заправлял их обратно. Взгляд Кирилла стал жестким, критичным, вызывающим, манящим. Александр заметил сдержанность его улыбки. Он поправился, подтянулся, стал шире в плечах, будто бы даже выше. Мимолетно Александр возгордился тем, что это его омега. Он двинулся к ним навстречу: - Здравствуй, - Александр и Тео пожали руки. - Тео, - Тео улыбнулся своей простой и такой теплой и открытой улыбкой, пленив Александра. - Александр, - юноша не мог сдержать приятных чувств, нахлынувших на него, до того ему был мил стоящий перед ним человек. - Кирилл. – Отчеканил Кирилл. Концентрация радости, окружавшая двух Донатов, рассеялась. - Я раньше не заметил, но ты стал так похож на… - НЕТ. Молчи. – Кирилл зажал рот Александру, глаза его беспокойно поглядывали на Тео. - На Артемию, - Тео улыбнулся, - ты ведь это хотел сказать? Ладно. Пойду к пациенту. Кирилл опустил руки. - Оу, даже горбинка на носу такая же, - Александр провел пальцем по носу Кирилла, отметив, что кожа его мягкая, гладкая и нежная. - Горбинка у меня была всегда. - А я и не замечал… - он загладил волосы Кирилла назад и потянулся к его губам. - В любом случае это не важно. Идем. И он отправился в палату вслед за Тео. «Возомнил себя Артемией?» - Александр хмыкнул, изобразив крайнее безразличие на лице, но что-то больно сжало его изнутри при мысли, что его отвергли. *** В комнате было очень и очень светло. Войдя сюда, Александр едва не ослеп. Но здесь было нечто худшее, чем этот гнетущий свет. Это худшее смотрело на него из-под навешанных на него повязок бинта. - Вова? – Он перевел взгляд на Кирилла, резко кинулся к нему, схватил за грудки и всмотрелся в глаза. – Почему никто не сказал мне, что все ТАК плохо?! - Идиот. Отпусти меня. Будь благодарен, что тебе вообще написали. – Кирилл вырвался и отряхнул пиджак. – Я не хотел, чтобы ты видел его таким. И он, - Кирилл указал на Владимира, - думаю, тоже. - О чем вы? Саша? - Эй, мальчик, не смотри на нас так грустно! – Тео в сердцах плюхнулся на кресло и чуть не опрокинул его. – Не надо этих трагедий! - Да кто ты?! – Владимир сорвал голос, аппараты зашумели. Вбежала медсестра. Всех троих посетителей выставили за дверь. Они устроились перед зданием больницы. Говорить им не хотелось, но тем не менее Тео посчитал нужным все рассказать. - Он ничего не помнит из того, что с ним случилось. Ни расследования, ни избиения, ни, тем более, спасения. Я думаю, ему и не стоит обо всем этом рассказывать. От лица ничего не осталось, как и от обеих ног. Ходить он не сможет. Мы с Арти… с Артемией решили сказать, что его сбило грузовое авто, когда он выходил из кафе. Так как последнее воспоминание у него именно о нем. Врачи поддерживают. Он уже несколько раз терял сознание и каждый раз повторно забывал все, что ему рассказывали, так что с ним надо быть аккуратней. Они снова замолчали. Кирилл переглянулся с Александром, тот кивнул. - Но что же все-таки случилось с ним? Что он такого узнал? И где Артемия? – Кирилл в упор смотрел на Тео. - Ты, - Тео улыбнулся, - ты и правда думаешь, что я скажу?