Академия богов

- Исчезнуть? Ха-ха, я бы это давно сделала, да вот беда, к сожалению, пока ты меня не вернешь на место, я не смогу исчезнуть. Зачем все эти цепи? Чтобы сделать её счастливой? Так она не знает, что такое счастье. После того, что вы делали, её душа стерлась. Она живет будто робот под вашим контролем! – девушка махнула рукой и эта «часть моей души» исчезла. - Прости, я недоглядела. Ты не должна была тут появляться. Еще и цепи сняла. Сколько же в тебе мощи-то? – она была полураздетая. Грудь прикрывали две кожаные полоски, черная кожаная юбка, сапоги, тоже из черной кожи, плеть и серебристые волосы. - Что происходит? Кто вы? - Я хранитель воспоминаний, и я даже не понимаю, как простой человек мог ТУТ появиться. – Она лепетала, покуривая багровую сигарету в длинной подставке. – Эх детка, не стоило тебе трогать эту печать. Придется теперь тебя отправить в Алистар. Ох-ох. Не рада она этому будет, ох не рада. – Дама все причитала и причитала. - Простите, кода я коснулась этого существа, то оказалась в неизвестном месте. Там происходило кое-что отвратительное, и почему-то в центре событий была маленькая я. Что это было? - Ах, это! Не думаю, что Она будет рада узнать, что печать разрушена, но ты бы все равно это узнала. – Она сделала глубокую затяжку неприятного дыма, и выдохнув мне в лицо пошла дальше. – Да, та мерзость действительно вторая половина твоей души. Она была вынута вместе с отвратительными воспоминаниями. Одна богиня, назовем ее «х», была очень важной частью земного существования твоей матери. Когда случаи с похищениями участились и у тебя случился нервный срыв, она попросила богиню «х» запечатать часть твоих воспоминаний, а на месте их создать новые – фальшивые. Она хотела, чтобы ты жила как обычная девочка. Но, к сожалению, темная Ариса не хотела тебя покидать, рвала полностью цепи, замки. Такое бывает. Ведь воспоминания, жизненные события создают чувства, и она была той частью, что создавала и хранила их. После очередного похищения ты стала неуправляемой. Крушила, ломала, истерила, пыталась себя убить, а в конце концов отбросила прошлое. Такого никогда не было. Полностью отбросить чувства самому никому не удавалось. Заполненная ненавистью, завистью, страхом, болью Темная Ариса бродила по городу. На этот раз её удалось полностью запечатать, ибо связь между вами разорвалась. Обычно, люди умирают в ужасных муках, когда часть души отрывается, а ты ничего особенного не чувствовала. И чтобы приукрасить твою жизнь, твоя мама отдала тебе свою часть души. В конце концов ты не стала ледяной куколкой, но вот твоя мама обезумила, и теперь сидит кое-где. - Мама? Но мама разбилась в автокатастрофе. - Не совсем. Она была тесно связана с «х», и та забрала её к себе. - А почему темная Ариса стала такой? - Грязной? Это потому, что она ненавидит все и всех, и эта ненависть покрывает её словно грязь, кровь из глаз – слезы. – Она говорила медленно и вдумчиво, будто пробовала на вкус каждое слово. – Меня, кстати, Амамия зовут, можешь звать Амия. – В первом случае она сделала ударение на вторую «а», а во втором на первую. Огромная и деревянная дверь распахнулась, приглашая в красивую комнату. По середине стоял чайный столик, а рядом два кресла. На стене что-то пикнуло, и Амия подошла к ней. На стене оказалось что-то в виде планшета, только очень тонкого с 3D экраном. Она потыкала в воздухе на какие-то кнопки, и повернувшись ко мне засияла от счастья. - Могу тебя поздравить! Биша согласилась отправить тебя в Алистар, но при условии, что сама потом расскажет тебе правду. Можем отправляться к тебе за вещами. – Она очередной раз затягивала через подставку тонкую сигару и обаятельно улыбалась. - Думаю, это плохая идея. – Я вздохнула. Отец вряд ли бы обрадовался появлению в доме хранительнице воспоминай, и был бы не в восторге, узнав что я ухожу в какой-то монастырь, и явно не восхищался бы костюмом Амии. Отец у меня строгий. Всегда отглаженный костюм, вычищенные до блеска ботинки и сверкающие от чистоты очки, которые он часто поправлял, или протирал, когда было скучно. Моему отцу сорок, русые, короткие, всегда уложенные волосы, серые глаза, прямой нос, небольшие морщинки в области глаз. Высокий рост, длинные руки с деловым портфелем, сухие, потрескавшиеся губы. Работает прокурором. На завтрак всегда пьет кофе, и читает свежий выпуск любимой газеты. Это все продолжается 20 минут, после чего он встает, включает телефон, и начинает перезванивать пропущенным номерам. Потом выходит из дома, крикнув «после школы сразу домой», и едет на свою скучную работу. За что его любила мама, я не знаю, но зато знаю за что его люблю я. - Брось, – она явно отмахнулась от меня, и одним щелчком мы оказались у меня дома, а точнее в моей комнате. Глянув на часы, я слегка вздрогнула. Папа уже час как дома, и не очень громкий шум снизу явно это доказывал. Амамия уже собралась выходить, как вдруг остановилась. Она поглядела на себя в большое зеркало на моем шкафу и недовольно хмыкнув, щёлкнула пальцами, от чего на ней оказался деловой костюм. Я спустилась вниз, и пройдя через гостиную оказалась на кухне. Папа, недовольно пыхтящий, в фартуке поверх делового костюма, и косынкой на голове стоял у плиты. - Ты чего? Я же вроде все приготовила. Сунь в микроволновку и подогрей. – Папа вздрогнул, и обернулся. - Ты почему так поздно? Разве я не говорил «После школы сразу домой»? – опять строгий, как и всегда. - Это моя вина. Прошу простить. Я задержала вашу дочь. – Амия медленно, статно, держа осанку спускалась по лестнице в своей черной, облегающей, до колен юбке, строгой, но модной белой блузке и на черных шпильках. - Тогда извольте объясниться! – он стянул фартук и чепчик, стал заваривать себе кофе. - Я приглашаю вашу девочку в академию. Обучаться она будет за счет стипендии, проживание и питание включены. – Она села за стол, поочередно, трелькой постукивая по столу черно-белыми ноготками. - Исключено. Моя дочь будет жить здесь, и это не обсуждается. И уж поверьте, без вашей академии она найдет свое место в жизни. - У меня есть документ, ОБЯЗЫВАЮЩИЙ ее там учиться. Он давно был подписан её матерью. - Предъявите документы, иначе я вызову полицию и обвиню вас в незаконном проникновении в дом! - Пожалуйста. – Она потрясла красной книжечкой и папкой бумаг перед лицом отца. - Хм… Амамия Фриц. Я вас знаю. Вы заместитель директоров академии Алистар. К сожалению, моя дочь не любит астрономию. – Он наигранно вздохнул. - К счастью, у нас не только Астрономический факультет. Так же мы работаем и как обычная школа, просто общежитие есть, педагоги сильные и ученики приличные. – Она усмехнулась. - Что ж, все документы законны. Раз этого хотела моя жена, тогда, я не вправе не пускать Арису туда. – Он вздохнул. – Ариса, солнышко, ты хочешь там учиться? - он поманил меня и усадил к себе на колени. - Не знаю пап. За один день столько всего произошло. Вся моя жизнь кажется фальшью, но мне кажется, что там мне помогут разобраться. - Знаешь, твоя мама была очень необычной. Я хотел тебе раньше сказать. – Он вздохнул, и попросил Амию выйти. – Мия моя вторая жена. Она появилась неожиданно, как снег на голову. Выглядела уставшей и измученной. «Мне некуда идти, можно я переночую у вас?», спросила она, я тогда только-только расстался с первой женой. На руках у меня был двухнедельный ребенок, которого я не знал, как кормить, поить, менять памперсы. Я не хотел ее впускать, но услышав детский плачь, она забежала в комнату, взяла тебя на руки и стала кормить грудью. Я растерялся, а она так ласково и нежно смотрела как ты кушаешь. Позже я узнал, что ее ребенок на поздней стадии беременности погиб, а молоко осталось. ТЫ очень сильно привязалась к ней, и я влюбился. Мы решили пожениться, и никогда не рассказывать эту историю. Погибла она, когда тебе было на самом деле десять лет. Что-то случилось с твоей памятью, что воспоминания устарели, некоторые стерлись, и ни откуда появились новые. Наверное, ты защищалась так. Ведь то, что происходило с тобой в детстве, было ужасно. Ты подружилась с близнецами, и пообещала их защищать. После того случая тебя стали часто похищать, а потом мы находили тебя измотанную, с ужасными ранами и сильнейшим шоком. – Его перебила Амамия, вошедшая в комнату, показывая на часы. Папа поцеловал меня в лоб и велел идти собрать вещи. Одежда моя Амии, конечно же, не понравилась. Она посчитала, что предстать пред Богами в этом «убожестве» высшая степень бескультурья. Поэтому мы прихватив папу, с пузатеньким бумажником отправились в гипермаркет «k-on». Славился он своими огромными модными магазинами. День мы провели весело и без башенно. Начали мы с джинсов цвета «бешенной морковки», потом всяческие майки, футболки, сарафаны, юбки, брюки, разноцветные блузы, потом перекусили ролами с пиццей, а отец мисо супом и отправилась наша компания за обувью. - Так! Эти мы берем однозначно! – верещала Амамия, держа в руках блестящие балетки. - Тогда расплата за мои мучения и растертые ноги, мы берем мне это, – я телепала перед её носом спортивные, черно-бирюзовые, высокие, и пухленькие кеды - Заметано! – она рассмеялась, загружая папу еще большими коробками. Было весело, но все хорошее имеет особенность заканчиваться, именно поэтому после интересного фильма в кинотеатре и игровых автоматов мы вернулись домой. Я плюхнулась на кровать, и рассмотрев купленный на папины деньги кулончик в виде сердца, он, кстати, открывается, заснула.