Академия богов

Не хочу просыпаться. Не хочу куда-то идти. Не хочу умирать. Не хочу жить. Не хочу дышать. Все достало. Что я делала вчера? А что я делала сегодня? А позавчера? Да плевать! Живот болит. В горле жжет. Несколько часов назад кто-то приходил. А что они делали? Ладно. Нужно выбираться отсюда. Грудь болит. Я встала с кровати и натянув тапочки, пошла к двери. В помещение никого не было. Только кровать и пищащие аппараты. На окне решетка. Жуть. Только при передвижение я заметила, что к телу что-то прикреплено. Какие-то липучки были присобачены к груди, животу и рукам. Отодрав от себя эти присоски, аппарат около кровати перестал показывать кривые линии, а вместо этого выдал ровную. Дверь со скрипом отворилась, пропуская меня в пустой, бледный коридор. Черт! Голова кружится. Тошнит. Что я делаю в больнице? Где папа? Ой, нет. - Она куда-то шла до того, как потеряла сознание. Нашли в коридоре. Состояние не стабильное, кислородное голодание. Ещё у нее несколько гематом на теле. - Всё та же комната, тот же пищащий прибор, и решетка на окне. Что я тут делаю, да ещё и с какой-то маской на рту? - Ты очнулась? - ко мне подошел мужчина в белом халате. - Хорошо. Не расстраивайся, скоро сможешь вернуться в общежитие. - Он снял с меня маску, после чего я судорожно начала кашлять. Воздух в помещение, будто огромным комом пыли, рванул в легкие. В маске было на много удобнее дышать. - Какое ещё общежитие? Я с отцом живу. - Эм... - Он посмотрел на меня как на сумасшедшую. - О чем ты? - Ни о чем, — чем больше буду придираться к словам, тем дольше меня будут тут держать. - Ну ладно, наверно завтра ты уже сможешь уйти отсюда. - Он улыбнулся и вышел. А вдруг эти люди из Асгарда? Черт, мне нужно уходить. Был вечер. В палате всё так же пищали приборы. Скоро все лягут спать и можно сбежать. Охранников в этой захудалой больнице нет. Отлично. Приступим. Я пробралась в коридор, там всё тихо. Дальше двор и ворота. Ура! Я на свободе. Только вот на какой улице? Я вообще где? Холодная белая пушинка упала на лица, превращаясь в каплю. Небо посерело, и бесцветные хлопья полетели на землю. Странно, сейчас ведь только начало октября. Снежинки очень быстро застилали зеленую траву ковром и надевали на деревья пушистые шапки. Мелкий вихрь где-то очень далеко завывал свою грустную песню, а сгусток мягких и пушистых льдинок приближался с ярким блеском из-за осеннего солнца. Из далека появился человек. Белоснежные волосы, белоснежная рубашка, белоснежные перчатки, всё белое, кроме плаща. Он был черный, расшитый серебряными нитями. Ещё была и маска. Такая красивая, в снежных узорах, расшитая жемчугом и стразами, украшенная бриллиантами. - Пойдем отсюда, Ари. - Он протянул мне руку а другой слегка отодвинул маску в сторону. - Братик? - Да, малышка. Я заберу тебя отсюда. - Он взял меня за руку, и я почувствовала себя так же, как и 11 лет назад. Риричио опять забрал меня. Мой снежный принц. Вот бы ты всегда был рядом. Я покрепче ухватилась в знакомую руку и последовала за братом. Вот так мы уходили из тюрьмы Асгарда. За нашими спинами бушевал ледяной ураган, выли метели, а белокурый король вел за руку маленькую, потрепанную, избитую и грязную девочку за собой, а она была готова пойти с ним куда угодно, ведь девочка доверяла своему холодному брату. След от прохладных губ все ещё преследовал мою щеку. Я стояла у порога своей квартиры, но уже одна. Рича. Дверь открыл папа. Он держал в руках письмо, и периодически смотрел то на меня, то на свою дочь. Разговоров не последовало. Он просто пустил меня в дом. Всё в том же строгом костюме. Ступени лестнице всё так же противно скрипели под ногами. А вот и моя комната. Я прыгнула на мягкую кровать и лежала смотря в потолок. Когда мама погибла, это было моим любимым занятием. Женина в белом халате опять что-то вколола в вену. Так часто происходит. Три раза в день она вводит это вещество мне в кровь, чтобы я хоть как-то жила. Еды здесь нет, только стакан воды раз в сутки. Тонкая замызганная тряпка никак не спасала от холода бетонного пола. Тяжелая цепь оттягивала ошейник из-за чего дышать становилось невозможно. Колени стерты из-за частых прогулок на четвереньках. - Вставай, — всё что мне говорили. Эмма взялась за цепь и потащила к хозяину. Коридоры абсолютно одинаковы. Несколько провожатых тащат на поводке ещё парочку таких же пятилетних девочек. Тяжёлая металлическая дверь открылась и за ней показался дубовый стол и хозяин. - Привет, - он потушил окурок сигареты о протянутую мной руку. - Хорошо я тебя выдрессировал, - он усмехнулся и сел в огромное мягкое кресло. - Сегодня я придумал кое-что поинтересней. - Он указал на черную дверь. Она как никто другой знакома мне. Так хозяин часто играл со мной. Эмма потянула за поводок в сторону камеры. - Стоп, — резкая боль в щеке вернула меня в комнату. - Не старайся вспоминать больше, чем положено. - Скажи, пап. Что я делала последний месяц? Я помню Асгард, пытки. Помню, что моя настоящая мать — Ниоко, и помню тебя дворецким, и помню брата, но последний месяц... - Не нужно. Я же сказал, не надо вспоминать больше, чем положено. Именно поэтому я с Мико забрал тебя на землю. То, что ты не помнишь сентябрь - нормально. Значит твой мозг решил, что так нужно. Завтра тебе в школу. Поужинай и ложись спать. Ужин прошел как всегда, и почему-то от этого я была счастлива. Обычная жизнь сейчас вызывала бурю положительных эмоций. А сон пробрался в мою постель сразу и не отпускал до самого утра. Широкая отцовская ладонь растрепала мои волосы и сбросила одеяло на пол. - Вставай, соня. В школу опоздаешь. Буду ждать тебя на кухне. - Он вышел из комнаты. Эх... Опять школа. Первым делом я заварила отцу кофе и принесла новую газету. Он уткнулся носом в какую-то статью, принюхиваясь к аромату из черной кружки. Когда водные процедуры и борьба с волосами была окончена, отец ждал уже около машины. Дорога не заняла много времени. Да его и не было уже так много. К счастью, в классе у меня нет друзей, поэтому ничего собственно не изменилось. - Ариса! Где ты была весь месяц? Мне говорили, ты перевелась. - Учительница накинулась на меня с расспросами. - Да, но не сложилось как-то. - Похоже они тоже не знают, что происходило со мной целый месяц. На этом наш разговор закончился. Ну раз я не помню, значит так нужно.