Starlight

Не прячь пули, стреляй смело, Пускай стрелы в мое тело. Я не ангел, и ты тоже, Я так делал, и ты сможешь. Прошел месяц с того дня, когда я, по словам Стилински, сломал его жизнь. Я пробовал ему звонить, пробовал писать сообщения, но ответа так и не дождался. А что поделаешь? Я сам виноват, идиот. Зачем так жестко поступил с ним? Лидия была его мечтой, а когда он наконец приблизился к ней, я взял и отшвырнул его на огромное расстояние, длиной в бесконечность. Теперь рыжая не верит, что это была шутка, она уверена, что мы со Стилински встречаемся. Я уже битый час убеждаю ее в обратном. - Лидия, да какого хрена ты отказываешься мне верить? - Ха, еще спрашиваешь! Дерек, я не дура, чтобы не видеть, что между вами есть это. - Что "это"? - Как что? Притяжение, напряжение, связь, влечение и так далее. Называй, как хочешь, - она закатила глаза, когда я тяжело вздохнул. - Лидия... - И не пытайся! Я не поверю. Все эти твои выдуманные истории о том, что вы играли в бутылочку, и вас потом где-то там заперли, пока не поцелуетесь. Это бред, Дерек. Ни один идиот в этот бред не поверит. Не умеешь ты врать, - она сочуствующе поджала губы и похлопала меня по плечу. - Я ничего не выдумываю, неужели так сложно поверить? Ты же знаешь, что Стилински от тебя без ума! Почему тогда не веришь??? - Да, он был от меня без ума, - самодовольно улыбнулась Мартин. - Но это было до того, как он понял, что он гей. - Да мы не геи! - от досады и раздражения я повысил голос. - О, уже "мы", - обрадовалась Лидия, - а то всё "Стилински" да "я". И ты еще что-то пытаешься отрицать? - Послушай, Лидия, умоляю, просто поверь мне. Я делал всё со зла, я не должен был ему мешать, понимаешь? Сколько раз я еще могу тебе это повторять, чтобы ты мне поверила? - Со зла, говоришь? А что тебе такого сделал Стайлз? - её глаза хитро заблестели. Я замялся с ответом. - Ничего...Ничего такого, чтобы так с ним поступить. Досада, ужасная досада мучила меня. Словно передо мной были всего лишь две двери, и шанс попасть в нужную был пятьдесят на пятьдесят, но я ошибся, я вошел не туда, выбрал наверный путь. - Давай, Дерек, скажи, что же такое он сделал, что так тебя встревожил? Ты аж полез целоваться! Ты, можно сказать, заявил всем, что ты гей, да еще и Стайлза себе присвоил! Что же такого мог сделать Стилински, чтобы ты пошел на такое, а? Она, как змей-искуситель, пробралась ко мне в голову и уговаривала все рассказать. Эта рыжая точно служит не Богу. Маленький чертенок всё-таки добился своего. - Он сказал, что я никто ему. Это меня разозлило... - Я знала! - торжествующе произнесла Мартин. - Боже, Лидия, да что ты знаешь? Стайлз мой друг! Он дорог мне потому...потому что... - Почему, Дерек? - ехидно подначивала Лидия. - Потому что он мой единственный друг, Лидия. Он дорог мне, как человек, находящийся рядом; как человек, которому я действительно доверяю. Настолько близко я никого не подпускал очень давно. Мартин немного опешила, а потом её рот раскрылся в изумлении: - Да ты же...ты...- она никак не могла договорить, так как ее эмоции лезли через край, она периодически улыбалась, мотая головой, будто не соглашаясь поверить в собственные мысли, а я тем временем не понимал, что происходит, - ты же...О Господи, Дерек, этого не может быть! - Ты, может, скажешь, в чем дело? - А ты сам не догадываешься? а? - я отрицательно мотнул головой. - Конечно я тебе не верила, я думала, что ты все выдумал, но все, что ты говорил, было правдой; как же я раньше этого не поняла! - Ну слава Богу, я уж думал этого никогда не произойдет! - Ты влюблен в него, несчастный. Эти слова прогремели, как гром среди ясного неба. Что-то резко перевернулось внутри...Я? Влюблен? В кого? В Стилински? Что за чушь? С моих губ сорвался смех, но почему-то он был далеко не веселым, а даже каким-то истерическим. - Мартин, ты с ума сошла, - продолжал смеяться я. - Хах, это по-моему тебе тут психиатр нужен, Дерек, - она смотрела на меня с беспокойством, как будто перед ней и вправду сидел человек, вышедший из ума. - Лидия, сказать, что я люблю Стилински, это все равно, что...я не знаю...в оборотней верить! - воскликнул я. Эта рыжая потихоньку начинала действовать мне на нервы. Ну надо же такое выдумать? Влюблен в Стилински! Ха! Смешно! Правда смешно! - Дерек, я же вижу, как ты на него смотришь. Ты ревнуешь его ко всему, что движется; ты находишь любой повод, чтобы встретиться с ним; ты постоянно, может даже, неосознанно пытаешься с ним сблизиться! Глаза раскрой пошире, Дерек! Ты влюблен. Для каждого ее слова я нашел доказательства. Ревность? Была. Жуткая ревность к Мартин. Поводы для встреч? Да тысячи. Эта проверка, эти тренировки или этот якобы мешающий шум вечеринки. Сближение? Моя ванная в день нашего знакомства, "бутылочка", дурацкая выходка с поцелуем. "Дерек, мать твою, Хейл! Ты влюблен с Стайлза Стилински" - сневероятной скоростю пронеслось у меня в голове... Я допустил эту мысль всего на долю секунды, но... - Вот черт, - выдохнул я, - Нет, быть не может. Он же парень! - Господи, Дерек, двадцать первый век на дворе, кого это сейчас останавливает? Мы просидели в полной тишине минут десять. Мартин с пониманием отнеслась ко всей ситуации и дала мне все осмыслить. - В общем. Я пойду. Пожалуй. Наверное, - я вышел из ее квартиры, но опомнившись, вернулся. - Стилински ни слова! - лишь произнес я и затем удалился. *** Работа. Как же я люблю работать. Это занятие отвлекает от всего, о чем не нужно думать. Сегодня сюда я пришел в отличном настроении, предвкушая долгожданный отдых от назойливых мыслей. На тренировку пришла привычная группа - незнакомых лиц не было. Зато было одно слишком знакомое. Только начав занятие, я заметил его среди пришедших. Стараясь не обращать внимания на это смазливое личико, я вел обычный урок. Дело дошло до упражнений парами. Юнец выбрал себе в пары сексопильную девушку лет двадцати. Он заигрывал с ней, прижимался к ней, когда выдавалась возможность; глазел на нее, а временами посматривал на меня полным ненависти и ехидства взглядом. И только тогда я окончательно и бесповоротно понял, что Лидия была права. Ревность сжигала меня изнутри, поедала все мои органы, грызла с неистовой силой. Я готов был прекратить занятия, лишь бы не видеть это. Стайлз невыносим, он притягивает мой взгляд, как бы я ни старался не смотреть в его сторону. Он, будто смеясь надо мной, продолжал свои игры, но уже не только с этой девушкой, к ней присоединилась еще одна. В этот момент я думал лишь о том, что время идет слишком медленно, а урок длится уже невероятно долго и всё никак не хочет заканчиваться. Странная штука - осознание. Пока тебя не ткнули мордой в очевидные вещи, ты ни о чем не догадываешься, живешь, как жил до этого. Но когда кто-нибудь скажет тебе все в лицо, прямым текстом, без всяких намеков, то тогда мир переворачивается, тогда ты прозреваешь, будто уходит пелена с глаз, и мир становится четким и ярким, бьющим в глаза фонарем. И вот тогда жизнь начинает быть невыносимой. Тебя слепит этот фонарь и днем, и ночью, он не дает тебе спать, читать, отдыхать, расслабляться - не дает спокойно жить. Вот тогда-то и хочется отмотать время назад, чтобы никто тебя ни во что мордой лица не тыкал, чтобы ты смотрел на весь мир всё через те же немного мутные розовые очки. Стрелка часов была все ближе к 12. Это не могло не радовать. Вдруг в зале погас свет. Поднялся шум. Кому, как ни мне все это разгребать: - Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, я постараюсь узнать, что случилось, мы сделаем все, чтобы свет поскорее включили, скорее всего это перегрузка. В целях безопасности оставайтесь на своих местах. - Я ненавижу тебя, - холодный монотонный шопот над самым ухом заставил меня вздрогнуть. Судя по еле слышному победному смешку, Стайлз был доволен моей реакцией. И когда это он из забавного и неуклюжего подростка успел превратиться в совершенно безумного маньяка-мстителя?! Я попытался поймать Стилински, но ловил руками лишь холодный, пропитаный запахом пота воздух. Глаза привыкли к темноте, и я практически без усилий добрался до выхода из зала. Когда я вернулся в уже освещенный зал, Стилински там не было.