Skin and Bones.

— Джей? — Взволнованно прошептал в трубку Гарри, в то время, как остальные мальчики в соседней комнате пытались успокоить и привести в чувства Луи. — Что такое, Гарри? — Ответила мисс Томлинсон, одевая на ходу сестринский халат, — Сегодня я дежурю в клинике, поэтому, если это может подождать до завтра, перезвони позже, — Протараторила она, уже готовая положить трубку, но Гарри резко заявил: — Речь идет о Луисе. — С моим мальчиком что-то случилось? — Продолжила разговор она, выйдя из своего дома и направившись к машине. Никто и никогда не звонил ей, чтобы сообщить, что с ее сыном что-то произошло. — Хм, — Начал Гарри, играя со своими волосами. Он тревожно накручивал прядь на палец и пытался подобрать слова, — Знаете, я не знаю, как сказать вам это, но... Эм... Он абсолютно ничего не ел на протяжении двух недель. — Что? — Усмехнулась Джей и облегченно вздохнула, — Ты хочешь сказать, что Мишка Бу голодает? Обычно, он ест все, без разбора. Ты ведь врешь, да? Это не смешно, Гарри, мне нужно работать... — Мне бы самому хотелось верить, что это шутка, но правда жестока. Мало того, он работает ежедневно на протяжении семи часов без перерыва. Мы с мальчиками никак не можем противостоять этому. Когда сегодня мы заставили его снять рубашку, то вчетвером ужаснулись: его ребра торчали настолько сильно, что хотелось плакать, не поверите! Я думаю, было бы лучше, если... — Господи Иисусе! Я буду у вас через 10 минут! Работа подождет, — Она завела двигатель, — Пожалуйста, заставьте моего сына хотя бы немного поесть. — Мы пытаемся заставить его поесть уже с тех пор, как заметили, что это происходит! Каждый раз он утверждает, что совершенно не голоден, — Продолжал Стайлс, вернувшись на прежнее место, в гостиную, — Мы думаем, что он довел себя до анорексии. Это ведь возможно? Он всячески продолжает отрицать все. До чего это может довести? — Мишка Бу никогда не имел проблем с самооценкой, особенно относительно его веса, — Констатировала Джей, сморщив лоб, — Я подъезжаю и буду у вас в ближайшее пять минут! Будьте готовы к тому, что я захочу провести некоторое время наедине со своим сыном. — Мы ждем, — Ответил Хаз, плюхаясь на диван между всеми парнями, — Возможно, хотя бы вам удастся накормить его.       Луи извивался, корчился при мысли о еде. Раньше она была одним из самых больших аспектов его жизни. Он помнил, как вместе с Найлом готовил огромные блюда для парней, и они вместе наслаждались их кулинарными способностями. Тогда он не мог подумать, что его безрассудство и беспечное отношение к еде приведет к тому, что без слез он не сможет взглянуть на себя в зеркало, что его лицо станет отвратительно ему самому. Он не мог остановиться на полпути к своей цели, останавливаться не было времени...