Три партии

Как страшно он соскучился по Дину, Эйдан лишний раз убедился, когда в поле зрения в аэропорту мелькнула рыжеватая макушка, и знакомый голос громогласно завопил: «Ки-и-и-ли-и-и-и!!!» Друзья бросились навстречу друг дружке с таким рёвом, что как минимум с десяток людей в фойе аэропорта шарахнулись в разные стороны. - Зарос, зарос! – радостно хохотал Дин, дергая Эйдана за спутанные кудри. А Тернер лишь ржал в ответ и месил своего экранного брата. В машине, которая везла парней на место дислокации, в отель, они болтали взахлеб, общаясь обо всем на свете, перескакивая с темы на тему, вспоминая, кого из огромной, дружной компании гномов недавно встречали, воскрешали в памяти какие-то забавные случаи, произошедшие на съемках. И лишь одну тему обходили весьма старательно – разрыв Эйдана с Сарой. Впрочем, большого труда это не составило. Тернер об этом почти не думал, а Дин, понимая, что разговор о бывшей может испортить настроение другу, решил этого не касаться. Несколько раз в своих мыслях Эйдан задавался вопросом – стоит ли рассказывать Дину про его новую знакомую. И тут же одергивал себя. Нет, пожалуй, не стоит. Зачем? Начнем с того, что их отношения с Теа вряд ли можно хоть как-то классифицировать. А если и пытаться сделать это, то дальше банального «приятели» дело не продвинется. Какая разница, что он себе надумал, увидев на песке нарисованный шар? Но нет же! Чертовы кривые линии на песке значили для него слишком много, и, кажется, слишком много смысла и знаков Тернер вкладывал в это незатейливое послание. Но что бы не наклевывалось, так или иначе, пока говорить о чем-либо рано. Эйдан не чувствовал себя готовым делиться этим своим новым чувством, предвкушением, волнением. Хотя, в глубине души он прекрасно понимал, что Дин слишком проницателен, чтобы от него могло что-либо скрыться. Именно поэтому, когда друзья расположились в номере Тернера после парочки непродолжительных интервью и беседы с распорядителем завтрашнего действа, О’Горман плутовато посмотрел на Эйдана и, с шумом вскрыв баночное пиво, безапелляционно изрек: - Так, Эйд, колись! - Чего-о-о? – не удержался от хохота Тернер, закинув при этом ноги на подлокотник кресла - Ничего, - Дин отхлебнул пива. – У тебя кто-то появился? Эйдан ощутил укол в подреберье. Словно бы его раскусили. - С чего это ты взял? – ответил он, стараясь придать лицу как можно более удивленное выражение. Будто бы О’Горман и не поймал его на том, что он сам себе нафантазировал. Ох уж этот чёртов бильярдный шар на песке…. - Да ты весь светишься, хоть фонарь в зад вставляй! Тернер снова не сдержался и заржал на весь номер. - А я серьёзно! – Дин замысловато отсалютовал банкой в воздухе. – Признавайся, что ли, ибо чует мое сердце, это не Сара, с которой вдруг ты помирился. - Куда уж! – отмахнулся Эйдан, закончив веселиться и посмотрел на Дина со смешанными чувствами. И вот что ему сказать? Что он то ли влюбился, то ли только собирается? Что он нашел себе друга или же он просто считает – что нашел? - Ну дава-а-ай, - Дин снова пригубил пиво. – Как зовут-то хоть? - Ты будешь ржать, но ты ее видел, - наконец-то сказал Тернер. – И, кстати, она у меня не появилась. Если тебе интересно, мы просто вместе бегаем. Как ты знаешь, я пробежками увлёкся… - Ну, вот, а то я грешным делом думал, что ты один такой бегун-активист на районе. Сошлись на почве здорового образа жизни, стало быть? И откуда же я её знаю? Я и дома-то у тебя не был. В новом жилище, я имею ввиду. - Помнишь, мы читали про ледяные пещеры на Wayfarer? - Да ладно! – Дин спустил ноги со столика и наклонился вперед. Он схватывал всё на лету. – Та самая блоггерша? - Ну, как бы…… - Эйд, это комбо! – Дин засмеялся, похлопывая себя по бедру рукой. – Хватай и беги! - Да пошел ты! Мы просто общаемся! – Тернер сделал вид, что обиделся, хотя, на самом деле, он был бы рад последовать совету Дина хоть сейчас. - Не успел расстаться с Сарой, и уже…. – не унимался Дин. - Ладно тебе, почти три месяца уж прошло. А на самом деле, будто в другой жизни все было. - Ну почему же «будто»? Судя по твоей довольной и мечтательной физиономии, ты вполне готов начать новую жизнь, - Дин вскинул брови, напуская на лицо фирменное философски-хитрованское выражение. - Ты еще жениться предложи, - фыркнул Эйдан. - Не утрируй, - Дин улыбнулся. – Если ты нашел с ней общий язык, то почему бы и нет? И я не про женитьбу. Помнишь, что я тебе говорил тогда? Про пассию твоего склада? Как по мне, то девушка, занимающаяся такой работой – идеальный вариант. Подобных еще поискать… - Ну, если ты про то, что она не будет сидеть на месте, то сейчас именно это и происходит, - отметил Эйдан, хрустя чипсами. – Её назначили куратором чего-то там, и она вынуждена сидеть в офисе. Что её весьма не радует. Даже приводит в ярость, я бы так сказал. Нет, на самом деле, это просто ужасно. Словно за зверем в клетке наблюдаю… - Вот, ты уже беспокоишься о ней! - О’Горман уселся удобнее и радостно воззрился на друга. – Я категорически счастлив за тебя! - Дин… - Эйдан поморщился. Его приятель неожиданно разошелся в своем ликовании. Раньше Тернер не замечал за товарищем особенности бежать впереди паровоза. – Дин, ну что ты, ей-богу! Мы не встречаемся, да и не так много проводим времени вместе, если разобраться. Приятели – и не больше. Наверное.… Да, мне очень комфортно с ней, и я бы, признаться, хотел чего-то большего, но… - Так за чем дело встало? – усмехнулся Дин. – Бери быка за рога, дружище. Делай первый шаг, прощупывай почву и всё такое. Не мне тебя учить, что приятельство может перерасти в дружбу, а дружба в отношения. А при особом старании, - с этими словами Дин снова хитро улыбнулся. – Срединную стадию можно успешно миновать. Такие дела! Тернер засмеялся, чокнувшись с другом почти опустевшей банкой, в который раз поражаясь тому, как просто и легко Дин смотрит вещи и жизненные ситуации. И как просто и легко привык их решать. Наверное, в этом и был ключ к беззаботности и гармонии. С головой окунувшись в круговорот и суету, сопряженные с комик-коном, Эйдан, впрочем, не оставил мыслей о том, что ждет его по возвращении. Как дальше сложатся их отношения с Теа? Смогут ли они стать друг для друга больше, чем просто компаньонами по бегу, и даже больше, чем друзьями? Много зависело от него. Но и не меньше зависело от нее. Расставить всё по своим местам могла лишь очередная встреча. И встречу эту Тернер ждал с нетерпением. Вместе с Дином они дали множество интервью, посетили потрясающую по душевности конференцию, пообщались с кучей народу, и в полной мере ощутили привкус славы и любви фанатов. Потом были традиционные посиделки в номере с пивом, старые шуточки, смех до упаду, твиттерская переписка с друзьями по «Хоббиту». Но пришло время расставаться. Эйдан и Дин обменялись крепкими объятиями, похлопали друг друга по плечам, отпустили «на посошок» парочку приколов и разбрелись к своим стойками регистрации. - Ты только не возомни, что на Саре жизнь окончилась, Эйд, - сурово, но не без шуточной интонации напутствовал «младшенького» Дин-Фили. - Говоришь так, словно я испугаюсь и слиняю, как малолетка на школьной дискотеке, - фыркнул Тернер, удобнее перехватывая пакеты с подарками, которые им вручали на протяжении этих дней поклонники. - Просто помни, что ты всегда имеешь право попробовать, - Дин ткнул Эйдана пальцем в грудь. – Вот и пробуй. И держи меня в курсе! - О разнообразии поз тоже отчитаться, если что? – съязвил Эйдан, едва сдерживая смех. Дин был так уморителен в своей заботе о личной жизни друга. - Тебе, конечно, виднее, но я - любознательный малый, ты же в курсе? – подмигнув, не остался в долгу Дин. Когда Эйдан распахнул двери своего дома, время перевалило за обеденное. Близились сумерки. Ко всему прочему погода оказалась истинно британской, воздух снова был щедро пропитан сыростью и пах сердитыми серыми морскими валами. Что-то готовилось, назревало в тяжелых свинцовых тучах – то ли снег, то ли тяжелый, густой дождь. Мороза не было, но из-за влажности температура получилась как раз такой, чтобы продрогнуть до костей не составляло труда. В иной раз Тернер бы еще раз 10 подумал, прежде чем отправляться на пробежку, но не в этом случае. Он прекрасно знал, что его ждут. И встречи с этим человеком он и сам хотел. Наскоро раскидав вещи из чемодана по шкафам, Тернер переоделся в свою беговую одежду и ринулся на пляж знакомой дорогой. Даже если Теа еще не там, он может подождать ее на месте. Но девушка его опередила. Когда Эйдан увидел у кромки воды знакомую фигурку в ветровке, его сердце забилось часто-часто, и коленки предательски дрогнули. Теа рассеянно бродила, то приближаясь к волнам, набегающим на песок, то отскакивая от воды прочь, так, чтобы волна не успела зацепить ее кроссовок. Со стороны было видно, что Теа просто дурачится, но стоило Тернеру приблизиться чуть ближе и в свете садящегося солнца рассмотреть свою подругу лучше, как он понял, что Теа просто отвлекает себя от неприятного разговора, который вела по телефону. Эйдан еще на подходе уловил металлические нотки в её голосе. Девушка говорила на повышенных тонах, то и дело нервно дергая ремень висящего на плече объемного кофра. Очевидно, внутри внушительной сумки находился фотоаппарат. - Бессмысленный разговор. Я это пытаюсь объяснить тебе уже битый час. И если ты не понимаешь даже этого, то о чем дальше…. Что? Господи.… Послушай, не утруждай себя, ладно? В Ирландию дорого звонить, понимаешь? Не трать деньги и нервы. Что? Ты решил? И я считаю, что это наилучший вариант. Да, именно так я и считаю. Как и ты. Совпали, видишь? Что? Мать моя…. Тебе достаточно лет, чтобы закончить беседу цивилизо…. – Теа отстранила телефон от уха и уставилась на дисплей с недовольным видом. – Мда… видимо, недостаточно, - пробормотала она себе под нос и повернулась в сторону стоявшего без движения Тернера. При виде Эйдана Теа вытянула шею, словно кошка на охоте, сощурилась и уперла руки в боки. Вид у нее был крайне негодующий. - Ты что себе думаешь? Нашел время уезжать! - с места в карьер принялась она костерить парня. Тернер сунул руки в карманы и глупо улыбался, не зная, что ей отвечать, и не понимая, почему внутри вдруг стало так тепло и радостно. - Позавчера в бухту ни с того, ни с сего дельфины зашли! Народу сбежалось! Говорят, давно такого не было! И вот я второй день как лошпет с фотоаппаратом на пробежке, если это, конечно, можно пробежкой назвать. Сам понимаешь, для блога фото с телефона не очень-то котируются. И что ты думаешь? Хоть бы один завалящий дельфин! Вот же засранство, а? - Засранство, - кивнул Эйдан, улыбаясь еще шире. – Дельфины не очень хотят фотографироваться? - И это крайне невежливо с их стороны, - заметила Теа, убирая в карман телефон. - А что это ты тут делала? – сам не понимая почему, поинтересовался Тернер. Он чувствовал, что это как минимум не его дело, но не мог не спросить. – Крик на весь пляж стоял… - В таком случае, ты еще не слыхал, как я могу орать, - запальчиво отповела Теа, потом на миг задумалась, постучала кончиком указательного пальца по шраму на подбородке и ответила. Весьма просто и буднично, надо отметить. И Эйдан, опешив, даже не сразу понял, что его так смутило в этом ответе – равнодушие к произошедшему или то, что Теа куда проще восприняла ситуацию, чем он. Ситуацию, в которой Эйдан и сам был совсем недавно. - С молодым человеком расставалась. Не очень красиво, как видишь, но что поделать… - она развела руками и внимательно вгляделась в лицо собеседника, пытаясь считать его реакцию. То, что Тернер слегка ошарашен, не скрылось от ее проницательного взора. - Ну да, по телефону такие дела не делаются, и всё такое. Но он в другой стране, видишь ли. Почти на другом конце земного шара. И вдобавок, всё и так было давно понятно. По крайней мере, для меня. - А для него? – проговорил Эйдан, поёживаясь. А разве не он сам хотел всё закончить с Сарой именно так, в телефонном режиме? В принципе, от такого способа они ушли недалеко. Беседа по скайпу, из которой всё стало ясно, потом короткая встреча, сошедшая к тому, что они переспали. Почему: от отчаяния ли, по глупости ли, или просто так, сделав свою близость абсурдным завершением отношений длиной в несколько лет – ни Сара, ни Эйдан не знали. - Мне не дано понимать, что творится в голове у других людей, - с холодком отозвалась Теа. – Но когда начинают лезть в мою голову и извращаться, дабы расставить там все по своей схеме – вот уж извините, на такое я никогда не подписывалась. Эйдан молчал, продолжая смотреть на Теа. Странный, одинокий человек, с принципами относительно своей свободы.… Есть ли у них будущее? Стоит ли пытаться? Но как там говорил Дин? Ты всегда имеешь право попробовать. - Если тебе интересно, этот человек не имеет никакого отношения к делам, которыми я занимаюсь. А это уже, надо понимать, не то пальто, - начала внезапно Теа, теребя молнию на кофре. – Я никогда не сижу на месте, и делать этого не собираюсь. И тем паче, не собираюсь верить, по сути, чужому человеку, когда он заявляет, что имеет исключительное право заставить меня думать и делать иначе. - Наверное, его не очень-то устраивал твой образ жизни, - Тернер произнес очевидное, лишь бы что-то сказать. Он ощущал себя весьма странно. Его расставание с Сарой ввергло его в непонятное, темное состояние. Нельзя сказать, что его выедало изнутри непосредственно исчезновение Сары из его жизни, но то, что творилось с ним нечто не очень нормальное, было неоспоримым фактом. И снова возвращаться в это нечто Тернер не собирался. Теа же смотрела на свое расставание с кардинально иной точки зрения. - Еще бы! – девушка фыркнула. – Еще бы его не устраивало! Зато полностью устраивало меня! Мне было 23, и все только начиналось, понимаешь? До этого я была в полной жопе. Прости за грубоватое сравнение… Я, наверное, как с ним, так и с его формулировкой перегнула палку, но…. Знаешь, каково это, когда каждый день твоей зарплаты, которую ты получаешь за ненавистную работу, заканчивался до тошноты одинаково? Ты приходишь домой, достаешь из-под дивана коробку от дешевых босоножек, и вынимаешь оттуда пачку конвертов. Самые главные – четыре, на четыре недели. Туда ты сразу откладываешь три четверти зарплаты. До следующей подачки. На это полагается кушать и покупать нужные для хозяйства мелочи. Если вдруг, по волшебству, что-то в конце недели остается, оно перекочевывает в конверт, где копится деньга на новую обувь или одежду. Ну.… Как «новую»… В секонде, порой, можно найти просто офигенные прикиды. Из того, что осталось немного выделяешь на долгосрочные траты, например, на врача, к которому надо идти на плановое лечение через 5 месяцев, или на рулон обоев, пока старые еще не отвалились. Еще чуть-чуть откладываешь на тот самый, пресловутый «черный день», когда грянет полнейшая задница, опять-таки, прости за тонкость выражений. И вот если после всех этих махинаций хоть что-то осталось, ты можешь радостно вздохнуть и положить эти гроши себе в кошелек на баловство, типа проезда на метро или чашку дешевого пойла на вынос, которое, согласно прейскуранту, называется, почему-то, латте. А самое смешное, знаешь, Эйдан…. Меня это не бесило. Даже почти не раздражало – эти подсчеты, экономия, невозможность купить, поехать, заплатить. Меня неимоверно бесило только одно – почему я не имею права заниматься тем, что мне нравится, тем, что я умею? Разве это не лучший выход? Все довольны! Вот отчего в этом мире столько проблем – люди, которые не любят свое дело, вынуждены им заниматься, чтобы выжить. Зачастую то, чем они занимаются и что ненавидят всеми фибрами души, они и делать-то не очень умеют. Делают плохо, без души, спустя рукава. И получаем на выходе недовольного исполнителя, разъяренное начальство, дерьмовый продукт дерьмовой работы, и частенько еще и ни в чем не повинного клиента. Тоже в бешенстве, надо отметить. И вот, когда я, наконец, получила это место, я была в полном шоке. Конверты больше не были нужны! Я могла не откладывать на простые мелочи, типа прокладок. Я просто шла и покупала! У меня появилась страховка, за всех врачей платила контора. Я ездила в те страны и те места, о которых не то, чтобы даже не мечтала – не слышала! И я занималась своим делом. Не просто любимым – своим! Сперва, смешно подумать, казалось, что я не на том месте, что я тот еще лузер и делаю откровенную лажу, но потом мой тогдашний шеф промыл мне мозги. Мы вдвоем отправились в Испанию тогда. Я была просто в восторге. Шутка ли – Испания! Сделал репортаж в блог и можно гнать, куда глаза глядят! Барса, Фигейрос, Мадрид.… Мы как раз прошли скальный маршрут на пике Урриэлью. Я впервые в жизни ночевала в подвесной палатке. Видел такие, да? Эйдан только сглотнул. На миг он ощутил, как земля уходит из-под ног и твердую, надежную почву заменяет натянутый пол скальной палатки. Наверное, немалых усилий стоит привести тело в новую систему существования, когда прямохождение отменяется и каждая конечность, каждая клеточка тела невольно начинает работать согласно новым условиям, где ты барахтаешься меж небом и землей, по сути, между жизнью и смертью. Это заставило Тернера пару раз судорожно передернуть плечами и уставиться на Теа со смесью испуга, уважения и изумления. Но факт оставался фактом. Она бывала в таких ситуациях, в таких местах. Выжила, вполне здорова, и, кажется, при первой возможности, повторила бы вновь. - Отличное место для того, чтобы расставить всё по полкам в чьей-то голове, правда? – Теа улыбнулась, заметив реакцию собеседника. – И тогда он мне всё и объяснил. Ты делаешь свое дело, как подобает, ровно до того момента, пока ты сам веришь в то, что ты на своем месте. И что немаловажно, что ты этого места достоин. А тот человек, с которым я разговаривала по телефону, когда ты подошел, так не считал. Он всегда думал, что я занимаюсь идиотизмом. И не давал мне питать лишних иллюзий по поводу того, что я хотя бы делаю этот идиотизм профессионально и достойно. То, что я постоянно отсутствую и вместо семейного ужина пытаюсь выбраться из лабиринта какой-нибудь Постойнской ямы{1}, было лишь предлогом. Он неудачник и хотел видеть рядом себе подобного. Но никто, ни одна живая душа в этом мире не давала ему права указывать, как мне жить. Приказывать мне отказаться от мечты. Прийти к компромиссу можно всегда. Но он даже не пытался этого сделать. Я – пыталась. Но всему в мире есть предел. Тем более, терпению. А оно у меня никогда большими размерами не отличалось. Почему он до сих пор не дошел до простого вывода, что я – явно не та кандидатура, которая его устраивает…. Видит Бог, это не моя проблема. Закончив тираду, Теа скрестила руки на груди и уставилась на рябой горизонт. Тернер всматривался в ее лицо и видел, как сильно она обижена на того человека. Девушка не была расстроена разрывом, не была опечалена фактом своего одиночества, она была уязвлена. Потому что привыкла, чтобы с ее мнением считались, и ее выбор – уважали. И в этот момент все для него стало ясно, как Божий день. Словно бы кто-то отворил двери, позволив смотреть на вещи вокруг во все глаза, а не ютиться у замочной скважины. Это часть его жизни. Это – он сам. Это его любимая работа, дело, которым он любит заниматься, и которое приносит радость не только ему. Так почему его нельзя принять таким, какой он есть? И разве это что-то предосудительное? Разве он поступает плохо, просто живя своей жизнью? Вот отчего он долгое время не мог прийти в себя, поедом терзаясь и лежа в кровати без сна. Он просто не понимал, почему Сара не могла принять его таким. Тогда, как он принимал ее со всеми недостатками. На миг его затопила какая-то обезоруживающая грусть и усталость. То самое состояние, когда «опускаются руки». Но все это длилось совсем недолго. Потому что она, Теа, была рядом. И Эйдан ощущал ее поддержку, даже тогда, когда она просто безмолвно стояла подле него, наверное, размышляя о чем-то своем. Но разве она уже не давала понять однажды, что ему теперь есть на кого рассчитывать? - Можно один вопрос? - Можно, и не один, у нас разве день лимита на вопросы? – Теа улыбнулась. - Зачем ты нарисовала тот шар на песке? Для чего? – Эйдан повернулся к собеседнице и склонил голову набок. - Для кого, - поправила его девушка. – Для тебя, конечно. Не для летчиков же, заходящих на посадку. Спросишь тоже! – она вскинула брови и смерила Тернера недоумевающим взором. – Последние пару дней, перед твоим отъездом, ты был похож на одного человека… - Это на какого интересно? – опешил Эйдан. - На того, которому нужно срочно куда-то пропасть, но он никак не может найти в себе силы об этом рассказать. А я по себе знаю, как одиноко может быть в этом «куда-то пропасть», если всем наплевать на то, что ты туда отправился. И поэтому я решила, что небольшое послание никому не повредит. Не повредило ведь, верно? Тернер стоял, стиснув зубы и глядя на нее с отчаянием ребенка, потерявшегося в лесу, но наконец-то, услышавшего зовущий его голос. Малыш всё еще потерян, страх еще отплясывает джигу внутри, но спасение уже здесь. Только руку протяни, только подай голос…. Он не мог, хоть и отчаянно хотел, сказать, что бесконечно благодарен за её ребячество, за это зыбкое послание на песке (страшно подумать, а если бы волны добрались до него?!). Благодаря ему он все эти дни существовал без вакуума внутри, думая, надеясь, и просто дыша, а не задыхаясь. А еще хотелось просто обнять, зарыться носом в волосы на макушке и вдохнуть ее запах. Она всегда была рядом, но, в то же время, так далеко, и он постоянно гадал, чем же она пахнет? Вереском или теплыми скалами? Горным снегом или упрямым ручьем? - Да ладно тебе! – Теа легонько ткнула Эйдана в плечо, а потом, посмотрев на него пристально, шагнула вперед, и порывисто обняла. Он даже не успел толком ощутить тепло ее тела. Объятие длилось не более секунды. – Мне было скучно без тебя, честно! – пробормотала она, и тут же отстранилась. – А, собственно говоря, ты почему без баффки? Уши решил застудить, ммм? – она с чувством пригрозила Тернеру пальцем. Ни дать, ни взять – заботливая мамаша. И Эйдан успел заметить, как в деланной строгости тонет смущение от ее порыва с объятиями. Но она тут же снова стала собой, и, засмеявшись, вприпрыжку побежала вдоль кромки воды. Солнце почти скрылось за горизонтом, и сумерки начали выливаться в небо жемчужно-серой кисеёй. Тернер на мгновение остановился, окинув залив взглядом и стараясь сохранить в памяти картинку. Собственно, вечер ничем не отличался от десятков, сотен других вечеров, пронесшихся над песчаными пляжами Dublin Bay, но Эйдан чувствовал, этот – особенный. - Постой! Постой! – Теа, обернувшись, копалась в кофре. – Стой, как стоишь! И на меня не смотри! - А куда же мне смотреть? – расхохотался Тернер. - Если ты хочешь сказать, что тут только на меня и можно смотреть, то сочту за комплимент, - отпарировала Теа. – На воду смотри! Тернер, покачав головой, продолжал посмеиваться, но просьбу выполнил. Небо стремительно теряло горизонт, стремилось к нему, пока, оступившись, вовсе не утонуло в сером море. Солнце ушло за перегиб, что-то неясное, предваряющее ночь завладело и воздухом, и водой, и окоемами. И даже погода включилась в эту игру, плавно перетекая в морозное, сдержанное безмолвие. Боковым зрением парень заметил вспышку. Потом сквозь бормотание волн послышалась еще пара щелчков фотоаппарата. - Сэр, теперь вы можете смотреть на что-то более интересное! – раздался ее насмешливый голос. – Но учтите, что пробежка аннулируется. Сайгачить с полным фотокомплектом - сомнительное удовольствие, спешу сообщить! То, что пробежку в обратном направлении пришлось отложить, только порадовало Эйдана, ведь, как известно, бежать – значит, передвигаться быстрее. А сейчас он хотел как можно дольше не расставаться с Теа. Они впервые брели, а не бежали по знакомому маршруту, сохраняя молчание и просто переглядываясь и улыбаясь друг другу. И Тернер чувствовал, что это молчание как раз то самое, стоящее тысячи слов. - Ты знаешь, я ведь и сам совсем недавно расстался со своей девушкой, - признался Тернер, неожиданно для себя. – И, пожалуй, причина была примерно та же, что и у тебя… - Понимаю, - кивнула Теа. – Я, на самом деле, в курсе, что ты актер. Она тоже злилась, что ты не проводишь с ней все свое время, правда? - Правда, - вздохнул Эйдан. – Хотя, она и сама актриса. Работает в театре, в Лондоне, но жить мы планировали здесь. Я купил дом, но, как видишь, не срослось. Даже не знаю, грустно ли мне от этого или…. - Или ты понимаешь, что этим рано или поздно кончилось бы? – спросила Теа. – Это нормально, честное слово. Мирно разошлись? - Тернер кивнул ей в ответ. – Вот и славно. Самое паршивое, когда клочки летят и ищутся виновные. - Мы оба хороши, - махнул рукой Эйдан. – Несколько лет.… И коту под хвост. - А вот это – последнее дело, беречь изжившие себя отношения за давностью лет. Это как хлам в кладовке хранить, понимаешь? Извини, если грубовато звучит. Ну… я так думаю…. - Отчасти ты права, - вновь вздохнул Эйдан, соглашаясь с тем, что при всей резкости формулировки Теа попала не в бровь, а в глаз. - Как ее зовут? – спросила девушка - Сара… - пробормотал Тернер, изо всех сил стараясь не воскресить в памяти всё то, что когда-то объединяло его с этой женщиной. - Ага…. – неопределенно ответила Теа, глядя себе под ноги. – Ты, главное, нос не вешай, потому что всё проходит, рано или поздно. - Со мной полный порядок, правда, - Эйдан практически не лгал, говоря об этом. – Надеюсь, что и у нее всё хорошо… И они продолжили свою молчаливую прогулку, сбавляя и сбавляя шаг. Но как Эйдан не оттягивал момент расставания, знаковый перекресток возник, как черт из табакерки. - Ты очень вовремя приехал! – внезапно сказала Теа. – В последние дни все происходит вовремя. И это не может не радовать. Эйдан заинтересованно склонил голову, не понимая, что может означать эта фраза. - Мне пора, - но Теа, кажется, не собиралась расшифровывать свои загадочные слова. – У меня к тебе просьба.… Надеюсь, это не покажется наглостью с моей стороны? - Нет, что ты…. – молвил Эйдан, сгорая от нетерпения и странного волнения. - Ничего особого, по сути…. – Теа задумчиво почесала затылок. – Но не волнуйся, если вдруг что, окей? - То есть? – мало соображая, к чему она клонит, Тернер скрестил руки на груди, понимая, что уже начинает нервничать. - Вот как есть, ладно? – слегка сощурилась Теа. Кажется, что она сама толком не понимала, стоит ли это суперсекретное дело такой завуалированности и действительно ли так важно то, что она пытается донести до Эйдана. – Я пойду. До встречи! Теа махнула рукой и, повернувшись, скорым шагом удалилась вверх по улице. Тернер, недоумевая и, все так же нервничая, только и смог, что проговорить ей в спину ответное: «Пока». И только когда он развернулся и словно бы на автомате двинулся в сторону своего дома, до него с неожиданной ясностью дошли две вещи. Во-первых, он все еще не знает, где она живет, и как ее найти, в случае чего. Этот факт был весьма важен с учетом второго пункта. А пункт этот заключался в том, что она не сказала: «До завтра». Собственно, речи о том, чтобы продолжить привычные пробежки и действовать в их режиме – не было. С отъездом Эйдана система уже была нарушена единожды. И, поскольку Тернер и Теа не были закадычными друзьями и контактными данными друг друга не обладали, снова вернуть систему в привычную работу можно было только по договоренности. Которая так и не состоялась. Стало быть.… Стало быть, завтра он может ее не увидеть. А может, и не только завтра. Что ж, вполне справедливо. Он не сказал ей про свой отъезд в США, так что очевидно и то, что она не обязана отчитываться перед ним о своих внезапных отлучках куда-либо. Другое дело – на три дня это или же насовсем… Тернер закрыл за собою двери и привалился к ним спиной, зажмуриваясь как можно сильнее и волевым усилием заставляя себя не думать обо всем этом. По крайней мере, сейчас. Но в голове только сильнее все смешалось. Странный день, странные откровения Теа, его странное волнение по отношению к девушке.… Неужели она исчезнет именно сейчас? На ум шла формулировка: «после всего», но Эйдан тут же осадил себя. - Какое такое еще «после всего», мудила ты мечтательный?! - процедил он сквозь зубы, скидывая кроссовки и сдергивая пайту. – А еще и трусло, вдобавок. Самое настоящее. Боишься даже попробовать. Да уж, следовать заветам Дина оказалось куда сложнее. Сколько всего он мог сказать ей, спросить.… Но снова побоялся. Чертова политика невмешательства, политика труса. Чтобы не пришлось страдать от отношений - просто не заводить их. - Отличное решение, - Эйдан уселся за кухонный стул и мрачно отхлебнул пива из выуженной из холодильника бутылки. – Придурок… Ложась спать, он, конечно, клятвенно обещал себе, что завтра перестанет быть трусоватым обмудком и попробует сделать первый шаг, сделать хоть что-то, но завтра произошло именно то, чего он подспудно ожидал и боялся. Собственно, данный исход был практически очевиден, судя по тому, как и что ему сказала при расставании Теа. Она исчезла. Теа не появилась ни утром, ни вечером. И на следующий день ее тоже не было. И через день. Тернер приходил почти на час раньше на их место, шлялся по песку, бегал вдоль прибоя, хотя по песку передвигаться было на порядок сложнее, коротал время, просто глядя на море и слушая музыку с телефона. Та же история повторялась и по вечерам. Но девушка не появлялась. Версию, что их графики пробежек просто перестали совпадать, пришлось отмести. Она исчезла. Занята ли, передумала бегать или же уехала – Тернер не знал. Впрочем, осведомленность в этом вопросе почти ничего не меняла. Теа просто не было рядом, а он тосковал. И самое страшное – даже понятия не имел, вернется ли она, или ему суждено расплачиваться за трусость тем, что он останется один, с горьким послевкусием отношений, так и не переросших в нечто большее, чем просто приятельство. Еще чуть-чуть, и он снова начнет сходить с ума и снова сдастся на милость тягучей, плесневелой хандре, которая сожрет его на этот раз уже окончательно. Поэтому Эйдан лихорадочно размышлял, чем отвлечь себя и искал проблески надежды и зыбкие подсказки в ее словах. Но не волнуйся, если вдруг что, окей? Что это могло означать, кроме того, что если она пропадет – не стоит нервничать? Может – ровным счетом ничего, а может – просьба потерпеть, просто потерпеть, переждать, когда все закончится, и она вернется. Тогда, получается, она догадывалась или даже знала, что стала ему небезразлична? - Черт знает что… - пробормотал Эйдан, слепо вглядываясь в темноту за окном. Кончики пальцев и нос все еще покалывало от вечернего мороза – парень только что вернулся с очередной одинокой пробежки. Теа отсутствовала уже больше недели. Он привычным жестом взлохматил кудри на голове, пошатался по дому, и сам не зная как, оказался за компьютером, будто под каким-то гипнозом просматривая странички интернет-магазинов. В какой-то из моментов Тернер с удивлением поймал себя на том, что вот уже минут пятнадцать внимательно изучает три вкладки с тремя разными бильярдными столами. Парень хмыкнул, потер слегка пощипывающие от вглядывания в монитор глаза, после чего еще раз, более осознанно, прочитал описания всех трех товаров, вновь рассмотрел фотографии и уверенно нажал на кнопку оформления заказа. Когда форма была заполнена и выслана, буквально через пару минут ожил телефон, оповещая о приходе сообщения. - Оперативно! – улыбнулся Тернер, читая вежливые строки о том, что администрация магазина благодарит его за покупку, и что менеджер в ближайшее время свяжется с ним для уточнения деталей. В скорости и качестве работы Эйдан убедился еще раз, когда через четверть часа ему позвонили, и мужской голос учтиво осведомился, не побеспокоили ли заказчика, время-де позднее, и может ли он сейчас обсудить подробности доставки, или же удобнее связаться завтра. Тернер был свободен и не побеспокоен, так что все вопросы покупки и доставки удалось решить «не отходя от кассы». Так Эйдан стал обладателем превосходного дубового стола от «Сambridge». Пока что еще обладателем номинальным, но уже завтра в обед этот статус должен был поменяться. Покупку обещались привезти без задержек, так, словно это было нечто первой необходимости. Да, в самом деле, это было не лекарство и даже не полезный бытовой прибор, вроде холодильника или мультиварки, но у Эйдана в буквальном смысле руки чесались поскорее сыграть партию-другую, пусть и в одиночестве. Провести ладонью по сукну, ощущая его сдержанную мягкость, услышать костяной звук сталкивающихся шаров, почувствовать в руке тяжесть кия (к слову, вместе со столом Эйдан купил три разных кия, набор шаров, а всякие мелочи, типа мелков, треугольника и ремонтных шняг ему, как клиенту, сделавшему хороший заказ, обещались подарить) Тернер должен был чем-то себя занять. Так почему не бильярд? Кроме этого, когда покупка была сделана, в глубине души его зародилась какая-то странная, робкая надежда, которая с каждой минутой превращалась в стойкую уверенность. Уверенность в том, что исполнение его давней мечты – покупка стола – что-то изменит, волшебным образом сдвинет с места. И что Теа, быть может, найдется. Хоть бы просто знать, что с ней все хорошо…. Подарок самому себе превзошел все ожидания. Когда он воцарился в давно подготовленном для его появления подвале, Эйдан еще долгое время не решался подойти к этому новому обитателю дома. Они знакомились на расстоянии. Тернер решил начать с малого и занялся распаковкой киев и прочих принадлежностей, прибывших вместе со столом. Он с пиететом освободил от полиетиленово-картонного плена шары, треугольник, кии, разложил на полках мелки и ремнабор. Потер в волнительном предвкушении ладони, обошел вокруг стола пару раз, словно бы примеряясь. Остановился у стойки, которую ему, кстати, тоже приложили и смонтировали в качестве подарка. Дотронулся до каждого из трех киев, сперва на ощупь примеряясь, какой взять первым. Темный, почти черный, со сдержанным геометрическим узором. Довольно тяжелый, как раз подходящий для мужчины. Но, несмотря на внешнюю строгость, весьма удобен в использовании. Эйдан решил, что если ему суждено увидеться с Теа еще, он обязательно пригласит ее сыграть, и, наверное, выберет этот. Аристократический ольховый оттенок, светлеющий от турняка к шафту. Дружелюбное тепло дерева, ощутимо отягощающего руку. Гладкость линий. Хорош, ничего не скажешь. Тернер примерился, собираясь сделать удар по невидимому шару. Отлично скользит, а добавить чуть мела и вовсе будет идеальный вариант. Старая добрая классика – узорами черно-белый и бело-черный, с четкой границей на месте стыка. Не тяжелый и не легкий, нечто среднее. Скрытая мощь и, в то же время, многообещающее изящество. Даже через прикосновение чувствуется способность «вытащить» при помощи этого малыша самые безнадежные шары. Такой себе дерзкий товарищ. Но всё же – первый. Не зря он первее других попросился в руки. Эйдан снова взвесил в руке новоприобретение, улыбнулся своим мыслям и опустил на стол треугольник, который предстояло заполнить шарами. В тот день он играл почти допоздна, и когда мельком взглянул на часы, понял, что уже давно настало время ужина. Однако новая «игрушка» не желала отпускать так быстро. Отложив кий, Эйдан потянулся и решил, что размяться, все же, не помешает. Всего лишь прогулка к морю, туда и обратно. На пляж Тернер спустился, когда было уже совсем темно. Море глухо ворчало где-то во мгле, в морозном воздухе чётче, чем обычно был слышен индустриальный рык портовых механизмов. Далеко, у самого горизонта, мерцали огоньки судна, взрезающего ледяные волны. Самое главное – не было ветра. Пронизывающего, липнувшего холодом к лицу, пробирающегося под куртку, заставляющего нервно приплясывать и постоянно передвигаться, не имея возможности просто постоять и полюбоваться ночным пейзажем. Но мороз, конечно, не оставлял шансов долго оставаться у моря. Тернер вздохнул и повернулся, чтобы отправиться домой, принять теплый душ и лечь спать, и замер, как вкопанный. Она стояла у него за спиной, скрестив руки на груди и смотрела вдаль с абсолютно невозмутимым выражением лица. Наверное, со стороны Эйдан некоторое время выглядел как рыба, выброшенная на берег, поскольку стоял без движения и молча хлопал глазами, открывая рот, чтобы сказать хоть что-то, но с губ не слетало ни единого звука. Теа медленно перевела взор на парня и мрачно поинтересовалась: - Шапка где? - Дома, - наконец пробормотал Эйдан, понимая, что ему не померещилось. - А должна быть на голове! – изрекла Теа, назидательно подняв палец вверх. - Ты…. откуда? – Тернер даже не успел обрадоваться тому, что его одиночество окончилось также неожиданно, как и началось. - Ох, где меня только не носило! – Теа поежилась. – Хорошенькое же ты время выбрал, чтобы гулять! Давай пройдемся, а то и околеть недолго! Эйдан только и смог, что кивнуть в ответ. Кажется, он не ошибся в своей странной и абсурдной уверенности – с появлением этого чертового бильярдного стола, в самом деле, произошло чудо. - Начнем с того, что я была в Италии, - просто и буднично сказала Теа, словно поведала о том, как ходила в новую булочную. – Ты слышал про Крако? Нет? Очень странное место, между прочим. Мы там ночевали в палатках, фотографировали, собрали прорву материала. Обязательно напомни, чтобы я показала тебе фотки. Теа говорила, и перед глазами Эйдана, словно наяву восставал древний, оставленный жителями город, пустыми глазницами окон взирающий на бескрайние просторы южной Италии. Разбитые улочки, рыжие капли расколотой черепицы, коричневые стены, террасами спускающиеся со скальных выступов.… Как же умело девушка могла живописать места, которые посетила. Тернер поймал себя на том, что невольно захотел попасть в мистический Крако, побродить по пустынным улицам, посмотреть, как зависают над руинами звезды. - А потом я была в Лондоне, - брякнула Теа и остановилась, растерянно глядя в сторону моря. Кажется, она до сих пор пребывала в замешательстве от своего поступка. - В Лондоне? – Эйдан вскинул брови. – Собирала материал для блога? - Нет, - Теа вздохнула. – Мне предложили работу. Внештатно, но… - Стало быть, бросаешь своих? - Нет, не бросаю. Я даже не знаю, что должно произойти, чтобы я ушла из Wayfarer. Но если они узнают, что теперь я буду халтурить для BBC…. - Постой! – Тернер уставился на собеседницу с нескрываемым удивлением. – BBC? Ты серьезно? - Серьезнее некуда! Даже документы выправили. Правда, похвастаться пока не могу, оставила дома, - не без гордости проговорила Теа, засунув руки в карманы. – У них я прохожу, как фотограф. Им понравились мои работы, и посему поступило предложение делать снимки и для них тоже. Раз уж я веду такой образ жизни, при котором то и дело, оказываюсь у черта на куличках. Кстати, вот планирую завязывать с офисными посиделками. Нашла кандидатуру на свое место, и готовлю почву для ухода обратно в блоггерство. Надоело штаны протирать. Так что начну шпионские игры! – заговорщицким тоном прошептала Теа. - Вот так новости, - покачал головой Тернер, одновременно радуясь тому, что Теа нашлась и что жизнь у нее как всегда бьет ключом, но, вместе с тем, он и опечалился тому, что девушка в любой момент может пропасть, как это уже случалось. - А еще я видела Сару. Эйдан не сразу понял, что произошло, что он услышал секунду назад. Сара? Стоп… Парень медленно повернулся и уставился на Теа остекленевшим взором. - Так получилось, что я была на представлении с ее участием, и ничего больше, - ответила Теа. – Лично мы так и не познакомились, хотя довелось попасть за кулисы. Девушка, заметив, что Тернер всё еще пребывает в замешательстве, пояснила, что к чему. - Видишь ли, человек, который непосредственно принял меня на работу, предложил культурную программу. Мне и еще паре ребят, которые теперь тоже внештатники. Посещение музея, театр, знакомство с его приятелем – режиссером. Так что я имела возможность посмотреть на неё не только на сцене… Эйдан шумно сглотнул. Неожиданно сильно заколотилось сердце. - Скажи…. Как она? С ней всё в порядке? – проговорил он не своим голосом. Теа склонила голову и задумчиво посмотрела на Тернера, словно силясь понять, что он сейчас чувствует. Но, кажется, еще раньше, чем сам Эйдан понял природу и суть своих ощущений, она задала вопрос: - Боишься, что сделал ей больно и сломал жизнь настолько, что она до сих пор не может оправиться? - Д-да… - голос его споткнулся. В горле встал ком. Видит Бог, этого он хотел меньше всего. Он был инициатором разрыва, и сейчас невыразимо боялся, что причинил Саре столь сильную боль, что она замкнулась в себе. - Знаешь, я не очень разбираюсь в женском горе, но она…. Она не выглядела несчастной. По крайней мере, мне так показалось, - честно ответила Теа, даже без секундного раздумья. - Но и счастливой тоже. - В нашем мире, не быть несчастным – уже большая радость. И потом, если не мыслить полутонами, то что есть несчастье? Отсутствие счастья. Следовательно, если ты не ощущаешь себя несчастным, то почему бы не осознать, что ты счастлив? - Тебя послушать – то все так просто… - А зачем усложнять? Именно от этого все проблемы. Зачем промежуточные пункты? Ты хочешь попасть из точки А в точку B? Так попади туда! Зачем искать на пути некую точку C, стопориться там и сидеть, тратя время на осознание того, что ты тратишь время? Если ты хочешь быть счастливым – иди и будь им. Не думай о том, счастлив ли ты сейчас. Не думай о том, можешь ли ты перестать считать себя не_счастливым. Просто иди. И в тот момент, когда ты действительно станешь счастливым…. Поверь мне, этого момента ты не упустишь. Так что, она счастлива. Мне хочется верить в это. - Счастлива без меня…. – проговорил Эйдан, уставившись на потерянный во мгле горизонт безмятежного залива. Он не мог понять, что ощущает от появления в его жизни призрака Сары. Ревность к ее новой, возможно, счастливой жизни, в то время как он всё еще никак не мог найти смелость и устроить счастье для себя? Досаду оттого, что не смог сохранить эти отношения? Или просто светлую грусть по давно ушедшим временам? - Счастлива сама по себе, - заметила Теа, накидывая капюшон толстовки. Поднялся ветер.– Вот в чем не всегда заметная разница. И мой тебе совет поступить также. Начни с того, что просто не мешай сам себе. - Не мешай делать что? – Тернер повернулся к девушке и вскинул бровь. - Перестать считать себя несчастным. - Но я не считаю! – возмутился Эйдан. Что за психологические экзерсисы, чёрт возьми? - Вот и чудно, счастливчик, - рассмеялась Теа. – До чайной лавки наперегонки! Она постоянно обгоняла его на подъеме к магазину, или же Тернер просто всякий раз поддавался девушке. Но это были приятные поддавки. Девушка, вырвавшись вперед, как всегда поджидала Тернера аккурат напротив лавки, лукаво улыбаясь и переводя дух. - Ты уж прости, если я что-то не то наплела по поводу Сары и теорий счастья. Без обид, ок? – произнесла она мягко, но вполне серьезно, когда Эйдан приблизился. - Я человек такого склада, который постоянно порет чушь, с серьезным лицом причем. И людям бы не вестись, но нет! От этого постоянно куча проблем. - У нас, по крайней мере, пока их не возникало, не так ли? - Если я скажу тебе, что ты – единственный, с кем я общаюсь здесь, не только без тошноты, но и с удовольствием, еще вопросы будут? - Только что была чушь? - Только что была проблема, - расхохоталась Теа. – Давай по домам, холодно! Она повернулась, чтобы продолжить пробежку, но Эйдан, неожиданно для себя, перехватил ее прохладную ладонь. Он сам вздрогнул оттого, что нашел в себе смелость прикоснуться к Теа. Словно бы это казалось ранее чем-то невозможным. Девушка замерла, вопросительно уставившись на него - Я хотел… - голос Эйдана на миг прервался. – Я хотел сказать, что купил себе бильярдный стол… - Правда? – Теа удивленно распахнула глаза. Однако удивление это быстро сменилось восторгом и чем-то вроде…. Азарта? Тернер так и не смог понять, потому что обрадовался ее реакции. - Да, ты представляешь? – он рассмеялся, взъерошив волосы на затылке. Вторая его рука все также сжимала в пальцах ладошку девушки. – Давно подумывал об этом, потому что очень люблю бильярд. А потом тот наш с тобой разговор, помнишь? - Да-да! – Теа закивала. – Ты как раз уехал на следующий день…. - А ты шар на песке нарисовала, - кивнул Эйдан. – Так к чему я клоню… Ты бы не хотела…. - Я ужасно играю, между прочим, - перебила его Теа, посмеиваясь. - Но приглашения этот факт не отменяет, - хитро улыбнулся Эйдан. - Что ж, значит – быть тебе свидетелем моего позора, - сокрушенно вздохнула девушка, засовывая руки в карманы. - Как насчет того, чтобы заменить парочкой партий завтрашнюю пробежку? - Звучит более чем заманчиво! В таком случае, с меня виски! - Разве девочки ходят в гости с виски? - Ну, я же хожу! – засмеялась Теа и бодро потрусила по улице вверх. Тернер последовал за нею, улыбаясь себе под нос. Примечания: {1}Постойнская яма – система карстовых пещер в Словении