Три партии

Девушка была не менее усердным бегуном, чем Эйдан, ибо выбиралась на пробежку дважды в день, как и он. Более того, она почти в одно и то же время выскакивала перед его носом и неслась по улице вниз. Будто бы ждала за углом, когда он приблизится. Вечером это происходило постоянно. Утром они иногда «расходились». Но если Эйдан не встречал ее на привычном перекрестке, пропуская вперед, то обязательно пересекался с нею уже на пляже или у чайного магазина, как в первый день. Пару раз, правда, было и так, что он, уходя с пляжа, сталкивался с нею на тропке или же чуть выше. В такие моменты Тернер позже со смешанным чувством ловил себя на том, что, не обнаружив ее сразу, начинал волноваться. Встречать эту девушку вошло в привычку. Эйдан даже загадывал иногда, где они увидятся. Наверное, и она давно приметила то, что не одна гоняет по маршруту, ибо всякий раз встречая Эйдана, едва заметно улыбалась, бросая на парня быстрый взгляд. Тернер подспудно ждал, когда она кивнет или поздоровается, но этого не происходило. Она почти всегда оканчивала пробежку на пляже, выполняя упражнения. Сразу было видно, что со спортом девушка на короткой ноге. Иногда она, как и Эйдан, на время задерживалась у кромки воды, вглядываясь в горизонт. В такие моменты Тернеру хотелось узнать, о чем думает она. Быть может, она на таком же распутье? Или вовсе в тупике? Но он никак не решался заговорить. Понимал, что возможностей масса, но оттягивал это. Ждал подходящих моментов, которых и так было достаточно. Ждал до тех пор, пока не надоело. Но не ему. Осень подошла к середине. Ветер смел с деревьев листву. Утра стали еще холоднее, начала появляться первая, пока что робкая изморозь. Но это похолодание несло с собой прозрачные рассветы, непрогретые солнцем, равнодушно зависающим над мысом, такие свежие и легкие, что хотелось дышать и жить. Эйдан вытащил из шкафа зимнюю толстовку, на голову надел теплый бафф, защитив уши от ветров, которые разгулялись в последнее время в заливе, и отправился на привычную уже пробежку. У квартала, из-за угла которого выруливала его «коллега», Эйдан слегка притормозил, будто бы поддавшись какому-то предчувствию. И стоит заметить, что поступил он весьма разумно, ибо если бы Тернер продолжил бежать в привычном темпе, то девушка врезалась бы в него аккурат на перекрестке. За плечом раздалась сдавленное: «Ой!», после чего Эйдан боковым зрением приметил движение сбоку. Она едва не влетела прямиком в Эйдана, но вовремя успела обогнуть парня, и теперь бежала чуть позади, но с такой же скоростью. Тернер бросил быстрый взор через плечо, дабы убедиться в том, что всё в порядке, и продолжил бег. «В кои-то веки я прибегу на пляж первым!» - подумал Эйдан и улыбнулся своим мыслям. Но в следующий миг он обнаружил, что девушка уже бежит с ним ноздря в ноздрю. Эйдан повернул голову, словно не веря своим глазам. Девушка продолжала бежать наравне, понемногу вырываясь вперед. Тернер успел оценить, что она тоже утеплилась, надев куртку, повязав на голову почти такой же бафф, как у него, и сменив кроссовки. Теперь на ней были превосходные беговые Asics. «Пижонка!» - снисходительно подумал Тернер и поддал газу, выйдя вперед на корпус. В нем на секунду взыграл дух борьбы, и захотелось оставить девчонку в арьергарде. И все бы ничего, но она не отставала. Эйдан давно ускорился настолько, что стал терять ритм бега. А девушка всё равно продолжала висеть у него на хвосте. Эйдан отчаянно заработал ногами. Это уже походило на жалкую попытку приблизиться к Усейну Болту{1} Что за чёрт, она решила с ним посоревноваться? Не того нашла! Тернер пыхтел, хватая воздух ртом, как загнанная лошадь, но отступать было поздно. Но в тот момент, когда впереди замаячило начало квартала с чайным магазином, девушка уверенно обошла Тернера справа и в том же темпе проследовала по маршруту дальше, двигаясь ровно и чётко, как терминатор. Только подошвы новых кроссовок сверкали перед глазами Тернера. Эйдан понял, что тягаться дальше бесполезно. Он плавно сбавил шаг, пытаясь при этом восстановить дыхалку, и кое-как добрался до пляжа, ощущая колотьё в боку и злость. Правда, негодование тут же сменилось злорадством, ибо он узрел, что гонки просто так не прошли и для девушки. Она стояла в самом начале пляжа, упершись ладонями в колени, и, низко наклонив голову, пыталась отдышаться. - Ну-ну, - фыркнул Эйдан. Он вальяжно выбежал на песок, прошествовал к воде и встал, скрестив руки на груди, с таким видом, словно и не соревновался отчаянно пару минут назад. «Мне что, больше всех надо так носиться, что ли?» Тернер вперил отрешенный взор в горизонт, впрочем, то и дело, скашивая глаза в сторону девушки. Она, наконец-то, распрямилась, подняв руки вверх и сделав глубокий вдох. Потом выдохнула, плавно опуская руки на бедра. И обернулась в сторону Тернера. Эйдан невольно вздрогнул, тут же понял, что спалился со своим подглядыванием, проклял себя трехэтажным образом и стал пялиться в сторону мыса, старательно отворачиваясь. Но прежде чем сделать окончательный вид, что ему всё равно, он успел заприметить, что бегунья направилась в его сторону. Прикидываться шлангом и дальше было уже, по крайней мере, невежливо, и Эйдан настороженно уставился на девушку, не зная, что от неё можно ожидать после этой выходки. Но девчонка мигом предвосхитила все его подозрения - Ты не думай, пожалуйста, что я выделываюсь, ок? – начала она без лишних приветствий. – Просто у меня сейчас система бега такая: замедление, потом ускорение, потом опять трусцой. Наверное, тебе показалось, что я такая себе высокомерная задница и решила похвалиться тем, что могу обставить любого, да? - Ну…. – Эйдан замялся, чувствуя, что напряжение спадает. – Если честно, то да…. Немного. Извини. - Брось! – она широко улыбнулась и протянула ладошку. – Теа. Вообще-то, Теодора, но это же просто кошмар! – она картинно закатила глаза. - Спасибо мамочке и папочке. Так что просто Теа. Тех, кто называет меня полным именем, я душу чулками и закапываю на заднем дворе. - Сурово, - Эйдан засмеялся и пожал её руку. – Эйдан. - Эйдан…. – протянула девушка, ответив на рукопожатие прикосновением теплых пальцев. Она словно пробовала его имя на вкус. – Наверное, у тебя не возникает проблем с чулками и задним двором. Хорошее имя. - Хорошее? – Эйдан улыбнулся, впрочем, не совсем понимая, что она имеет ввиду. Казалось бы, однозначная фраза в её устах почему-то звучала как-то странно. - Оно подходит тебе, - пояснила Теа. – Я считаю, что имена такая штука… Они либо подходят, либо нет. Твоё очень подходит тебе. И это здорово, правда? Ведь, наверное, совсем не весело всю жизнь быть связанным с тем, что не очень-то роднится с тобой. Тернер вскинул брови и посмотрел на свою новую знакомую. А она просто смотрела в его глаза и улыбалась. Будто бы всю жизнь была уверена в том, что они познакомятся, и будут вот так стоять, у кромки воды этого моря, в этот день, на этой планете. «Кажется, у неё не все дома», - подумал он. «Кажется, она мне нравится», - была следующая мысль. - Ты очень хорошо бегаешь, Эйдан, - заметила Теа тем временем. - Ты тоже, - не остался в долгу Тернер, согнув руки в локтях и помахав ими, словно на бегу, стараясь спародировать то, как неслась Теа, обгоняя его. - А я вот бежала и думала: «А если споткнусь и шлепнусь, вот умора будет, а?» Такая себе крутая, ветер в волосах, кроссовки новые…. - Очень классные, - Тернер опустил голову, разглядывая обувь девушки. - Решила вот раскошелиться, - махнула рукой Теа. - Ты недавно переехала, ведь так? – наконец, задал вопрос Эйдан. Он давно размышлял над этим. Тернер и сам не так долго жил в этом районе. Могло случиться так, что девушка просто была в отъезде, и вот теперь вернулась к привычным пробежкам, уж очень она органично и уверенно смотрелась здесь в тот день, когда он впервые встретил её на перекрестке. Она не была ирландкой, это точно. И на англичанку не смахивала. Непонятная какая-то внешность. Не сказать, что сногсшибательная красавица, но что-то притягивающее в ней было. То ли разрез глаз, то ли их цвет (сперва Эйдан думал, что они светло-карие, но оказалось, что нет - скорее желто-зеленоватые), то ли форма губ. А может, едва заметный шрам на подбородке. Но, скорее всего, дело было в том, что её лицо казалось Тернеру смутно знакомым. При этом парень точно был уверен: ранее здесь он эту девушку не видел. Нет, она явно приехала издалека. И, наверное, ей сейчас очень некомфортно от этого. Иначе они бы не столкнулись на улице, ведущей к холодному пустынному пляжу, в один из тех пасмурных утренних часов, когда люди начинают новый день, обнимая любимых, и вдыхая аромат кофе на уютной кухне. - Да, я тут относительно недавно. Начала бегать во второй или третий день после переезда. Надо же себя чем-то занять, - подтвердила догадку Тернера Теа. Засунув руки в карманы куртки, девушка двинулась вдоль линии прибоя в сторону дальней части пляжа. Эйдан вспомнил, что сегодня, в принципе, календарный выходной. Если же вечно трудящемуся агенту вздумается удивить его чем-то из ряда вон, он всё равно позвонит на мобильный, который Эйдан всегда таскал с собой. В целом же дел у Тернера не было. Так почему бы не прогуляться? - Стало быть, ты поселилась тут в начале осени, - молвил парень, двинувшись следом. - Меня поселили, - слегка наклонив голову, ответила Теа со странной интонацией. - То есть? – Эйдан опешил. - По-дурацки сказала, да? – Теа улыбнулась, стащив бафф на шею. Волосы густой волной рассыпались по плечам. Эйдан украдкой залюбовался гривой девушки. Сталкиваясь с Теа до этого, он наблюдал ее лишь с собранными в пучок волосами, вполне привычной для пробежек прической. – Квартиру мне снимает контора. Когда речь зашла о жилье и мне предложили варианты, то я просто сказала: «Делайте, что хотите, главное, чтоб там было тихо». Бац! – и вот я тут. - Что же, тебе было совсем наплевать, в каком районе Дублина ты будешь жить? – поинтересовался Тернер, вскинув брови. - Еще бы! Я сюда не на полгода ехала! – Теа пнула носком кроссовка песок, взметнув фонтан. Тернер еле успел увернуться, но часть песчинок все равно осела на его штаны. - Извини, - Теа в некотором ступоре уставилась на дело ног своих. – Кажется, я до сих пор злюсь, хотя обещала себе не делать этого. - Если хочешь, можешь рассказать, - проговорил Эйдан. – Иногда нужно выговориться. Теа подняла на Эйдана чуть раскосые глаза и улыбнулась уголком губ, почти так, как она улыбалась, встречая Тернера на улице, когда они еще не были знакомы. - Ты готов на рыдания и заламывания рук? И на закатывания глаз? - Ты не очень-то похожа человека, который на это способен. - Ох, это ты меня полтора месяца назад не видел! И Теа рассмеялась тихо и до того нежно, что Эйдан не смог не залюбоваться ею. А потом девушка со смешком провела кончиками пальцев по губам, посмотрела на море, сощурившись, словно выискивая там, вдали, какой-то важный ответ, и начала рассказ. - На этих ребят я работаю давно, и если честно, меня всё и всегда устраивало, - перед этим Теа назвала всемирно известный информационный портал, снискавший славу в сети в первую очередь тем, что размещал обзоры путешествий по экзотическим местам. Причем часто эти путешествия были сопряжены с поистине рискованными квестами. Наполнение шло силами независимых блоггеров, которые колесили по всему миру, описывая свои поездки, больше походящие на приключения из блокбастеров, и снабжали информацию прекрасными фотографическими альманахами. Эйдан с удивлением уставился на свою новую знакомую. А Теа продолжала: - Раньше моей вотчиной была материковая Европа и часть Азии. У меня очень большая подборка про кочевые народы, можешь почитать. Ну, и горы, конечно. Но это не важно. Суть в том, что я привыкла постоянно быть в движении. И вот меня приглашают в Ирландию. На проект, как было сказано. Господи, ну конечно, я хватаю чемоданы и лечу во всех смыслах этого слова. Проект! Мерлинова борода! Я думала, что мне отдадут на разработку всю страну, все достопримечательности, и что ты думаешь? – Теа остановилась, с досадой хлопнув себя рукой по бедру. – Оказалось, что они открыли офис, и им нужен главный координатор! И теперь я сижу тут, и вместо того, чтобы разводить примус где-нибудь на плато Баррен, посылаю туда молодых, амбициозных засранцев, вроде себя. Ты представляешь? Я! Сижу! В офисе!! Черт возьми, хотя бы без дресс-кода, а то и утопиться недолго! Эйдан слушал ее и не мог поверить своим ушам. Теперь всё встало на свои места. Он любил блоги ребят, работающих на этот портал, он назывался Wayfarer. Часто читал отчеты и пересматривал фотографии. Дин разделял его увлечение, и Тернер отчетливо вспомнил тот вечер, когда они с другом расположились в трейлере Дина, во время съемок «Хоббита», и смотрели подборки из ледяных пещер австрийских Альп. Эйдан тогда долго разглядывал потрясающее фото белоснежного подземелья, на котором для масштаба завис в спелеосистеме человек. - Тебе не кажется, что это девушка? – спросил Дин. - Да ну! В таких-то условиях! – Тернер лишь покачал головой. Но в конце статьи они обнаружили портретные фотокарточки тех, кто отважился покорить ледяные бездны. Два парня и она, Теа. Теперь Тернер узнал ее. Ее лицо мелькало еще под несколькими репортажами. Камбоджа, запретные монастыри Таиланда, фотоохота на редких животных Филиппин. Кочевники далекой Монголии. Пещеры и скалы Европы, сплавы по рекам, ночёевки в опасных местах… Жизнь девушки явно отличалась бешеным ритмом. И ее негодование в связи со сменой этого ритма можно было понять. - И это продлится полгода? – спросил Эйдан. - Откуда ты знаешь? – Теа несколько расфокусированно посмотрела на него. - Ты сама сказала: «Я сюда не на полгода ехала», - улыбнулся мягко Тернер. Теа снова склонила голову набок и прикусила нижнюю губу, будто размышляя. - А ты внимательно слушаешь…. – проговорила она, наконец. – Редкое качество. - Все зависит от собеседника, - рассудительно отповел Эйдан. - Полгода – это окончательное решение. Сперва хотели прибрать меня с концами. Далее сроком на год. А потом я устроила скандал. И я, конечно, хвалиться не хочу, но, знаешь ли, мои работы и работы моих подопечных существенно отличаются. Нет, они хороши, но…. - Градус не тот? – усмехнулся Эйдан. - Не тот, - кивнула Теа. – А ты ведь не веришь, да? Нет, серьезно, можешь не верить, но я почти три месяца жила в тундре. Это знаешь где? И на Эльбрусе мы были и там…. - Нет, я верю. Я читал твои статьи. Но что касается Эльбруса, то с тебя фото! - Эйдан в шутку погрозил пальцем девушке. - Найдешь на портале! – в ответ она показала ему язык. – Так, ну что? Обратно трусцой? А то ты, смотрю, запыхался, пока за мной бежал. «Вот нахалка!» - подумал Эйдан, не сдержав смеха, и они припустили по пляжу обратно. Разумеется, на бегу они не разговаривали и уже не устраивали соревнований – кто кого. Просто бежали, то и дело посматривая друг на друга и улыбаясь тому, что теперь не одни на своем пути к морю. - Послушай…. – сказал Эйдан, когда они оба, как по команде остановились на перекрестке, откуда маршрут их расходился. Он не знал, как продолжить разговор, но Теа, похоже, всё давно решила сама, и предлагать что-либо не боялась. - Вечером как обычно. У нас с тобой, кажется, график образовался даже. Ну, пока! – она махнула рукой и потрусила вверх по переулку с двухэтажными домиками, увитыми плющом. Эйдану оставалось только улыбнуться и кивнуть ей вслед А дома его ждало сообщение от агента. Эйдана и Дина приглашали на очередной комик-кон, на этот раз в США, и агент не очень-то прозрачно намекнул на то, что Тернеру хорошо бы вылезти из своей конуры уныния и безысходности непонятного происхождения, и посветить лицом перед общественностью. Эйдан долго смотрел на экран ноутбука, и первые несколько минут в его голове не было почти никаких мыслей. А потом он понял, что, кажется, дело сдвинулось с мертвой точки. Совсем, как он предчувствовал тогда. Словно что-то или кто-то запустил невидимый механизм, который, тихо жужжа шестерёнками, начал набирать обороты и менять всё вокруг. И Эйдан вспомнил, как она постукивает кончиком пальца по шраму на подбородке, когда смотрит на море, и улыбнулся. Неужели можно надеяться, что он больше не один? Вдвоем оказалось бегать куда интереснее. Даже, почти не разговаривая. Нет, конечно, выбираясь на пляж, они болтали о всякой чепухе, но в процессе бега они просто наслаждались самим бегом и обществом друг друга. Ночью трещали морозы, Эйдан предложил сменить маршрут на более короткий, зато менее опасный, поскольку один из переулков почему-то начал сильно обледеневать за ночь. Теа согласилась и подарила Тернеру перчатки. - На твои руки смотреть страшно, - заметила она, словно не обращая внимания на опешивший вид своего напарника по бегу. – Холодно же! Шарф бы тебе тоже не помешал. Простудишься – я сама тут со скуки околею. Утром они не всегда совпадали по времени, поскольку Теа никак не могла приучить себя вставать раньше и жить по расписанию, чего требовала ее новая, нелюбимая должность. А вот вечером они всегда встречались на перекрестке и вместе спускались к морю. Эйдан постоянно выспрашивал про ее поездки, предварительно исследовав блог, и Теа порой рассказывала уморительные истории, которые с ней происходили. Девушка с юмором говорила даже о тех случаях, когда она и ее коллеги попадали в серьезные переделки. Хотя, так было не всегда…. - А ты думаешь, всё это легко нам далось? - сказала однажды она, привычным жестом постучав по шраму, и как-то, внезапно осунувшись. В этот раз она смотрела на море дольше обычного. Иногда Эйдану нестерпимо хотелось залезть в голову Теа и узнать, о чем она думает в такие минуты. Когда они обсуждали что-либо, почти всегда обнаруживалось, что у этой девушки какое-то свое, немного странное, но вполне обоснованное мнение. Слушая Теа, Эйдан часто ловил себя на мысли, что у нее не все дома. Но потом приходил к выводу, что она, по своему, права. И даже эта ее легкая сумасбродность не мешала Тернеру чувствовать себя неимоверно уютно в обществе девушки. Он почти забыл, как в начале сентября тонул в своем одиночестве. Тем временем, близилась дата комик-кона, на участие в котором Эйдан дал согласие, как и Дин. И Тернер все никак не мог сказать об этом Теа. Его останавливало то, что ей, скорее всего, глубоко наплевать на этот факт. Что ей с того, что ее неожиданный компаньон, с которым можно поржать над тем, как смешно и косолапо чайки ходят по песку, куда-то там собрался? По большому счету, не велика потеря, ей-Богу. Именно из-за перспективы получить в ответ лишь вскинутые брови и безликое «ага», означающее: «Да? А мне-то, собственно говоря, что?», Эйдан никак не мог заговорить об этом. Решительности у него не прибавилось даже накануне отлета. - У меня была идея ходить в тренажерку, на самом деле, - сказала в тот день Теа. – Но потом я вспомнила, во что стала превращаться, когда занималась этим регулярно и решила – ну на фиг. - И во что же ты стала превращаться? - Я жала лежа 55 килограмм, Эйдан! – Теа округлила глаза. – До сих пор дельта, как у качка. Хотя, конечно, на скалах такое дело выручает. Но все же именно пробежки – самое то. - А чем бы ты еще могла заниматься, чтобы скоротать время? - Хм…. – Теа сунула руки в карманы теплой куртки и прикрыла глаза. – Конечно, для поддержания формы это менее эффективно. Так, разве что для убиения времени… Бильярд. Да, я думаю, бильярд был бы в самый раз. Хотя играю я в него отвратительно. - Бильярд? – Тернер повернулся к девушке, не веря ушам своим. - Ну да, - Теа почесала нос и снова спрятала руки. Сама она перчатками пользоваться не желала. – Знаешь, когда я была совсем маленькой, мы жили в маленьком городе возле моря. Только очень теплого моря. И мой старший брат постоянно бегал катать шары в бильярдную на набережной. И меня таскал. Но мне куда интересней было ловить цикад и жаб в местной речке-вонючке, так что толку от меня было мало. Только под ногами путалась у местных игроков. А один раз даже распорола кием сукно. Крику было… Хотя, признаться, сукно было препаршивейшее. Такое и ободрать не жалко, - девушка усмехнулась своим воспоминаниям и продолжила. - И много лет спустя, мне довелось вернуться в тот город. Семья давно переехала, брат жил своей жизнью. Не знаю почему, но первым делом я отправилась именно в ту бильярдную. Не на море, не в свою старую школу, а именно туда. Знаешь, здание оказалось пустым. Окна разбиты, вокруг ужасный неухоженный парк. Бомжи по кустам. Кошмар, одним словом. Ничуть не лучше Припяти, где мы неделю в прошлом году прожили. Я стояла прямо у окна, через которое раньше выбиралась и давала деру, когда брат принимался поучать меня всем этим дуплетам и карамболям, и видела пустой пыльный зал, вздыбленный паркет, бутылки по углам…. И тогда у меня в голове словно что-то клацнуло. Бац! - Теа щелкнула пальцами в кармане куртки. – И я дала себе слово, что научусь играть. Научусь, и хоть ты тресни! А как ты относишься к бильярду? - Ну…. Я играю.… Иногда в пул…. – отозвался Тернер, все еще размышляя над тем, не шутка ли это, и не говорил ли он ей случайно о том, что хочет поставить бильярдный стол в подвале. Или она читает мысли? Или просто так надо? - Пул…. Хм…. В целом, система одна – кием по шарам, - заметила Теа. – Я натаскалась немного в другой разновидности. Так, ладно, пора бы сворачиваться, мне завтра вставать ни свет, ни заря, ибо грядет какой-то адовый негоразд, именуемый совещанием по проекту. Причем не нашему! Один идиот отправился в Данию, но оказался в Амстердаме, без фотоаппарата, документов, упоротый в ничто. Завтра придется краснеть за этого клоуна. Но то, что с этим персонажем будут проблемы, стало ясно еще тогда, когда его в первый рабочий день застукали в туалете с косячком. Теа и Эйдан медленно побрели в сторону города. Теа продолжала негодовать, при этом сыпля смешными фразами и короткими историями, а Тернер всё думал – сказать ли ей о том, что он завтра вечером не придет на пробежку, потому что улетает в США на комик-кон. «Скажу ей утром», - наконец-то решил он сам для себя, справедливо рассудив, что собрать чемодан можно и сейчас, а завтра выделить время на то, чтобы пробежаться. Кто знает, сможет ли он поддержать режим в отъезде? Да и будет ли смысл в пробежках там, когда рядом будет Дин и не будет Теа? - Ну, пока! – она как всегда махнула рукой и отправилась вверх по улице, по направлению к дому. - Пока, - одними губами проговорил ей вслед Эйдан и побрел к своему жилищу, путаясь в собственных мыслях. Было так странно, что завтра их будет разделять океан. Уже за ужином, методично прожевывая овощи, на скорую руку приготовленные в пароварке, Тернер внезапно понял, что не рассказывал Теа о том, что он – актер. Да, собственно, она никогда и не спрашивала. Если они и говорили о работе, то обсуждали только работу девушки. Это было безумно увлекательно и интересно Эйдану, а Теа дружелюбно отвечала на все его вопросы. Но он так и не сказал ей о том, что его жизнь иногда размеренна и спокойна, а порой срывается в бешеный галоп и точно так же, как и ее жизнь, летит куда-то на всех парах. Что он может исчезнуть, потому что начались съемки или досъемки, потому что образовались срочные пробы, фотосессии или фестиваль. И что однажды, не встретив его на берегу или на улицах по их маршруту, она не должна удивляться и волноваться. И уж тем более, злиться, как это делала Сара. И он тут же одернул себя. А, собственно, зачем ей это нужно? Она не спрашивала, и, наверное, ей, всё-таки, глубоко наплевать. И дальше этих самых пробежек дело не продвинется. У нее свой мир, куда она впускает лишь вербально, но никогда – физически. И, несмотря на то, что он далеко не домосед, в этом ее мире ему делать и подавно нечего. На миг Эйдану показалось, что он понимает Сару и ее негодование, но потом всё опять рассыпалось на мелкие кусочки с неровными гранями. Всё снова стало неясным и размытым, и черная дыра, которая только начала успокаиваться и рубцеваться, снова отозвалась в нутре надсадным воем. - Твою мать, - выругался Тернер, в душе проклиная себя за слабость и это дурацкое стремление скорее найти родственную душу. – Терпи, идиот, завтра будет тебе Дин, пиво, ночные разговоры ни о чем и прочие прелести жизни. За сим он и отправился спать, чтобы, проснувшись на следующее утро ощутить себя неимоверно одиноким. Казалось что внутри, если приложить ладонь к груди, ворочался дикий, колючий зверек, ворча и огрызаясь на всё на свете, и в то же время, отчаянно требуя ласки и понимания. Отражение в зеркале вызывало смесь презрения и жалости, кусок в горло не лез, и хотелось крушить и созидать одновременно. - Господи, я с ума схожу! – прошептал Тернер, прижимаясь лбом к прохладному кафелю в душевой. Эйдан несколько раз глубоко вздохнул, зажмурился и попытался сосредоточиться. И он понял, что если сей же миг не отправится на пляж и не скажет Теа, что уезжает, и что он очень хочет, чтобы они продолжали бегать вместе, и что можно было бы сходить куда-то вместе, и что он купит стол для бильярда, и почему бы не собраться у него и …. Так вот, он просто трижды тридцать раз умрет и сгниет в глубинах своей чертовой депрессивной ямы, если не побежит. Сейчас же. Накинуть куртку, натянуть штаны, кроссовки – всё это заняло считанные мгновения. Он не взял ни бафф, ни перчатки, чтобы не тратить времени, и путь до пляжа проделал на космической скорости, надеясь на то, что встретит Теа по пути, или же у моря. Но ее не было. Уже сбегая к пляжу, Эйдан нутром почуял, что если не встретит ее там, внизу, у моря, то не встретит сегодня вообще. Он проспал, и она вчера говорила, что хотела встать пораньше и…. Чёрт возьми, а он даже примерно не знал, где она живет… Пляж был пуст, если не считать пары далеких фигурок – хозяина и его собаки, которые удалялись в сторону южной части бухты, туда, где ютилось несколько бунгало. - Господи, ну и что с того, что она не будет видеть меня три дня, не будет знать, куда я делся, разве есть ей до этого дело? – шептал про себя Эйдан, глядя на горизонт. – Ей все равно, и тебе должно быть всё равно. Должно быть. Должно. Ветер усиливался. Выл где-то по верхам, терзал море, пробирался, казалось, под саму кожу, вымораживая изнутри. Это утро словно было создано для того, чтобы он, Эйдан, оказался на берегу один. Именно в этот момент своего отчаянного одиночества. Он развернулся и сделал пару шагов прочь. Что толку стоять и агонизировать над сложившейся ситуацией, когда глаза слезятся от ветра, а лицо почти утратило чувствительность от холода? Он уже почти вышел на тропку, уводящую прочь от пляжа и моря, но что-то настойчиво билось в подсознании, не давая просто так уйти. Эйдан остановился и потер холодными, как лед, ладонями лицо. Что-то там, у кромки воды, мимолётом попавшись на глаза, не отпускало. Тернер обернулся. Да, разумеется, отсюда было гораздо лучше видно, нежели вблизи. На блестящем песке, больше похожем сейчас на мокрую кожу, там, где волны почти подкрадывались, обгладывая берег, кто-то вычертил фигуру. Эйдан сощурился. Это был круг. Почти ровный, насколько это позволила ситуация. Не каждому дано начертить носком кроссовка идеальную окружность. В этом круге был вписан еще один, не менее аккуратный. А в центре последнего – цифра один. Сомнений не оставалось – это был бильярдный шар. Шар, нарисованный на песке. Сделав пару шагов, парень остановился. Потом приблизился еще немного. Угол обзора изменился, и теперь инсталляция на песке больше была похожа на обычные линии, прочерченные игравшим на пляже ребенком. Но линии эти никуда не пропали. Это был знак. Это было послание. Но в первую очередь, это было подтверждение того, что он больше не один. Словно бы Теа, встав за спиной, похлопала его по плечу и сказала с шутливой суровостью: «Э-э-э-э-эй, только вздумай мне тут нюни распускать!» Эйдан сунул руки в карманы и расхохотался. Перед его глазами ярко и четко предстала картинка. Теа, пыхтя от старания и, возможно, даже высунув кончик языка, топчется по песку, рисуя носком своих новеньких «асиксов» кривоватый круг, несущий тайный смысл для них двоих. Так странно было осознавать, что, разминувшись сегодня, они только сильнее сошлись. Какими же долгими будут эти три дня…. Примечания: {1} Усейн Болт – ямайский спринтер, многократный чемпион мира. Самый быстрый человек на планете