Жизнь в темноте

Пи. Пи. Пи. - Как вы себя чувствуете? – первое, что я слышу, как только прихожу в себя. Вокруг темнота. Все тело словно онемело. Я не чувствую ни рук, ни ног. Пробую открыть глаза, но… Они открыты? Тогда почему я ничего не вижу? Эта темнота вокруг… - Я… Я… Где я? Что произошло? – чуть ли не кричу, но голос не подчиняется, вырывается из горла еле слышным хрипом, в котором-то и слов не разобрать. Только вот моя собеседница видимо привыкла к такой речи или же просто понимает, что я хочу сейчас узнать. - С вами произошел несчастный случай, - таким профессионально успокаивающим голосом говорит женщина, что сейчас находится рядом. Я не знаю, какая она: молодая или старая, красивая или страшная. Я не могу увидеть ее или дотронуться. Я ничего не могу. Осознание своей беспомощности паникой бьет по нервам. Страх во мне набирает обороты, закручивается в вихрь ужаса. А что если это навсегда? Что если я на всю жизнь инвалид? - Я не могу двигаться! Я не вижу! Что со мной? – нервно проговариваю свои вопросы, спеша поскорее услышать от женщины, по всей видимости, медсестры или врача, слова успокоения. Пускай. Пускай же она заверит меня, что все в порядке. Что это влияние лекарств. Что скоро мне станет лучше. - Чудо, что вы живы, - ни одной заминки в ее словах или сочувствия, с каким обычно объявляют об инвалидности. Значит, со мной все в порядке? Но почему она не сказала это прямо. – Сейчас давайте сконцентрируемся на том, чтобы поправиться. Ведь все зависит от вашего желания. Что в ее голосе не так? Почему так сильно екает сердце? - Вы не ответили, - еле выдавил я. – Что с моим телом? - Успокойтесь, - вздохнула женщина. Тут же я почувствовал, как подушка под моей головой слегка пошевелилась, когда медсестра начала ее поправлять. Значит ощущения никуда не пропали, но почему я не могу пошевелиться? И почему перед моими глазами темнота? - Скоро придет врач и осмотрит вас, тогда и будем делать заключения, - произнесла она, отходя от меня. Это я определил по отдалению голоса и звонкому цокоту каблуков. - Мне что-нибудь оторвало? – в панике я начал тяжело дышать и дергаться. – Или перебило позвоночник? А что с глазами? И что вообще случилось? Истерика не заставила себя ждать. Безотчетный страх оказаться инвалидом душил меня. Я из последних сил сдерживал себя, не давая погрузиться в пучину отчаяния. Но все равно боялся услышать приговор. - Да успокойтесь вы! – медсестра снова вернулась и положила руку на плечо, тем самым успокаивая, по-видимому. – Все с вами в порядке. Руки-ноги на месте и позвоночник не затронуло. Глаза тоже. Успокойтесь же и дождитесь врача. - Я хочу знать, что со мной случилось! – упрямо повторил я. - Какой шумный, - еле слышно пробормотала женщина. – А ведь должен чувствовать слабость еще. И стоило ей это сказать, как та самая слабость накатила словно приливная волна. Странно, я не чувствую тела, но тем не менее это ощущение так легко настигло. Словно начал проваливаться в какую-то яму. Сознание заволокло пеленой, и я моментально отрубился.