Жизнь в темноте

Эшли Добраться до дома самому. Рассказать насколько это тяжело – не поверят. И ведь просто не мог обратиться к кому-либо за помощью. Я должен был сделать это сам. Да уж. Сделал. - И где тебя черти носят, скотина? – закричала Моника, когда я все-таки вылез из такси. Надо бы еще расплатиться, хотя я совсем не подумал о том, как буду различать купюры. А ведь Моника говорила что-то о специальной машинке. - Ты уже тут? – спросил устало и зашагал к дому, мечтая только о кровати и горячем душе. Непростое приключение у меня было, ой, не простое. Кое-как, считая шаги и периодически натыкаясь на стены, я выбрался из здания. Наверное, все кто видел мой позор, обхохатывались. Дальше мне нужно было найти такси. До стоянки-то я дошел, но вот распознать, что именно мне было нужно, не получалось. Да и не было там такси, насколько я понял. Выходить на дорогу и ловить машину я не рискнул. Так и нарезал круги. Потом какой-то доброжелатель спросил куда мне и довел до такси. Если бы к тому моменты я не был измотан и выжат как тряпка, то гордо бы отказался от его помощи, а так пришлось стиснуть зубы и поговорить. Сев в машину, назвал свой адрес и чуть ли не уснул, укачанный мерным гудением мотора. Правда, всю дорогу мысли крутились вокруг произошедшего. Дурацкая встреча выбила из колеи. Этот мудак препод бесит до дрожи. Не знаю теперь, как смогу ходить на занятия, ведь одно его присутствие рядом заставляет беситься и нервничать. Неужели и дальше все будут такими? Будут жалеть меня, унижать своей помощью и не верить, что я могу позаботиться о себе сам? А ведь я не ребенок! Я уже совсем не ребенок! Пускай, сейчас действительно беспомощен. Пускай. Но научусь справляться со всем сам, я сделаю это, во что бы то ни стало. А они не понимают и лишь делают мне больнее дурацкой помощью. Этот преподаватель совсем никудышный, не может понять ничего из того, что я чувствую. Он унизил меня перед всеми. И пускай те люди не могли видеть, но ведь они слышали: все, от начала до конца. И я был жалким. Настолько жалким, что самому становится тошно. Все мои проблемы от этого мужика! Да чтоб он сдох. А теперь вот Моника. - Раз ты тут, то заплати таксисту, - проговорил уже от двери почему-то молчащей сестре. - Ну и дебил же ты! – вздох Моники был наполнен горечью. Знаю. Дебил. Но иначе я просто не могу. Я должен научиться делать все сам и ни от кого не зависеть. Благо дверь была открыта, и мне не нужно было возиться с ключом. Не представляю, сколько времени я бы на это потратил. Видно, Моника приехала в центр, узнала, что меня нет, и вернулась сюда раньше. Учитывая, сколько времени я потратил, это немудрено. - Ты совсем безголовый, Эшли, - Моника зашла следом и подтолкнула в спину. - А ты такая приставучая, - в сердцах махнул рукой, отбрасывая трость в сторону. – Я в силах позаботиться о себе сам! Видишь, вернулся и ничего со мной не случилось. - А если бы что-то все-таки произошло? – в ее голосе чуть ли не слезы слышались. И мне тут же стало стыдно. Я действительно повел себя по отношению к ней, как последняя скотина. Сестра ведь волновалась, мы с ней договорились. Но что я мог поделать? Сидеть и дальше там больше не мог физически – голова просто раскалывалась, а ждать Монику на улице – тоже не самый лучший вариант. - Прости, - пожал плечами, чуть ли не рухнув на диван в прихожей. – Я не хотел тебя волновать. - Ты всегда не хочешь этого делать, - почему-то мне кажется, что сейчас она стоит посередине комнаты и обнимает себя руками, словно ей холодно. Уверен, у нее на глазах чуть ли не слезы наворачиваются, а выражение лица такое печальное. Она всегда так выглядит, когда волнуется за меня – я помню. - Прости, - повторил еще раз. - Ладно, - шаткий мир был установлен. – Есть хочешь? - Моника, разве у тебя нет своих дел, что ты тут возишься со мной? - Нет, сегодня я свободна. Мы же хотели съездить купить тебе телефон, помнишь? – диван рядом прогнулся, но хорошо, что она не сделала даже попытки дотронуться до меня. Еще мне тут женских соплей и слез не хватало! - Помню, но я как-то устал и не расположен, - лучше признаюсь в этом сейчас, чем потом еще несколько часов терпеть никому не нужный шопинг в ее обществе. – Купи что-нибудь сама, хорошо? Мое мнение тут не особенно важно. Странно, но она даже не стала спорить. Удивительно и невероятно. - Хорошо, Эшли, я сейчас проедусь по магазинам и куплю все, что нужно, а ты пока ляг и отдохни. Таблетка нужна? - Нет, ничего не нужно, - я растер виски, пытаясь прогнать боль. – И купи еще гель для душа. - Поняла, все будет. Потом она еще немного похлопотала рядом, поставила возле постели стакан воды, таблетки на всякий случай и наконец-то ушла. Я смог с облегчением раздеться и лечь. Вначале сон совершенно не шел. Мысли то и дело возвращались к сегодняшнему. Интересно, какой он, этот мужик? Я представлял его себе эдаким уродцем, хотя не был до конца уверен. Нужно будет попросить у Моники, чтобы она описала этого Ника Лини. Я буду невероятно счастлив, если у него кривые зубы или прыщи. Или пивной живот. Или кривые ноги. Или торчащие уши. Или еще какая-нибудь уродливая хрень. Самоуверенный ублюдок. Лезет со своей совершенно ненужной помощью. Лучше бы девушку себе завел и ей внимание уделял. Уверен, он холостяк и у него никого нет. А может быть, уже разведен и почти всю свою зарплату отдает на алименты, чтобы обеспечивать сопливых детишек и страшную мегеру – бывшую жену. Хм, а сколько ему лет? Это тоже нужно спросить у Моники… На такой вот мысли я и уснул. Следующие две недели были точно такими же ужасными и выматывающими. Я продолжил ходить на эти занятия, но преподаватель, казалось, доставал меня все больше и больше. Этот его дурацкий энтузиазм и желание во всем помочь. Мы все еще учили буквы, но мне совершенно не западали в голову эти точки. Я постоянно путал их расположение, отчего бесился еще больше. И на фоне этого появлялся страх, что я не смогу ничему научиться. Но если не получится, то и о работе можно будет забыть. А это совершенно недопустимо для меня. Как бы мне хотелось обвинить во всем мудака, ну то есть преподавателя, но просто не мог так поступить, потому что в плохой восприимчивости виноват лишь сам. Зато во всем остальном точно виноват этот Лини. Как же бесит! За эти дни я более-менее научился добираться до центра и обратно самостоятельно. Хотя все равно до сих пор казался жалким, когда выходил из дома. Но мне хотелось как можно скорее научиться заботиться о себе самому, чтобы не дергать Монику, как только понадобится что-то. Поэтому у меня был задуман поход в магазин. Одному. Хорошо, что там достаточно рассчитаться карточкой и не придется мучиться с деньгами. Правда, очень большой проблемой станет именно выбор продуктов, но мне нужно привыкать делать это самому. Так что ближайший магазин должен быть изучен вдоль и поперек. Пусть я потрачу много времени, да пусть даже попрошу помощи у продавцов, но я сделаю это. Сам! Ник Выходные! Наконец-то! – я ликовал, хотя мое состояние было сравнимо с яблоком, пропущенным через соковыжималку. Причем этим аппаратом, который выжал из меня все соки, была любимая работа. Пожалуй, впервые за все время моей преподавательской деятельности я так радуюсь этим двум дням отдыха. Отдыха от Ридли. Нет, он наверное старался, но… Да ни черта он не старался! Зачем оправдывать его и искать то, чего и в помине не было. Шерлин старается, и Лара с Мари тоже, а Эшли… Какое может быть старание, когда он, по полчаса крутит в пальцах одну пластину с буквой, словно выпадая из реальности, замыкаясь в себе. Чего только я не придумывал, чтобы помочь парню быстрее запомнить буквы, но натыкался на скрытую враждебность с его стороны. Он больше не швырял пластины на стол, как в первый день своих занятий, и старался не показывать взрывной характер, просто поджимал губы и молчал, полностью игнорируя меня. Да, я устал за эту неделю. Макс это видел, но не спрашивал ни о чем. И не потому, что все равно ничем не мог помочь, а просто… Ему же не интересна моя работа, а я не буду жаловаться, что не могу справиться с Эшли. Я ведь осознанно выбрал такую профессию, а значит самому и нести груз связанных с ней проблем. И не уверен, что этот груз будет мне по плечу, но бросать в самом начале?! Я справлюсь. Должен. Но из-за всех проблем мы с Максом немного отдалились друг от друга. Теперь вечерами вместо того, чтобы посвятить время ему, я придумываю новые способы, как заинтересовать Ридли. А Макс? Он не привык, что его не замечают. Хоть потоп, хоть атомный взрыв, но он должен быть в центре внимания. И эти выходные я был намерен провести с ним, причем так, чтобы у Макса не осталось даже малейшего недовольства или памяти о своей временной заброшенности. Он хотел, как всегда, провести ночь в клубе, но я, приведя массу доводов, убедил, что дома будет лучше. Правда, убеждать пришлось не только словами, но мы оба остались довольны. И когда я уже праздновал победу в споре, оказалось, что вина в доме нет, и, хоть и не хотелось, а пришлось собираться и ехать в супермаркет. - Мы берем только вино и домой, - предупредил любовника, подходя к магазину. Стеклянные двери бесшумно разъехались перед нами, когда Макс, ухмыльнувшись и сказав: «Да, да, конечно», сразу направился в другую от стоек с вином сторону. Мне осталось только последовать за ним, так как оставлять Макса в супермаркете одного нельзя. Он скупит полмагазина, и при этом будет утверждать, что это лишь малая толика того, что он хочет. Я не против, если бы это все ему действительно было нужно, а не по принципу – я хочу, а для чего это – придумаю потом. Я в состоянии оплатить почти все прихоти Макса. Конечно, не Ламборджини, яхту или виллу на Канарских островах, но все же… - Пф… - услышал, как фыркнул Макс, и посмотрел в ту же сторону что и он. У стоек с сухими кормами для животных стоял Эшли. Он щупал большие пакеты и, по-видимому, что-то для себя решал. Не знал, что у Ридли есть собака. Или же он хочет завести себя собаку-поводыря, но зачем? Эшли стоял к нам спиной. В джинсах и тонком джемпере. Интересно, ему не холодно? Все-таки на улице пока не так жарко. Кстати, все вещи, в которых я видел этого несносного парня, ему действительно шли и были стильными. Скорее всего всю свою одежду он выбирал сам еще до трагедии, так что со вкусом у него все в порядке. - Только попробуй подойти к нему, - зло процедил Макс, заметив с каким интересом я смотрю на Ридли. В общем-то, я и не собирался. Вероятно парень здесь с Моникой, а с ней, как впрочем и с Эшли, мне встречаться в этот день не хочется, тем более, что я тоже не один. - Так я... - Мне совершенно все равно, что он слепой, пусть попросит помощи у персонала магазина, если сам не в силах что-то сделать. И как Макс так быстро разглядел его слепоту, хотя скорее определил по трости, зажатой между левой рукой и телом. - Да, но Ридли... - Ник, мне все равно кто он, - вновь перебил меня Макс. - Хоть сам черт, понимаешь? Тем более что это твой идиот Ридли. Он отбирал тебя у меня всю неделю, и я не позволю этому случиться еще и в выходной. Ты обещал мне вечер. - Обещал, - вздохнув, отвернулся от парня. - Пойдем тогда за вином и домой. В этот момент Эшли что-то там неудачно зацепил, так что несколько пакетов упало на него, ударив прямо по голове. - Ой! - воскликнул Ридли. Очки упали и откатились в сторону. Я обернулся на шум и остановился, наблюдая, как люди вокруг лишь посмотрели на него, переглянулись между собой, пожали плечами и пошли дальше совершать покупки. Никто даже не спросил, как чувствует себя парень и не нужно ли ему помочь. - Ник, пойдем, - потянул за руку Макс. - Прости, - мне действительно было жаль, но не подойти к Эшли я не мог. - Гадство, - выругался мой любовник, когда я уже шел к Ридли. - Ник, я не стану тебя ждать, - довольно громко крикнул он в спину. Равнодушие. Как же я сейчас ненавидел этих людей за их равнодушие к слепому парню. И Макса тоже. Нет, Макса особенно, ведь он понял, что этот парень - мой ученик. Так и хотелось ответить: "Не жди, не надо", но я уже был совсем рядом с Эшли - Привет, Эшли, - подняв очки, аккуратно вложил их ему в руку. - Это, кажется, твои. Ридли вздрогнул и как-то даже весь скривился. - Ты? - фыркнул он, сжимая пальцы на очках. - Даже тут от тебя покоя нет! Неосознанно Эшли вскинул голову, пытаясь меня увидеть, так что я получил хорошую возможность рассмотреть его глаза. Неожиданно красивые. Ярко-зеленые с тонкой каймой карего цвета по краю. И ресницы длинные, пушистые, правда, светлые, в тон волос. Да и без очков черты лица смотрелись иначе. Как-то мягче, беззащитнее. - Ты уж прости, но это ближайший к моему дому магазин, - усмехнулся, стараясь разрядить обстановку. Пусть уж Эшли на меня разозлится или отреагирует как-то иначе, только не вспоминает в какой только что был ситуации. - Кстати, я совсем не ожидал тебя здесь встретить. Пакеты с пола я не стал поднимать по той же самой причине, что и отвлекал парня от произошедшего. Потом рабочие здесь все сами приберут. - И где Моника? Что-то ее не видно рядом. Если на первые мои слова Эшли просто равнодушно пожал плечами, то вот на последнюю фразу отреагировал совсем странно: покрылся румянцем и закусил губу. - Ну… эм… Как бы так сказать… - промямлил Ридли. Я удивился такому ответу, но от вида, как смущен парень, в голову закрались сомнения, которые буквально через секунду сформировались в уверенность. Но все же я решил уточнить: - Ты что, снова один? - А что тут собственно такого? – слишком бурно отреагировал он, вновь нахмурившись. А мне сразу представился ежик, который в защитной реакции свернулся и выставил свои колючки. Ну точь в точь. – Я вполне могу позаботиться о себе и сам! И покупки сделаю сам! Вот сейчас я как раз выбираю готовые завтраки. - Эшли, - пригнувшись к парню, произнес шепотом, - ты выбирал корм для собак. - Я... Ч-ч-что? - его лицо выражало неподдельное изумление. Правда потом гримаса тут же сменилась на болезненную. Он вновь захлопнулся в себе как в раковине и напялил очки. - Ошибся, с кем не бывает, - пробормотал глухо и стиснул кулаки. - Хочешь, я тебе помогу? - спросил, хотя, зная Ридли, был уверен, что он откажется. - Не считай помощь унизительной, если она предлагается добровольно. Эшли немного помолчал, а потом вдруг пожал плечами: - Если ты не занят. Сейчас он держался как-то неуверенно, крепко сжимал трость в руке и явно нервничал. - Я возьму тебя за руку? - так было удобнее и мне и ему. - Можно? - Ладно, - процедил Ридли сквозь зубы и протянул ладонь. - Я доведу тебя только до тележки, а там ты уже сможешь держаться за нее, - сказал, ведя к месту, где оставил любовника. Макс смотрел, как мы подходим, и в его глазах была смесь злости и раздражения ко мне и презрение к Эшли. - Эшли, держись, - переложил руку парня, на рукоять тележки. - Мне правда неудобно, что я отвлекаю тебя, - проговорил он. Самое забавное, что по лицу Эшли было ясно видно, что его совсем не греет моя помощь, но видно ситуация с собачьим кормом вынудила смирить свою гордость и принять помощь. Остается только предположить, чем же мне выльется это в дальнейшем. - Ничего стра... - Иди сюда, - схватив за руку, Макс оттащил меня на не несколько метров и начал громким шепотом выговаривать: - Ник, я все больше убеждаюсь, что ты как магнит для этих убогих. Ну зачем ты во все это влез? Хочешь испортить мне весь вечер? - Макс, я не могу по-другому. - Я буду ждать тебя дома, - резко развернувшись, парень пошел на выход, оставив заваленную продуктами тележку мне. - Хорошо, - вздохнув, вернулся к оставленному Ридли. - Убогих? - проговорил тот. Он, кажется, был взбешен: закусил губу до крови, сжал кулаки и как-то даже весь побледнел. - Мне жаль, что ты это слышал, - получилось жутко некрасиво, и мне было стыдно за Макса. - Мой друг нетерпим к любым отклонениям от общепринятых норм. Извини. - Отклонения… - повторил он за мной. – Я, конечно, знал, что ты тот еще кадр, но что настолько двуличная скотина и не догадывался. Знаешь что, засунь свою помощь и сочувствие куда-нибудь подальше. Урод! Ридли резко развернулся и зашагал в обратном от меня направлении, нервно простукивая путь тростью. А я вновь стою и смотрю вслед уходящему парню. Только теперь я все испортил сам. Ведь знал, что Макс не терпит людей даже с небольшими физическими недостатками, но не думал, что ему хватит бестактности высказаться настолько громко, чтобы Эшли услышал каждое слово. Но и не предложить помощь Ридли я не мог. Больше не мог. Не примет.