Время не изменит, или временные последствия

      Моими соседками по комнате оказались уже знакомые Ева Лавгуд и Макдолена Пруэтт. С утра пораньше они потащили меня в Хогсмид. Разрешение от "родителей" мне дала Джинни вместе с документами о переводе, перекочевавшими к директору с сопроводительным письмом. Макдолена оказалась отличной девушкой, хотя при первом знакомстве она почудилась мне откровенно неприятной.       Подруги обсуждали вчерашние курсы, гадая о том, кто был их партнером, а я шла рядом и предпочитала молчать, не желая даже вспоминать о своем. Тем более, что самочувствие оставляло желать лучшего.       Ох, уж не знаю, что вчера Джинни сделала с моими волосами, но они до сих пор остались послушными и прямыми. Ева заметила, что они просто шикарны, а Макдолена так и тянулась их потрогать, что почему-то напрягало.       – Гермиона, – вдруг обратилась ко мне Ева, – ты ведь из Дурмстранга, может, расскажешь что-нибудь?       – Что ж, – на ходу приходишлось придумать очередную ложь. Надоело. – Нам вообще-то запрещено распространяться. Извините.       – Ну, нам же не надо всяких ваших секретов, – расстроилась Макдолена.       – Приветствую вас, милые дамы, – спас ситуацию только что подошедший парень.       – Дин! – воскликнула Ева, и её уши заметно покраснели.       – Очаровательная ученица из Дурмстранга, мое имя Дин Кроу. К сожалению, вчера не имел счастья познакомиться с тобой, ты после курсов так быстро исчезла.       – Я была в библиотеке. Рада познакомиться, Дин, – улыбнулась я.       – Эй, ты как? Угадал вчерашних партнеров? – спросила Макдолена.       – Одного, – ответил юноша, тряхнув длинными светлыми волосами. – Это была точно Лорана из Гриффиндора.       – С чего ты взял?       – Кто бы еще стал так поносить Слизерин и особенно Реддла? – уверенно заявил юноша.       – Тогда похоже, что моей напарницей была тоже она, – сказала я, и все уставились на меня, ожидая продолжения. – Ну, она так кричала... Сказала что-то вроде: Реддл – фурия, монстр, – мне представилась отличная возможность разузнать о Тёмном Лорде. Изобразив непонимание, я спросила: – Так кто же этот Реддл?       – Том Реддл, шестой курс, Слизерин, – явно с неохотой ответил Дин, пожав плечами.       А вот девчонки наперебой заговорили:       – Не понимаю, чего она на него накинулась!       – Он хороший парень.       – Вежливый! – добавила Ева.       – Лучший ученик на нашем курсе!       "Ненадолго," – неожиданно для себя зловредно подумала я.       – Настоящий лидер, за которым и в огонь и в воду       – Да вы просто все влюблены в него, – встрял Дин, и по выражениям лиц девочек стало понятно, что он попал в точку. – И вообще не такой уж он и идеальный. Кое в чем я с Лораной согласен: он странный.       Девчонки было заспорили, но Дин, махнув рукой, предложил:       – Не хотите сливочного пива?       И мы побрели в «Три метлы». На этот раз ребята не оставили меня в покое и все дорогу о чем-то спрашивали, особенно Дин. Он мне понравился, открытый, дружелюбный и милый. Врать ему, Еве, Макдолене было отвратительно. В других условиях мы могли бы стать друзьями. Опять вспомнились Гарри, Рон... Наверное, они места найти не могут. Мечутся, ищут. Особенно Гарри. Уж кто-кто, а он сидеть и спокойно ждать не будет до последнего.       – Гермиона, – прямо перед моим лицом помахал ладонью Дин.       Девчонки шли немного быстрее, опережая нас, Лавгуд размахивала руками, что-то доказывая Пруэтт.       – Да?       – Ты задумалась. Никак не мог достучаться до тебя.       – Извини, просто вспомнила кое о ком.       – О своем парне?       – О двух парнях, – улыбнулась я, но по тому, как юноша удивленно вскинул брови, я вдруг поняла, что Дин имел в виду парня в том самом смысле. Я спешно добавила: – О моих лучших друзьях из Дурмстранга.

***

      Вернувшись в замок, я снова попыталась найти Джинни, но безуспешно. На часах было уже без четырех минут двенадцать, но в Большой зал я не спешила. В одном из классов, в который я забрела, буйствовал Пивз, однако как только он меня увидел, сразу улетел, крича: «Что она здесь делает?» Отлично, хотя бы назойливый полтергейст приставать не будет.       Присев на одну из парт, я закрыла глаза и попыталась расслабиться. От постоянно напряжения я чувствовала себя уставшей и измотанной. Как долго я смогу продержаться? Из меня словно потихоньку все силы выкачивают.       Через пару минут я, нехотя, вышла из пустого класса, повернула налево и тот час налетела на кого-то так, что бедняга распластался на полу.        – Ох, прости.       Я помогла подняться девочке на ноги. Она показалась мне знакомой. Да это же..       – Миртл?       – Что? – не расслышала она, подняв на меня глаза, полные слез.       – Ты больно ударилась? – я опустилась на корточки, рассматривая красное от ушиба место на руке.       – Нет, – всхлипнула Миртл.       – Тогда почему ты плачешь? Что-то случилось? Тебя кто-то обидел?       Девочка кивнула. «А ведь она погибнет», – вдруг подумала я, и слова сами вырвались с языка:       – Послушай, как тебя зовут?       – Миртл.       – Миртл, ты не должна плакать каждый раз, когда кто-то говорит о тебе гадости. Да, это обидно, но ты должна быть сильной, – я положила руки на плечи Миртл. – Настолько сильной, чтобы твои обидчики видели: их слова не задевают тебя, даже если на самом деле это и так. Ты должна научиться когда-то противостоять им, а когда-то просто не обращать внимания. Это твоя жизнь! Ты должна бороться за нее, а не плакать в туалете. Обещай мне.       – Обещаю... Но откуда ты знаешь про туалет? – опустила глаза Миртл.       – Я расскажу тебе кое-что. Когда я училась на первом курсе, один мальчик сильно обидел меня, и я весь день просидела плача в кабинке туалета. И знаешь, что со мной приключилось?       – Что? – утерев слезы, спросила Миртл.       И мне к чему-то подумалось, что при жизни она была достаточно милой. Видимо, смерть меняет людей.       – На меня напал здоровенный тролль! – я гордо вздернула нос. – Он чуть не убил меня! Понимаешь теперь? Туалет – опасное место, – усмехнулась я. – Если захочешь поплакать, лучше запрись в комнате, но так, чтобы никто не видел.       Сейчас я чувствовала себя почти героиней, уповая на то, что Миртл выполнит обещание никогда не плакать в туалете и стать по-настоящему сильной (ну, по крайней мере собрать сопли в кулак и попытаться дать отпор обидчикам). Девочка, явно повеселевшая, убежала прочь. И только сейчас я осознала, что, кажется, изменила будущее. Победоносное настроение улетучилось.       – Какая вдохновляющая история. А речь! – раздался голос позади.       Из-за угла вышел незнакомый мне юноша, слизеринец. «Незнакомый? Его глаза... Эй, это же мой вчерашний напарник!»       – История про тролля – правда?       – Ты подслушивал?       – Скорее случайно услышал, Певервелл.       Мне показалось или, произнося мою фамилию, он усмехнулся? Мои ладони вспотели, я не на шутку запаниковала. Неужели он что-то подозревает...       – Что ж, замечательно, ты знаешь мое имя, а как твое? – выдавила я из себя, хотя большего всего на свете хотелось закрыть рот и убежать ко всем чертям подальше отсюда.       – Том Реддл, – произнес слизеринец с нотками торжественности в голосе, явно ожидая от меня какого-нибудь ответа, но я замерла, а он продолжил. – Полагаю, ты слышала обо мне от той болтливой девчонки вчера.       – Я не... – вспотевшие ладони похолодели, и, держу пари, я побледнела.       Одно дело знать, что где-то здесь шляется шестнадцатилетний Волдеморт, а другое встретиться с ним лицом к лицу.       – Значит, это была точно ты, – ухмыльнулся будущий Темный лорд, заложив руки за спину.       – А, так ты и там подслушивал.       – Нет, – очаровательно улыбнулся Том, обнажив белоснежные зубы. И даже это показалось мне зловещим. – Я снова просто услышал.       – Поздравляю с отличным слухом, но уже, наверное, двенадцать, так что мне пора в Большой зал.       Маленькая ложь во спасение. Я не собиралась туда идти, мне просто нужно было поскорее отделаться от Реддла.       – Да ну? – не поверил он. – Ты давным-давно в таком случае должна была быть там. Ты опоздала примерно на полчаса.       И чего привязался?       – А ты? Ты ведь тоже должен быть там.       – А я и не скрываю, что не пошел туда, потому что не хотел.       – В таком случае не мог бы ты отвалить? – вырвалось у меня.       Я и мой поганый язык... в последнее время они сговорились и действуют против меня. Я вовсе не хотела отвечать грубо, потому что... будем честны, Реддл ничего мне не сделал. Покка.       Его губы превратились в тонкую полоску. Медленной царской походкой он направился ко мне, что-то говоря, но я перестала слышать слова: в голове раздавался лишь стук собственного сердца. Что-то словно щелкнуло, крякнуло внутри меня, и я перестала видеть перед собой.       А перед тем, как моя голова ударилась о каменный пол, меня схватили сильные руки и, как бы глупо это не прозвучало, я погрузилась во мрак.