Время не изменит, или временные последствия

      Даже зная, что форма не промокла, не испачкалась, я все равно отряхивала ее. Нервы ни к Моргане, ни к Мордрету.       – Нервы? Конечно! Ещё бы, – бурчала я, направляясь в Большой зал на обед с чётким намерением поговорить ещё раз Джинни, но на этот раз спокойней. Мы поможем друг другу. – Мы же подруги. Верно. – Я покачала головой: – Разговариваю сама с собой...       – Наверное переучилась, – возник из ниоткуда Реддл.       – Скажешь, не подслушивал? – изогнула бровь я, даже не вздрогнув.       – Скажу лишь, что шел за тобой.       – Следил? – ахнула я.       – Увидел тебя и... – Том остановился на полуслове, заложив руки за спину. На его лице я заметила недоумение, которое тут же сменилось доброжелательностью и невинностью. – Не согласишься прогуляться?       – Что, сейчас?       – Именно.       – У нас обед, а потом Нумерология. Я не могу прогулять, – волнение, словно невидимая мантия, накрала меня с головы до пят.       Не понимаю почему, но я вдруг засмущалась. Мне было так стыдно отказывать! Что это со мной?       Реддл что-то говорит... Уговаривает меня пропустить. Мерлин, и, кажется, я только что согласилась! Точно. Это вообще мой голос звучит? Как странно, такое ощущение, словно я ртом не управляю.       – Куда мы идем?       – Увидишь. Веришь мне?       Том остановился, пристально глядя мне в глаза. Его обычно холодный, насмешливый взгляд вдруг стал таким теплым, горячим, что я чуть не расплавилась, растекшись по полу. По-моему, с нами обоими что-то не то...       Я глубоко вздохнула, пытаясь собирать остатки разума, но тот, к сожалению, послал меня ко всем чертям, поблагодарил за прошедшую неделю и укатил в отпуск.       – Я слишком хорошо знаю, чтобы верить.       – Ты хотела сказать плохо, Гермиона.       – Ага-а, точно.       Мы двинулись вперед. Почему я согласилась? Том завернул за угол, а меня остановил окрик, почти выветривший туман из сознания.       – Так-так, мисс всезнайка.       – Эйвери.       – О, ты и имя моё помнишь. Имя раздавленного твоим всезанудством, – глаза Хамфри сверкали неестественным блеском.       – О чем ты? Раздавленного?       – Конечно, можешь и дальше строить из себя дурочку. С высоты своего величия больше и не смотришь на простых смертных.       Что этот слизеринец вообще несет? Я замечала, что он недолюбливает меня, но не думала, что он захочет вступить в прямой конфликт.       – Извини, Хамфри, я понятия не имею о чем ты, – достаточно четко и отрывисто проговорила я, разворачиваясь, дабы уйти.       Хамфри схватил меня за руку.       – Нет, постой. Остерегайся, Певервелл. Том Реддл тебе не поможет, когда я...       – Эйвери, – раздался спокойный, мрачный голос Тома, ушедшего вперёд и вернувшегося, заметив потерю.       Просто удивительно, как из милого парня он превратился в опасного, зловещего. Даже у меня мурашки по спине побежали. На лице Хамфри проскользнула тень страха, но лишь на секунду.       – Реддл, – кивнул он в знак приветствия. – Вновь портишь только что начавшееся веселье... Ты не сможешь вечно защищать ее. Даже...       – Даже ты должен был понять, – пожал плечами Том и многозначительно посмотрел в глаза Эйвери.       Если бы так смотрели на меня... В общем, сейчас где-то умер дементор.       – Разберись с ней сам, – устояв, бросил Хамфри.       Намеренно задев меня плечом, он ушел, и, как только скрылся за поворотом, я, наконец обретшая разум и способность говорить нормально, накинулась на Тома:       – Что это еще значит? Что он должен был понять? Что за «не сможешь защищать ее вечно», «разберись с ней сам»?       – Этот идиот напал на тебя, а ты волнуешься лишь о том, что он сказал.       Я стиснула зубы, чтобы не наговорить гадостей, которые, к слову, довольно часто стали вырываться без моего на то разрешения.       – Не то что бы напал, и я все еще жду ответа.       – Слизеринцы не очень любят равенкловцев. Конечно, не так как гриффиндорцев, и все же не любят. Наверное, заметила как представители тех или иных факультетов издеваются друг над другом? А ты , хм-м-м, свежая кровь. Ну вот, я и попросил слизеринцев не трогать тебя, – пожал плечами Том.       На мгновенье я даже опешила. То-то ко мне и вправду никто не приставал, только смотрели косо...       – И зачем тебе это?       Реддл вновь пожал плечами. Кажется, этот жест входит у него в привычку.       – И что же, ты каждого «просил»?       – Только тех двоих-троих, которые в библиотеке к тебе приставали, а остальные как-то сами решили не связываться.       – Замечательно, спасибо, вот только мне не нужен рыцарь на огромной змее.       Выпалила я и, не дождавшись реакции Тома, пошла своей дорогой. От мутного состояния, поразившего меня пару минут назад, не осталось и следа.

***

      Ужин. Как приятно было сесть на скамью за столом, вдохнуть запах аппетитных блюд, приготовленных эльфами. Я так проголодалась, что была готова съесть все имеющееся перед носом.       – Эй, Гермиона, – справа от меня возник Дин, – ты бы ела, а не водила своим прелестным носиком вдоль блюд.       – А? Что? Ну, да...       Нахмурилась я, наложив себе побольше картофельного пюре с внушительным куриным окороком. Только я принялась жевать, как Дин снова отвлек меня.       – Эм, Герми – можно тебя так назвать – может, сходим куда? Завтра суббота, выходной. В «Трёх метлах» хорошо. Посидим, пива сливочного выпьем, пообщаемся. А то видимся только на уроках, а потом ты на весь день пропадаешь куда-то.       – Я зависаю в библиотеке. Знакомое место?       Дин вдруг зашелся смехом.       – Ха-ха! Да, конечно, знаю. Ты такая забавная и красивая.       Кроу покраснел. Что и с ним что-то творится?       – Ну так что? Сходим?       – Я не знаю, Дин. Это не лучшая идея.       – Почему?       Я не стала отвечать, сославшись на набитый картошкой рот. Что ж, нормально поужинать мне не удалось, ибо Дин донимал меня приглашениями и туда, и сюда, анекдотами, сплетнями и опять с приглашениями, а на каждую мою недошутку он смеялся как умалишенный. Я быстро проглотила, практически не пережевывая, еду и убежала.       – Гермиона! Привет.       Меня остановила Лорана. Белокурая девушка с Гриффиндора, та самая, что была моей первой напарницей на курсах, которые, кстати, отменили. Там вроде кто-то драку устроил. Массовую. Диппет еще долго с фингалом ходил во имя пробуждения совести. Наказать-то было некого: все же выглядели одинаково.       – Привет, Лорана. Что-то хотела?       – Ага.       – Надеюсь не в «Три метлы» пригласить? – пробубнила я себе под нос.       – Чего?       – Ничего.       – Ладно, я сказать все тебе хотела, – девушка взъерошила короткие волосы. – Ты бы поосторожней с Реддлом. Я смотрю, он слишком внимание тебе уделять стал.       – Ну и что?       Какое ей вообще дело?       – А то, что он мерзавец. Многие девчонки не видят его истинного лица. А я хорошо его знаю. И пусть ты думаешь, что меняешь его...       – В смысле меняю?       – Да так, кажется, он поживее стал. Так вот, это не важно, потому что такие люди не меняются. Ты мне нравишься, и я просто хотела тебя предупредить.       Лорана умчалась, и не успела я сделать и шага, как получила звонкую пощечину.       – Что за..?       Передо мной стояла Макдолена. Её лицо было красным, а в глазах пылала злость.       – Думаешь, ты особенная? Приехала такая из своего Дурмстранга! Ты просто мерзавка.       – Что с тобой такое? – схватившись за щеку, опешила я.       – Я скажу тебе что! – прокричала рыжая, достала палочку и крикнула: – Остолбеней!       Я вовремя отскочила за колонну. Заклинание попало в стену.