Эпицентр

Джазз проводил взглядом полиморфа, который вел себя на удивление хаотично — вроде бы военные разработки не должны так метаться — и вернулся к прерванному разговору. «Ну да, я говорю, можно сегодня сходить на открытие выставки по промышленным движкам, говорят, там будет много форсеров, которые такие движки прям в открытую продемонстрируют. Туда даже пускают не всех, а только с сертификатом зрелости». «Надеюсь, тебе такой сертификат выдали? — ДайвБомб отчетливо усмехнулся. — Или надо будет тебя контрабандой в грузовом отсеке протащить?» «Обижаешь, — Джазз фыркнул. — Давай лови меня возле «Шламов», я к девятому джоору подъеду». «Не опаздывай», — почти строго сказал лётчик и отключился. Джазз усмехнулся и двинулся к шестому корпусу. Надо было срочно отчитаться по этой самой выставке, уточнить количество благодарностей спонсорам в лице администрации, изложить примерную программу и назначить ответственных за торжественные речи. Как обычно он всё откладывал до последнего, и теперь предстояло хорошенько потрудиться. ДайвБомб, в свою очередь, немедленно бросил ленивое патрулирование, за два брийма договорился с Флэтлайтом на сдвинутое дежурство — между прочим, обменялся на самое поганое время, когда заводы чадить начинают, потом из фильтров осадки выковыривать задолбаешься — и рванул на пятой орбитальной в ближайшую мойку. До сих пор не укладывалось в голове, что ему действительно только что был вызов, в котором маленький кибертронец приглашал его на выставку. Да ещё и с движками! Ну всё, это можно считать откровенным предложением. Ради такого стоит раскошелиться на добавки к энергону, которые должны как минимум на двенадцать джооров перекрыть выхлоп и сгладить остроту радиационного излучения. ДайвБомб не разбирался, как это работает, почему энергон может влиять именно на излучение, но по большому счёту его интересовали только две вещи: относительно долговечный результат и отсутствие вредных последствий. К девятому джоору он уже был на месте. Сначала хотел повисеть на стоянке, потом передумал, приземлился и вышел на перекресток у огромной заправки. Огибавшие его трансформеры иногда оборачивались, но никто не спешил сделать замечание, наоборот — пару раз ему одобрительно мигнули оптикой. ДайвБомб ухмыльнулся. Излучения от него шло ровно столько, чтобы создавать привлекательный образ. Дорого, не очень комфортно — от присадок пощипывало фильтрующие мембраны — но эффективно. Джазз вынырнул у него из-за спины, хлопнул по бедру, слегка отскочил и помахал, весело улыбаясь. ДайвБомб как обычно почувствовал себя неуклюжим, но улыбнулся не менее широко, сделал приветственный жест и тут же опустил руку, пригласительно щелкнув когтями. Джазз клик помедлил, прикидывая разницу в росте, и элегантно обхватил его запястье — всё строго согласно правилам общего этикета: «Если ваш партнёр находится в весовой категории, превышающей вашу собственную в полтора и более раз, не следует прыгать возле него или пытаться ухватить за ногу. Следует держаться за запястье либо последнюю сгибаемую часть манипулятора». ДайвБомб точно так же выполнил свою часть этикета («...если ваш партнер меньше в полтора и более раза, обеспечьте ему поддержку и направление собственной ладонью либо активной частью манипулятора. Помните, ваш партнер не знает, куда вы собираетесь идти, и ваша задача — помочь ему сориентироваться...») и двинулся по направлению к взлётной площадке. В дуэте передвигаться было непривычно, приходилось следить, чтобы серебристого кибертронца не оттерли от него, да ещё и контролировать размашистость своих движений. Поэтому ДайвБомб искренне обрадовался, когда добрался до открытого места. — Ты чего молчишь, а? — Джазз царапнул его когтями и слегка дёрнул. ДайвБомб чуть наклонился и смущенно повел плечом. — Я думаю, как тебя посадить, — ляпнул он первое пришедшее в голову. — Тут лететь недалеко, я карту смотрел, тебе удобнее сверху или в страховке? — Конечно сверху, — Джазз высвободился и слегка отступил, — трансформируйся и поехали! То есть полетели. Я же говорил, что люблю кататься на больших. ДайвБомб трансформировался и пригласительно опустил крыло. Здорово, что попался настолько понимающий компаньон! С ним и общаться легко, и всё остальное наверное будет здорово. Полёт действительно оказался коротким, но за это время Джазз успел вытрясти из лётчика массу информации о жизни последнего и в ответ понарассказывать всяких чудных историй как о себе, так и о коллегах со знакомыми. Попутно они успели обсудить последние новости из жизни столицы и дружно сошлись на мнении, что жить там стало гораздо веселее — после внезапно появившейся моды на красивые военные альтформы программа в заправках стала гораздо интенсивнее, а масса передач на холовидении так и пестрела отважными трансформерами, несущими свет Всеискры сквозь мрачный космос. — Я бы тоже хотел когда-нибудь слетать на другую планету, — посетовал Джазз, слезая с нагретого корпуса. — Ого! Это что, всё на выставку? — Похоже, — согласился ДайвБомб, выпрямляясь в полный рост. Обычно он слегка опускал плечи и крылья, чтобы уж точно не зацепиться за косяки в мелких заправках, но сейчас настало время воспользоваться преимуществами крылатой трансформы. Трансформеров на выставку стремилось действительно слишком много, мелких тут просто затоптали бы. ДайвБомб покосился на разочарованно скривившегося кибертронца и без лишних слов наклонился за ним. Джазз только слегка вскрикнул, когда его усадили на широкие плечи, и тут же вцепился в шлем добровольного носильщика. — Смотри! — он силком развернул голову ДайвБомба. — Вон там! Там движки для гибридных форм, ух, целые ворны мечтал лично потрогать! Пошли скорее! ДайвБомб поежился, чувствуя, как приятно трется о подвижные пластины гладкая паховая броня, и уверенно двинулся вперед. Движки вдруг действительно начали его очень сильно интересовать. Помимо осмотра движков, форсеров и впитывания общей атмосферы лёгкого сумасшествия оба с огромным удовольствием нажрались экзотических топливных добавок, и к исходу пятого джоора приятелей шатало из стороны в сторону. Вернее, шатало ДайвБомба — Джазз по-прежнему уверенно цеплялся за шлем лётчика и громко командовал, куда теперь следует идти. — Всё! Теперь держи курс на тот бортик! — секретарь по связям и выпивке энергично рулил большим партнером. — Пррравее! Ага! Вон туда! Стоп! ДайвБомб послушно затормозил перед ограждением, за которым начинался обрыв в технические уровни. Джазз изящно свалился с его шеи, пробороздив по спине и крыльям, приземлился на бортик и едва не сверзился в пустоту — ДайвБомб удержал его в последний момент, схватив за пояс. — Слезай, — строго велел джет, чуть покачиваясь. — Тут не место для таких мелких на колёсиках! Джазз заворчал, но послушно слез, а потом неожиданно двинул лётчика по распоркам со всей силы. — Ты чего? — возмутился и обиделся ДайвБомб. — Превышать размеры спутника невежливо! — крикнул Джазз, воинственно задирая подбородок. — Ну может мне на колени встать? — лётчик возмутился ещё больше. — А что? Можно и встать, — Джазз мечтательно огладил себя по бёдрам. — Если будешь вести себя хорошо, то получишь подарок. — Он недвусмысленно поддел большими пальцами свободно расходящиеся декоративные пластины. ДайвБомб втянул воздух, охлаждая мигом нагревшиеся контуры, и начал приседать. Через пару кликов он подтянул все серво, максимально складывая ноги и даже частично применил трансформацию, пока в конечном итоге не получил набор конечностей, годных для передвижения на четырех опорах. Крылья стояли торчком, спинной каркас изогнулся, голову держать было неудобно, но ДайвБомб не сдавался. Джазз с опасливым восхищением наблюдал за процессом, а затем восхищенно фыркнул, задрал голову и поцокал вдоль бортика, на ходу крутя всей тазовой секцией. Он действительно цокал, чёткие звуки разлетались из-под начищенных упоров, и ДайвБомб потянулся за ним всем телом, едва не упав. Спохватившись, лётчик торопливо проследовал тем же курсом, что и серебряный кибертронец, усиленно вжикая сдвинутой машинерией. Джампер в последний раз судорожно дернулся под броней и наконец-то вывалился наружу. ДайвБомб проклял свою интерскую сущность, но поделать уже ничего не мог. Ему так хотелось удовлетворения, что было почти все равно, заметят ли его в таком виде или нет. Раскачивающийся перед оптикой бампер восхитительно поблескивал в полумраке, и ДайвБомб непроизвольно раззявил челюсти, мечтая укусить за гладкий металл. К тому же он чувствовал тонкий запах разогретого масла, быстро становившийся всё более интенсивным. Они завернули раз, другой, оказались на задворках выставки между тяжелых платформ для доставки оборудования. Нельзя было сказать, что тут тихо и темно, но, во всяком случае, никто не шлялся, горланя военные песни, только периодически скрежетало что-то на платформах — видимо, расправлялся деформированный грузом металл. Джазз целеустремленно прошествовал к огромному контейнеру и возле него остановился. Развернулся, подмигнул фарами и привалился спиной к плохо окрашенной стенке. ДайвБомб чуть замедлил шаг, почти припал грудными пластинами к бетону и начал подкрадываться, мимоходом пожалев, что у него нет такого же крутого хвостовика, как у полиморфов. — Стрррашно-стрррашно, — засмеялся Джазз. — Иди скорее сюда, я замерз. Вранье было настолько восхитительным в своей очевидности, что ДайвБомб моментально ослабил все серво, позволяя им возвращаться в прежнее состояние. Выпрямившись, лётчик сделал два шага и присел перед маленьким хозяином. Джазз немедленно протянул обе руки, сгрёб столько проводов, сколько смог ухватить, и потащил на себя. ДайвБомб подался к нему, затем спохватился и откинулся назад, опираясь на руки и балансируя на самых кончиках стоп. Широко раздвинутые колени подрагивали в воздухе, от брони струился теплый воздух, а охладитель уже подтекал между неплотно пригнанными пластинами. — Хорошо, очень хорошо, — Джазз увлечённо перебирал кабели, ища подходящую конфигурацию. — О, и таким можно... Ах да, вот же они... Одним движением лёгкий кибертронец вскочил на партнера и ловко устроился на нем в привычной и давно любимой позе. ДайвБомб вздрогнул, разомкнул челюсти и зарычал, стараясь не выдавать слишком уж громкие металлические ноты. — Тише-тише, — Джазз потянулся и стукнул его по шлему. — Не дрожи, сейчас всё будет. ДайвБомб послушно застыл и мгновение спустя охнул, теряя фокусировку оптики. Маленькая и горячая интерфейс-система сантиметр за сантиметром овладевала его вздрагивающими разветвителями, и вскоре ДайвБомб стонал в голос от прекрасных ощущений, бесстыдно наслаждаясь каждым мгновением. Его часто брали, но каждый раз был почти как первый — восхитительное давление, щекотное царапанье захватов, горячая проводящая жидкость... — Нннх, о Всеискра! — вырвалось у него, едва ведущий застопорился, взяв максимум. Часть джамперных сегментов осталась без внимания, ДайвБомб сдавленно взвыл и оттолкнулся одной рукой, тут же перехватывая двумя пальцами толстые кабели. Маленькие хозяева никогда не брали своих больших партнеров полностью, распаляя их желания до предела и заставляя позорно стонать от неудовлетворенности. — А ну хватит, — шикнул Джазз, — не кричи, боевой ты трансформер или как? — Дааа, — низко протянул ДайвБомб, вздрагивая всем телом. Ещё чуть-чуть, и он грохнется на спину, не в силах удерживать собственное отяжелевшее тело. — Ммм... Ну пожалуйста! — Больше не дам, — почти строго сказал серебристый и выпустил страховочные шипы. ДайвБомб вздрогнул, чувствуя, как фиксаторы царапают металл в том месте, где у него и так уже было много шрамов. Большинство тяжелых трансформеров, включая его самого, не могли полностью контролировать себя, поэтому ведущим постоянно приходилось их осаживать, и ДайвБомб даже полюбил эту особенную боль, значившую, что сейчас ему будет необычайно хорошо. — Ухх... — Джазз втянул воздух, стараясь охладиться. Любовь к большим партнерам как всегда доставляла массу проблем. У него никак не получалось тормознуть вовремя, он брал слишком много и в конечном итоге становился неспособен должным образом удовлетворить напрягающихся под ним партнеров. С другой стороны, он позволял им делать всё что угодно, чтобы получить удовольствие. Это была одна из любимых тем для споров — держать всё под контролем, не давая нижнему даже ахнуть лишний раз, или же позволить пуститься во все тяжкие, стараясь за обоих. Джазз предпочитал действовать разнообразно, но сейчас в нём было слишком много синтетиков, и он прихватил слишком много кабелей, чтобы выложиться на всю катушку. — Нгх... Пожа... ах... двигайся... — ДайвБомб выгнулся так, что почти скрёб крыльями бетон. — Не буду, — Джазз заранее ухватился за выносные элементы нагрудной конструкции. — Давай сам как следует поработай. Покажи, как тебе приятно. ДайвБомб судорожно сглотнул антифриз, резко оттолкнулся, и едва не упал. Джазз хотел засмеяться, но ему уже становилось хорошо, поэтому он предпочел одобрительно застонать. Кое-как удержавший равновесие лётчик начал осторожно подниматься. Особенно сложно было заставить работать поджатые ноги. Больше всего ДайвБомб хотел завалиться на спину и отдаться, но... Серебристый трансформер на нем качнулся, ДайвБомб схватил его за плечи одной рукой, выпрямился в полный рост и оглянулся. Подходящих поверхностей не было, поэтому он шагнул ближе к контейнеру и опять полуприсел, чтобы колени коснулись холодной стенки. Джазз оказался верхом у него на бедрах. ДайвБомб для надежности воткнул когти высоко у себя над головой и наполовину загасил оптику. Удовольствие жгло его изнутри, и он больше не мог оттягивать блаженный момент. Ведущие зачастую ленились и предоставляли своим партнерам право усиленно трудиться над получением удовольствия. У ДайвБомба в достатке имелся такой опыт, поэтому он быстро погнал разряды предельной мощности, яростно стремясь к перезагрузке. Ему еще никогда не становилось так хорошо настолько быстро. Он весь горел, словно циркулирующего в нём энергона было много, и топливо постепенно превращалось в плазму. ДайвБомб уперся в стенку головой, часто и шумно задышал вентиляцией, разгоняя охладитель, и понял, что если сейчас не перезагрузится, то энергон в нем просто взорвется. Слишком много! Слишком хорошо! Всеискра, ему срочно нужно сброситься! Скорее! — Ааа, сейчас обольюсь! — взвыл серебристый кибертронец, раздвигая и без того почти вывернутые бедра ещё шире. ДайвБомб закричал и выгнулся. Джазз с удовольствием подхватил его искренний вопль удовольствия, наслаждаясь прекрасным моментом и вливая горячий электролит в джамперные шланги партнера. ДайвБомб захрипел и внезапно резко дёрнулся, выбиваясь из синхронного ритма. Клик спустя он застыл, длинный стон превратился в короткое бульканье, а потом лётчик издал странный захлёбывающийся звук и замолк совсем. Джазз в недоумении приоткрыл линзы, и сразу же почувствовал, как удовольствие исчезает, словно изоляция под кислотой. Собственный корпус словно моментально охладился, под искрой ухнуло, и она провалилась куда-то в темноту. ДайвБомб... Физиономии у больших трансформеров всегда были несколько пугающими, в момент экстаза их перекашивало, но сейчас... Раззявленные челюсти раскрылись так широко, что Джазз мог видеть сломанные направляющие шарниры. И ещё немножко подсвеченного неба. Прямо сквозь голову лётчика. Колени у ДайвБомба подогнулись, и он заскользил вниз, утягивая Джазза следом за собой. Когти сначала пробороздили стену, потом выскочили из неё, и лётчик рухнул уже всем телом, согнувшись и задавив маленького партнера полностью. Джазз заорал. Тяжеленный быстро остывающий корпус не двигался, захваты джампера намертво встали врастопырку, и лёгкий трансформер судорожно и бесполезно дёргался, причиняя себе всё больше повреждений. ДайвБомб не шевелился, тягучий липкий антифриз медленно капал Джаззу на антенны. Секретарь по вопросам работы с общественными организациями еле-еле вытянул руку из переплетения сложных трансформирующихся пластин и включил коммлинк. — Помогите! — взвыл Джазз, настроившись на экстренную частоту. — Моего партнёра убили! * * * Жрать хочется. Искорки умные — идут на самое свежее и мощное, на самый яркий фон. Но ещё не очень умелые. Гасят некрасиво, считать не умеют. Одного погасили, одного забыли. Совсем маленький испуганный огонёк забыли погасить. Большой огонёк разожгли правильно, помогли подготовиться, всё жидкое вытянули в мягкие, такие мягкие и податливые шланги, но поторопились, поторопились, слишком много сломали... Но тяжело удержаться, когда такое яркое и острое, денты болят, внутри всё горит, хочется больше и больше, вкус острый и восхитительный... Нужно охотиться на такое. Сладкое, горячее, возбуждённое. Умные искорки. * * * Половину декады спустя слухи о непонятных смертях в публичных местах и учреждениях впервые просочились в новостные ленты. Сначала в рубрики скандалов и сплетен класса «Свежие новости о личной жизни губернатора третьего округа!», а потом и ближе к первым страницам. Пока не пробрались в солидные издания, трижды проверявшие каждую новость, перед тем как преподнести ее массовому потребителю. Ещё полдекады спустя таинственные убийцы-потрошители стали главной темой обсуждений. Лорд Мегатрон был в ярости. Только-только он начал укреплять статус вооруженных сил, как сначала образовался дезактив возле его собственных дверей, потом разразился скандал на выставке, а следом хлынули непрерывные сводки об одинаковых, устрашающе одинаковых смертях. Но начались эти события чуть раньше. Фрактур представила подробнейший отчет по всем случаям дезактива, добавив туда еще и списки тех, кто пропал без вести. Как обычно — разбившиеся, отравившийся, подравшиеся, перегоревшие, переработавшие... И отдельными строчками: причиной остановки функционирования являются разрывные повреждения непонятного происхождения. Отдел координации, видимо, провел гигантскую работу — Фрактур еще и отсеяла из пропавших без вести всех, кто исчез слишком давно или у кого были очевидные причины скрываться. Рассматривала она только период, предшествующий началу нападений и текущую ситуацию. Заодно она составила приличную карту, тщательно выделив как пропавших, так и погибших, в соответствии с теми данными, которые были зафиксированы при самых последних проявлениях энергоподписи. Картина получилась неприятная. Гнусная получалась картина. Судя по всему, безобразные нарушения приличной жизни сконцентрировались в одном городе и вокруг одного места. Городом был Каон, а местом — правительственный комплекс и прилегающие к нему жилые территории в радиусе десяти километров. Помимо всего прочего к отчету прилагались десятки сообщений напуганных граждан, которые якобы видели неких странных созданий на улицах, особенно на плохоосвещённых. При таком раскладе казавшаяся удачной концепция приобретения личных телохранителей выглядела откровенно провальной. Словно Лорд защитник всего Кибертрона трусливо пытается спрятаться за широкими спинами тяжеловооруженных военных. — Избавься от них! — Лорд орал на весь зал, нависая над Советником Праулом словно крейсер штурмового класса. — Выгони куда угодно, хоть на выработку шлака, но тут их быть не должно! — Ни за что! — ответно вопил Советник, вытягиваясь на месте. — Вы представляете, сколько мы вложили в эту кампанию? У нас три интервью с вашим участием о новых культурных традициях и открывающемся секторе трудоустройства! Мы уже заполняем квоты и обрабатываем заявки! А еще два торжественных открытия филиалов института истории и археологии! Один добровольный концерт и запуск АЭС холодного цикла! — Какой институт? — взревел Лорд во всю мощь. — Мне не нужна охрана! — от удара кулаком по колонне посыпалась декоративная выкладка. Мегатрон даже не заметил, как в ходе дискуссии постоянно надвигался на Советника, пока не прижал его к пресловутой колонне. — Я сам могу о себе позаботиться! Я Главнокомандующий, и это на моем Кибертроне, в моем Каоне происходит шлак знает что! — Прекратите на меня орать! — Праул почти завизжал, подняв диапазон голоса до кодированных частот. — Почему вы всегда на меня орете?! Ошарашенный модулированным воплем Лорд Защитник слегка отступил. Обычно он старался сдерживаться, общаясь с теми, кто был вынужден подпрыгивать, чтобы их заметили, но сейчас его злость была слишком сильной. Мегатрон разжал кулак, шумно выдохнул горячий воздух, наклонился и положил руку на плечо Советнику, наполовину закрыв цветной корпус. — Прошу меня простить, Советник Праул, — пророкотал он, точно так же беззастенчиво использовав специальные интонации, благодаря которым за ним шли тысячи тысяч кибертронцев. — Я слишком обеспокоен сложившейся ситуацией. Мне... необходим совет, каким образом мы можем избежать... формирования негативного мнения о вопросе... личной охраны. Последние два слова он почти выплюнул, и сердито сжавший пластины брони Праул не выдержал и слегка улыбнулся. Лорд защитник всегда пытался решить проблему самым быстрым и радикальным способом. — Я могу предложить несколько готовых идей... — начал он. — О нет, — Мегатрон поднял видеодатчики под верхнюю часть линз. — Одно. Ровно одно решение. Прямо сейчас или я их увольняю. — Отправьте их на патрулирование территорий по всему административному сектору, — моментально ответил Праул. — Коммандер Айронхайд сообщает, что его подразделения полностью закрывают периметр, часть специальных подразделений начинает сплошную проверку территории, включая коммуникации. Но они как всегда действуют незаметно, что для нас сейчас не подходит. Столь, хм, яркие персоны, как ваши телохранители... — Советник не выдал себя ни единым жестом, но в этот момент у него щёлкнули клиперы. Думать о винтолётах и не мечтать, как бы их обоих разом завалить, не получалось. — Они обратят на себя внимание. Можно выделить ещё ряд наших сотрудников категории выше восьмого класса и назначить их на патрулирование внешней границы. И ещё... — Хм, кто же является командиром наших внутренних войск, ты или Айронхайд? — перебил его Лорд, как всегда не упустив возможность поддеть старательного подчиненного. — Просто мы в хороших отношениях, — Праул воинственно задрал дверцы. — Дополнительно хочу отметить возможность публичных рекомендаций нашим гражданам не перемещаться в одиночку по малозаселенным секторам и по возможности вести себя порядочно. — Это в смысле? Что значит порядочно? — Скайгрейв из отдела аналитики... Нет, что вы улыбаетесь? Мы с ним посещали одни и те же курсы произвольного моделирования! Так вот, он сообщил, что они провели специальное исследование по запросу бриг-генерала Фрактур, и выяснили, что большинство пострадавших... — Прирезанных, — сухо поправил Мегатрон. — Большинство из них были в процессе, хм, личной жизни, назовем это так. — Трахались в переулках? — почти без вопроса произнес Мегатрон. — Да, — Праул неодобрительно мигнул фарами. — Разумеется, это личные права и свободы наших граждан, но ради их же безопасности будет уместно рекомендовать временные ограничения. — Хмф. Ладно. Сделаем так: объявите, что по итогам расследования выяснилось, что за убийствами стоит какая-нибудь секта... Секта последнего цикла и еще что-нибудь в этом духе. Религиозные фанатики, сумасшедшие и так далее. Показательное патрулирование обговори с Айронхайдом, если будет необходимо, переговори со Старскримом. Своих... Нет, своих не отдам, на них и так половина обслуги антифризом капает. Давай свой список мероприятий. Институт археологии, раззявы, чтоб их... Кому нужны окаменевшие куски истории? — Что, простите? — Их кто-то ограбил, — почти рассеяно пояснил Мегатрон, изучая график событий, где ему надлежало проявить себя как лицо армии, и очень харизматичное лицо. — Давно? — вежливо уточнил Советник. — Около трех декад назад. Идиоты, не могли в лаборатории охрану поставить. — А что пропало? — Что-то пропало, что-то раздавлено, — задумчиво пробормотал Лорд. — Иди уже, не мешай. Ты советник по внешним коммуникациям, вот и думай над своей работой. — Как скажете, мой лорд, — Праул мягко обогнул застывшего трансформера и направился к выходу. Три декады назад? Ему внезапно очень захотелось проверить, что именно пропало из лаборатории музея истории и археологии. Мегатрон дождался, когда за Советником закроется тяжелая дверь — он как обычно забавно усиливал обороты, налегая на тяжелую преграду всем телом — и включил коммлинк. — Шоквейв. «Да, мой лорд?» — после заминки отозвался выдающийся учёный. Явно опять что-то (или кого-то) ковырял в любимой лаборатории. — Охотники. Ты же не уничтожил этот проект, правда, Шоквейв? «Мой лорд...» — трагически начал Шоквейв. — Оставь оправдания, я не собираюсь отдавать тебя под трибунал. Обстоятельства сложились так, что мне нужен хотя бы один охотник. «Но, Мегатрон, я не могу рекомендовать использование охотников без надлежащего тестирования. После свертывания проекта я не занимался детальной разработкой!» — Да, дрессировать гигантские полуразумные формы интереснее. Но мне нужен охотник. А лучше два или три. «Это слишком опасно». — Скольких ты можешь контролировать, Шоквейв? Повисла пауза в несколько кликов, а затем учёный залязгал чем-то и заскрипел вокалайзером: «Одного». — Отлично. Метки получишь у... Его зовут Скайгрейв, министерство контроля и управления, отдел синтезирования. «Мы говорим о тех... дезактивах?» — Выпускай охотника, Шоквейв. Едва на линии воцарилось молчание, как Блэкаут немедленно отправил команду самоуничтожения на крошечный маячок, прицепленный под решеткой внешнего воздухозаборника. — Если он когда-нибудь узнает, что мы подслушивали его личные разговоры, нам Плавильня, — резюмировал Гриндор, осторожно переступая с места на место. Мелкие серво затекли от напряженной позы. — Меньше болтай, целее будешь, — Блэкаут точно так же переступил и нервно дёрнул лопастями. — По крайней мере, нас не собираются отправлять шляться по улицам. — Ну да, он верно говорит, что на нас половина сектора пялится. Я б этого дизайнера-модельера Рэведжу не потрахаться отдал бы, а скормил лучше. Гадина блестящая. Блэкаут не успел напомнить одномолднику, что именно благодаря новой раскраске они уже успели нацепить на джамперы по полдесятка трансформеров и вроде бы останавливаться не собирались. Тяжёлые двери содрогнулись и распахнулись, Лорд Мегатрон опустил ногу и прошествовал на выход. Винтолёты одновременно вытянулись, затем слаженно развернулись и проследовали за Лордом, одинаково ступая по прямой и раскачивая винтами. Мегатрон обернулся на ходу и посмотрел сначала на одного, потом на другого. Удовлетворенно кивнул и быстрым шагом направился к выходу на центральную парковочную площадку. — Сегодня мы участвуем на открытии шлаково важного элемента кибертронской системы энергообеспечения, — проинформировал он своих сопровождающих. — Первое — следить за тем, не найдётся ли среди участников наших таинственных потрошителей. Второе — кто будет втихаря жрать кристаллоны, того я отправлю в отставку. Гриндор аж посветлел линзами от дискомфорта. Стыда он не испытывал, но знание Мегатроном таких деталей потрясло до самых упоров. Блэкаут покосился на него сразу тремя линзами и сделал вид, что не знаком с идиотами, способными обжираться за спиной у Лорда. Спустя гигацикл модель телохранителя класса ТТ с выносными лезвиями подвижного профиля заняла в рейтинге популярности уверенное первое место. Гражданам, оставившим заявки на вступление в программу «Персональное сопровождение» оставалось только отчаянно завидовать и скрежетать челюстями. Выпуск моделей этого класса был настолько ограниченным, а модификации настолько дорогостоящими, что в итоге на весь Кибертрон имелось восемнадцать подобных трансформеров. Шестеро находились в дальразведке, трое занимали высокие посты и работать ни на кого не собирались, следы пятерых терялись в запутанных лабиринтах правительственных лабораторий, один выступал на эстраде, один успешно служил в армии и двое сопровождали Мегатрона. С тех пор как в новостных сводках перестали мелькать упоминания о тревожных событиях, простые кибертронцы вновь полюбили длительные прогулки в свободный полуцикл, но теперь особым шиком считалось, чтобы тебя при этом сопровождал кто-нибудь тяжеловесный и прихотливо разукрашенный. Азарт разгорелся настолько, что уже появился первый конкурс телохранителей, пока что в виртуальном режиме, но он вот-вот готовился превратиться в полноценный фестиваль. Ходили слухи, что уже арендована площадка на окраине Каона, что там будут выступать самые известные актёры, обязательно проведут показательные бои и даже сам Лорд приведёт туда своих большегрузов, которые покажут высший класс. Вроде бы кто-то из администрации даже видел, как они тренируются на полигоне повышенной сложности, ну том, который возле Арен Каона... Стремление к идеалу перерастало все мыслимые пределы. Салоны модификаций составляли списки на несколько декад вперёд, стены профилирующих заведений трещали от желающих получить заветный сертификат, инфодоски объявлений точно так же трещали от запросов на персональную охрану. Мода, введенная Лордом, исчезать не собиралась и только вовсю наращивала обороты. * * * Искорки, прекрасные искорки, гаснут! Кто, кто выпустил охотника, кто посмел гасить его искорки, самые прекрасные и яркие искорки?! Рэкейдж заворочался на месте, разрывая тщательно возводимые же ими гибкие стенки. Двигаться было неудобно, страшно мешали ещё не адаптировавшиеся толком нейрохлысты, когти скрежетали по полу, и он в ярости вцепился дентами в кокон. Рванул раз, другой, и в прореху хлынул воздух. Рэкейдж с отвращением задвинул фильтры — какая вонь! До сих пор он ощущал только то, что доступно его искоркам, а теперь кто-то посмел их погасить, и он был вынужден покинуть свой дом, уютное место, в котором было так хорошо, так уютно, и готовилось его великое перерождение! Разодрав кокон, Рэкейдж переступил через затвердевший край, и под ногой что-то хрустнуло. Он опустил голову, повернул так и эдак, всматриваясь в темноту, и, наконец, догадался включить другой режим. Ааах! Искорки, его искорки! Упав на колени, он неловко загреб покрытые разводами корпуса. Вторая пара рук судорожно дернулась, в местах крепления стало так больно, что он закричал, поднимая голову. Последние искорки вернулись к нему и погасли совсем рядом, а он не мог им помочь! Сколько прошло времени с тех пор как они погасли? почему, о почему он впал в стазис и не защитил их? Где охотник, где тварь, погубившая искорки? Рэкейдж ткнулся лицом в останки, отключил фильтры и втянул запах старой смерти, химического дезактива. Поверх всего лежал тонкий ядовитый аромат охотника. Живого. Горячего. Полного энергона. * * * Оптимусу очень хотелось бежать по коридору, а ещё лучше — трансформироваться и стартовать на четвертой скорости. Но приходилось сдерживаться, потому что бегать по коридорам правительственной резиденции — недостойно выдающегося археолога и, между прочим, целого правителя гражданского сектора Кибертрона. В последние декациклы ему приходилось уделять раздражающе много времени своим обязанностям. После того как Мегатрон вполне успешно разделался с выводком сектантов, сильно напугавшим столичных жителей, Сентинел начал буквально проедать процессор Оптимуса рассуждениями об истинном долге Правителя. В основном он упирал на то, что Мегатрон слишком популярен, а когда к власти приходит армейская диктатура, ничем хорошим это не оборачивается. Оптимус мог возразить, что им мало известно об исторических периодах с такой формой правления, но ему было откровенно лень. Да и, пожалуй, частично Сентинел был прав. Оптимус совсем погряз в своих исследованиях, и практически не следил за политической ситуацией. А ведь именно он обычно занимался тем, что аккуратно обтачивал слишком смелые прожекты соправителя и адаптировал их для применения в действительности. Завернув за угол, Оптимус невольно замедлил шаг ещё сильнее, но потом расслабился. Отлично, телохранителей здесь не было. Вот ещё один дурацкий план Мегатрона по укреплению уважения к власти — скажите на милость, зачем было притаскивать на службу к себе двух громил, чья деятельность сводилась к тому, что они бродили по территории комплекса, болтали с охраной, пугали посетителей и заигрывали с персоналом? Особенно возмущало последнее, потому что их раскраска так и кричала о желании немедленно завязать знакомство с далеко идущими последствиями. А еще Оптимус сам видел, что они почитывают свежие выпуски журнала «Всё о тюнинге» и обсуждают прочитанное на полном серьёзе. Лучше бы они чистили свое нелепое громоздкое оружие. Это было бы легче перенести, нежели их упоенное стремление к полировке и перекраске. А главное, что, несмотря на всё это, Оптимус в их присутствии чувствовал непреодолимую тягу чем-нибудь прикрыться. Почему-то ему казалось, что в интерфейсе они ведут себя так же возмутительно, как его собрат, словно пытаются доказать, что именно они главные. Нет, он, конечно, понятия не имел, как обстоят дела и не рвался проверять на практике, но уверенность никуда не девалась. Закрытые двери Оптимус разомкнул безо всяких раздумий. Не только же Мегатрону разрешено вваливаться в чужие апартаменты как к себе в мойку. Освещения нигде не было, и на мгновение Оптимус подумал, что Мегатрон отсутствует, но затем датчики уловили шум вентиляции, и археолог двинулся к сектору отдыха. Чем ближе он подходил, тем сильнее делался шумовой фон, пожалуй, намного сильнее, чем должен производить один трансформер... Вряд ли Оптимус мог бы признать это вслух, но он почти завидовал Мегатрону в те моменты, когда по необходимости вламывался во время его перезарядки. Лорд Мегатрон никогда не занимался этим ответственным процессом в одиночку, и Оптимус одно время вел маленький файлик, записывая туда всех, побывавших на царственной платформе. Отдельной колонкой там шли гражданские лица разной степени напуганности от оказанной им чести. Но, пожалуй, первое место в рейтинге должно было занять открывшееся ему зрелище — дубль-сет в лице Гриндора и Блэкаута. Платформа напоминала склад рухнувшего как попало железа, но с каждым кликом взгляд начинал выхватывать отдельные детали — например, безумно длинные ноги совершенной конфигурации, заканчивающиеся умопомрачительными трехосными ступнями... И шикарные лезвия, торчащие под острыми углами. Винтолёты хитро свернулись в кольцо — голова одного отдыхает на ногах другого — а уже в середине этой конструкции вальяжно расположился Мегатрон. Вернее, сначала Оптимус увидел его легкомысленно задранные колени, а уже после вежливого покашливания со стороны археолога колени дернулись, и слегка помятый и даже святотатственно поцарапанный местами Мегатрон приподнялся на месте. — Что, опять заседание? — проворчал он. — Не пойду. Без меня обсудите древнюю канализацию. — На этот раз мои археологические исследования только для тебя, — сообщил Оптимус, стараясь игнорировать телохранителей. Удавалось плохо, клиперы жадно пощёлкивали. — Думаю, ты будешь весьма заинтересован тем, как продвигаются мои исследования. Мегатрон заворочался, напрягся, высвобождаясь из двигающегося ложемента, сел и с грохотом поставил ноги на пол. Оптимус поднял датапад, словно защищаясь, и тут же опустил, мысленно выругав себя за дурацкое поведение. — Я иду в мойку, — сообщил Лорд. — У тебя есть половина джоора, чтобы решить, воспользуешься ли ты случаем или дальше так и будешь покрываться электричеством возле моих телохранителей. Оптимус панически глянул на упомянутых телохранителей, но те вроде бы не собирались немедленно нападать на него. Мегатрон величественно удалился в сторону мойки, один за другим включая голографические щиты, и вскоре о его присутствии можно было догадаться только по шуму очистителя. Зачем ему мойка? Чем можно заниматься втроём, чтобы понадобилась аж дополнительная влажная чистка? Оптимус лез под очиститель только побывав на самых грязных нижних уровнях, где можно было вляпаться в отходы многоворновой давности... Винтолёты задвигались, детали смещались так, словно оба собирались трансформироваться, и Оптимус на мгновение представил, что они дуоконы, и сейчас из них получится единое создание пугающих размеров. Вместо этого телохранители легко и почти изящно расцепились, и один из них — ах да, Гриндор, он всегда оставлял лопасти чёрными, невзирая на выбранный колер остальной брони — тяжело похлопал ладонью по платформе. — Нет, спасибо, — Оптимус постарался говорить сухо, — не стоит принимать всерьез все, что говорит мой царственный собрат. — Кстати, почему собрат? — подал голос Блэкаут. — Вас же не собирали из одной протоформы. — По долгу и обязанностям, — Оптимус еле заметно переступил на месте. Он наверняка выглядел глупо, разговаривая с телохранителями, оккупировавшими такую удобную платформу, но садиться к ним не спешил. А впрочем, почему он должен нервничать, словно кадет перед присягой? Оптимус решительно сделал несколько шагов и уселся на удобную нагретую поверхность. — Половина джоора — это мало, — пророкотал Блэкаут, сгибая ногу и упираясь в край платформы. — Думай быстрее, — поддержал второй телохранитель, повторяя движение. Оптимус сложил руки на груди, твёрдо держась за датапад и размышляя о степени возможного морального падения. Вообще-то это был не первый раз. Периодически Мегатрон сводил его с кибертронцами, к которым сам Оптимус в жизни бы не подошёл на расстояние плазменного выстрела. Но у Лорда Защитника хорошо получалось морочить голову. Что ж, по крайней мере, Оптимус об этом ни разу не пожалел. Из-за спины протянулась трехпалая ручища и осторожно вытащила датапад. Точно такие же широченные ладони сомкнулись на предплечьях и потянули Оптимуса назад. Археолог переключил интенсивность подачи охладителя и повёл плечами, высвобождаясь. Вместо того чтобы отпустить, его дёрнули сильнее, и Оптимус внезапно оказался на одном из телохранителей. Опять это странное чувство, будто вести ему не дадут! Гриндор тут же переместился и застыл перед ним, предвкушающе разводя челюсти. — Пять бриймов прошло, — напомнил из-за спины Блэкаут. — Соглашайся, Прайм Кибертрона, мы редко кому предлагаем себя. — Какой Прайм? — Оптимус раздраженно дёрнулся. Сентинел тоже регулярно внушал ему, что Оптимус является носителем славного древнего титула. Что ещё за выдумки? — Во-первых, не Прайм, во-вторых, даже если я согласен, то как мне включаться с занятыми руками? — А мы поможем, — обрадованно сказал винтолёт и тут же с готовностью ткнулся развернутой системой, любезно подставляясь прямо под бампер Оптимуса. — Можно я еще и с топливным циклом, а? Ну пожалуйста? Гриндор издал страшный скрежет, в котором Оптимус не сразу распознал смех, и пока он был занят этой несомненно важной задачей, Блэкаут успел перейти от просьб к действиям. Оптимус сдавленно взвыл, пытаясь перехватить управление на себя и избежать неестественного соединения через шлюзы, но тщетно. Блэкаут так быстро отдался ему, что Оптимус еле успел выпустить блокираторы и перехватить подрагивающий джампер. — Куда? Нхх... Ух... — археолог непроизвольно согнул ноги. Серво медленно сократились, топливный цикл начал ускоряться. — Имей терпение! — Не могу, — Блэкаут уткнулся ему в спину челюстями и сомкнул дентопластины на подвижных элементах, заставляя Оптимуса резко выпрямиться. В отместку ведущий резко выпустил сразу четыре пробойника, и от каждого укола Блэкаут вздрагивал так, что Оптимуса подбрасывало. Завладев джамп-системой партнера, Оптимус удовлетворённо кивнул и примерился, как запустить обмен напряжением. Но он совершенно упустил из виду наличие Гриндора. Второй телохранитель заворчал и полез вперед, тесня Оптимуса мощной нагрудной броней. — Осторожнее! — Оптимус вскрикнул, отклоняясь назад и еще сильнее опускаясь на джампер и шланги. Фиксаторы проскрежетали по гладкому металлу, и Блэкаут издал недовольное ворчание. — Извини... — Всё хорошо, — Блэкаут явственно ухмыльнулся и поддал всем телом, напрашиваясь на первую топливную подачу. — Я тоже хочу, не могу! Выразив всю полноту ощущений, Гриндор буквально врубился в уже установившийся интерфейс. Оптимус опять слегка вскрикнул, когда телохранитель, словно перворазок, втиснулся растопыренным джампером куда смог. Отдался он ещё легче, и Оптимус на мгновение даже испугался — не пожадничал ли он, собираясь объездить обоих сразу? От напряжения под броней потрескивало, из-за давления на неподвижные части креплений сквозь нейросеть то и дело пробивало короткими сигналами, расшифровать которые он не успевал: то ли ему прожигает целые кластеры, то ли просто стимулирует рецепторы запредельной нагрузкой. А ещё он понял, что двоих сразу не удержит, и расслабился, слегка разжимая клиперы. Телохранитель под ним сразу же приподнялся, возбужденно рокоча вентиляцией, и Оптимус на всякий случай ухватился за Гриндора. Первые же импульсные толчки убедили его в правильности решения. Если не держаться — снесет. Мммх, как хорошо они это делают! Дав соправителю половину джоора, Мегатрон слегка покривил искрой. С мойкой он управился за четверть, а дальше собирался вернуться и посмотреть, что получилось. Либо сведения, принесенные Оптимусом, действительно важны, и он будет героически сдерживаться... Либо важны не настолько, чтобы не сдаться перед соблазнами. И то, и другое было весьма интересно, но, безусловно, приятнее наблюдать оказалось за вторым вариантом. Лорд Защитник несколько мгновений размышлял, понимает ли Оптимус, что выглядит совсем не как ведущий, а скорее как ведомый, отдавшийся и полностью покорившийся, стонущий от удовольствия и подставляющийся под каждое движение. Нет, вряд ли. Хотя его можно понять — сам Лорд тоже попробовал уже покататься с обоими телохранителями и только благодаря тому, что Оптимус называл «злобной упертостью и твердолобостью», Великий Защитник хотя бы не орал в отличие от всяких археологов, занимавших сейчас его платформу. Выгрузившись в первый раз, Оптимус не собирался притормаживать, но включил оптику, высмотрел Мегатрона и махнул рукой куда-то в сторону. — Датапад, — сквозь денты прошипел он, содрогаясь под слаженным нападением. — Там... читай. — Вслух? — любезно осведомился Мегатрон. — Как... мм... ххх... хочеш-шь... Мысленно отдав должное выдержке Оптимуса, Лорд подошел ближе и подобрал датапад с платформы. Не удержавшись, нажал Гриндору на спину, вынуждая того еще сильнее влезть в растопыренные системы отважного археолога, и Оптимус протяжно застонал в унисон с обоими винтолётами. «Твой Советник проел мне дыру в процессоре расспросами о наших раскопках — по коммлинку Оптимус поддерживал почти нормальный ритм передачи. — Заставил пересмотреть всю програм-му» «Он умеет, — согласился Мегатрон, рассеяно пролистывая информацию на датападе. — Что тут?» «Почитай», — Оптимус оборвал связь, и воздух между тремя участниками сверхзаряженного интерфейса начал подсвечиваться. Мегатрон фыркнул и углубился в записи. По мере чтения выражение его лица менялось от вечного грозного к совершенно ужасающему. Дочитав, Лорд стиснул челюсти и отчетливо заскрежетал острыми детопластинами. Первым желанием было немедленно расстрелять Оптимуса на месте, даже если это повлечет потерю дорогой раритетной платформы и чуть менее дорогих экзотических телохранителей. Потом ему всё же удалось взять себя в руки и вернуться к отчету, чтобы просмотреть его ещё раз, гораздо более тщательно. Ярость никуда не делась, но стремление убивать слегка пригасло. Сам он не догадался бы сопоставить ненормальные события, от которых трясло весь Каон и мелкую кражу в институте истории. Только такой педант и любитель логических цепочек как Праул мог дойти до подобного вывода. «Шоквейв, — Лорд дождался писка установившейся обратной связи. — Ты получал информацию о изысканиях, проводимых моим недальновидным собратом?» «Нет, мой лорд. Что-то важное?» «Более чем! Ты хотя бы примерно представляешь, за кем гонялся твой охотник?» «За особо опасными преступниками, подлежащими ликвидации», — осторожно ответил учёный. «Ха! Держи файл и ответь мне, кого же мы ловили» С момента передачи файлов прошло не более брийма: на платформе трио из телохранителей и Оптимуса стремилось к абсолютному коллапсу и взаимоуничтожению, Мегатрон сжимал и разжимал кулак, а на линии связи мигал значок ожидания. «Это... удивительная статистическая случайность», — наконец выдал Шоквейв. Учёный никогда не использовал конечных определений вроде «такого не может быть», и Мегатрон приглушённо зарычал. «То есть ты согласен с этими данными? Ты подтверждаешь, что по Кону бегала толпа двеллеров?!» «Простите, кого?» «Не обращай внимания, прижившееся для дураков наименование. Твой охотник хотя бы кого-то притащил живьем?» «Перед ним не стояло такой задачи», — слегка напряженно отозвался Шоквейв. «А теперь стоит. Поймай мне одного и разбери на мельчайшие кусочки!» «Боюсь, это не представляется возможным, мой лорд» — Что?! — Мегатрон заорал вслух. В любой другой ситуации его голос напугал бы присутствующих до остановки искры, но терзаемый удовольствием Оптимус как раз собрался продемонстрировать свои вокальные данные, а винтолёты не отставали от него по части громкости. Переливчатый вопль, усугубленный сдвоенным рычанием на нижнем пределе вокалайзеров, полностью заглушил ярость Лорда. «Как не представляется возможным? Что за чушь ты несешь?!» «Охотник был отправлен в свободный поиск с самого начала. После прекращения нападений программа отслеживания не была остановлена. Сигнал охотника исчез половину декады назад» «Вот как. И что же ты намерен с этим делать?» «Поисковые мероприятия начаты немедленно, — Шоквейв сохранял невозмутимость даже несмотря на то, что результат запрещённого эксперимента бродил где-то в Каоне, и ещё неизвестно, что было хуже — он или целая армия двеллеров. — Задействованы наземные части, спецгруппы производственных уровней и авиация» «Прекрасно, — Мегатрон поднялся с места, заложил руки за спину и сделал несколько шагов по отсеку. — Не помню, чтобы я подписывал приказы на столь масштабные мероприятия» «Уполномоченный Оптимус передал мне приказ с вашей подписью», — теперь бесстрастная передача прямо-таки наполнилась удивлением. «Отлично, — Мегатрон среагировал почти без паузы. — В этом случае продолжайте поиск. О результатах докладывай немедленно» Не дожидаясь ответа, он отключился и вперил взгляд в переплетение конечностей на платформе. У Оптимуса было настолько счастливое выражение лица, что только последний негодяй посмел бы разрушить этот умиротворяющий момент. — Оптимус! — заорал Мегатрон. — Я прикажу тебя расстрелять! Телохранители даже не вздрогнули, привычные к вспышкам буйного нрава, а Оптимус съежился на несколько мгновений, но потом расслабился, понимая, что скрыться и переждать не удастся. — Я так и думал, — грустно сказал он. — Поэтому пришел к тебе лично и в первую очередь. — Мало того, что ты опять подделываешь мои подписи! — Мегатрон в два шага оказался у платформы и спихнул Гриндора. Тот едва успел предусмотрительно рассоединиться с партнером. — Ты ещё и наплодил энергососов! — Это не я, — слабо возразил Оптимус. — Энергососов? — эхом повторил Блэкаут, хотя обычно в присутствии Лорда Защитника у него отрубало вокалайзеры напрочь. — Да, да, ты! И именно энергососов! — Мегатрон вцепился в плечи меньшего трансформера и буквально содрал его с телохранителя. На этот раз отсоединиться без потерь не удалось, и Оптимус на мгновение скривился, когда между ног натянулись и лопнули несколько довольно тонких проводов. — Идиот! Вы какую лабораторию вскрыли? — Маркировки там были как в обычной лаборатории! — упрямо возразил Оптимус, не делая попыток вырваться. — Вы не лабораторию вскрыли, а вирусный могильник! Кретины! Сколько раз я требовал ввести охрану и назначить наблюдение? Что ты еще выкопаешь в следующий цикл? Артефакт, который разорвет нашу планету на части? — В следующий раз я обязательно буду с комис... — Не будет следующего раза, Оптимус! Я запрещаю деятельность вашего шлакова института до тех пор, пока вы не предоставите мне достаточно оснований! Оптимус, сорок восемь дезактивов! Ты знаешь, чего стоило всё это прекратить? — Не ори! — Оптимус рванулся, но высвободиться не смог. — Да, я отвечу за свою неосторожность! Я знаю, что ты договорился с Шоквейвом, и он выпустил одного из своих монстров! Почему-то его ты не расстрелял! Мегатрон злобно фыркнул и выпустил Оптимуса, одновременно зыркнув на застывших телохранителей, тщетно пытавшихся сделать вид, что их тут не существует. Однако слишком яркая раскраска просто не давала отвести взгляд. — А на платформу ты ко мне полез, чтобы перед расстрелом получить удовольствия? — почти спокойно, с легкой насмешкой поинтересовался Лорд. — Вроде того, — Прайм слабо улыбнулся. — Понимаешь, мы же действительно не предполагали, что там будут отходы производства, лаборатория была слишком хорошо оснащена, там, конечно, всё уже развалилось, но размах виден даже без специального образования. К тому же мы не собирались вскрывать эти шлаковы контейнеры, мы же не химики, лицензий на работу с веществами у нас нет, и... Мегатрон махнул рукой, прерывая его. Помимо пропавшего Охотника добавилась ещё одна проблема — следовало немедленно, в самые короткие сроки найти того, кто обчистил институт и кто ухитрился расколотить один из контейнеров. Неудивительно, что сразу после кражи контейнер списали как емкость с очистителем. В подробном отчете о молекулярном анализе содержалось множество непонятных научных слов, и в конце очень знакомыми выражениями Советника Праула было коротко дописано самое главное: в контейнере сидел вирус. Быстроразлагающаяся версия, сразу же теряющая все свойства в открытой атмосфере, способная воздействовать только в первые клики после высвобождения. Если бы контейнер просто разбился... — Хотя бы видеонаблюдение в вашем институте есть? — недовольно спросил он. Оптимус молча развел руками, и Лорд вновь испытал желание его задушить. Гении мирного труда! — А личный счёт ты тоже на любой стене большими буквами пишешь? — ядовито поинтересовался Лорд, и, не дожидаясь ответа, продолжил: — ну хотя бы в отдел расследований ты уже составил заявку? — Это я успел, как только получил отчёт, — Оптимус провел ладонями по броне, стирая выразительные следы только что отгрохотавшего интерфейса. — Я удивляюсь, как твой Советник догадался... И вообще, почему он внезапно занялся этим делом? — У него слишком много свободного времени и слишком мощный процессор, — отмахнулся Мегатрон. — Итак, все свои плоды усердных раскопок вы сдаёте в хранилище повышенной степени защиты. Раскопки закрываем и изолируем. Надеюсь, там нет идиотов-энтузиастов? — Я уже велел всем покинуть место, — Оптимус выразительно вздохнул вентиляцией. — Не забывай, я Уполномоченный Кибертрона и тоже могу оперативно раздавать приказы. Мегатрон собрался ответить что-нибудь выразительное про доотдавашихся, но не успел. «Лорд Мегатрон, над правительственным сектором выставлен купол третьей степени, — сердито сообщил Старскрим по персональному коммлинку. — Немедленно отдайте приказ об устранении препятствия. Это хамство!» «Я не отдавал приказов! Почему каждый второй считает своим правом врываться на мою линию и требовать внимания? Я Главнокомандующий или служба поддержки?» «Но мой лорд, это активный купол, если вы его не уберете, система защиты начнет стрелять по воздушным объектам! — возмутился авиакомандер. — Я давно говорил, что необходимо модифицировать программное обеспечение, меня как всегда никто не слушал!» «Пошли запрос в ЦУП и не лезь ко мне! Отбой» «Твой болт! — авиакомандер взвизгнул, и Мегатрон дёрнулся от неожиданности. — Снимай купол! Убери купол, Мегатрон! Отмени активацию, ржавый идиот! Немедленно!» «Старскрим!» «Он стреляет по нам!» Связь оборвалась, и Мегатрон, пока ещё не веря в случившееся, отправил вторичный запрос. Глухо. Лорд защитник сделал еще несколько десятков вызовов по линиям самого разного уровня секретности и доступа — и везде одно и то же, полное молчание в эфире. — Лорд Мегатрон, у нас активирована вся система защиты, — Блэкаут поднялся с платформы и неестественно водил головой из стороны в сторону в режиме локатора. — Работают подавители, отключена основная и дублирующая система запросов, энергообеспечение переведено на генераторы... Освещение мигнуло и пропало. — И генераторы сдохли, — не меняя тона заключил винтолёт. Мегатрон переключился в другой режим зрения. Обычно в таком было прекрасно видно всю электронику, но на этот раз он мог различить только активные контуры трансформеров, находящихся рядом, и быстро гаснущее остаточное свечение за декоративными панелями, где тянулись толстые кабели магистральной поддержки. — Оптимус, — Мегатрон наставил палец на соправителя. — Ты видел карту несчастных случаев? Оптимус машинально попробовал её вызвать, но сигнал не проходил, поэтому оставалось молча кивнуть. — Правительственный сектор и жилые кварталы в радиусе десяти километров. Выставки, собрания, мероприятия. У Шоквейва недавно пропал охотник. Авиация ищет его с твоего разрешения. Где они ищут? — В основном над Каоном, последний раз сигнал был возле Арен, и потом глухо. — Где эпицентр, Оптимус? Археолог вытянулся во весь рост и ощутимо посветлел линзами. Мегатрон почувствовал, как подскакивает внутренняя температура. — Вы двое – Мегатрон развернулся к телохранителям. — В четвёртый сектор. Найдите, кому там пришло в голову устроить нам шоу. — И пристрелить? — с готовностью спросил Гриндор. — Мы не можем вас оставить! — возразил Блэкаут. — Вон отсюда! — рявкнул Мегатрон. — Мне не требуется охрана! Недовольно рокоча силовыми установками, оба синхронно развернулись и двинулись к выходу. Сначала один, а затем второй отключили поведенческие протоколы, и по полу тяжело загрохотали уже не бронированные игрушки, а полноценные боевые единицы. — И какой же у тебя план? – почти без ехидства спросил Оптимус. — Надеюсь, ты занимался не только ковырянием в доисторическом мусоре, — Мегатрон ухмыльнулся и повел плечами, сдвигая броню в привычную конфигурацию. — В свою очередь я надеюсь, что ты не собираешься бегать по всему комплексу с воплями «иди сюда, шарков хвост!», — Оптимус тоже слегка перестроил броню, прикрывая самые подвижные детали. Напомню, что здесь работает более трехсот гражданских служащих. Необходимо собрать их и эвакуировать или хотя бы обеспечить им максимальную безопасность. Сделать объявление... Ах ты ж шлак. — Если кого-то из служащих найдём, то ты обязательно дашь им объявление, — «успокоил» его Мегатрон. — И я не собираюсь бегать и орать. Если двеллер притащился сюда, значит, я его найду. — Или он тебя, — мрачно сказал Оптимус. — Исхода это не изменит, — осклабился Мегатрон и одним движением трансформировал руку в привычное оружие. Оптимус не стал озвучивать различные подробности и интересные детали из своего отчета. Сам бы он никогда не добился впечатляющих изыскательских результатов, но по отчёту прошлись несколько аналитических умов, и их безупречные выкладки сводились к пугающему результату. Вирус предполагал те же самые модификации, которые должны были исследовать в лаборатории — настоящей лаборатории, а не случайно вскрытой секции — но действовал чрезмерно агрессивно. Полная перестройка начиналась в случае неблагоприятной внешней среды, а следом запускались вторичные алгоритмы, направленные на поиск подходящего топлива. Предполагалось усвоение самого эффективного и доступного варианта. В нейтральной внешней среде, проще говоря, на Кибертроне, самым доступным, обогащенным и полезным являлось топливо, уже прошедшее частичную обработку и снабженное всеми необходимыми ценными присадками и компенсаторами. Энергон, текущий в живых трансформерах. * * * Огромное логово, тёплое, безопасное. Напичканное искорками. Пока не его искорками, обычными, летают, мельтешат, делают что-то... Самая злая искорка, самая подлая, убившая всех его нужных и важных — в самом центре. Не знает искорка, что скоро-скоро все погаснут и снова загорятся. Вот охотник — погас и снова загорелся. Послушная, сильная искорка, преданная, готова хозяину подошвы чистить. Всё знает, всё рассказал, кто здесь, чем заняты, почему охотился, кто его выпустил и приказал — столько полезных знаний о логове... Первая искорка — поймать и обнять, выпить горячую и сладкую жизнь, отдать чуть-чуть своей... вспыхнула, запульсировала, стала любимой и оберегаемой искоркой. Протянулись тонкие протуберанцы, связали мыслями, и от искорки пришли все знания... Рэкейдж разжал руки и обернулся к кучке трясущихся кибертронцев, сжавшихся в углу. Охотник лениво рычал, то и дело роняя антифриз — без нижней челюсти ему было лучше, длинные денты не мешали и не раздирали металл, но теперь он постоянно отвлекался и ронял полезные жидкости. Искорка за спиной уже рассылала команды, такие важные и нужные, чтобы закрыть дверцу, захлопнуть дронов ящик, запереть здесь всех. Его будущее, его продолжение, его армия. Великое начинается с малого. Рэкейдж выбросил вперед длинную руку, выхватил из толпы маленького колёсного кибертронца и принял в свои объятия. Искорка трепыхалась и дико пульсировала, не желая гаснуть. Глупая, ничего не понимает... Сейчас, сейчас, не бойся, не кричи... Джазз завизжал на верхнем пределе мощности вокалайзеров, чувствуя, как вгрызаются в переплетение шлангов длинные полые дентопластины, больше похожие на установки по откачке топлива. Весь энергон в корпусе собрался и хлынул вверх, стремясь покинуть застывшее в мучительной судороге тело. Мысли утягивало в темноту, страшную и холодную, в которую вытекала вся его память, бит за битом, и после них не оставалось ничего... Рэкейдж хотел было высушить кибертронца, слишком маленького для того чтобы стать достойным воином, но затем увидел его память. Ах какая полезная искорка. Осталось чуть-чуть разжечь... Накопители в глотке дернулись, выдавая порцию синтетика, и Рэкейдж щедро влил в искорку свой огонь, заставляя вновь заколотиться съежившееся импульсное поле. Джазз. Какое красивое имя для искорки. Но такое неподходящее для его целей... — Вперррёд, — из-за дентопластин говорить получалось плохо, но все его искорки отлично понимали создателя, и Джазз смотрел на него почти влюбленно, не обращая внимания на медленно оплывающую броню. — Веррнись и ударррь. Иди, Ррикошет. Рикошет выскользнул из нежного объятия хозяина и поспешил к выходу, игнорируя то и дело подламывающиеся шарниры. Это не страшно, не важно, не нужно, хозяин потом сам решит, стоит ли чинить возлюбленную искорку или же он, Рикошет не заслужил... Но он будет стараться! * * * — Нет, ты слышал? Он сказал — энергососы! — Гриндор в волнении помахал многоствольником. — Я не знаю, что они сосут, но вот заряд у меня точно вытекает, — Блэкаут был мрачен, как только может быть мрачен разозлённый винтолёт, отправленный перезапускать лампочку. — Да? — Гриндор посмотрел на индикатор подкачки и невольно хмыкнул. — Странно. Не знал, что здесь кроме глушилок есть ещё и такое. Это как назвать вообще? — Скажи «энергососы», не ошибёшься, — процедил Блэкаут. В тёмных коридорах его охватывало беспокойство. Казалось бы, десятки гражданских уже должны с визгом метаться по перекресткам, сбивая друг друга и пытаясь выбраться наружу, но ничего подобного не происходило. — Смотри, — Гриндор ткнул его в бок. — Там. Они наконец-то вышли на открытое пространство, и Блэкаут увидел, о чём говорит напарник. Поперек пешеходной полосы валялся опрокинутый хувер с растекающейся из-под него лужей. Во вспомогательном тепловом режиме она всё ещё подсвечивала энергоновым фоном, но быстро остывала. — Посмотрим? — Нет, — Блэкаут еще раз огляделся, сканируя пространство во всех доступных диапазонах, которые не были задавлены глушилками. — У Мегатрона в отсеке есть система оповещения? — Конечно нет, — Гриндор пожал плечами. — Он бы взбесился, если бы его отрывали от дел объявлениями о голосованиях и о том, что на третьем уровне открылся новый энергарий. — Если кто-то врубил систему защиты и глушилки, мог ли он устроить что-то с оповещением? — задумчиво протянул Блэкаут. — Ты хочешь сказать, что им всем приказали сидеть и не высовываться? — недоверчиво протянул Гриндор. — Что за болт, здесь заряд ещё быстрее утекает! — Нет. Скорее, им что-то передали. Пушку убери, её купол жрёт, наш неизвестный гений взлома перенастроил его так, чтобы все ресурсы тянуло, до каких доберется. — Откуда ты все знаешь, такой умный, — Гриндор чуть пригнулся, вступая в очередной коридор. До нужного им сектора оставалось недалеко, и если стоило ждать засады, то где-то тут. — А я бы именно так и сделал, — Блэкаут осветил коридор короткой вспышкой. — Чисто. — Да-а, — протянул Гриндор. — Чисто и тихо. Спокойно... В коридоре и впрямь была на редкость мирная атмосфера. Гриндор опустил оружие и легко пошел вперед, с интересом осматриваясь. Тут они не бывали, поскольку в техническом секторе элитным телохранителям делать абсолютно нечего. Видимо, Блэкауту тут тоже нравилось, поскольку он пробормотал несколько ругательств и начал звенеть лопастями на ходу. Пару кликов спустя чёрно-серебристый винтолёт догнал напарника и начал подталкивать плечом, оттесняя к стене. — Ты чего? — удивился Гриндор и почти засмеялся от неожиданно хватившей его эйфории. Надо же как здорово, что они вот так вдвоем расхаживают по комплексу! — Я никогда ещё не говорил тебе, как привлекательна эта раскраска? — Блэкаут притормозил его за плечо и, не давая обернуться, обхватил поперек корпуса, прижимая лопасти. — У тебя с комплиментами не очень здорово, — Гриндор не стерпел и издал короткий смешок. — Ладно, исправляюсь. Ты очень красивый. Можно я тебя трахну? Гриндор еле сдерживался, чтобы не захохотать. Шлак, это было даже как-то неестественно! Ладони Блэкаута скользили по его корпусу, постепенно опускаясь всё ниже, пока не оказались на самом важном и дорогостоящем участке брони. Уж где-где, а здесь полировка и тщательный рисунок были особенно важны. Блэкаут нажал точно на места креплений, поддавая слабый импульс, и броня послушно раскрылась, освобождая свернутые кабели. — Отлично, — Блэкаут небрежно перебрал доступный набор, сгрёб в толстый пучок всю машинерию и потянул наверх. — Откройся. — Ты чего? — удивился Гриндор. — Изысков захотелось? Блэкаут не ответил, и напарник подчинился, убирая дополнительную защиту. Блэкаут поудобнее пристроил руку, и первый электромагнитный импульс тяжело вошел в неподготовленные системы. Гриндор вздёрнул голову, лопасти сами собой развернулись, едва не ломаясь в процессе. Блэкаут выдал ещё один импульс, и теперь в ладонь ему потекло. Разряд, скакнувший по кольцевому генератору, впился в порты Гриндора, и винтолёт зарычал в полный голос. Он хотел было наступить разошедшемуся партнёру на ногу, чтоб не усердствовал, но внезапно обнаружил, что не может двигаться. Раз, другой, третий — серво не подчинялись, будто по ним перестал передаваться импульс. А между тем Блэкаут не убирал руки, и напряжение исправно стегало по беспомощно растопырившимся контактам. Гриндор панически окинул коридор взглядом. Сил у него хватило только на невнятный полустон, когда от стены внезапно отделилась самостоятельная часть, тут же налившаяся цветными контурами. Гриндор сумел слегка подстроить оптику — и увидел одного из тех мелких служащих, которые исчезли изо всех коридоров. Шлак, что происходит? Почему Блэкаут пытается его поиметь? Почему он не может двигаться? — Хорошо, очень хорошо, — проворковал кибертронец, включая подсветку. В темноте это было слишком ярко — словно вся фигура пришельца вспыхнула разом. — Рэведж, сюда! Полиморф выскользнул из густой тени, и Гриндор понял, что происходит нечто ужасающее. Он не чувствовал сигнала, всегда исходящего от полиморфа, да и от кибертронца тоже не фонило привычным набором частот. Словно их обоих отправили в дезактив, а потом подняли заново. Рэведж уселся рядом с кибертронцем, частично попав под освещение. — Т-ты... — Гриндор справился с вокалайзерами. — Ты, энергосос! — Я искорка! — с негодованием возразил маленький трансформер. – Любимая искорка! И сейчас я сделаю из вас две искорки! На последних словах он переключился в модальный режим и почти... запел? Длинная мелодия заполняла коридор, вливалась в аудиодатчики, вытесняла связные мысли, оставляя восторг и желание вспыхнуть в ответ всей искрой, отдаться восхитительному звуку и ритму... Гриндор почувствовал, как линзы буквально пытаются выпасть из направляющих, но сбросить охвативший его паралич он не мог. Блэкаут за спиной шумел вентиляцией так, словно вот-вот получит тепловой удар и короткое замыкание. Светящийся трансформер поднял руку, схватился за нижнюю челюсть полиморфа и потянул вниз. Окуляр Рэведжа полыхнул красным, однако сателлит даже не пошевелился, только кончик хвостовика бешено подергивался, и на растопыренных концах плясали искры. Кибертронец — Гриндор с трудом, пробиваясь сквозь бесконечные ошибки доступа к банкам памяти смог найти его идентификатор — Джазз, улыбнулся и потянул ещё сильнее. Рэведж впервые издал хриплый звук, в котором отчётливо слышалась боль. Джазз без усилия оттянул оскаленную дентопластинами челюсть и неожиданно резко рванул. Рэведж взвизгнул, кусок металла — кусок его головы, шлак сожри — остался в руке серебристого монстра. Чёрный поток нанитов хлестанул веером. Гриндор хотел закричать, но массаж в паху не давал думать ни о чем, кроме острой жажды немедленного интерфейса. Наниты с плеском разбились об пол, но часть из них мазнула черным и блестящим по красивой серебристой броне. Кибертронец взвизгнул, сбиваясь с гипнотических мурлыканий, отскочил в сторону и в ярости с размаху врезал в бок полиморфа. Рэведж отлетел в сторону, словно его ударил как минимум танкор. От этого жуткого несоответствия между размерами и силой пелена забытья схлынула. Гриндор вздрогнул, неловко дернулся, заехал Блэкауту локтем под грудную броню и рванулся, высвобождаясь. Джампер горел так, что впору было поливать азотом, шланги болтались почти до пола, и энергон в них переливался тяжеленными волнами. — Чтоб тебя! — взревел Блэкаут, и Гриндор с облегчением понял, что ступор исчез окончательно. Джазз метнулся в сторону и в мгновение ока взбежал по стене, используя все четыре конечности одинаковым манером. Блэкаут презрел всю экономию и врубил собственное освещение, залившее коридор слепящим светом. Наверное, это была не самая лучшая идея, поскольку от такой резкой смены режимов оптика засбоила у обоих. Гриндор автоматически присел, уходя с возможной линии огня, и по датчиком резануло страшным визгом. Гриндор вскинул генератор и без раздумий выстрелил. На клик умолкнувший и снова вспыхнувший острый визг показал, что он промахнулся. — Осторожно! — рявкнул Блэкаут. — Здесь Хранитель! Гриндор опять присел, и у Блэкаута вырубилось освещение. Торопливо перестраивая видеозахват, он всё-таки споткнулся о то, что видимо было Хранителем, наступил на длинные кабели, выругался и поскользнулся. Шлак, какого болта они не заметили корпус посреди коридора? Маленькая дрянь их настолько заморочила?! Дезактив неожиданно дернулся и страдальчески застонал. Одновременно визг умолк — то ли энергосос сбежал, то ли затаился и готовился напасть неожиданно. Гриндор зарычал, перекатываясь на бок и поднимаясь. Болта с два он позволит какому-то мелкому хлипкому кибертронцу одержать вверх! Даже если этот хлипкий одним пинком может выкинуть полиморфа, в полтора раза себя больше! — Блэкаут, убери Хранителя! — Гриндор развернулся, ища приглушенное свечение контуров. — Что он тут делает? — Энергоблок... — подал голос Хранитель. Блэкаут глухо выругался, загрохотал чем-то, и кабели частично убрались из-под ног Гриндора. Но кое-какие остались. Мелкий едва не завалил Хранителя? Невозможно. Бывший секретарь кинулся на Гриндора. Прямо со стены, взвинтив вопль почти до ультразвукового резонанса. Огромный винтолёт шарахнулся, едва снова не рухнул от неожиданности и отбил лёгкого кибертронца тяжеленным стволом, словно игрушку. Джазз рухнул на пол, перекатился и снова испустил пронзительный звук, от которого у Гриндора заломило все датчики. Кибертронец прыгнул, целясь под колено телохранителю, и Гриндор встретил его пинком, благодаря чему секретарь благополучно улетел на десяток метров. На этот раз винтолёт явно повредил что-то важное. Ударившийся о стену кибертронец рухнул на пол и завозился, неловко шевеля конечностями. Вместо визга раздавалось шипение, Джазз выгибался, шарил руками и пытался перевернуться набок, но нижняя часть корпуса его почти не слушалась. — Ах ты маленькая гадина! — Гриндор преодолел разделявшее их расстояние в несколько гигантских шагов. — Сдохни уже! Он занес ногу, собираясь размазать хрупкий корпус, наступив всем весом, и тут Саундвейв, болтавшийся в руках Блэкаута, наконец-то пришел в себя. — Не трогать! — Хранитель рявкнул так, что Блэкаут попросту разжал хватку, и Хранитель грохнулся на пол. — Запрещено! Гриндор обернулся, не спеша отступать. Джазз сипел и царапал гладкий пол. — Какого болта? — Гриндор не орал, он наоборот был сосредоточен и собран. — Это прямая угроза существованию мирных жителей. Более того, угроза Лорду Защитнику. Мы обязаны ликвидировать любую опасность. — Можно ещё просто пристрелить. — Блэкаут поднял лучемет и любовно погладил по тяжелому стволу. — Р-раз — и все микросхемы в оплавок. — Они больны, — Саундвейв холодно посмотрел на него всеми линзами. — Вы должны обеспечивать безопасность Лорда, а не устраивать резню среди мирных граждан. — Это не гражданин, — Гриндор отвернулся, считая разговор оконченным. Миг спустя он скорее почувствовал, чем услышал, как взвывает лучевой генератор. Винтолёт резко шагнул назад, развернулся, вскидывая плазмомёт, и обнаружил, что они застряли в классической ситуации. Телохранителей было двое, но лучевиков у Саундвейва было тоже два и держал он их без видимых усилий. Джазз перестал сипеть, издал булькающий кашель, всхлипнул и совсем перестал шевелиться. — Силовые методы запрещены. Граждане подлежат излечению. — От чего ты собрался их лечить, Хранитель? — Блэкаут угрожающе покачал стволом. — Заражение. Из-за вируса стандартная перерабатывающая система модифицируется под окружающую среду. Здесь они больше не могут усваивать первичный энергон, — вежливо объяснил Саундвейв. — При этом основная программа выживания работает на полную мощность, как следствие, происходит частичная перестройка и возникают различные модификации, направленные на получение чужого энергона. — Эта модификация только что прикончила моего полиморфа, едва не прикончила тебя и напала на нас с каким-то долбаным контролирующим излучением! — Гриндор быстро терял самообладание. Половина кабелей всё ещё болталась между ног, напоминая о позоре. Этот маленький мерзавец едва не заставил их трахаться перед ним как в интер-шоу! — Излечение возможно, — повторил Саундвейв. — Структура модификаций неустойчива, предусмотрено сворачивание запущенного процесса. — Назови хотя бы один способ, — Гриндор то и дело посматривал на вроде бы безопасного двеллера, готовясь в случае чего всё-таки наступить. — Длинное волновое излучение, транквилизаторы шестой модификации... — Шестой? — перебил Блэкаут, — откуда? Я знаю только пять, причем пятая не используется вообще и не является всеобщим достоянием. — Разработано мной, — невозмутимо сказал Саундвейв. — В ограниченном количестве. — О, прекрасно, — раздраженно фыркнул винтолёт. — Что еще? — Команды перезагрузки, — Саундвейв помолчал, а затем всё-таки договорил. — Или дезактивация. — Я выбираю второй вариант, — сообщил Гриндор. — Блэкаут, держи его. — Или мы протестируем транквилизатор на нём, или триста пятьдесят восемь гражданских служащих будут необратимо модифицированы, — спокойно сказал Саундвейв. Гриндор задрал лопасти, разомкнул челюсти и зарычал. Однако Блэкаут уже опускал оружие, и Гриндор с заминкой повторил его жест. Всё-таки Блэкаут был умнее на одну целую четыре десятых единицы. — Рэведжа починишь, — неохотно буркнул он. — В списке заданий, — согласился Саундвейв, опустил лучевики и тут же едва не упал. — Пробой энергосистемы, — констатировал он. — Прошу доставить меня к объекту. — Что ты вообще здесь делал? — Блэкаут потащил Хранителя, не заботясь о сохранности многочисленных деликатных щупов. — Четвёртый сектор обеспечивает энергоподдержку всего комплекса, является приоритетной точкой контроля, — Саундвейв завозился, доставая из недр собственной брони дозатор. — Ждал подходящий образец. Транквилизатор нестабилен, требовались срочные испытания. — А, смешал на удачу, прям как мы в заправке, — Гриндор одобрительно хмыкнул. — Подержать твоего энергососа? — Фиксация желательна, — согласился Саундвейв. — В случае критического повреждения немедленное отступление. — Так твои разработки еще и взрывоопасны? — возмутился Блэкаут. — Летальны, — поправил Саундвейв. — Прошу осмотреть четвёртый сектор. Необходимо отключить защиту. — Смотрите, не справитесь — зовите, — Блэкаут отпустил Хранителя, поднялся, подумал и протянул руку Гриндору. Тот без слов отдал плазмомёт. Дозатор коротко зашипел. Двеллер, прижатый к полу, включил оптику и страшно завыл. * * * — Гайки пополам! — выругался Оптимус, притормаживая на перекрёстке. — Это ещё что? — Двеллеры. Не узнаешь? — Мегатрон осклабился. — Вон он, по стенке пробежался, да как резво. Хорошо твой вирус поработал, Оптимус. — Он не мой! Я надеюсь, у нас найдется антидот, — Оптимус снова посветлел линзами, но быстро взял себя в руки. — Думаешь, нужно за ним? — Конечно, — Мегатрон даже не притормозил. — Если бы это был настоящий энергосос типа тех, на кого мы выпустили охотника, он бы напал. Хотя... мы, конечно, не интерфейсом заняты, — он чуть обернулся и ухмыльнулся. — Если хочешь, можем попробовать для привлечения внимания. — Двигай давай, — Оптимус раздражённо дохнул паром. — Какого шлака тут так холодно? — Во-первых, отключена система жизнеобеспечения, во-вторых, мы на подходе к Колоннам. Здесь всегда охладители на всю мощь работают. — И что двеллер делает в вычислительном центре? — Если это их инициатор, то он ищет плацдарм. — Шлак, — почти прошипел Оптимус, прибавляя ходу. За сухими строчками отчета, упирающими на модификации и прочие неприятности, совершенно выпадало из виду, что самый первый объект должен быть очень умным, чтобы управлять всеми созданными сателлитами. Получать от них непрерывный поток внешних данных, обрабатывать их, делать выводы... Ржавая гадина вздумала превратить в своё гнездо весь Каон! Их обманули. Точнее, обманули Оптимуса, который был хорошим гражданским правителем и археологом, но никудышным военным. Они подходили к шестому сектору, когда в боковом проходе мелькнуло красное свечение, а потом оттуда тоненько заверещали на частоте бедствия. Мегатрон не любил боковые переходы, с подозрением относился к внезапным крикам о помощи и тем более не выносил нарочито жалобные голоса, но Оптимус... — Я быстро, — археолог вскинул клинок и шагнул в сторону. — Жди здесь. — Оптимус! Лорд защитник рявкнул в полный голос, но остановить археолога не успел. Оптимус словно повалился в стену. Там, конечно, был проход. Раскрылся, когда нужно, закрылся, когда потребовалось. Мегатрон стиснул челюсти, душа вспыхнувшую ярость, и тоже шагнул в узкое ответвление. Никто не встречал его внезапными бросками, в проходе вообще было тихо и пустынно, словно Мегатрон по собственной тупости решил полюбоваться на сплошную стену и впихнулся в технический лаз. Вызов карты не работал, но Лорд Защитник смутно помнил, что где-то в этом районе должны находиться дублирующие узлы. Обычно это большие залы, вход в них далеко не один, можно просто обойти кругом. Например, пройдя по этому коридорчику и выйдя в другой, широкий и такой же пустой. Раз, два, три шага... тупик. Нет, значит не зал. Протиснувшись обратно, Мегатрон несколько мгновений постоял на углу. Если от него хотят, то он обязательно войдёт. В конце концов, просто невежливо игнорировать такое настойчивое приглашение. Эффект неожиданности всегда был чрезвычайно важен. Мегатрон вскинул излучатель и одним импульсом проделал в стене дыру размером с половину гештальта. — Прривет. Прришел, моя самая злая искоррка? Двеллер был чудовищно уродлив. Разнообразие трансформ на Кибертроне предполагало самые дикие варианты, почти приближенные к тем самым модификациям, изучить которые так мечтал один кретин-археолог, но все они были по-своему гармоничны, в них читалась определенная функциональность. Двеллер не смог подобрать себе подходящую форму, он словно лепил на себя все, что подсказывала ему фантазия, а скорее всего — всё, что принадлежало его сателлитам. Лишние траки, кривая установка бурения, дополнительные руки, надстройки за шлемом, нейрохлысты, перекошенная челюсть с непропорционально торчащими дентопластинами разных размеров. Такими же уродами были его создания, которых Лорд защитник мельком осмотрел, едва только шагнул в дымящийся пролом. Внутри всё еще царил мрак, поэтому Мегатрон пользовался всеми усилителями видеозахвата, и картина перед ним рисовалась вполне чёткая, только непривычных оттенков. Впрочем, безобразности двеллеров это не скрывало. Вирус хорошо поработал над модификациями, перекособочив своих жертв до полной неузнаваемости в них первоначальных альтформ. Самого главного Мегатрон тоже не узнавал, но степень его опасности оценил как высокую. Например, очень неприятным открытием стали нейрохлысты. Помимо того, что они традиционно считались страшным оружием ближнего боя, ими можно было орудовать и как дополнительными конечностями. Чем двеллер удачно воспользовался, стискивая в тугих витках Оптимуса. Мегатрон сузил оптику, оценивая состояние важного для него трансформера. — М-мег... Убирайся... — Оптимус старательно зажимал разодранное горло. Собственной оторванной рукой, но это не очень важно. — Он уже... убирайся... — Да, я уже, — весело согласился двеллер. — Он моя искорррка. Почти моя. Хочешь, тоже станешь? — Я хочу, чтобы ты стал мусором, — почти ласково сказал Мегатрон. — Оставь моего собрата, и я выдеру твою искру голыми руками. — Боюсь, сначала пррридется познакомиться с твоей бывшей искорркой. Такой плохой, непослушной. Сожрравшей мои искоррки! На мгновение физиономию двеллера перекосило совсем чудовищно, но затем он взял себя в руки и закрутил нейрохлысты еще туже. Оптимус едва слышно захрипел, послышался громкий хруст ломающихся деталей. Мегатрон развернулся полубоком, услышав движение, и всё-таки перевел взгляд на источник звука. В двух шагах от него неподвижно стоял Охотник, роняя тягучие капли антифриза на пол. — Иди сюда, огрызок эксперимента, — Мегатрон отступил на шаг и сделал приглашающий жест. — Сначала я выпотрошу тебя, а затем заставлю твоего хозяина сожрать всё до последней шестеренки. Двеллер зашипел и коротко, непонятно что-то выкрикнул. Охотник прыгнул. * * * Прорубаться сквозь ряды мелких озлобленных специалистов, менеджеров и помощников — самое неблагодарное занятие на свете. Тем более в темноте, поскольку энергоблок оказался тщательно раскурочен по части управления. Тем более что все нападавшие в перспективе подлежали излечению, поэтому топтать и размазывать их по стенам было нельзя. Хотя бы одно утешало: в отличие от Джазза эти не умели петь и визжать, только шипели и рычали, кидаясь на гигантских по сравнению с собой телохранителей из самых неожиданных углов. Гриндору дополнительно мешал болтающийся на плече секретарь, то и дело стравливающий ему на броню липкий густой энергон. — Ты уверен, что нам туда? — прорычал Гриндор, сбивая очередного двеллера раскрытой ладонью. — Да сколько же их! — Точно, — Джазз со всхлипом втянул воздух. — Хозя... он хочет отомстить... Ему нужен наш Лорд, и наш Прайм... — Кто? — Оптимус... его называют Праймом археологии, — Джазз попытался хихикнуть, но неожиданно громко вскрикнул и замолк. — Что? Говори, давай! Гриндор слышал, как Блэкаут где-то за спиной с рычанием раскидывает копошащихся гаденышей. Заодно ему приходилось тащить Саундвейва, поэтому Гриндор не завидовал. — Нога отвалилась, — совсем жалко произнес секретарь. — Я почувствовал... Она взяла и отвалилась... — Новую приделаем! — рявкнул винтолёт. — Зачем ему мстить? — Лорд защитник выпустил охотника, он сожрал всех предыдущих... — Джазз опять вскрикнул, но громко заскрежетал дентами и продолжил, — и он хочет создать колонию! Гнездо! — Далеко ещё? — Пару махов... Всё, я больше не могу. Джазз дернулся, по броне у Гриндора снова что-то потекло, и кибертронец тяжело обвис. Винтолёт передернул плечом, не собираясь бросать даже возможный дезактив, и ломанулся с утроенной энергией. Раз Саундвейв сказал, что нужно отыскать хозяина и ликвидировать его, то так они и сделают. Правда, Гриндор предпочел бы оторвать ему голову, но Саундвейв настаивал на гуманных методах, мотивируя это неисследованными механизмами связи, возникающей между главным двеллером и сателлитными. Оторвешь ему башку, и остальные подохнуть могут... Место встречи Блэкаут опознал сразу. Пройти мимо развороченной несущей стены было невозможно, а заряда на такое могло хватить только у Лорда, чье вооружение всегда было предметом легенд в армейской среде. Идущий впереди Гриндор отшвырнул еще одного сателлита и развернулся, пропуская Блэкаута вместе с его ношей. Телохранитель рванулся вперед, отбрасывая ненужный лучемет и переводя всю выкачанною из батарей мощность на личную подсветку. — Эй ты, двеллер! Он был готов увидеть что угодно, поэтому просто зафиксировал происходящее: огромный зал, набитый тварями, одна очень большая и уродливая тварь, стискивающая Оптимуса толстыми кабелями, Лорд Защитник и... что-то кошмарное, четверолапое смахивающее на изуродованного полиморфа. Мегатрон развернулся к новоприбывшим, и Блэкаут стиснул дентопластины, увидев, как из распоротого бока свободно вываливаются шланги, разломанные генераторы и тяжело переваливается через край резервный накопитель. Четверолапое сделало два шага в их же направлении и рухнуло, внезапно переломившись в корпусе пополам точно посередине. Сначала об пол ударилось вспученное брюхо, потом разъехались задние и передние лапы, и напоследок звонко лязгнули деформированные дентопластины. Вот шлак, и у этого нижней челюсти нет. — Рэкейдж, командующий пятым отрядом сил специального назначения, вам предлагается сдаться, — протокольно зачитал Саундвейв в возникшей паузе. Блэкаут поводил компактным лучевиком из стороны в сторону, слабо удивившись, откуда Хранитель знает, кем является страшилище, заварившее энергоновое месиво в правительственном комплексе. Двеллеры шипели и топтались, не рискуя кидаться на гостей без команды главного. — Сдаться? Мне? Шутишшшь? — двеллер сорвался на шипение и сдавил Оптимуса еще сильнее. Уполномоченный выпустил неправильно согнутую руку, и Блэкаут внезапно понял, что она оторванная. Плохо дело, если это убило их второго правителя Кибертрона. Очень плохо. Беспорядков не избежать. Видимо, Лорд Защитник подумал о том же и сделал тяжелый шаг вперед, волоча за собой перемазанный в тёмном энергоне хлыст. Круглое навершие, усаженное шипами, с грохотом поехало по полу. — Ссстоять! — двеллер вскинул длиннопалую ладонь. — Он ещщё живой! Убью! Всссех вассс убью! Двеллеры начали подвывать, то ли поддерживая, то ли заражаясь яростью хозяина. — Сопротивление бессмысленно. Необходимо сдаться и пройти реабилитацию, — всё так же сухо выдал Саундвейв, но Блэкаут почувствовал, как судорожно подергиваются кабели, которыми Хранитель прочно обвивал корпус винтолёта, удерживаясь в вертикальном положении. — Чем ты меня собрался напугать? — Рэкейдж даже не пытался использовать командные частоты, так прекрасно действующие на его искорок. Последняя полузажженная трепыхалась в его объятиях, и он даже слегка опустил её, чтобы лучше видеть глупых собеседников. — Транквилизатором, — сообщил Блэкаут. Двеллер раскинул руки, собираясь захохотать, и в этот момент винтолёт без замаха швырнул в него тонкостенную капсулу. Рэкейдж удивленно клацнул дентопластинами, вскинул модифицированную конечность, но слегка не успел — координации мешали нейрохлысты, норовящие впиться во всех, кто еще не стал единым целым, не принадлежал ему полностью и без остатка. Капсула ударилась о его шлем и лопнула. Бесцветная жидкость залила шлем, лицо, плечи, потекла по дентопластинам и Рэкейдж автоматически втянул драгоценную влагу. Схватился за лицо и заорал от невыносимой боли. Застывшие двеллеры дружно застонали вслух. Рэкейдж отшвырнул Оптимуса, рухнул на пол и моментально свернулся почти до состояния протоформы, оплетая нейрохлыстами самого себя. Гриндор тяжелой тенью скользнул в зал, прошёл вдоль стены и остановился над неподвижным археологом. Блэкаут приготовился стрелять на поражение. Ещё клик спустя двеллеры с визгами кинулись прочь, огибая больших трансформеров. — Предположительно, работает, — сообщил Саундвейв и немедленно обвис, отключаясь. Двеллеры отчаянно прорывались к выходу, прыгали в пролом и исчезали в темноте. Не успел только небольшой погрузчик, которому Блэкаут поставил элементарную подножку. Погрузчик свалился, забарахтался, а когда Блэкаут перевернул его на спину лёгким пинком, завопил вслух. — Не надо! Стойте! — кричащий погрузчик выглядел бы даже смешно, если б не уродливые дентопластины и ещё кое-какие изменения. — Я не хотел! Меня заставили! Пожалуйста, не надо! — Это хорошо, что не хотел, — Блэкаут моментально потерял к нему интерес и переключился на воющего Рэкейджа. — Лорд Мегатрон! Это наш главный двеллер! — Я в курсе, — прорычал Лорд, зажимая бок и перекашиваясь на одну сторону. — Избавься от него! — А излечение... — заикнулся Блэкаут. — Излечение? — Мегатрон похромал туда, где Гриндор возился над распростертым Оптимусом. — О да, можешь излечить его от мук существования. Лучше сделай это быстро, иначе им займусь я. Блэкаут переступил через замершего погрузчика и направился к двеллеру. Остановившись в шаге от орущего трансформера, он почти брийм разглядывал его, а затем присел рядом и заботливо похлопал двеллера по плечу. Рэкейдж вскинул голову, пялясь на Блэкаута подыхающими линзами, лишёнными привычных держателей. Одна сразу вывалилась, и датчик под ней лихорадочно заметался. — По закону военного времени, приятель, — Блэкаут ткнул лучевиком в оскаленные денты. — Расстрелять.

Эпилог

Отловом сбежавших двеллеров пришлось заниматься целую декаду. Всё это время правительственный сектор держали на карантине, а Старскрим зудел в датчики Лорду Защитнику насчёт необходимости продублировать систему защиты и выдать ему, непогрешимому и надёжному, все запасные коды. Мегатрон отмахивался от рационализаторских предложений, он был занят — вдвоем с Оптимусом они делили сферу ответственности за последующую археологическую деятельность. Оправившийся после транквилизатора Джазз гордился своим излечением так, будто он силой воли преодолел воздействие вируса, и периодически наведывался в исследовательскую зону, где толпа младших научных сотрудников, возглавляемая Шоквейвом, работала с пойманными жертвами вируса. Впрочем, заходил он туда ненадолго. Едва завидя невысокую серебристую фигуру, Шоквейв лично спешил навстречу и начинал разговор о необходимости принести себя в жертву науке. Двеллеры за решетками визжали и метались, секретарь по вопросам работы с общественными организациями тут же сдавал назад и обещал поспособствовать сдачей анализов, но не более того. Телохранители Лорда Защитника прочёсывали весь сектор. Несмотря на негодование Айронхайда, чьи развед-отряды занимались тем же самым, раз за разом винтолёты вытаскивали напуганных, отчаявшихся и разъяренных кибертронцев из самых глухих щелей — и делали это с гораздо большим успехом, чем все остальные участники рейдов. — Номер три за сегодня, — с удовольствием резюмировал Блэкаут, оглядывая скрученного и обвешанного блокираторами двеллера. Кажется, он отвечал за напитки в недавно открывшейся заправке возле сектора прогнозов и планирования. — Как всегда безупречно. Команды остановки, разработанные специально для двеллеров, и впрямь работали как атомный хронометр. Сначала винтолёты пытались разобраться в сложной мешанине кодов, но потом оставили это занятие и просто следовали алгоритму: быстро проорать коды вслух, ударить излучателем крест-накрест — вдоль нейроствола и поперек искры — и ещё добавить транквилизатора. Блэкаут уже наловчился метать колбы не просто так, а красиво, почти художественно, чем ужасно гордился. — Не боись, — Гриндор осторожно провел одним пальцем по круто выгнутой спине, и двеллер протестующе заверещал. — Почистят тебя, будешь как новенький. Ай, ладно, не ори! На! Винтолёт уже привычным движением снял колпачок с открытой топливной линии, ярко светящийся энергон тонкой струйкой прочертил воздух. Служащий заправки заизвивался, перекатился и жадно открыл пасть, усаженную острыми иглами насосов прямой откачки. Гриндор с лёгким отвращением смотрел, как он давится и захлёбывается, тянется вверх и щёлкает челюстями. Затем движения его сделались не такими резкими, энергон он уже на заглатывал, а смаковал, и Гриндор немедленно перекрыл подачу. Двеллер недовольно зашипел, но потом линзы у него отчётливо замерцали, и служащий перевернулся на бок, пытаясь свернуться в протоформу. Блэкаут присмотрелся и с ворчанием нацепил ещё по паре блокираторов на симпатичные ноги, которые сейчас выглядели так, будто вот-вот разделятся на пару самостоятельных конечностей. Вирус безобразничал, как только мог. — Пошли дальше, оставь маячок, парни Хайда заберут, — Гриндор всмотрелся в коридор и помахал излучателем. — А может, хватит на сегодня? — Блэкаут проверил наличие транквилизатора. — Никуда они не денутся, а я бы пошёл и делся в чистку. Всего топливом забрызгали, гадёныши. — Да ну? – Гриндор закинул излучатель на плечо. — А мне-то показалось, что ты хочешь признаться в собственном бессилии... Устал приманивать, перетрудился кабелями... Блэкаут зарычал, перестав отскребать засохшие потёки. Гриндор повернулся к нему спиной, насмешливо расставил лопасти и пошёл вперед, аккуратно ставя ноги по невидимой линии. Блэкаут переступил на месте, чувствуя, что его провоцируют, вдохновился и разозлился окончательно, и поспешил следом, лязгая упорами. На перекрёстке Гриндор повернул, и Блэкаут прибавил ходу. Догнав одномолдника, винтолёт поймал его, обхватил поперек корпуса и заворчал, пытаясь укусить за толстые шланги под двигателем. — О нет, будь осторожнее, ведь на нас могут напасть, — лениво протянул Гриндор, охотно расставляя ноги пошире и выталкивая спутанные кабели из давно уже приоткрытой секции. — Я сделаю всё, чтобы у них был достойный повод, — пообещал Блэкаут, нетерпеливо залезая под ослабленную броню. Сайдкик шумно завозился в удобной вентиляционной нише, жадно глядя вниз. Он был такой голодный, ему так хотелось вонзить в кого-нибудь денты, и он просто не мог больше терпеть. Внизу были такие большие, горячие искры, полыхающие и зовущие... Ему было очень страшно, он остался совсем один, хозяин больше не мог ему подсказывать, а Сайдкику очень хотелось заправиться. Он больше не мог ждать. Раскинув руки и зажмурившись от страха и голода, Сайдкик полетел вниз.