Любовь-это...

Мечи Когда Мартина рассказывала это все... Я подумала, что она влюблена, но, как она утверждает, он "друг". На самом деле я наблюдаю за ними давно, после разговора с Николасом. Я замечала пару раз, как она смотрит на него. И как он на неё. Может быть, у них симпатия. Но Хорхе, ясно, нравится Тина. Только не могу понять, как она еще это не поняла. Мы с ней в кровати провалялись почти день. — Может, сходим куда-нибудь? — спросила я. Тина повернула голову ко мне. — Не сегодня. Нет настроения, — она закрыла глаза. Ну ладно. Я же не могу скрывать секреты... Поэтому, пока Тина кое-как уснула, я позвонила Николасу. Он был в шоке, но доволен, что Хорхе это сделал. После Николаса, как я поняла, узнал Ксабьяни. Я быстро набрала заново Николаса. — Николас, ты с ума сошел? — я была вне себя. — Что случилось? — ах, он еще и не понимает! — Ты сказал им, что они целовались? — я чуть ли не кричала ему в трубку. — Успокойся, тише... Я им сказал, что они только поссорились, про поцелуи никто не знает, кроме нас и их обоих, — я выдохнула. — Я думала, ты рехнулся, а если бы Питер узнал? — спросила я у него. — Питер не узнает. Он все равно ничего не поймет. Он слишком сильно влюблен в неё... наверно, — я засмеялась. — Ладно, давай. А что там с Хорхе? — спросила я. — Я звонил ему... но у него выключен телефон. Вот скоро поеду к нему, — ответил мне он. — Как он, наверное, себя сейчас корит за то, что сделал. Я уверена, что он страдает не меньше, чем она, — я посмотрела на его подарочные цветы Тине. В них я нашла записку. — Стой, я кое-что нашла, это его записка в цветах. "Если ты это читаешь, то мы поссорились. Я который раз говорю тебе это... Надо держать дистанцию. Будет нелегко. Прости меня за глупость", — прочитала я. — Идиот, — в один голос сказали мы. — Я поеду к нему, как только узнаю, что с ним, позвоню или напишу. Пока. Попытайся вытащить её на улицу, — сказал он. Я посмотрела на неё. Конечно, сейчас я её будить не буду, но как встанет, пойдем. — Пока, — я бросила трубку и легла рядом с ней. Николас Я поговорил с Мечи. Он идиот. Она же отвечает на его поцелуи, чего он ждет?.. Я уже был на полпути к нему. Трубку он не берет. Я не то что переживаю, я просто хочу выяснить, как он. М-м, да-а, Мечи сказала, что Ксабьяни уже тоже все знает. Я такой же, как и она, могу растрепать все. Только я не говорил про поцелуй. Этого не надо. Я вот уже доехал. Я поставил свою машину, открыл дверь на участок и удивился. Машина... его машина, ого... красавчик. Машина стильная. Я поднялся на порог и стал звонить в дверь. Мне никто не открывал. Ну, я долго стоял, названивал. Еще при этом кричал под окном. — Ну что-о-о? — открывая дверь, сказал Хорхе. — Ну, вообще-то я пришел тебя проведать. Я все знаю, — сказал я. Хорхе нервно посмотрел на меня. — Проходи, — измученно сказал он. Мой друг пригласил меня на кухню кофе выпить. — Так я тебя разбудил? — отпивая глоток кофе, спросил я. — Есть такое. Я как бы не спал. Просто валялся на кровати, — я, конечно, знаю, что давить на больное — это нехорошо, но надо. — Я знаю, что ты вчера поссорился с ней. Мы знаем о поцелуе, и я знаю, как тебе сейчас херово и как было херово вчера. Но ты должен быть сильным... ради неё, — он наклонил голову вниз и обхватил двумя руками. — Я очень плохо с ней поступил. Ты понимаешь, что я натворил? Я ужасен, — выдавливая из себя слова, говорил он. — Да что ты такое говоришь? — я посмотрел на него. — Брат, ты сделал все правильно. Я бы тоже поцеловал девушку, которая мне нравится. Ты не ужасен. Ты решился... Она ответила, что еще может быть лучше? Девушка, которая тебе нравится, ответила, не отолкнула, не дала пощечину, не обозвала, а ответила тебе взаимностью, — я так эмоционально это все говорил. — Да, да, ты прав... но я боюсь, — сказал он мне. — Чего ты боишься? — приподняв брови, спросил я. — Я боюсь не общаться с ней, как раньше. Боюсь потерять её навсегда. Боюсь сделать глупую ошибку рядом с ней. Боюсь, что мои чувства к ней будут расти. Боюсь, что я не сдержу себя при виде её. Боюсь причинить ей боль. Боюсь прикоснуться к ней. Меня просто наизнанку выворачивает. Боюсь общаться, смотреть, говорить. Боюсь, она изменит свое отношение ко мне. Боюсь, что после поцелуя она будет дрожать. Боюсь, что она забудет меня. Боюсь, у нее не будет желания со мной общаться. Боюсь, что она станет спрашивать про это. Что я ей отвечу? — он так быстро тараторил, но я его еле-еле понимал. — Тяжелый случай. Что ответишь? Ты с ума сошел. Расскажи о чувствах. Не скрывай от неё. Ты только себя мучаешь этим, — он посмотрел на меня и опять взялся за голову. — Я не могу-у-у-у, — крикнул Хорхе, — я не могу-у-у признаться ей. У неё этот чертов Питер, и она с ним. Я не привык портить чьи-то отношения. Я слишком труслив, — крикнул он и ударил кулаком об стол. — Так зачем ты поцеловал её тогда? — спросил я. — Я не смог себя сдержать, — тихо сказал он, забрал у меня чашку из-под кофе и отнес в раковину. — Ты поставь себя на мое место. Тебе тоже было бы сейчас херово. Ты бы, я знаю, не стал портить отношения пары. Я тебя знаю, — он пошел наверх, в комнату; я шел следом. На самом деле я был бы таким же трусом, как он. Я бы не смог разбить отношения. Черт, да он прав... Хорхе Я целую ночь не мог заснуть. Все думал над моим поступком. Я не знаю, как она там. Перед уходом я написал записку и положил в цветы. Да, знаю, не самый лучший вариант. "Держать дистанцию". Мы с Николасом обсуждали эту тему. Я переживаю не меньше, чем она. Мы поднялись наверх. Я завалился на кровать и взял свой телефон. Рядом сидит Николас. — Так что будешь делать? — я залез в свой телефон. На заставке я и она. Я долго на неё смотрел. — Позвони ей, — сказал мне Николас. — Я не могу. Я дал обещание. Держать дистанцию, — я кинул телефон подальше от себя. Николас на меня как на идиота посмотрел. — Заче-е-ем ты написал ту записку? Ты сам все портишь, — сказал он мне. — Я тебе уже сказал. Мне будет тяжело, я знаю, но она должна забыть этот момент, — я почесал затылок и упал на подушку. — Тебе надо развеяться. Пошли гулять. Только парни. Я уже договорился, — он дернул меня за плечо. — Нет... извини, я не в настроении. Ты иди, потом заваливай ко мне, если хочешь, — я закрыл глаза и провалился в сон. Я немного услышал, как он кому-то звонил. Я проспал слишком долго и не хотел никуда вставать и тем более идти. — Хана тебе, Рудж, — что это? Кто в квартире? А-а-а, все-таки придется идти вниз. — Ну, что тут, а? — спросил я и посмотрел на осколки то ли кружки, то ли тарелки. — А-а, ты проснулся, как ты? — спросил Рудж. — Бывало и получше, — я присел к ним. — Я знаю, сейчас ты не в лучшем настроении, но давай сегодня проведем время только с парнями. Посидим дома, попьем пивка. Посмотрим нормальный фильмец. Никаких девочек. Только мы, — предложил мне Николас. Саму, Факу, Ксабьяни, Николас и Рудж. — Хорошо, но пить я не буду, — я налил себе воды и сел обратно к ним. — Ладно, нам больше достанется, — ответил мне Факу. Я улыбнулся. — Во-о-от она. Его первая улыбка за целый день, — все засмеялись, в том числе и я. — Спасибо за поддержку, — сказал я и всем кивнул. — Иди сюда, — все встали и навалились на меня. Обниматься стали. У Николаса зазвонил телефон. Он куда-то ушел. Ну и ладно. Мы сидели, болтали с пацанами. — Ну как твои раны? — я посмотрел на руки. — Да все нормально, почти зажили, — я потер костяшки и убрал руки под стол. Вот и Николас пришел. — Ну так что мы смотрим? — спросил Рудж, когда мы все перешли в комнату. — Давай комедию, — отпивая глоток пива, сказал Ксабьяни. — Давайте триллер, — предложил Факу. Мне было без разницы, что смотреть. Вскоре, когда они нашли фильм, мы начали его смотреть. Все-таки мы остановились на комедии с триллером. "Значит, война" — вот так назывался фильм. На самом деле, пока они пили и смотрели фильм, я все думал. Смогу ли я вообще находиться рядом с Тиной и не помириться. Смогу ли я держать дистанцию и не целовать её больше. Этот вопрос меня окончательно убивал, так как я вспоминал мою глупость. — О-о, Хорхе, что у тебя за царапина на лице? — спросил у меня Факу. Я взял свой телефон и через переднюю камеру посмотрел на царапину. Хоть она и маленькая, но видно. Еще у меня след от укуса Тины. — Ха-ха, это, — я начал смеяться. — Я вчера, когда нес цветы Тине, споткнулся и оцарапал лицо шипами, — все сначала посмотрели на меня, как на глупого. Я уже понял, что я сказал что-то не то. — Ха-ха-ха-ха, Хо-о-орхе, ха-хах, как можно было упасть, — меня поддержал Николас. Все тут же засмеялись. — Спасибо, — одними губами сказал я. Он мне лишь подмигнул. Я ушел им за пивом. Николас — Народ... пока ушел Хорхе, что нам делать? Нужно их мирить, — сказал я. — Давай девчонок пригласим к нам, — сказал Саму. Ксабьяни дал ему подзатыльник. — Нет, устрой романтику им, — сказал Рудж. Я позвонил Мечи. Гудки, гудки. — Алло, Мечи. Тина с вами? — Нет, она ушла за одеждой. — Включи громкую связь. — Все, готово. — Девчонки с тобой? — спросил Ксабьяни. — Мы все здесь, — крикнули они. — Тише... что нам делать? Как нам их мирить? — спросил я. — Я не знаю. Мартина никакая. Мы все вместе пытаемся её хоть как-то развеселить. Звали гулять, вообще никак, — ответили они. — У нас такая же проблема. У него тоже нет настроения. Он угрюм, грустен. Винит себя в содеянном. Мы пытались его вытащить, но никак, — ответил я. — Я предлагаю устроить им романтический ужин, — ответила Мечи. — Я такое же предложил, — сказал Ксабьяни. — Может быть, просто немного подтолкнуть их? Наврать, что он или она ждет его дома и хочет мириться? — спросила Канди. Мы задумались. — Можно, но мне кажется, у них нет настроения, поэтому они никуда не пойдут, — ответил Факу. — Я подумал и так решил: делать ничего не надо, — на меня ошеломленно посмотрели парни. — Ка-ак? — крикнули мне девочки. — Хорхе не продержится без неё долго. Она тем более. Надо просто ждать. Давайте договоримся, когда я и Хорхе повезем всех вас, — я обратился ко всем, и парням, и девчонкам, — то девчонки поедут с Хорхе, а парни — со мной, — сказал я. — Я тебя не поняла, — сказала мне Мечи. — Какие вы глупые. Мартина будет с Хорхе в одной машине. Им придется помириться, — все захлопали. Я услышал шаги. — Так, я скидываю. Всем пока, — я быстро скинул звонок. Саму быстро нажал на "play". — Ну, как вам фильм? — заходя в комнату, сказал Хорхе. — Крутой, — ответил Рудж. Хорхе раздал пиво и лег на свое место.