Два дебила - это сила.

Дейв лежал на диване и плевал в потолок. Ему было хорошо и уютно. Ну разве что за исключением того факта, что потолок оказался… мммм… слишком высоким. «Ыыыыы…» - думал Дейв. В его голове созревал сюжет «Дома Восходящего Солнца». Тишину, спокойствие и полет мысли нарушила ненавистная трель домашнего телефона. - Ыыыаааааа…. Да? – зевнул в трубку Дейв. - Ну что, пишешь, да, пишешь? Ты мне к вечеру обещал! – возбужденно раздалось в трубке. - Пишу, - соврал парень и глубокомысленно поковырял пальцем обивку дивана. – Слушай, а тебе ведь понравится? - Конечно понравится. Мне всегда нравится то, что пишет брат, - промурлыкал Деро. - Ага, щас, конечно… Вот лезешь ты сегодня на фикбук, открываешь мою страницу, а там только одно предложение. «В лесу родилась елочка». Дейв действительно чувствовал, что недалек от такого развития событий. Деро заржал. - Врешь, братец. У тебя никогда не будет только «в лесу родилась елочка». Ты ж целый роман, блин, напишешь… - Рома-а-а-а-а-а-ыыыын? – зевнул Дейв. - Ага, - хихикал Деро, - Что-то в духе: эта елочка родилась в холодном зимнем лесу. Роды проходили тяжело, снег был обагрен кровью и опилками, у новорожденной были сломаны нижние ветви и вывихнута вершина. Но зайцы и волки выходили ее, похоронив ее погибшую при родах мать, защищали от злобной и жуткой метели и умерли сами в невыразимых мучениях. Два волка окоченели, семью зайцев задавило самосвалом на мерзлой дороге, хоть водитель и со всех сил пытался не наехать на них, вывернув руль, потеряв управление и перевернувшись на скользком льду. Пожар объял эту часть леса, елочке было тепло и хорошо. Приехали пожарники, затушили огонь, убрали останки самосвала и труп водителя, и елочке стало снова одиноко. Но вот пришел лесничий с топором и стал рубить ее под самый корень, чтобы отнести домой и украсить к Новому году. Елочка орала и плакала, когда ей отрубали ноги, и в итоге без сил, дрожа и всхлипывая, упала на руки своего мучителя. Дома у лесничего был веселый детский праздник, елочка стояла, обряженная в шарики и лампочки, и тихо подвывала от боли из-за того, что ампутированные ножки еще болели, а электрические лампочки невыносимо жгли иголки. И, не выдержав боли, елочка упала на лесничего, когда он проходил мимо. О его голову разбилась сотня стеклянных шариков, его горло опутала гирлянда, тонкая леска срезала его голову, порвался провод от натяжения, и разряд в двести двадцать вольт волной пронзил его тело. Счастливый конец. Кровь, кишки, мясо. Хи-хи-хи-хи-хи, Дейви, братец, разве я не прав? - Да пошел ты в жопу… - еле простонал Дейв, громко колотясь головой о спинку дивана и издавая истеричные завывания. «Это он смеется, наверное» - решил про себя Деро, а вслух произнес: - Ам? В жопу? Это в чью, в твою, что ли? - Заткнись и пошел в жопу, кому сказал! – громко всхлипнул Дейв, подавившись смехом. Но Деро не обиделся. Что на идиотов обижаться-то. К тому же предложение пойти в жопу из уст брата – настоящее признание в любви. Потому что свой драгоценный зад братишка больше никому не доверит.