Любовь, потерянная среди цветов

- Подождите немного, господин Фостер скоро подойдет. Принести Вам чашечку кофе? - Нет, Альфред, спасибо, можешь быть свободным. - Тогда, с Вашего позволения, пойду прилягу, а то день выдался долгим. – Старый дворецкий-бета учтиво поклонился и ушел восвояси. Я мельком посмотрел на часы – начало второго. Сегодня пятница и мне хотелось немного развеяться, к тому же друзья обещали насыщенную культурную программу. Давно я не веселился. После того, как дед отошел от дел, работы у меня прибавилось. Днем я все время мотался по разным деловым встречам, инспектировал производство, разбирался с обнаглевшими акционерами, которые считали, что если я молод, то меня можно в грош не ставить, а ночами безвылазно сидел в кабинете, засыпанный кипами бумаг. Пришлось даже квартиру возле офиса купить, но даже там я появлялся не часто и то только для того чтобы поспать. Три месяца пришлось пахать без выходных и праздников, пока все в компании не поняли, что я - внук и преемник Ральфа Фостера, достоин президентской должности в «JQ». Мы с друзьями только завалились в клуб, как раздался звонок – дед попросил срочно приехать, и я сразу сорвался с места. Три месяца назад умер его партнер-омега, дедушка Винни - истинная пара Ральфа и любовь всей его жизни. Он был еще совсем не стар, очень красив и полон жизни, но его подвело больное сердце. А в нашем мире, если умирает один из супругов, то другой, его истинная пара, вскоре отправляется за ним. Смерть приходит в течение года. Иногда вдовцам удается прожить года два или три. Но в любом случае они умирают – долго чахнут от тоски, отказываются от пищи, пока не заморят себя голодом, или их сердца в один момент не разрываются от боли и страданий. Слабые духом омеги, не выдержав потери любимого, часто сами накладывают на себя руки. Альфам же, в отличие от них, от природы свойственно до последнего цепляться за жизнь. Но такая жизнь не приносит им радости, а только растягивает агонию. Облегчить страдания несчастным могут лишь близкие люди, которые отвлекают их от скорби, которые не дают им окунуться в пучину отчаянья и делают их оставшуюся жизнь наполненной смыслом. Всего три месяца назад мой дед был президентом крупной международной компании «JQ», Волевым и сильным альфой. Он просто излучал жизненную энергию и мог с легкостью хоть в работе, хоть на спортивной площадке, дать фору молодым. А сегодня даже его семья с трудом узнавала в дряхлом старике прежнего красавца Ральфа Фостера. Глядя на него, я радовался, что так и не нашел своего омегу, и никогда в своей жизни по-настоящему не любил. Сегодня дворецкий проводил меня в библиотеку, а это значит, что разговор будет личным. Ральф Фостер всегда строго разделял работу и семью. Все дела старался решать в офисе, а дома никогда не выносил их за пределы своего кабинета. В библиотеке же мы всегда обсуждали важные семейные вопросы. И теперь я терялся в догадках, почему меня вызвали посреди ночи. В голове крутились страшные мысли. Здоровье деда ухудшается с каждым днем, может его состояние плачевней, чем я думал, может он решил попрощаться, пока не стало поздно? Я развалился в массивном кожаном кресле и нервно курил в ожидании. В последнее время я вообще стал много курить. Колоссальная ответственность на работе, давление отца-политика действовали на психику. Но то, что вывело меня из колеи – это потеря… потеря дорогого мне дедушки Винни – самого доброго человека на свете. Отец-альфа всю жизнь занимался карьерой, а отец-омега всегда и во всем ему помогал. На сына времени у них не хватало, и меня воспитывали дедушки. Именно они, а не родители, стали для меня настоящей семьей. И сейчас, одного за другим, я теряю дорогих мне людей. И если дедушка-омега умер, то с дедом-альфой у меня еще есть время. Массивные двустворчатые двери распахнулись, и в комнату вошел дед. К моему удивлению старик выглядел бодро. - Малыш, ты уже приехал! – прокричал Ральф с порога. Дома он всегда называл меня малышом, и не важно, 7 лет мне было, 17, или 27. - Прости, что потревожил так поздно. Но ты знаешь, у меня не так много времени, – он плюхнулся в кресло напротив. - Ничего, завтра выходной, хотя у президентов выходных не бывает, - с улыбкой ответил я. – Дед, зачем ты меня позвал? Если проблема с твоим здоровьем, то… - С моим здоровьем все в порядке, а учитывая обстоятельства, даже отлично, - он достал из кармана чехол с сигарами и протянул одну мне. - Не волнуйся, это наш далеко не последний разговор. – На секунду старик замолчал, будто собирался с мыслями, прикурил свою сигару, - малыш, ты ведь знаешь, как ты мне дорог… - Дед, ты опять! Говори уже что хотел! – я сорвался на крик. - Логан, не перебивай. Выслушай меня спокойно, - голос его был удивительно мягким. – Сейчас, после смерти Винни ты для меня самый дорогой на свете. Что греха таить, даже сына я люблю меньше тебя. Бог не дал мне наследника-альфу. Твой отец хороший человек, но он родился омегой, и я не мог возложить на его хрупкие плечи ответственность за наш бизнес - труд всей моей жизни. Мы с мужем тебя воспитали, и ты оправдал все наши надежды, все… кроме одной… Тебе уже 27, а ты по-прежнему одинок. Пора уже подумать о семье. Винни перед смертью часто говорил о твоей будущей свадьбе, о правнуках… - старик вытер рукавом воду с глаз. Не много людей видели слезы этого грозного альфы. – Я думал, что уже не доживу до того дня, когда ты пойдешь под венец. Но случилось чудо. Сегодня вечером мне позвонил оракул. Я нанял его, когда тебе исполнилось 18, а он позвонил только сейчас. Ну, разве это не судьба! Малыш, он нашел твою истинную пару. Совсем близко, всего в двух часах езды от города. - Истинную пару? – переспросил я. - Да! Ты представляешь, в семье мелкого предпринимателя Грэга Ларкинза! У него, как оказалось, есть три сына: средний - восемнадцатилетний альфа, а два других - омеги девятнадцати и пятнадцати лет. Никто из них, пока, не состоит в браке, так что, препятствий у тебя нет. Я сегодня ему звонил, договаривался насчет смотрин. Завтра он с радостью представит нам своих сыновей. - Завтра? Так скоро? – удивился я. - А куда тянуть? Время-то поджимает. – Старик тяжело вздохнул. – Я объяснил нашу ситуацию Ларкинзу, и он любезно согласился ускорить процесс. - Дед, а ты уверен, что оракул нашел именно мою пару? Ему вообще можно доверять? - Братство оракулов – это очень уважаемое закрытое общество, которое существует с древних времен. В него входят самые одаренные и беспристрастные беты, владеющие наследственным даром ясновиденья. За свою более чем тысячелетнюю историю братство, уличенное во лжи, не раз подвергалось гонению и даже истреблению. Поэтому, в целях самосохранения, община на генетическом уровне полностью искоренила у своих собратьев способность к обману и лжи. Оракулы просто физически не могут врать, так что, малыш, можешь не сомневаться, завтра ты увидишь свою пару. - А если эта пара мне не понравится? - Логан, я не заставляю тебя вступать в брак. Для своего единственного внука я всегда желал только счастья и сейчас просто хочу, чтобы ты встретился с сыновьями Ларкинза. - Дед, я не хочу ни с кем встречаться. У меня сейчас и так забот хватает. - Малыш, признайся, у тебя уже кто-то есть, или твой предприимчивый папаша-альфа уговорил тебя на какой-то очень выгодный политический союз? Если это так, то знай, что браки по расчету я категорически не приемлю. Жизнь у тебя одна, и делить ее придется не с деньгами и привилегиями, а с человеком. Разводы в нашей стране запрещены, и ты никогда не сможешь избавиться от общества ненавистного тебе супруга. - У меня никого нет! А отец… он уже давно мечтает породниться с семьей премьер-министра. Все время сталкивает меня с его пустоголовым сынком. Но я лучше обвенчаюсь с первым встречным, чем пойду у этого политикана на поводу. - Тогда, мой мальчик, я не понимаю, почему тебе так не нравится моя затея? Встретить свою истинную пару – это большая удача, и далеко не каждый может ее найти. Я заплатил оракулу большую сумму за его услуги, а ты отказываешься даже просто взглянуть на человека, предназначенного тебе судьбой. - Дед, а ты уверен, что оно того стоит? Посмотри, чем обернулся для тебя такой союз! – мой голос начал дрожать. - Если б только твоим мужем был не дедушка Винни то… я уверен, ты прожил бы еще очень долго! - Малыш, так это из-за меня… из-за меня ты боишься встретить свою пару. Думаешь, что обещанное тебе счастье не стоит риска умереть вместе с любимым. - Я думаю, что уж лучше вообще без любви! - Логан, ты еще очень молод, послушай своего старого деда. Мы с мужем прожили долгую и счастливую жизнь. В этом нам повезло, так как в первый день знакомства Винни признался мне, что серьезно болен. Врачи не могли поставить точный диагноз, отказывались оперировать и не давали никаких прогнозов. Но я все равно сделал его своим мужем, прекрасно зная, чем для меня все это может закончиться. И я не жалею и никогда не жалел о своем решении. Надеюсь, что когда-нибудь ты тоже узнаешь, как дорого ценится время, проведенное с близким по духу человеком. - И ты не боялся смерти? - Нет, ибо однажды встретив и сделав своей пару, предназначенную мне свыше, я навечно соединил наши души. И теперь, что бы ни случилось, мы всегда будем вместе. - Ладно… уговорил, завтра съездим к Ларкинзу. Мне и самому интересно посмотреть на, хваленую тобой, истинную пару. - Отлично, малыш! – старик воссиял. - Я уверен, ты не пожалеешь! За это нужно выпить! Где-то у меня завалялась бутылочка виски 50-ти летней выдержки. - Ого! Такое сокровище! - оживился я. - Еще какое! «Вода жизни», хранил для особого случая, и он наступил. - Дед разлил по бокалам янтарную жидкость. – Выпьем за тебя - самого лучшего внука на свете! Пусть завтра ты отыщешь свое счастье и обретешь любовь! Утро наступило непростительно быстро. Я видел сладкий сон – яркие картинки из детства, навеянные обстановкой моей старой комнаты, пока дед, своими восторженными криками не вырвал меня из крепких объятий Морфея: - Малыш, вставай! Солнце уже высоко! Нас ждут великие дела! - Дедушка, ну дай поспать, у меня сегодня все равно первой пары нет... - Нет первой пары, говоришь? – комнату залил громкий хохот. - Тьфу, блин! – я разлепил глаза. Тем временем, дед одной рукой стаскивал с меня одеяло, а в другой держал стакан с ледяной водой. – Только не вода! – истерически провизжал я, - дедушка не надо… уже встаю! - Студент, давай быстрей! Твои папаши будут здесь через час, а ты еще и близко не готов. - Они, что с нами поедут? - Конечно! Решается судьба их единственного сына! Какой отец останется в стороне? Давай мигом в душ, одевайся и спускайся вниз. А мне еще нужно поторопить юриста, дать распоряжение водителю… - Дед, постой! Какой юрист? Зачем он тебе? – возмутился я, пытаясь вникнуть в его слова. - Как зачем? Выкуп за жениха оформить надо и брачный контракт. - Мы только на смотрины собрались, а ты уже готовишь брачный контракт! - Малыш, поверь, как только ты встретишь свою пару, то больше не захочешь ее отпускать. К тому же, время не стоит на месте, а я еще планирую подержать своего правнука на руках, - старик расплылся в довольной улыбке. - Правнука! - Ну, все, хватит болтать, собирайся скорей! – он выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью, не дав мне и слова сказать. Я отправился в душ. Холодная вода помогла окончательно проснуться. Мне не хотелось ехать на смотрины, и заводить семью я пока тоже не хотел, но дед в последнее время был таким счастливым, что даже стал чувствовать себя намного лучше. В данных обстоятельствах я никак не мог отказаться от знакомства с парой, боясь разбить старику сердце, и даже стал серьезно раздумывать над перспективой вступления в брак. А что, может и правда взять себе мужа? От меня не убудет, а дед мечтами о свадьбе и правнуках существенно продлит себе жизнь и не будет так сильно страдать. Я ведь его вечный должник. Только благодаря усилиям деда я стал достойным человеком, в 27 лет смог возглавить семейный бизнес. Он вырастил меня, закалил и научил всему, используя на мне далеко нестандартные методы воспитания. В детстве я был упрямым гиперактивным ребенком, с которым не могли справиться собственные родители. Сначала они задабривали меня подарками, а когда к одиннадцати годам я полностью отбился от рук – сослали в элитную школу-интернат для отпрысков богатых семей. В месте, где все решали деньги и связи, я, сын известного политика, наследник огромного состояния, чувствовал себя настоящим королем. В этом учебном заведении весь персонал, начиная с уборщика и заканчивая директором, пытался мне угодить. Я безнаказанно нарушал все мыслимые и немыслимые школьные правила. Оценки получал не за знания, а за щедрые пожертвования деда на нужды интерната. Нормально общался я только с денежными мешками – местной элитой, которых называл друзьями. Большая часть менее обеспеченных учеников преклонялись перед нашей компанией, а остальные служили нам, баловням судьбы, грушами для битья. Ни для кого не секрет, что дети могут быть жестокими, но мелкие богатенькие альфы, почувствовав свою безнаказанность и мнимое превосходство над другими, превращали жизнь одноклассников в настоящий ад. И особенно страшной была участь стипендиатов, которым не посчастливилось учиться в этом престижном заведении. В интернате их считали ничтожествами, ни на что не годным мусором. При любом раскладе учителя и администрация всегда вставали на сторону более состоятельных воспитанников, поэтому дети из обычных семей не имели в стенах интерната абсолютно никакой защиты. Одним из этих бедолаг был Александр Томсон – первый в списке успеваемости, чемпион среди учеников средних школ по прыжкам в высоту. Именно его я с друзьями чаще всего задирал, но он, в отличие от других зубрил, достойно терпел все унижения и даже иногда умудрялся давать нам отпор. Всегда сдержан и спокоен, в глазах ни капли страха. Алекс действовал на меня, как красная тряпка на быка. Доходило до того, что я набрасывался на парня с кулаками прямо в классе в присутствии учителей. В таких случаях он только оборонялся, чтобы его самого не обвинили в драке и не отправили домой. За год мне порядком поднадоели ежедневные издевки над Алексом, и я уже планировал оставить парня в покое, пока Бен (моя правая рука) где-то не раздобыл досье на него. Как оказалось, отец-альфа Александра работал менеджером среднего звена на одной из дедовых фирм, и его сын ни в чем не должен был нуждаться. Но все деньги семьи шли на оплату больничных счетов за лечение отца-омеги Алекса. Кроме того, у парня было еще два младших брата, которые учились в платном пансионе, так как родители не могли о них заботиться. В последний вечер перед каникулами мы с ребятами сидели в парке возле общежития. Все шумно обсуждали планы на лето, когда Бен приволок к нам Александра, на шее которого красовался собачий ошейник. Парень учтиво поклонился, а Бен пояснил: «С сегодняшнего дня Алекс любезно согласился стать рабом господина Логана в обмен на то, что его отец и дальше будет работать в «JQ». Я никак не ожидал такой инициативы от товарища. Мне не нужен был раб, но друзья так радовались, что я не стал отказываться от подарка. Потом парни долго смеялись, оскорбляли и толкали новоявленного раба, пока кому-то в голову не пришла мысль испытать Александра на покорность. Альфы поочередно выкрикивали унизительные желания – одно хуже другого. Я не хотел воплощать их в жизнь и ляпнул первое, что пришло в голову: «Пусть раб спрыгнет с крыши». Все дружно поддержали предложение лидера. Я думал, что Алекс испугается, попросит пощады, а друзья его поколотят немножко и отпустят. Но он только сказал: «Слушаюсь и повинуюсь, господин», - развернулся и пошел в сторону общежития. Через две минуты парень уже стоял на крыше трехэтажного здания. Мои прихвостни продолжали смеяться, а я бросился ему на помощь, но не успел – Александр шагнул в пустоту. Помню как нашел Алекса на траве с вывернутой в неестественной позе ногой, истекающего кровью; как пытался вызвать скорую; как звал товарищей на помощь… Никто из них не пришел. Скорая ехала бесконечно долго. Я не отходил от пострадавшего ни на шаг и молился, чтобы он не умер. Как только Александра увезли в больницу, я позвонил деду и рассказал ему о проишествии. Он сразу же приехал. Алекса перевели в частную клинику и обеспечили наилучшим лечением, а меня дед увез с собой…