Любовь, потерянная среди цветов

Натаниэль. - Тебе не холодно? Дать свой пиджак? - Не смеши! Разве это холод? Сейчас же почти двадцать градусов. Даже летом на севере редко бывает так тепло. - Но сегодня ветрено, а ты так легко одет. Игнорируя все протесты, Логан молча накинул на меня пиджак. Тяжелая ткань, что все еще хранила запах чужого тела, вполне заметным грузом упала мне на плечи, и меня вдруг захлестнуло давно забытое чувство тепла и уюта, призрачное чувство защищенности. Да так, что я совсем перестал смотреть под ноги и споткнулся о кусок небрежно брошенной тротуарной плитки. - Осторожно! – чужие руки подхватили меня, хоть в этом и не было никакой надобности. – Не ударился? – голос альфы звучал обеспокоенно. – Прости, из-за тотальной стройки твоего брата я не смог припарковаться поближе к дому. Ноги не устали? Давай, обопрись на мою руку, будет легче идти! – не унимался он. - Да отстань ты от меня! – его непривычное проявление заботы совсем выбило меня из колеи. – Прицепился, как банный лист! Я не инвалид и сам могу пройти пару шагов! И пиджак свой забери! Сколько тебе можно повторять, что мне не холодно! – я быстро снял пиджак и швырнул его ему в лицо. Сразу стало так легко, только холодно очень. И мне тотчас захотелось вернуть выброшенное бремя назад, но я не мог попросить. Поэтому остаток пути мы шли не разговаривая. Дом брата, мой старый дом вблизи непривычно сверкал новизной и ухоженностью. Даже облезлый фонтан отреставрировали. С первого взгляда можно было понять, какой колоссальный объем работ пришлось проделать Рону, чтобы привести его в теперешний порядок. Дверь распахнулась еще до того, как мы успели нажать на звонок. - Уже приехали! – восторженно кричал Энтони пухленькому темноволосому омеге позади него. Пристальный взгляд бледно-голубых глаз растерянно заметался между Логаном и мной. Потом последовали пара минут усиленного мыслительного процесса, непонимания, немого восторга, отрицания и, наконец, когда омега уже почти принял действительность и открыл рот, чтобы хоть что-то сказать все еще стоящим в дверях гостям, его перебили: - Папа, это же известный писатель Джаспер Грин? – удивленно переспросил незнакомец. - Реми, сейчас же уйди со сквозняка! И вообще, почему вы столпились у порога? – За спиной омег показался мой брат. Такой большой. Кажется, за те пять лет, что я его не видел, он вырос еще на голову. Высокий Энтони сейчас с трудом доставал сыну до плеч, а новенький омежка и вовсе дышал ему в грудь. Рон тоже посмотрел на меня и без всяких раздумий выдал: - Знакомься, Джереми, мой младший брат Натаниэль! А господина Фостера ты уже и так знаешь! – одним махом положив конец замешательству омег. – Чего вы ждете? Проходите в дом! Альфа, больше не желая стоять «на сквозняке», ушел, утащив Реми с собой. А в гостиной для нас уже был накрыт большой стол. Он ломился от разных блюд, но из напитков там не было ничего крепче сока. - Нат, это ты? Правда, ты? – все спрашивал и спрашивал Энтони, сияя от радости. – От тебя столько лет не было никаких вестей. Честно, мы с Роном уже и не надеялись, что когда-нибудь еще увидим тебя. А после того, что тебе сделал Эрик и подавно… - Ты им рассказал? Зачем? – наградив Логана самым гневным взглядом, негодовал я. - Они тоже твоя семья, Натаниэль. Они должны знать. – Спокойно ответил Логан. - Мне так жаль. Так стыдно за него. Если б я только знал, если б я мог… - запинаясь, оправдывался омега. – Он с детства был таким – жестоким, хитрым и изворотливым. Весь пошел в отца. Поэтому Грэг и любил его больше всех – чувствовал, наверно, свою дурную кровь. - А ты до сих пор помогаешь ему деньгами! – вмешался Рон с порога. Они с Реми вошли в гостиную и заняли свои места во главе стола. На омеге теперь была надета, облегающая фигуру, теплая кофта вместо просторной туники, и я заметил круглый животик – причину беспокойства брата. - Да, я изредка помогал Рику. А что мне еще оставалось? Он мой ребенок. Не мог же я бросить его на произвол судьбы в трудные времена? И, к тому же, я до последнего надеялся, что однажды он одумается, вернется домой, найдет работу по душе – образование у него есть. Но, видимо, теперешняя разгульная жизнь нравится ему больше. - Домой? Папа, смирись, я никогда не приму его обратно домой. Особенно после того, что рассказал нам вчера господин Фостер. Я и так долго закрывал глаза на твою мягкосердечность, не хотел быть таким же тираном, как отец. Но учти, мое терпение лопнуло, и братец больше не получит ни копейки семейных денег! - Рони, не сердись, я и сам больше не хочу ему помогать. В следующую нашу встречу я твердо скажу Рику, что больше не намерен спонсировать его деньгами и что ему придется искать другой источник дохода. - Ну, хватит! – вдруг поднялся с места Эрон. – Мне надоело! Хотя бы сегодня мы можем не говорить об Эрике? Папа, мне кажется, или за всей этой перепалкой мы забыли о главном. – Альфа вышел из-за стола и подошел ко мне. От испуга я совсем не думая схватил Логана за руку, а тот ее не отбросил, а, напротив, сжал сильно-сильно, пытаясь меня успокоить. - Натаниэль, - робко обратился ко мне Рон, - я рад, что ты в порядке… - Что? – опешил я от услышанного. Особенно меня впечатлил даже не смысл слов альфы, а та искренность, с какой он их произносил. Эрон был плохим лгуном, и соври он мне сейчас, я бы непременно заметил. – Ты не будешь меня порицать, проклинать, называть очередным «позором семьи» или «паршивой овцой»? - О чем ты? – альфа сделал еще несколько шагов мне навстречу. – Я никоим образом не собирался тебя оскорблять. Разумеется, новость о том, что ты сбежал из семьи, мне не понравилась. Но тогда на тебя столько всего навалилось. И домой к отцу вернуться ты тоже не мог, мы ведь и сами с трудом жили в этом аду. Прости, я, как старший, должен был попытаться защитить тебя от него… - Нат, не держи на него зла, - вмешался Энтони, - Эрик, зная, как сильно Рон любит меня, постоянно твердил брату, что твое присутствие в нашем доме меня огорчает. Что Грэг пьет из-за тебя, и из-за тебя избивает всю семью. Поэтому он тебя и недолюбливал, но мой мальчик не плохой… - Папа, перестань! - Но, сынок, это ведь правда. С вами двумя мне повезло… - последние слова омега проговорил сквозь слезы. - Натаниэль, ты позволишь мне обнять тебя? – Эрон преодолел последние пару шагов, разделяющие нас. – Добро пожаловать домой, брат! *** - Нат, просыпайся, мы почти приехали. Слышишь меня. - Логан! – альфа был первым кого я увидел после пробуждения. Он смотрел на меня сверху вниз такими синими и по-осеннему грустными глазами, что мне вдруг показалось, будто мир перевернулся, будто мы не едем сейчас никуда, будто мы летим, хотя скорее не летим, а падаем, мы падаем вниз. Руки судорожно вцепились в его пиджак. - Проснулся? Длинные пальцы нежно огладили овал моего лица. А после щекотно заправили непослушную прядь за ушко, и до меня вдруг дошло, что я сейчас лежу у Логана на коленях. - Что ты себе позволяешь? – быстро приняв вертикальное положение, я отстранился от альфы настолько сильно, насколько позволила мне ширина салона. - Прости, конечно, но во сне ты сам стал ко мне прижиматься, а я не захотел тебя будить. - Ладно, забудь. Из окна машины уже были видны пестрые вывески знакомого торгового центра, а там за ним – поворот и папина улица. - Утомили тебя Ларкинзы? - Еще как, – устало выдохнул я. – Особенно этот Джереми. Кто бы мог подумать, что своим супругом мой молчаливый братец сделает такого говоруна? - Ну, противоположности притягиваются… - Логан, смотри, мы поворот проехали! - Нет, все верно. Подожди пару минут, скоро мы будем на месте. - На каком месте? – забеспокоился я. – Куда ты меня везешь? – альфа подозрительно молчал, отчего мне стало не по себе. – Логан, остановись сейчас же! – Правой рукой я нащупал ручку на дверце, как всегда, думая о худшем. – Остановись! Или я… - Натаниэль! – заметив мои намеренья, альфа быстро схватил меня в охапку. – Глупышка, что ты удумал? - Отпусти! – трепыхался я в крепких объятьях. - Собрался выпрыгнуть? На ходу? – все спрашивал и спрашивал Логан, но я его не слушал. – Ты думаешь, я хочу причинить тебе вред? - Выпусти меня!!! – отчаянный крик заставил его разжать руки. - Нат, милый, успокойся! Дом… я хотел показать тебе дом. Тебе ведь негде остановиться. Омеге-северянину никто не сдаст жилье на юге. Вот я и купил его для тебя. Правда, это должен был быть сюрприз. – В спешке объяснялся альфа. А тем временем водитель свернул на соседнюю улицу, проехал сто метров и наконец-то остановился. - Пойдем посмотрим! – дверь машины распахнулась. Логан подал мне руку, но я, игнорируя ее, сам выбрался наружу. – Куда ты? – любопытствовал альфа, видя, что я иду в обратную от дома сторону. - Не твое дело! – я ускорил шаг, в надежде на то, что он оставит меня в покое. Но Логан и не думал сдаваться: - Натаниэль, ты не хочешь хотя бы взглянуть на него? - Сам смотри, маньяк недоделанный! - Если ты идешь к Ноэлю, то гораздо быстрее попасть к нему можно через задний двор. Впервые внимательно посмотрев на здание, я и, правда, заметил, что оно практически граничит с домом папы. - Ну, так уж и быть! – после насыщенного событиями дня ноги гудели. Идти нормально я не мог, ведь каждый мой шаг отдавался жгучей болью в ступнях, да так сильно, что мне казалось, будто дорога была услана горячими углями. Открыв декоративную калитку, я вошел во двор. В ярких красках заходящего солнца дом выглядел еще более восхитительно. Он, как и все остальные дома в округе, был построен в викторианском стиле, но с использованием современных дизайнерских решений. Прямые линии, много дерева, много света. Увидев его во всей красе, я застыл в немом восторге. Двухэтажный, но судя по планировке, большая часть жилых комнат в нем была расположена на первом этаже. Крыльцо без ступенек, видимо Логан, помня о моих травмах, специально искал такой. Лужайка перед домом была засажена газоном – ничего лишнего. На заднем дворе бассейн и сад. Если бы даже я сам выбирал себе жилье, вряд ли бы мне удалось найти что-то более подходящее. - А внутри он еще лучше, – не унимался Логан. – Хочешь посмотреть? - Отстань от меня! – огрызнулся я альфе, хотя на самом деле до смерти желал взглянуть на него. - Натаниэль, ты не знаешь, но вчера я попросил Чарльза и Гэйла помочь мне привести этот дом в порядок. - Что? Гэйл и Чарльз… они здесь? - Да, здесь. Пойдем, они так радовались, когда услышали, что ты приехал. - Правда? Тогда я тоже хочу увидеть их. Входная дверь была не заперта, и мы без стука вошли внутрь. - Ну, и как тебе? Гостиная, открывшаяся моим глазам, была настолько огромной, что я не сразу заметили хрупкого омегу на диванчике в углу. - Явился, наконец! – омега встал с места, и я узнал в нем Филиппа. - Папа! – Логан, как и я не ожидал его здесь увидеть. – Когда ты вернулся? Хотя, постой, как ты вообще нас нашел? - Зачем… Зачем ты солгал? – голос омеги срывался на крик. – Зачем сказал Гэйлу, что придешь вместе с Натаниэлем! Я ведь поверил его словам… примчался сломя голову… дела все оставил. Зак говорил мне, что все это чушь, но я так хотел верить. Боже, как я хотел… - Папа, я не врал... - Прекрати! Я не желаю слушать твои объяснения. По крайней мере, не сейчас. У тебя ведь гость на пороге… - Но… - Завтра, Логан! Я выслушаю тебя завтра! – сказав это, Филипп с угрюмым видом направился к выходу, но потом вдруг остановился и посмотрел на меня. – Молодой человек, Вы не подумайте чего… Эта ссора… она только между мной и Логаном. А Вы? Не знаю, что у Вас с моим сыном за отношения, но я, правда, рад, что он нашел себе кого-то особенного. - Филипп! – окликнул я омегу, прежде чем он успел выскользнуть за дверь. – Вы не узнали меня? Нет?.. Конечно, нет, внешность моя ведь изменилась, но голос, он же остался прежним. Помните, как много часов мы провели за разговорами? Услышав мой голос, Филипп, не оборачиваясь, схватился за дверной косяк, и Логану пришлось довести его до дивана, боясь, что его отец в любой момент может грохнуться в обморок. - Воды! Можно мне воды. – Попросил он дрожащими губами. Сейчас омега выглядел таким бледным, что я не на шутку испугался, как бы его удар не хватил от переизбытка чувств. - Я принесу! Не зная планировки, я заметался по дому в поисках кухни, воды, аптечки, слуг. Когда в спешке я со спины налетел на Гэйла, он завизжал от испуга, и чуть не выронил дорогой чайный сервиз из рук. А когда омега обернулся и выслушал все мои требования, он сам швырнул его на пол, лишь для того, чтобы освободившимися руками заключить меня в объятья. Воду Филиппу принес Чарльз, который прибежал на крики. А потом мы все вместе пили чай с разномастных чашек прежних хозяев, так как праздничный чайный сервиз был разбит вдребезги, и другого такого в этом доме пока не наблюдалось. - Дети мои, может сейчас и не время для откровений, - заговорил Филипп, отправив слуг восвояси, - но я хочу узнать, наконец, что между вами произошло пять лет назад – всю историю. Логан, поклянись, что говорить будешь только правду! – омега сурово посмотрел на сына. - Клянусь. - А тебе, Натаниэль, я верю. - Спасибо. - Ну, кто начнет? Мы с Логаном переглянулись. - Я буду говорить! – начал альфа. – В день, когда мы в первый раз приехали к Ларкинзам, из-за аллергии напрочь пропало мое обоняние. Я не оправдываюсь, но тогда, судя исключительно по внешним данным, я серьезно решил, что моей истинной парой будет Эрик. Прости, Нат, прости меня, пожалуйста. - Хватит извиняться! Твой выбор был очевиден. - По пути к оракулу я уже во всех красках представлял нашу с Эриком совместную жизнь, но вопреки всем моим ожиданиям выбор оракула пал не на прекрасного Рика, а на серенького Натаниэля. Честно говоря, тогда я подумал, что оракул надо мной посмеялся. А деду, наоборот, такой расклад очень даже понравился. И он, не спрашивая моего мнения, стал вовсю планировать нашу с ним будущую свадьбу. Конечно, в тот момент я еще мог отказаться от этой затеи, но расстраивать смертельно больного деда мне не хотелось. К тому же я отлично понимал, что взять в мужья Эрика мне тоже никто не даст. Поэтому, я и решил пожертвовать своим счастьем, чтобы сделать последний подарок Ральфу. До самой нашей свадьбы все шло по плану. Днем меня грело осознание того, что я весь из себя такой благодетель смог отплатить деду за доброту, а ночью тайно мечтал об Эрике, проклиная несведущего оракула. Дошло до того, что я стал бредить ним наяву. Вдобавок, тогда я искренне считал, что Натаниэль мне по гроб жизни обязан только за то, что я согласился взять его в мужья. Ну, а потом была наша первая ночь, когда этот невзрачный омега вызвал во мне такое сильное желание, как никто и никогда до него. И на пике возбуждения я увидел на его теле, оставленную другим альфой метку. Доктор подтвердил, что омега изменил мне, точнее не изменил, а только попытался. Тогда я не знал, что все это было не что иное, как коварный план Эрика. Накануне свадьбы он опоил брата и практически подложил его под своего дружка. К счастью, завершить начатое им не удалось, но и того, что они успели сделать, вполне хватило для того, чтобы превратить последующую жизнь Натаниэля в ад. На людях мы играли влюбленную пару. Но наедине я месяцами измывался над омегой, считая его изменщиком. Даже наш первый раз был насилием. - Логан, что ты с ним делал? – Филипп ошарашено посмотрел на сына, побелев от шока. – Отвечай, подлец! А ты, Нат, почему… почему ты ничего мне не рассказал? Почему терпел издевательства? Мы же часто виделись? - О той ночи я почти ничего не помнил и считал себя виноватым, - невнятно прошептал я в ответ. - Я и сам не лучше – ничего не заметил! Но мне казалось, что вы любите друг друга, что вы настоящая пара. Разве можно так натурально врать? Я сам видел, что вы друг от друга не отлипали. - Папа, когда Натаниэль забеременел, я прекратил обижать его. Семейная жизнь затянула нас. Ненависть исчезла, а на смену ей пришло другое не менее сильное чувство – я стал ревновать омегу. Любой альфа казался мне соперником, и не только альфа, в то время я мог приревновать мужа даже к фонарному столбу. Эта ревность и погубила нашего малыша. - Так ты, и правда, убил ребенка? Сбросил беременного супруга с обрыва? – допытывался Филипп, задыхаясь от нехватки воздуха. - Да… его смерть на моих руках. - Мерзавец! Убийца! – Филипп замахнулся на сына, но я встал между ними, и пощечина, едва задев, попала в меня. - Нет! Все не так! – зачем-то вступился я за альфу. - Нет? - Филипп, Вы ведь хотели услышать правду. Меня никто не толкал. С утеса я упал сам, а Логан… он, наоборот, пытался меня спасти. - Но ты пришел туда из-за меня, из-за нашей ссоры. Папа, я приревновал его на приеме, а когда вернулся, сказал в перепалке, что не хочу ребенка-омегу. - Нат, и ты из-за этого решил свести счеты с жизнью? – озвучил свои домыслы омега. - Нет! Как Вы вообще могли такое подумать? Это была случайность. Я оступился, пока мы с вашим сыном выясняли отношения. - А с больницы ты тогда зачем сбежал? - Я узнал про смерть Ральфа. Думал, Логан меня за это не простит… – сдерживаемые слезы мокрыми дорожками покатились с глаз, а ноги так болели, что стоять было невыносимо. - Папа, хватит! Сколько еще ты будешь мучить Натаниэля расспросами. Он же болен. Разве ты не видишь, с каким трудом он держится на ногах. - Нат, милый, пойдем. Я уложу тебя. Отдохнешь немножко. – Предложение альфы звучало так соблазнительно, и я, как под гипнозом, поплелся за ним. - Простите, Филипп. Мне, правда, жаль, что все так получилось. Простите, что мы с Логаном не истинная пара…