Кто я для тебя?

      Сэм уехал на семейную встречу несколько дней назад, но это не мешало ему звонить каждый вечер. Однажды, когда я набрала его номер первой, на другом конце провода послышался незнакомый мужской голос: — Я слушаю, — грубый баритон встретил меня не особо приветливо. — Эм-м, — немного растерявшись, я прокашлялась. — А можно Сэма к телефону? — Это Эмили? — собеседник вдруг смягчился. — Сэмми про тебя рассказы… — Отдай мобильник, — в трубке началась возня. — Дин! Отдай, я сказал. — Сэмми и Эмили. Тили тили тесто… — издеваясь над Винчестером-младшим, второй парень резко замолчал. — В следующий раз это будет не подушка, а бейсбольная бита. Алло, — поднеся телефон к уху, высокий брюнет обратился ко мне. — Подожди минуту, я выйду, чтобы никакие дебилы, — парень повысил голос, обращаясь к тому, кто посмел ответить на звонок первым, — не встревали в разговор. — Пока, Эмили, — я услышала, как хлопнула дверь, и едва сдерживала смех. — Это твой брат? — Да, — отдышавшись, Сэм вновь заговорил, но уже не так резко. — Он не успел тебе нагрубить? — Нет, — все, пора дать волю рвущемуся на волю гоготу. — Я смотрю, у вас очень милые отношения. — Поверь, тебе показалось. Он может быть настоящей занозой в одном месте. Постоянно пытается что-то выкинуть, чтобы поставить меня в неловкое положение, — по голосу парня было слышно, что он тоже улыбается. — Значит, ты про меня не рассказывал? — вспомнив слова Дина, мне тоже захотелось присоединиться к тактике старшего брата. — Ну, здесь он не соврал, — я рухнула на подушку, стараясь не пропищать от радости. — У тебя все хорошо? Больше тот странный тип не появлялся? — Сэм стал серьезнее, но после моего отрицательного ответа, успокоился и продолжил флиртовать. — Ты еще не знаешь, когда вернешься? — борясь с желанием сказать Винчестеру, что я безумно скучаю, я была вынуждена искать другой способ заставить его приехать в Стэнфорд. — Я хотел сделать сюрприз, но… — Черт, я все испортила, — коря себя за собственное нетерпение, я представила, как бы выглядело мое лицо, увидь я парня в дверях моей комнаты. — Нет, — он опять улыбнулся. — Если все пройдет хорошо… — парень громко закашлял, будто хотел исправить сказанное, — послезавтра уже буду в университете.       «Что он имел в виду под «если пройдет хорошо»? Чем они с братом там занимаются?» — сдержавшись, чтобы не выпалить бестактный вопрос, я собиралась узнать что-нибудь другое, но снова услышала голос Дина: — Сэм, нам пора! — раздался грохот, словно кто-то уронил на землю груду железа. — Эмили, я не знаю, успею ли позвонить тебе до того, как ты ляжешь спать. Поэтому… — До завтра, — закончила я. — Он соскучился! — перед тем, как младший Винчестер положил трубку, я узнала как раз то, ради чего и набрала номер парня несколько минут назад. Поставив будильник на восемь часов, чтобы не проспать приезд Джин, которая решила вернуться раньше, чем закончатся каникулы, я укуталась в одеяло, желая, чтобы поскорее наступило послезавтра.

***

      Пролетающие над головой самолеты оглушали. Морщась каждый раз, когда гигантские аэробусы заходили на посадку, я оказалась в здании аэропорта. На табло я быстро нашла рейс подруги, который впервые добрался до пункта назначения без задержек и отмен, и отправилась в нужный мне терминал.       Десятки людей стояли вокруг меня, с волнением ожидая приезда близких. Маленький мальчик, сидевший на шее отца, чтобы не пропустить момент открытия дверей, постоянно спрашивал, не упустили ли они маму в толпе.       Наконец, автоматические перегородки с матовым стеклом разъехались в стороны, и показались первые пассажиры. В нескончаемом потоке я заметила гриву вьющихся каштановых волос. — Эй, слепая моя, — заметив, как девушка щурит глаза, я начала активно махать руками и букетом тюльпанов, который купила в небольшом магазинчике возле кампуса. — Роджерс! — разгоняя народ огромным чемоданом, который мчался впереди Дэвис, она подлетела ко мне и чуть не сбила нас обеих с ног. — Прошла всего неделя, а я уже соскучилась.       Последнее слово напомнило мне вчерашний разговор с Сэмом, и я коварно улыбнулась, зная, что шатенка заметит мой интригующий взгляд. — О! Мой! Бог! Ты же должна мне рассказать про кое-кого, — замурлыкав в конце предложения, Джинджер обняла меня за плечи, и мы вместе поехали в общежитие.       Забросив совместными усилиями чемодан на кровать (не понимаю, как подругу вообще пропустили без доплат за перевес), мы решили, что нечего сидеть в комнате без дела, поэтому заказали такси и через полчаса уже разлеглись в парке на берегу залива.       После того, как Винчестер отправился решать дела с братом, погода окончательно пришла в норму (я успела пострадать от несправедливости: быть красивой в легком платье проще, чем в пальто и огромном шарфе), и, несмотря на конец января, на улице было тепло. — Ты, как настоящий партизан, молчишь с того дня, как сообщила мне, что тебя приглашают на свидание. Тебе не кажется, что ты своими интригами ставишь под угрозу не только нашу дружбу, но и свою жизнь, — Джин постаралась изобразить гнев, чем только рассмешила меня. — Перестань! Я серьезно, — она нахмурила брови, но через несколько секунд взорвалась смехом. — О, Господи, — проходившая мимо женщина выронила собачку, которую держала подмышкой, и, что-то грозно пробубнив, постаралась уйти от нас подальше, пока не заработала припадок от громкого хохота. — Вот видишь! Я из-за тебя чуть ту женщину не убила. Если бы ты уже начала говорить, этого можно было избежать. — Все-е! Ладно-о! — я сдалась. Мучить мою соседку было, конечно, весело, но на такси обратно мы планировали скидываться вместе, и, если бы — в качестве мести — Джинджер отказалась, пришлось бы туго. — Свидание… — Пф! Ты думаешь, ты теперь легко отделаешься? Мне нужны подробности, понимаешь? Под-роб-нос-ти! — отстукивая каждый слог ребром одной ладони по другой, девушка настаивала. — Что ж, после одинокого Рождества, — меня смерили упрекающим взглядом, который мне пришлось проигнорировать, — я решила, что хочу немного развеяться. Мне не впервой гулять без компании, но, когда я открыла дверь, на пороге стоял Сэм, — опустив рассказ про сон с участием парня, я продолжила: — Ни с того, ни с сего он предложил пойти погулять. Я, честно, не помню, о чем мы с ним там разговаривали, потому что не могла поверить, что все происходит по-настоящему. Просто в какой-то момент он позвал меня в кафе.       Джин завизжала. — Подожди. Дальше еще лучше, — попросила я, отмахиваясь от объятий. — В итоге, восемь часов. Его нет. Я уже решила, что все, никто никуда не идет, но к нам постучали. В коридоре вновь был тот мужик, о котором я тебе говорила. И по какой-то дикой случайности он искал именно Сэма. — Почему он спрашивал о Винчестере у тебя, если мы живем в разных корпусах? — Это один из вопросов, на который у меня нет ответа. Но, согласись, подозрительно: мы идем гулять и ровно в назначенный час появляется этот криповый... Я даже не уверена, работает ли он у нас. Естественно, наш рыцарь прискакал как раз вовремя. До того, как я умерла от разрыва сердца. Ты бы видела его взгляд, — я закатила глаза. — Даже если бы у того незнакомца в руках был пистолет, я бы не волновалась, зная, что меня спасут. — Слюнку вытри, — разглядывая мое мечтательное лицо, посмеялась Дэвис. — В итоге, все само собой разрешилось, и мы пошли в кафе. Он... сейчас тихо, — пригрозила я, — взял меня за руку и не отпустил, — подруга схватилась за голову, изображая обморок. — Но самое интересное случилось потом. Сэм рассказал, как так вышло, что моя курсовая оказалась у него. Когда Мур силой затащила меня в тот клуб, она же призналась, что он ее бросил. Оказывается, она подозревала его еще с Хэллоуина. После того, как он отбил меня у Колина. Джесс регулярно выносила ему мозг, а в последний раз орала, что это из-за меня они расстаются. И, представляешь, что он ответил?       Шатенка активно замотала головой, не желая строить догадки о том, какое продолжение ее ждет. — Он признался, что, действительно, дело было во мне. — А-а-а! — от визга Джин птицы, обитавшие на соседних деревьях, в ужасе поднялись в воздух и заметались из стороны в сторону, не понимая, откуда исходит ультразвук. — Боже! О, Боже! Ты серьезно?! — я утвердительно кивнула. — А-а-а! — новая звуковая волна ударила по моим перепонкам. — Да не ори ты. Люди подумают, что тут кого-то убивают. — Ты и убила меня этой новостью! — Замри! — усадив подругу на плед, скомандовала я. — Мы гуляли, болтали. В кафе сидели рядом, разговаривали обо всем, о чем только можно, как будто знакомы с ним не первое десятилетие. В конце он, конечно же, проводил меня домой. И... — я подвинулась к подруге и зажала ее рот рукой: — Он меня поцеловал.       Послышалось мычание, и, сумев вырваться, Дэвис начала прыгать, плясать и бегать вокруг нашего пледа взад и вперед. Прогуливающиеся парочки странно смотрели на происходящее безумие, но шатенка поспешила оправдаться: — Моя подруга начала встречаться с парнем, которого любила полтора года! Извините, что напугала вас, но я слишком рада, чтобы молчать, — девушка, прятавшаяся за своим молодым человеком, расслабилась и, взглянув на мои покрасневшие от стыда щеки, показала мне большой палец и улыбнулась.       Я зареклась никогда больше не хранить секреты от Джин, которые потом собиралась рассказать. Нельзя столько информации выливать на эту кудрявую голову сразу. Эффект может оказаться непредсказуемым.

***

      Впечатление, которое на Джин произвел мой рассказ, не отпускало ее до следующего дня. Никогда не думала, что кто-то будет рад романтическим событиям в моей жизни так же сильно, как я.       Дэвис ненадолго притихла, узнав, что Сэм уехал, но воспоминания о моем поцелуе вернули все на свои места.       За выслушиванием поздравлений пролетел день. И следующий. Однако от Винчестера ничего не было слышно. Я сомневалась, стоит ли снова звонить первой, но Джин настояла на том, что в отношения нужно вкладываться обеим сторонам. И, раз уж парень сделал несколько семимильных шагов для сближения, я могла не бояться быть навязчивой.       Но… бесконечные гудки никто не прервал. К концу недели у меня появились сомнения, не избегает ли он меня.

***

      За те дни, что я ждала Винчестера, мы успели обсудить с подругой все возможные исходы этих начавшихся и, по ходу, закончившихся отношений. После очередного теоретического разглагольствования я пришла к выводу, что дико устала и не могу засорять голову только им. Сославшись на мигрень, я отказалась сопроводить сопроводить мою соседку в магазины, и в последний выходной, наслаждаясь тишиной, я выбрасывала ненужные конспекты и расчищала письменный стол, чтобы на него хотя бы в первые дни учебы можно было что-то положить.       Тихий, но настойчивый стук в дверь отвлек меня от уборки. Зная забывчивость Джин, я думала, что она, как обычно, забыла ключи. Или накупила столько бесполезного шмотья, что не в состоянии добраться до внутреннего кармана сумочки.       Но меня ждала не шатенка. — Привет, — облокачиваясь одной рукой на косяк двери, надо мной нависал Сэм.       Я молча стояла, пронзая его взглядом, и не знала, начинать истерить, что его так долго не было или просто радоваться тому, что он все-таки пришел. Возможно, я спала. Чересчур реалистичные сновидения для меня не открытие. Возможно, просто сошла с ума. Но поверить, что Винчестер на самом деле был в Калифорнии, я не могла, потому что уже убедила себя в том, что он не вернется.       Кто бы знал, как я, по сути, была права. — По крайней мере, ты успел до начала занятий, — не обвиняя, а лишь констатируя факт, сказала я. Винчестер тяжело вздохнул, и до меня дошло, что что-то не так. — Ты не останешься, да? — я озвучила свой самый жуткий страх и по глазам парня поняла, мои слова попали в самую точку. — Но почему? — Я бы хотел тебе все рассказать, но не могу. — У тебя есть жена и дети? — выдвинула я одну из версий, которую вчера мне преподнесла подруга. — Нет, — Сэм усмехнулся. Он считает, что ситуация забавная? — Я бы никогда с тобой так не поступил, — его рука легла на мою. — Я столько лет мечтал жить нормально, учиться, построить семью, но это, по-видимому, невозможно. Я вынужден уехать, Эмили... Навсегда. И... — он замолчал. Я видела, как он борется с самим собой, пытаясь оттянуть момент, но, в конце концов, с его губ слетело: — Это последняя наша с тобой встреча.       Ладони парня медленно скользили вдоль моей руки, выше, пока не стали аккуратно поддерживать шею сзади. Резкий порыв и моя голова наклонена вбок, предоставляя его губам место для легких прерывистых поцелуев.       Удовольствие накатывало волнами, заставляя меня прикусить нижнюю губу чуть ли не до крови. Но это неважно. Боль отошла на второй план. В этот момент есть только он и я.       Сэм жадно, словно голодный зверь, впивался в мои губы, пересохшие от тяжелых вздохов и тихих стонов, сменяя нежность небывалой страстью. Я лишь на секунду решила приоткрыть глаза, чтобы увидеть его лицо. И где-то в глубине души пожалела о своем решении. — Прощай, — вложив в мою руку конверт, Винчестер в последний раз коснулся моих губ и исчез, повернув за угол коридора.       Стоя в полном одиночестве, я дрожащими руками держала письмо, оставленное мне напоследок. Взглянув на аккуратный почерк, которым было написано мое имя, я поняла, что не могу отпустить его.       Подбежав к панорамному окну, выходящему на стоянку перед парком, я заметила незнакомую машину. Сомнений, что она ждет именно парня, не было. Я ринулась к лестнице.       Пролет. Еще один.       Чуть не упав, я перепрыгивала через ступеньки, думая лишь о том, что не прощу себе, если потеряю его таким нелепым образом. Осталось немного. Уже виднелась дорожка к стоянке...       «Только бы не опоздать!» — Сэм! — прокричала я, останавливаясь возле тротуара. Последний раз взглянув на меня, он сел на пассажирское сиденье, и машина с визгом уехала в неизвестном направлении.       «Нет, как он мог? Так просто?» — мысли смешались, не давая трезво оценить ситуацию. Чуть ли не плача от обиды, я стояла и всматривалась в темноту, не отпуская надежду, что он еще вернется. Мурашки побежали по телу, когда я увидела свет фар, но это был чужой автомобиль.       Он не вернется.       Я говорила себе эту фразу всю неделю, и теперь она окончательно стала явью.       Волочась к лифту, я не обратила внимание на миссис Велингтон, подскочившей ко мне. Ее напугало мое безрадостное выражение лица, но ни слова из того, что она щебетала, я не разобрала. Только оказавшись перед зеркалом, я увидела, что плачу. — Почему дверь открыта? Нас ограбили? Эм… Что случилось? — Джин вернулась с покупками, которые были брошены на пол в ту же секунду, когда девушка заметила, что я собираюсь упасть на колени. — Дорогая, что произошло? — Он уехал, — только и смогла выдавить я. — Навсегда. Оставив гребаное письмо! — схватив с книжной полки фарфоровую статуэтку, я запустила ею в стену.       Дэвис дала мне успокоительную таблетку. Или две. И, обливаясь слезами, я не заметила, как истерика отпустила и меня накрыл сон. Лишь в половину четвертого утра, когда действие лекарства начало отступать, я проснулась. Подруга тихо сопела на своей кровати, и, чтобы не разбудить ее, я на цыпочках прошла в ванную.       В отражении на меня смотрело чудовище с опухшими красными глазами.       «Это все мне не приснилось», — умываясь ледяной водой, я не была уверена, поможет ли это прийти в норму к первой паре. Выдавленный крем, обещавший снять отек, был плотно размазан по лицу, и, чувствуя, как вновь подступают слезы, я решила вернуться обратно в кровать. До будильника еще было часа три, от силы, четыре, и я уже готовилась рухнуть в постель, когда пробивающийся с улицы лунный свет заставил меня увидеть письмо. Письмо, которое я так боялась открыть.       «Если я начну его читать, то, значит, он точно ушел», — во мне противостояли желание порвать несчастный конверт, который я выброшу в мусоропровод, и жажда узнать истинную причину его исчезновения.       Мое любопытство меня погубит. Достав сложенный вдвое лист бумаги, я села возле окна, чтобы разобрать слова:       «Эмили,       Я знаю, что своим поступком делаю тебе больно, и, наверняка, в твоей голове сейчас кружится миллион вопросов. Все бы отдал, чтобы ответить на них. Объяснить. Но не могу. В этом мире есть вещи, которые ты не должна знать, чтобы жить дальше в безопасности.       Да, нахождение рядом со мной ставит твою жизнь под угрозу. И я не уверен, что смогу защитить тебя иначе.       Поверь, я бы остался, будь у меня такая возможность, и ни за что бы не ушел.       Мой отец пропал, и я не могу бросить брата одного разбираться во всем.       Можно тысячу раз написать «прости», но этого будет недостаточно, чтобы показать все, что я испытываю на самом деле. И это вряд ли заглушит твою боль. Я никогда не хотел сказать тебе: «Прощай», — но обстоятельства вынуждают меня.       Просто знай, я всегда буду помнить ту, что сбежала от меня.       С любовью, Сэм.»