The Penthouse

Всё время, пока мы с Уке-куном шли к номеру Матсумото, я замечал его нервозность. Он то мял в тонких пальцах рукав своей формы, то задумчиво зажимал губы, иногда прикусывая их. Только не понимаю, волнуется он или сдерживает свою злость? Да, я ведь видел его злобу, такую собаку лучше с цепи не спускать. Когда стоишь рядом с ней и хвалишь, гладишь по голове, она счастливо гавкает и виляет хвостом, но только в твоих руках появляется палка, как она сразу же скалится и чуть ли не бросается на тебя. Одна преграда - цепь. Стоит держать Уке-куна на привязи... - Волнуетесь? - спрашиваю я, слегка улыбаясь. Повар неловко смотрит на меня и еле заметно закусывает губу. - Да. А вы нет? - Ха! Да чего тут волноваться, это же Матсумото, я уже... - Нет, я уже привык. Уке-кун понимающе кивает, задумчиво отводя взгляд. Я не унял его волнение, это плохо. Чтобы обеспечить сохранность Юки и некой личности с кучей стразиков по всему телу и одежде, его нужно успокоить. - Уке-сан, вы только знайте, что что бы ни сказали вам, я считаю, что вы потрясающе готовите. Не беспокойтесь о мелочах. Вы же знаете Матсумото, он просто хочет устроить очередной скандал и кого-то унизить. Хобби у него такое, - улыбаюсь я, а повар кивает, слегка улыбаясь. Ммм, это уже хорошо. Катастрофы не предвидится. Вскоре двери лифта отворились и кабину залил ещё более яркий свет из коридора. Я устало сощурил глаза и прошёл вперёд по длинному ковру на полу к номеру-люксу. Ну и как же мне появиться... так поэпичнее? Или неожиданнее? "Сюрприииз, Руки-сан, вы только не ругайте, что я опоздал больше чем на полчаса. Хе!" Так и сказать? Ещё раз одобрительно улыбнувшись Уке-куну, я постучал в дверь, будто бы ожидая своего смертного приговора. Дверь отворилась нескоро, нам с шеф-поваром пришлось пару минут постоять у порога, прежде чем в дверях появился никто иной как Юки и не пропустил нас. На его лице была уже привычная мне довольная улыбка, а глаза были слегка прищурены. Он проводил нас по номеру к столовой, где и должны были ужинать они с Руки, если мне не изменяла память. Только мы переступили порог, как увиденное поразило меня. Стол был практически полон, будто бы никто здесь и не притрагивался к еде. Меня снова поразило разнообразие блюд на нём, но я сдержался, чтобы не высказать это словесно. А ещё... Я увидел Руки. Он сидел на одном из стульев, нет, он просто развалился на нём. Его лицо было искажено в довольной улыбке, глаза смеялись, а его щёки... Они горели! Матсумото краснеет! Боже мой, я и не думал, что это возможно! Но... такой милый румянец на щеках даже позабавил меня. - Здравствуйте, Сузуки-саааан~, - улыбается певец и тут же хлопает рукой по стулу рядом с собой. - Шеф-поооовар-саааан! - он слегка наклонил голову вбок и смерил нас взглядом. Не холодным, таким тёплым и слегка мутноватым взглядом. - Присаживайтесь, у меня к вам серьёзный разговор! - засмеялся он. - Вы пьяны, Руки-сан? - непонятливо говорю я, а Матсумото хмурит бровки и снова хлопает по стулу рядом, намекая нам сесть. - Ничуть, да, Юк-кун? - хихикнул он, тыча пальцем в шатена. Тот начинает тихо хихикать. - Я выпил только пол бутылки! - Это коньяк, Руки-сан, и вы пьяны, - начинаю улыбаться шире я. Меня смешат попытки певца подняться на ноги, удержать равновесие. Да, таким он мне нравится намного больше. - Шеф-повар-сааан, садитесь! - хихикает тот, и Уке, сначала непонятливо посмотрев на него, уселся на ближайший стул. И ибо я ещё не последовал примеру Уке-куна, Матсумото направляется ко мне. Так весело! Заплетаясь на каждом шагу, он тащится ко мне, а потом, похоже, спотыкается и падает прямо мне в руки. Он такой маленький, а я и не думал... Определённо, это маленькое тельце, которое сейчас лихорадит от алкоголя, меня привлекает намного больше, чем пафосный и холодный Руки. Он сейчас даже похож на человека, на настоящего человека, который умеет искренне улыбаться и радоваться. И для 23-летнего парня он очень даже мил. Его ладошки ловко уцепились за мой костюм, помогая тем самым себе не упасть. А глаза немного растерянно смотрят на меня. Снова бровки домиком. - Я не пьян! - снова заявляет он, на этот раз в завершении своих слов икает. - А чего это вы меня лапаете? Отпустите немедленно! - певец возмущённо надувает губки, только не хватает, чтобы ножкой топнул. Ну, раз он так хочет... Разжимаю свои объятья, отпуская его в... свободный полёт. Да он даже на ногах стоять не может! Дааа... Матсумото Таканори страшен, когда пьян, в прямом смысле этого слова. Руки тут же снова цепляется за меня ручонками. - Нет, держите! - говорит он, посильнее прижимаясь ко мне, сминая воротник моей рубашки, потому что вцепился одной рукой он как раз таки мне в шею. Хорошие места выбирает, дьявол. А сопит-то как, прижимаясь ко мне. Да уж, падать ему снова не хочется определённо. Но и стоять самостоятельно он не может. Даже на смех пробивает! Он такой шут, когда пьян. Бросаю взгляд в сторону и замечаю, что Ютака о чём-то оживлённо говорит с Юки. И когда это мы разделились на "дуэты"? Мне теперь, что, с Руки петь? Смотрю на него, часто икающего, и улыбаюсь. Прохожу чуть вперёд и усаживаю его на стул. Певец сразу принимает горделивую позу, закидывает ногу на ногу. - Так вот, - начинает он. - Я хотел сказать, что ужин был отличный, шеф-повар-сан! А Сузуки-сан сегодня был очень полезен мне, я рад, что вы зашли и я смог вас поблагодарить... - я не понимаю, это певец так добреет от алкоголя, что сразу становится другой личностью, или это просто сегодня какое-нибудь там новолуние или созвездие водолея пересекает лебедя. Тьфу, не разбираюсь в этом. Но... Что, мне приятно, когда меня хвалят. - Не за что, Руки-сан, это наша работа. - слегка улыбаюсь, поправляю на себе рубашку, любезно смятую певцом. - Не стоило благодарности. - А может посидите с нами за ужином? Юк-кун не против, я тем более. Так что? - улыбается Матсумото пьяной улыбочкой. Нет, ну правда, алкоголь меняет человека! Я и не думал, что такой тип, как Матсумото, может с улыбочкой предлагать каким-то людям посидеть с ним вместе за ужином. А его фанатки наверное мечтают об этом... Безмозглые курицы. - Прошу прощения, Руки-сан, но мы с Уке-саном не можем себе такого позволить. Мы на работе, - улыбаюсь я, замечая, как улыбочка сползает с лица Матсумото. Ну да, негодует, понятно всё с ним. - Ну, бывают же исключения из правил! И, да, сейчас уже пол одиннадцатого, неужели у вас действительно так много работы в это время? Мне кажется, все уже расползлись спать и вы... Уке-сан, да? Должны быть сейчас свободны. Так почему бы вам не составить нам компанию? - говорит вполне трезво, хотя мутный взгляд и такие же алые щёки выдают его. - А Сузуки-сан, неужели вас кто-то ещё может беспокоить в такое позднее время, кроме меня? - и улыбается довольно, вот дьявол, а? Он же сам знает, что нет. Знает, о чём говорит, вот хитрец, а! И как я теперь должен буду ему отказать? - Я, можно сказать, живу на работе, Руки-сан, так что рабочий день у меня никогда не заканчивается. Кроме работы с людьми у меня ещё много бумажной, так что извините, но я не могу себе позволить ничего подобного. Сегодня я и так потратил много времени впустую, были проб... - меня перебили. - Очень занимательная история, Сузуки-сан! - воскликнул Руки, - Оставайтесь и порадуйте нас ей, мне интересна ваша работа. Ну? - выдаёт он, улыбаясь, и хватает меня за руку, тем самым не даёт уйти. Дьявол! И что мне теперь делать? С одной стороны меня держит Руки, с другой у меня ведь и правда не так много работы, чтобы сейчас заморачиваться о ней. А ещё... Уке-куну и Юки похоже сейчас абсолютно не до нас. Сидят на стульях, разговаривают между собой, улыбаются. А довольные-то! И только я сейчас один в такой неловкой ситуации. У Уке-куна же работа закачивается именно в это время, да и он сам не против, похоже, остаться, а у меня... Что мне сказать? - 10 минут, - мученически выдавливаю я, а Матсумото победно улыбается. - 20 и вы выпьете со мной, - ухмыляется он. Нет, это уже нагло. Хотя я, похоже, забываю, с кем я сейчас говорю. Это же Матсумото Таканори - одна из самых главных ошибок природы и невероятный наглец. Свалилось же мне счастье на голову. - 10 и я не буду пить, я на работе, - смотрю на Руки с вызовом. Сейчас такое можно себе позволить. Певец невменяем, ведёт себя не так, как обычно, да и не воспринимает всерьёз то, что воспринял бы трезвым. Хорошая ситуация. - 15 и вы попробуете что-нибудь из этих закусок, - смотрит он хитро на меня. - Ладно. 15... - и когда это я стал таким мягким? Всё поблажки ему делаю. Он мне в трезвом состоянии такого не делает, чего это я такой добряк?! Зато как он сейчас довольно, победно улыбается. Торжествует, дьявол! И тянет меня за руку, слишком резко, заставляя даже споткнуться на месте и рухнуть на стул рядом с ним. Он снова улыбается, но отпускать меня не спешит. - Сузуки-сан, налейте мне ещё конька, - говорит он шутливо. Ну ладно, налью, чего там. Чем быстрее он вырубится, тем скорее я отсюда уйду. А Уке-кун пускай делает, как хочет, не маленький уже. Ему решать: уходить со мной или оставаться вместе с сомнительной личностью непонятной ориентации. Кстати... Юки ведь скорее всего тоже гей, раз он парень Матсумото. Или они не пара? Как-то не особо Юки сейчас заботит его горе-любовник, если он таким и является. Странно всё это... Беру в руку бутылку коньяка и подливаю Матсумото в стакан, тот довольно улыбается и тянется к нему, а потом по-деловому закидывая ногу на ногу, смотрит на меня и пьёт янтарную жидкость. Взгляд у него вопросительный, левая бровь чуть приподнята, а пухлые губы расплылись в улыбке. - Ну, рассказывайте, Сузуки-сан, мне интересно, - улыбается певец. - И что вам рассказать? - Да что угодно, мне просто интересно будет вас послушать. Да хоть о своих любовных похождениях, это даже интереснее, чем о работе! - хитро улыбается он, поглядывая на меня. Не будь он таким знаменитым, я бы давно оттянул его за уши, ну не могу просто, когда со мной говорит в таком приказном тоне младший человек. А когда это Матсумото, то меня просто внутренне пробирает, хочется его вышвырнуть из отеля, нахамив ему при этом в ответ, обругать его стольким матом, сколько знаю... Но я сдерживаюсь. Мне не нужны проблемы, этому отелю они так же не нужны. И пока его успешность на двадцать пять процентов зависит от меня, остальное конечно - другое обслуживание. - Ну, не молчите, - капризно тянет певец, улыбаясь. - Вот скажите, есть у вас сейчас девушка? Какая она, как она в постели? Или... Может вы по мальчикам? - Матсумото хитро улыбается и ударяет меня локтем в бок. Не дождёшься, дьявол. И не думай даже опутывать меня своими цепями голубой ориентации. Я нормальный парень и привлекают меня исключительно женщины, красивые, с большой грудью и симпатичным лицом. - Нет, у меня сейчас нет девушки, и в целом она мне и не нужна... У меня слишком много работы, чтобы думать о чём-то кроме неё, - выдыхаю я, рассматривая, как янтарная жидкость переливается по прозрачным стеклянным стенкам стакана, будто бы играя. Мне и самому захотелось выпить, но не сейчас. Сейчас я себе это позволить не могу, тем более при Руки. И этого он не дождётся. Не люблю идти на уступки, ведь он хотел заставить меня выпить. Кто ж его знает, вдруг ручонки распускать начнёт. - Пф, вы такой скучный, Сузуки-сан! - протягивает, улыбаясь, Матсумото, а потом пьяно усмехается. - А как же вы снимаете напряжение? Ммм, дайте догадаюсь! Звоните и снимаете себе девчушку на ночь? - Говорите так, Руки-сан, будто бы сами такого никогда не делали. Ну да, иногда, когда время не к чёрту и подходящей кандидатуры на примете нет, то, конечно, я снимаю себе девушку, - смотрю в его затуманенные глаза. А так через его линзы даже немного проглядывается настоящий Матсумото Таканори. Я вообще не понимаю, зачем он носит эти чёртовы линзы, они ведь портят зрение, да и впечатление о нём вместе с этими бездушными синими глазищами лучше не становится. Имидж всё, имидж... Певец усмехается и заправляет за ухо выбившуюся прядку блондинистых волос. Кстати о его волосах, лака на них осталось не так много, теперь они лежат будто бы приглаженные, но этим ни капли не портя теперь новую причёску. Честно, сам я против всех этих покрасок, ровно как и линз, этим должны заниматься девушки, недовольные своей внешностью, глупые курицы или же проститутки. Но сейчас это модно, чтобы парни красили свои волосы. Зачем же? Уверен, у Матсумото и так великолепный цвет волос, чёрный, как и у всех японцев, и приятный. Зачем он испортил свои волосы? - Ну, такого я и правда никогда не делал. Я не люблю женщин, - он крутит у виска пальцем с большим кольцом в форме черепа на нём. - Они все слишком глупые и истеричные, а ещё ревнивые до задницы и постоянно лезут везде! За что их любить? - певец делает несколько глотков янтарной жидкости и довольно улыбается. - Меня привлекают мужчины. Они волевые и сильные, свободные, знаете? Ох, не смотрел бы я этого интервью сегодня, сейчас бы наверное сидел с отвисшей челюстью, хорошо, что я морально подготовился. Спасибо Такашиме! Кстати, надо бы отменить наш спор, но зарплату ему всё равно повысить, а то как-то некрасиво получится. Я наобещал и так жестоко киданул его. Не в моём стиле. - Ну, не то чтобы я вас понимаю, но я знаю, да. Мужчины по своей природе сильнее женщин, и это логично, что сильный пол должен сношаться со слабым, вы не находите? - Нет. В нашем сегодняшнем мире очень мало действительно слабых женщин, многие из них пытаются нагнать мужчин, как и в политическом смысле, так и вообще, так что... Слабого пола не остаётся, Сузуки-сан, - а что, мне нравятся его рассуждения, хотя я с ним и абсолютно не согласен. Он и в пьяном состоянии умеет так говорить... Интересный. - Да и если посмотреть с другой стороны... Если бы я и не был геем, я бы не стал прогонять из своей постели такой прекрасный пол! У вас был опыт с мужчинами, м? - ох, неужели он хочет убедить меня попробовать это? - Не было, Руки-сан, я как-то не собираюсь записываться в ряды геев, - слабо улыбаюсь, видя его немного скривившееся лицо. На секунду создаётся какое-то ощущение победы, но оно тут же пропадает, когда Матсумото снова начинает широко улыбаться. - Не обязательно быть геем, чтобы заниматься сексом с мужчинами! Очень советую вам попробовать, вам понравится, ещё спасибо мне скажете! А если не понравится... Хотя я как-то не думаю, что вам это не понравится. Но в этом случае вы будете иметь собственный опыт. - довольно улыбается Матсумото, разглядывая меня. А не думает ли он, что пробовать я это буду именно с ним? Не дождётся, дьявол! Я только открываю рот, чтобы возразить, как Руки снова меня перебивает. Похоже, у него это уже вошло в привычку. Наглец! - А вообще, вы обещали, что попробуете что-нибудь из закусок! Вы любите морепродукты, Сузуки-сан, быть может мясо или сыры? - он указывает на стол. А руки-то у него уже слегка трясутся, хороший признак, скоро вырубится. Ох как я этого жду. - Я вам ничего не обещал, спасибо, я недавно ужинал и не хочу есть... - прикрываю глаза. Не заставишь ты меня ничего съесть, дьявол, знаю я тебя, ещё и отравить мог. Вдруг я стану конченным геем после того, как поем еды с его стола. Но похоже у Матсумото другие планы! Не проходит много времени, как я чувствую, что его ладонь накрывает мои глаза. Ишь, что задумал! - Откройте рот, Сузуки-сааан~, - тянет певец, и я чувствую, что он держит что-то у моих губ. Наглеет! И если я даже открою рот, чтобы возразить, в меня попросту затолкают это что-то. Удобную он выбрал позицию, дьявол! - Ну жее, скажите "ааа"! - немного хрипит он и пьяно смеётся. Мне ничего не остаётся, кроме как открыть рот и почувствовать, как слегка шершавые пальцы проходятся по моим губам, проталкивая мне в рот что-то солёное. И что это? - Жуйте-жуйте! - хихикает певец, убирая руку. И я жую... То, что мне подсунул Матсумото, было креветкой, очищенной и размоченной в спиртном. Это божественно вкусно, но я ведь не хотел пить. Опять Руки переворачивает ситуацию в своё русло. - Ну кааак? - хихикает тот, а я медленно киваю, слегка улыбаясь. Как на это не посмотреть, но певец сделал мне очень даже приятный сюрприз. Я люблю креветки, хотя не особо часто позволяю себе что-нибудь такое. А вот Руки, похоже, частенько. Оглядываю его. Улыбается всё так же пьяно, а глаза у него уже прикрыты. Ну же, вырубайся, пока ты ещё чего-нибудь не наделал! Кстати, где его любовник-то? О, вон, сидит, болтает с Уке-куном о каких-то блюдах, нашёл этот шатен слабость нашего повара, причём очевидную слабость. Но всё равно... Меня нервирует то, что Юки сейчас даже не обращает на нас внимание, ну, пусть на меня не обращает, но на своего спившегося друга... А вдруг я поведу Руки в соседнюю комнату, чтобы хорошенько оттрахать там? Юки всё так же миленько будет разговаритьва с нашим повором? Тьфу, ну я и загнул. Трахать Матсумото! О Ками упаси! - Ммм, Руки-сан, может вы чего расскажете о себе лучше? Я не особо хороший расказчик... - увиливаю я. Если рассказывать будет певец, он быстрее вырубится, увлечённый своей историей. И это как раз то, что мне надо. А то я засиделся в этом номере да и... Стоит отогнать от себя навязчивую мысль, что мне приятна компания Матсумото. Точно стоит! - Могу рассказать о карьере, - он слегка зевает, прикрывая рот рукой, а я опускаю взгляд, рассматривая его. - Недавно я записал новую песню, было очень много работы, сейчас у меня, так сказать, идёт отпуск в два дня, а потом снова за работу. Я уже думал о новом тексе, хочу написать о чём-то жизненном, не романтичном, как все мои песни. Может, о политике, в Японии сейчас с ней не всё хорошо... - снова зевает. Ну же, Матсумото! - Ммм, что вы имеете в виду, когда говорите о политике? - у него уже глаза слипаются, вижу-вижу. А улыбка постепенно исчезает с его лица! Щёки всё такие же алые, пухлые губы приоткрыты. Кстати о губах, они у него как у девушки, наверняка невероятно мягкие. Помню, я уже думал, что он пользуется помадой, теперь я окончательно додумываю эту мысль и почти не сомневаюсь в этом. - Ну не знаю, мне кажется, Япония сейчас в руках не у тех людей, да и вообще, наверное тех людей уже и не существует. Вокруг столько алчности, люди продают друг друга, продают тела, свои души. Мир гниёт... - он слегка улыбается, наклоняя свою голову набок. - Но Япония должна справиться, я верю в люде... - часто моргает и в конце концов укладывает свою голову мне на плечо. Его губы расплываются в улыбке. - ...людей. Заснул. О Ками, у него такое умиротворённое лицо во сне... Ну просто ангел во плоти! И не скажешь, что при свете дня он ведёт себя, как самый настоящий дьявол, дерзкий, резкий и наглый. Он такой милый сейчас. - Юки, - шикаю я на шатена, оживлённо разговаривающего с Уке-куном. Они оба поворачивают головы, рассматривая идиллию, развернувшуюся между нами с Руки. - Что с ним делать? - А, - Юки виновато чешет голову. - Можно вас попросить его дотащить до спальни? Я просто... Извините, тоже выпил и не думаю, что подниму его сейчас. - он начинает отговариваться, и я примирительно выдыхаю. Добавили мне работы. - Хорошо, - тихо говорю я, почти шёпотом. И чего это я? Он ведь пьян и спит, такого разве разбудишь? Я слишком заботлив к нему. Я встаю со стула и, чуть наклоняясь к Руки, осторожно беру того на руки. Тот что-то невнятно промычал, но только посильнее вцепился в мои плечи. О Ками, он вообще что-то ест или только притворяется? Он же лёгкий, как пушинка, как его ветром не сносит? Я носил девушек и потяжелее него. Странный какой... Поудобнее перехватив певца и прижав к себе, я потащил его в спальню. Мне пришлось пройти через несколько комнат, но, благо, я знал планировку этого номера и спальня нашлась быстро. Также мне повезло и с дверью, ведь она была открыта. Даже учитывая, что Руки такой пушинка, вместе с ним было бы тяжело открывать дверь. Сейчас же проблема решена. Я зашёл в спальню и осторожно положил Матсумото на аккуратно разложенную кровать и прикрыл одеялом. А певец ещё и меня отпускать не хотел, наглец, но потом отцепился и сразу же захватил своими цепкими ручонками одеяло и закутался в нём. Смешно смотреть, но во сне он улыбался. Так мило и так естественно. Его маска пафоса и наглого равнодушия не видна, когда он спит, и мне это невероятно нравится. Можно разглядеть его настоящего - милого и хорошего парня, пробывшего больше половины своей жизни в дет.доме. Я осторожно пригладил его волосы и вышел из комнаты. Сейчас мне хотелось только одного - поскорее оказаться в своём кабинете и всё обдумать. Проходя мимо столовой, я бросил Юки и Уке-сану "до свидания" и проинформировал, что Матсумото спит. Даже как-то язык не поворачивается назвать его дьяволом после того, как я видел его ангельское личико. Он очень двуличный человек. Разве он сам не понимает, что создаёт своим двуличием себе только больше проблем? Был бы он всегда таким милым и хорошим Матсумото Таканори, у него не убавилось бы фанаток. Наоборот даже... Девушки любят смазливых. Я даже не помнил, как оказался в своём кабинете. Но только я там появился, как бросил папку Матсумото на стол, а сам завалился на диван. Конечно же перед этим я заперся, вдруг ко мне решит нагрянуть опасность в виде Такашимы. У него ведь сейчас ночная смена, равно как и у Широямы. Представляю, чем они будут заниматься в свободное от работы время... А вообще, неужели двум парням и правда может быть настолько хорошо вместе? Мне об этом утверждает Такашима, теперь и Матсумото. Уверен, если спросить Широяму, он ответит мне так же. Да и... Как парни вообще получают удовольствие от секса? Просто ласкают друг друга или... Один из них выступает в роли женщины и позволяет войти в своё тело? Сильный поступок, честно, я бы не решился, да и это кажется мне настолько противным. Я, конечно, много раз пробовал анальный секс с девушками, но это девушки... Их тела ведь созданы для того, чтобы мужчины могли войти в них, а парни... Это ведь наверняка жутко больно, когда внутри тебя чей-то член! Пфф... Но ведь они как-то получают от этого удовольствие! Вообще, странные они - геи... И... О чёрт, зачем я вообще думаю об этом?! Чёрт возьми, это всё влияние Такашимы и прессинг со стороны Матсумото! Чёрт бы их побрал, этих геев! Тянут свои ручки, заполучить меня желают! Живым не отдамся! Пусть я и нормально воспринимаю отношения между парнями, но это тогда, когда они не касаются меня. Я не собираюсь быть связанным по рукам и ногам этой ориентацией, нет. Меня всегда будут привлекать только девушки!