Brave Princess and The Rebel King

Он даже не мог посмотреть на свое собственное отражение, но был уверен, что выглядел просто отвратительно. Он чувствовал кровь прилипшую к его лицу. И грязь. Вообще-то Беллами казалось, что он был весь в грязи, во всех смыслах этого слова. И если честно состояние его одежды его волновало в последнюю очередь. А вот состояние души. Беллами задумался, а была ли у него душа вообще. У убийцы. У монстра. У того кто причинял людям только боль и манипулировал ими. Он не верил во всю эту чушь с душами, но был уверен в одном, если у кого-то она и была, то точно не у него. И его задевала эта мысль. Было это вызвано галлюцинациями, и тем состоянием в котором он сейчас был, не имело значение. Беллами просто не мог отогнать эти мысли, не сейчас когда на его руках была кровь Дакса. Он не мог оторвать взгляда от засохших пятен крови, и не понимал почему еще не отмыл ее. Наверное хотел сам себя наказать за то, что натворил, за то, что на его плечах теперь груз в триста двадцать душ. Но, что бы он не думал. Блэйк был уверен в одном, кто угодно имеет права сломаться, но не он. Потому что теперь он несет ответственность не только за себя, потому что он - лидер, и потому что где-то там, за палаткой, в лагере, его сестра которой нужен сильный брат и защитник, а не то что он из себя представляет. Мысли об Октавии всегда его отрезвляла, и этот раз не стал исключением. Резко встав со своего места он подходит к тазику с водой смачивает в нем тряпку и начинает вытирать лицо, и руки. Конечно, без поверхности, которая хоть что-то отражает это было трудно, не ходить же ему в таком состоянии все время. Чем больше он вытирает свою кровь, тем насыщеннее становится вода. Сначала чуть красная, теперь же алая, и тошнотворная, с кусками грязи и неприятно пахнущая. Ему становится не по себе, к горлу даже подступает тошнота, но встряхнув головой он скидывает с себя это наваждение и продолжает свое занятие, уже несмотря на этот тазик с водой. - Эй, нам нужно поговорить,- неожиданно в палатку вошла Кларк, прерывая все его мысли. И он даже рад ей, как всегда, серьезной, и сразу приступившей к делу. Беллами оборачивается к ней, и уголки его приподнимаются в легкой улыбке. На его лице ни следа о пережитом или недавних мыслях. - Принцесса, могла бы и постучаться, вдруг я не один. - Блондинка на это устало закатила глаза, и вышла из палатки, а через секунду раздался неприятный стук. Если так можно было назвать удары по палатке. И Беллами обрадовался, что хорошо закрепил палатку и только поэтому сейчас она не свалилась ему на голову. - Нам нужно поговорить, - повторила девушка, снова войдя в палатку. - Говори. - Беллами покачал головой, почти привыкший к ее упрямству и он махнул рукой, как бы позволяя ей заговорить, на секунду оторвавшись от своего дела и ожидая, когда она это сделает. Ему было интересно, зачем девушка к нему пришла в столь поздний час. - Я раздала оружие, но большинство даже в руках его не держали. Я думаю нам всем не помешали бы уроки, - она не договорила и неожиданно даже для себя самой подошла к Беллами и забрала у него тряпку. - Давай помогу, - Кларк мягко улыбнулась, пересекая всего его протесты. Беллами еще с секунду думал о том, что стоит ей сказать о том, что помощь ему не нужна и он отлично и сам справиться, но не видел в этом ничего плохого. Даже, приятное. Конечно, ни себе, ни тем более ей, он никогда бы в этом не признался, но то как она к нему прикасалась было невероятно нежно, чувственно и стоило ее мягким пальцам коснуться его лица как по телу пробегали мурашки. Он чувствовал себя полностью во власти ее ненавязчивых движений, и не мог сопротивляться. Еще одно странное наваждение, которое он списал на усталость и желание со всем этим быстрее разобраться, а значит не спорить с Гриффин. А Кларк не знала, что на нее нашло, но решила, что вполне может позволить себе помочь ему. Ей казалось, что за этот день у них установились более или менее нормальные отношения, и она объясняла все этим. Она помогала каждому из сотни и Беллами не должен был стать исключением, он был таким же как они. Одним из них. - Мы можем разобраться с этим завтра, - бросил он равнодушным голосом, будто сейчас ничего особенного не происходит и они всегда вот так вот сидят в приятном полумраке палатки и она прикасается к нему так осторожно словно боясь причинить боль. Будто всегда они обсуждают с друг другом планы на завтра. - Хорошо, - согласилась Кларк, едва заметно кивнув и не отрываясь от лица Беллами. Им нужно было отдохнуть после такого дня и она это понимала, поэтому старалась как можно быстрее закончить. Мягко прикоснувшись она заставила его поднять голову, и стерла капельки крови и грязи, и только потом позволила ему отпустить голову. Беллами смотрел на нее не отрываясь, в глубоких карих глазах было странное выражение, и всего на секунду, может чуть меньше, Кларк подняла взгляда на него и не смогла отвести уже глаза. Она пыталась разгадать, что значит это выражение лица прежде, чем поняла о том, что интимное молчание слишком затянулось и силой воли заставила свои немного дрожащие руки двигаться и вытерла кровь с его щеки. Сразу же после этого Гриффин отвернулась и быстро принялась мыть тряпку и свои руки. Беллами заметил некоторую скованность в ее движениях и глаза, которые смотрели на все подряд только не на него. Он не стал, что-то об этом думать, просто выкинул из головы, как и ее прикосновения. - Странный день, ха? - Неудачная попытка начать разговор, и легкая ухмылка, это увидела Кларк, когда повернулась, что бы бросить на него немного удивленный взгляд. - Такой же как и все остальные. Опасность часть земли, - девушка пожала плечами и вытерев руку об сухую тряпку. Остановившись, повернулась обратно к Беллами и стала неловко переступать с ноги на ногу. Ей вроде бы уже нужно было уйти, но разговор казался незаконченным. - Я имею в веду, посмотри на нас. - он указал на нее, потом на себя и снова на его губах появилась привычная ухмылка, только не похабная, наглая, или самоуверенная, а добрая которую Кларк никогда не видела прежде. Никто не видел, на самом деле. Беллами и сам не догадывался о том, что такая улыбка раньше принадлежала только одной девушке - его сестре. - Еще вчера мы были готовы убить друг друга, а сегодня общаемся как лучшие друзья, еще чуть-чуть и подарим друг другу браслеты дружбы, - после этих слов и с их совместным смехом, напряжение лопнуло как мыльный пузырь. Это было забыто за ненадобностью, и вот они уже дарили друг другу веселые улыбки скрытые от глаз всего лагеря. Два лидера, и возможно будущие друзья. Эта мысль приятно грела каждого из них, и совсем не пугала, или смущала. Так и должно было быть. Не могли же они вечно ругаться, рано или поздно они бы пришла к компромиссу и оставалось радоваться, что это случилось до того как стало слишком поздно. - Спокойной ночи, Беллами, - Кларк покачала головой не переставая улыбаться, и вышла из палатки, что бы пойти спать. Ведь действительно был трудный день, хоть окончание дня можно было бы назвать удачным, ей нужно было от этого всего отдохнуть. - Я хочу голубой, - крикнул ей в след Беллами, и услышав это она рассмеялась. Кларк собиралась сплести ему голубой браслет дружбы, только ради того, что бы посмотреть как он будет ходить с ним по лагерю вызывая смех и недоумение. Беллами не верил в то, что сказал. Он чувствовал себя словно мальчишка, бросивший вызов девочке, и заранее знающий, что ей слабо. Он так не чувствовал себя слишком давно. Отвык. А сегодня она уснула со все той же улыбкой, которая расцвела на бледно розовых губах благодаря Беллами. А он не знает, не видит и даже не подозревает об этом. А он мечется в своей постели, потому что все его мысли сосредоточенны, нет, вовсе не на принцессе которая ушла чуть менее двадцати минут назад, он все мысленно все еще там, в своей кошмаре наяву. Кошмар, который преследовал его и без этих орех, и который давно стал частью беспокойного сна. И он знал, что этот день не станет исключением, как бы Кларк не пыталась его убедить, Беллами был убийцей, он считал себя таковым. А у убийц не может быть сладких сновидений о принцессах, убийцам сняться их жертвы и голубой браслет дружбы, так нелепо смотревшийся на руках.