Будущее в далеком прошлом

Обед шёл уже больше получаса, но Хелены так и не было. Кандида оживлённо обсуждала с Годриком новое темномагическое заклятие, которое они вместе с Хельгой почти создали. Ну как, создали. Скорее написали множество формул, по которым оно могло бы, в конце концов, получиться, но не определили формулировку. — Так в чем суть заклятия, Годрик? — Кандида даже не притронулась к еде, полностью увлеченная беседой. Гриффиндор пытался через весь стол докричаться до девушки: — Оно убивает! — такой щенячий восторг у блондина не вызывали даже мечи. Кандида закатила глаза, давая понять, что это ей ни о чем не говорит. — Годрик, есть множество заклятий, которые убивают. Там, пробивают дыру в теле, выпускают всю кровь; можно навести достаточно сильную иллюзию и человек умрёт со страху. Будто сам не знаешь. — Нет. Это другое. Мгновенная смерть. Без причины, – на этих словах у Кандиды глаза загорелись подозрительной радостью. Хельга, заметив преждевременный восторг подруги, уточнила: — Пока не удалось найти слова, которыми можно убить просто без причины. Мы в процессе. Обычно крысы и белки дохнут от травм, несовместимых с жизнью. Когтевран явно задумалась. — А трупы остались? — Пуффендуй закатила глаза, понимая, к чему клонит подруга. — Остались. Какие аспекты некромантии ты проверяешь на этот раз? — видимо, ни она, ни Годрик не разделяли ею вечную возню с трупами и духами. — Можно ли оживить животное, если нет, то можно ли вызвать его дух, если оно убито насильно, — Кандида наконец решила пообедать, взяв на вилку небольшой кусочек мяса и отправив его в рот, — Мне нужны трупы ваших мышей, потому что Салазар, — она пихнула мага, который был совершенно не в беседе, — Не разрешает пустить его змеюку в Тайной комнате на эксперименты. Слизерин, до этого внимательно рассматривавший свои ногти на руках, оторвался от этого занятия, впервые после начала трапезы обратив внимание на друзей: — Что? Я что-то пропустил? — редко увидишь этого змея настолько несобранным. — Говорю, можно василиска твоего пустить на опыты? — Кандида пристально заглянула в глаза Салазара. Он отрицательно покачал головой. — Канди, я не хочу начинать этот разговор сначала, но василиск — редчайшее существо. Вымирающий вид. Их осталось несколько десятков. Тем более, как змееуст, я не потерплю такого отношения к собрату, — Слизерин говорил настолько устало, что даже до Годрика, никогда не вникавшего в беседы этих двух основателей, дошло, что у него уже просто нет сил повторять одно и то же. — Салли, а мы тут заклятие тебе решили посвятить! — Гриффиндор никогда не обладал чувством такта. Но Салазар был исключительно сосредоточен на своём медальоне, который теребил уже несколько минут, что даже не расслышал, что Годрик обратился к нему. Кандида толкнула Слизерина, пытаясь вывести того из транса. Он совершенно незаинтересованно окинул взглядом девушку, собираясь обратно углубиться в рассмотрение украшения. — А мы тебе заклятие посвятили! — но ему это не позволил Гриффиндор. — Ууу... — брюнет задумчиво протянул, сфокусировавшись на лице друга, — Прости, но как и какое? А то с твоим чувством такта, ты мог и заклинание чистки ковров назвать "помощь Слизерина". Годрик громоподобно рассмеялся, глядя на Салазара, который не преминул продемонстрировать красивое закатывание глаз. — Раз язвишь — жить будешь, — вынесла вердикт Пенелопа. Слизерин усмехнулся, глядя, как Годрик пытается успокоиться, утирая далеко не чистым рукавом слёзы, выступившие от смеха. — Нет. Заклинание мгновенной смерти. Будет с зелёной вспышкой, — Салазар довольно ухмыльнулся на ответ блондина. — Хотя, такое посвящение мне по вкусу, — и под дружный смех друзей откинулся на спинку стула, заведя руки за голову. — Но все-таки, Салазар, ты должен извиниться перед Хель, — маг закатил глаза в ответ на очередную реплику Кандиды. — Сделаешь и точка. Ясно? — Слизерин откровенно недоумевал, почему его подруга встала на сторону этой Поттер, а не его. Мерлин бы побрал их чертову женскую солидарность! Салазар угрюмо кивнул, сверля взглядом ни в чем не повинный стол. Да зачем они только изобретают какое-то заклинание для убийств? Выпустил злого до чертиков Слизерина после взрыва очередного эксперимента или общения с Хеленой, и все враги полегли ровными шеренгами от такого взгляда. Поразительно, что василиск, которого Кандида все пытается пристроить к каким-нибудь некромантским опытам, ещё не помер от зависти к хозяину. Тогда бы и Когтевран не пришлось упрашивать этого жадину отдать змейку ей на растерзание — вроде змеиная солидарность не распространяется на трупы, хотя, кто их, шипящих, знает. — Салазар, ну ты все-таки перед ней извинись. Она же наверно всю руку об твою физиономию отбила, вон какой след — до сих пор видно, — главное же серьёзно говорит чертов Гриффиндор. Видимо, маг что-то понял не так, поскольку смотрел на друга огромными, как блюдца, глазами. Он ещё раз осмотрел блондина, приложил руку ко лбу, убедившись, что у того нет температуры, и зааплодировал. — Либо ты болен неизвестной мне болезнью, либо настал тот день, когда мой друг, Годрик Гриффиндор, благородный, даже чрезмерно, — последние слова маг сказал гораздо тише, — наконец запомнил моё имя! Я-то думал, что мне придётся до смерти ждать, когда ты будешь на моей могиле распинаться и скажешь полное имя хоть тогда, но нет! После почти восьми лет мучений чудо свершилось и меня повысили с глупо-женского, пардон мадам, — последними словами он обратился к Основательницам, — "Салли" до нормального человеческого Салазара! Я сейчас заплачу! — для убедительности брюнет кончиком пальца провёл по нижнему веку. Кандида сидела и смеялась, рискуя угодить головой по салату в своей тарелке, Гриффиндор по-братски хлопал Слизерина по плечу, когда тот действительно утирал слёзы, выступившие от смеха, начавшегося как только он закончил свою речь. Пенелопа сидела, с выражением безумного горя взирая на этот сумасшедший дом. Манеры её друзьям совершенно не знакомы. Но вспомнив умиленное выражение лица Салазара, когда он приносил торжественную благодарность Годрику, она тоже рассмеялась, наплевав на учеников, которые взирали на развеселившихся профессоров с оттенком лёгкого недоумения. В разгар всеобщего безумства в дверях Большого Зала показалась Хелена. Она окинула учеников, отвлекшихся от еды при появлении нового человека и уткнувшихся обратно практически сразу, поверхностным взглядом и направилась в сторону директоров, из которых лишь Кандида обратила внимание на ее появление. Она обошла стол с правой стороны, намереваясь сесть как можно дальше от Салазара, пододвинув стул с самого края и немного потеснив наконец заметившую ее Пенелопу. Прическа основательницы растрепалась и теперь представляла из себя копну полуспутавшихся медных волос. Широкие рукава платья смялись в гармошку на локтях, и из-под их краев проглядывался довольно-таки внушительный кусок рукавов нижней рубашки темно-желтого цвета. — Хель, присаживайся, — Пенелопа любезно наколдовала тарелку девушке и уже тянулась за блюдом с мясом, чтобы накормить "отощавшую" гостью. — Конечно, спасибо, — Хель совершенно отстраненно смотрела вокруг — взгляд ни на чем не фокусировался. Когда на ее тарелке оказался довольно-таки приличный кусок мяса, заваленный всевозможными овощами, подливами и гарнирами, она чисто автоматически взяла вилку и начала есть, рассеяно глядя куда-то поверх своего кубка. На место уже съеденной еды пришла другая, которую щедро подложила Пенелопа, заботливо смотря за тем, чтобы гостья не осталась голодной. После третьей добавки со стороны подруги Кандида с легким удивлением посмотрела на мисс Поттер, которая была близка к тому, чтобы съесть почти столько же сколько Годрик или Салазар. Когда же Пуффендуй потянулась снова за блюдом с мясом, Когтевран дала ей по руке, не позволяя положить Хелене еще хоть грамм добавки. Взгляд гостьи затуманился. Она сидела, немного раскачиваясь вперед и назад. Лицо постепенно бледнело, становясь практически противоположного цвета ее волосам. Кандида дернула Салазара за руку, когда он вместе с Годриком устроил бой маленьких пикси, которым не посчастливилось пролетать мимо двух заигравшихся Основателей и попасть под их Конфундус. — Салазар, посмотри на Хелену. Что с ней? — брюнет скривился как только мог, поворачиваясь к Когтевран. — Канди, мне плевать на нашу маленькую, недокормленную выскочку, — самолюбие мага было мягко говоря ущемлено таким начальным выпадом Поттер в его сторону. — Мне чхать, что твоя раздутая гордость пострадала, но Хель, по-моему, под каким-то дурманом, — голос девушки резал, заставляя бесенят в глазах мага плясать, ожидая своего часа, чтобы взять реванш. Основатель резко отодвинул тяжелый стул и резво подскочил на ноги, обошел девушек, приблизившись к краю стола, за которым сидела Поттер. Слизерин резко развернул ее стул, совершенно не ожидая, что ее тело сползет с него на пол. Маг перевернул ее, глядя в неподвижно застывшие глаза, и резко подскочил, хватая ее на руки. — Канди, принесли ко мне книгу о передозировке зелий, Пенелопа, мне нужна мандрагора, живая! — Слизерин выкрикивал указание по пути, унося безжизненное тело Хелены из Зала, где около пары десятков учеников с нескрываемым интересом уставились на обычно холодного директора.