Последний вальс

Мелкие камешки россыпью отлетали от колес темной кареты, что неслась вниз по улицам чопорного Лондона. Внутри, задумчиво глядя в запотевшее от сырой погоды окно, сидел юный граф Фантомхайв. Напротив расположился неотъемлемый сопровождающий, алыми глазами следящий за своим господином. Сегодня Сиэль решил нанести Её Высочеству персональный визит. Мимо проносились дома с самыми разнообразными фасадами, рынок, городская площадь, а Сиэль все также сидел, высматривая что-то свое в сером небе. Себастьяну не нравилась задумчивость его господина. Да, за прошедшие годы граф действительно повзрослел, вознесясь над своими комплексами, кое-как преодолев ненужную заносчивость... Но он по-прежнему оставался Его Сиэлем. Гордым, при своем-то статусе, в меру раздражительным и дерзким не по годам. А что теперь? Уже неделю ни подкола, ни шипения в адрес многозначительных, порой даже нахальных высказываний дворецкого. Странно все это. И явно не к добру. Скрипнув, карета затормозила у ворот шикарного особняка. Из-за столь длинного пути — от поместья семьи Фантомхайв до самого пристанища королевы — лошади недовольно фыркали, сверкая лоснящимися боками холеных пород. Но дело графа никак не терпело отлагательств. Массивная дверь распахнулась, повинуясь рукам идеального дворецкого, а уже через несколько минут формальности Сиэля проводили в комнаты Её Высочества, попросив спутника остаться внизу. Шаги графа сопровождались звуком соприкосновения каблуков его массивных сапог с до блеска начищенным полом. По бокам, на высоких стенах, висели картины с изображениями предыдущих поколений королевской семьи, каждый из членов которой взирал на Сиэля с неподдельной величественностью во взгляде. Его провели в просторный зал на подобии гостиной, где и должна была произойти аудиенция. — Что привело тебя ко мне, мой мальчик? — лицо напротив лучилось приветствием, а морщинки в уголках глаз только добавляли шарма самой значительной персоне всей Англии. — Простите за беспокойство. У меня к Вам просьба, Ваша Светлость, — Сиэль учтиво склонил голову в знак своей преданности. Пусть он и сидел напротив, опираясь локтями на резные подлокотники антикварного кресла, однако это не было помехой манерам, привитым с детства. — Мне нужно провести срочное расследование, - продолжил он после кивка, прервав последующую реплику, — это действительно важно. Простите, я не могу сообщить, кого касается это задание, а также место моего назначения. Скажу лишь, что это довольно далеко и мне потребуется время. — Что ж... — губы Её Высочества поджались, добавляя задумчивости в образ. — Подойди. Сиэль встал и в несколько шагов преодолел отделяющее их расстояние, обогнув дубовый кофейный столик. Стал на одно колено, опустив глаза долу, а в следующую секунду его волосы иссиня черного цвета уже поглаживала рука с королевским перстнем, переливающимся в отблесках дневного света. — Даже возмужав, ты ничуть не изменился, — по голосу было слышно, что королева улыбалась, но не одними уголками губ, как это было принято по этикету, а искренне. Это ещё больше обескураживало, — такой смелый. Ты, как и твой отец прежде, верно несешь службу, что возложена на тебя долгом перед всем Соединенным Королевством. И я благодарна за неё, потому что за прошедшие годы, помимо прекрасного слуги, ты стал ещё и хорошим другом. "Ваше Высочество, не нужно". — Благодарю Вас, правда, не стоит... — Дослушай до конца. — Да, Ваша Светлость. — Я отпущу тебя, хоть это и не легко, — парфюм королевы сладким облаком витал совсем рядом, напоминая о чем-то родном и далеком. Пальцы сами по себе сжались в кулак до побелевших костяшек, ибо чувства нахлынули, будто прорвавшись сквозь вековой барьер, что граф возводил вокруг себя год за годом, — но ты обязательно должен беречь себя и вернуться как можно скорее, у нас ещё полно дел. — Непременно. — Средства на твою экспедицию прибудут сегодня же, — убрав напоследок непослушную прядь за ухо парня, королева жестом позволила подняться. — Благодарю Вас, Ваше Величество, — глубокий вдох, а напускное спокойствие все тает, — я этого не забуду. — Ещё бы, — смешок от персоны столь высоко ранга послужил ударом молнии, мигом превратив на несколько секунд королеву из дамы преклонного возраста в девушку-подростка, — такое забудешь. Ладно, ступай. Почти выскользнув за дверь личных комнат королевы, Сиэль замер, застигнутый врасплох голосом женщины: — Скажи, тот мужчина, что всегда с тобой, кто он? — Мой дворецкий, миледи, — не оборачиваясь, парень стоял точно по струнке, но плечи дрогнули от последующего вопроса. — Он будет с тобой в этом путешествии? — Не могу сказать, — некоторых вещей знать не следует даже мудрым вельможам. Особенно им. — Пусть будет, я ему тебя вверяю, — помахав, она посмотрела проникновенно, будто знала всю правду, этот взгляд Сиэль почувствовал каждой клеточкой своего тела, — до встречи, Сиэль Фантомхайв. — До свидания, Ваша Светлость. "Простите меня, так будет лучше". Деревянная поверхность перил крутой лестницы приятно охлаждала эмоции, взбудораженные прощанием с королевой. Сопровождающий Сиэля коротко поклонился, проследив, чтобы посетители благополучно добрались к карете. Каменные стены особняка молчаливо виднелись из-за массивной изгороди, пока карета трогалась с места, дабы отвезти графа и его демона в их личную обитель. — Как поворковали с Её Величеством? — тонкие губы Себастьяна уже сложились в столь привычную улыбку. — Не ревнуй, — Сиэль устало отмахнулся, разгладив пальцами наморщенный лоб. Так не долго появиться и морщинам. — Как же, — а Себастьян все наблюдал, как подушечки тонких пальцев скользят по коже, — я понимаю, что столь неискушенному молодому человеку могут нравится особы почтенного возраста, но уж я-то постарше буду. И много опытнее. "Заткнись. Ты и так мне нравишься. Очень". Сиэль сглотнул, подавив усталый вздох. Порой он уже не мог отличить, когда дворецкий шутит, а когда лишь прикрывает за шуткой истину. Хотя, он же демон, как такому вообще может прийти в голову какая-либо истина, кроме его личной? — По приезду заварю Вам Эрл Грей, — еле заметно дернувшись от резкой смены тона Себастьяна, Сиэль поднял на него взгляд. Серьезный, цепкий, и безумно опасный демон в человеческой оболочке смотрел на него в ответ. Этот взгляд пробирал до пяток, до вязкого возбуждения, и оно тяжелым комом собиралось внизу живота. В который раз. Карета ушла в поворот, скрывшись за густыми деревьями по пути к огромному поместью, что виднелось на линии пасмурного горизонта. Уже перед самым сном Сиэль вспомнил об одной детали, без которой его план был бы невозможен. Стоило только пустой чашке из-под чая коснуться тонкого фарфорового блюдца, как дверь отворилась, словно по мановению высшей силы. И эта сила, мгновенно оказавшись рядом, тенью возвышалась, держа в руке пустую посуду: Себастьян ожидал дальнейших указаний. — Я хочу кое о чем тебя попросить. Дворецкий не сдвинулся с места, не шелохнулся, никак не дал понять, что его удивило само упоминание просьбы. — Чтобы это ни было, Вы всегда можете мне приказать и я исполню. — Нет, — за окном медленно опускались сумерки, обволакивая мокрую зелень темной пеленой, — я не хочу... Так. — Что же, научить Вас целоваться? — легкое дуновение ветерка, и Сиэль почувствовал, как слова доносятся совсем близко с ухом, унося крохи самообладания. Себастьян приблизился, склонившись за спиной у графа. — Ничего подобного, это я давно умею! — весьма опрометчивое заявление, когда имеешь дело с демоном, чьей сильной стороной являются всякого рода соблазны. — Бард подарил Вам несколько помидоров? — слуга недоверчиво вздернул бровь, всерьез задумавшись, как ещё граф мог бы развить навык поцелуев. — Ч-что? — через несколько секунд осознания сказанного дворецким, Сиэль уже был готов сорваться и прикончить его на месте чем-нибудь потяжелее, а затем и себя за то, что понадеялся на хоть какое-то понимание со стороны Михаэлиса. — Как тебе это вообще пришло в голову?! — Может, баклажан? — мужчина задумчиво поджал губы, продолжая тихий монолог. — Хотя, с этим овощем не просто поцелуям учатся. Тогда с кем... — Себастьян! — с хлопком опустив бумаги на письменный стол, Сиэль прервал поток мыслей вслух и дальнейшую перепалку. — Выведи завтра всех слуг из поместья. Отправьтесь вместе на пикник, возьмите отгул и прогуляйтесь по городу, не важно. Главное, чтобы сутки здесь никого не было. — Что пришло Вам на ум, Милорд? — обычно дворецкий беспрекословно выполнял, что было велено, но в этот раз граф удосужился воспользоваться просьбой, поэтому Себастьян имел право знать. Тем более просьба оказалась странной. — Я не обязан тебе отчитываться, просто исполни, раз я прошу. — Тогда у меня тоже есть условие. — Говори, — парень в ответ лишь вздернул острый подбородок, глядя прямо. — Вальс. — Что за вальс? — Сиэль недоуменно сморгнул, забыв возмутиться вольному тону его слуги. — Танец такой, мой господин, мы с Вами учим его уже не первый год, — Себастьян низко поклонился, скрывая за жестом вырвавшийся смешок. — Ты хочешь танца? Но мы ведь и так исполняем его во время уроков. Сделаем дополнительный как-нибудь? Пусть он просит что угодно. Какая разница? Все равно, когда они увидятся в следующий раз, будет уже не до танцев. Ведь работа Себастьяна почти завершена, демон за несколько лет удосужился обнаружить практически всех участников пыток Сиэля. Ему осталось поквитаться лишь с одним, и тогда он с удовольствием полакомится душой отчаянно влюбленного в него подростка. — Не как-нибудь, — глаза мужчины сверкнули алым в тени сумерек, — сегодня. Сейчас. Старинные часы в углу кабинета пробили одиннадцатый час вечера, как бы намекая, что танцевать уже слишком поздно. Впрочем, как и менять что-либо в отношениях двух контрактеров. — Если Вы намерены ускользнуть, заметив поздний час, то хочу напомнить, как мы возвращались с заданий и не в такое время суток. — Себастьян изобразил фирменную всезнающую улыбку, одним движением развернувшись на каблуках, чтобы вынести чайный сервиз. — Поэтому жду вас в бальном зале. В бесшумно захлопнувшуюся за дворецким дверь запоздало полетела чернильница, оставив разводы причудливых клякс на полу. Когда Сиэль спустился на первый этаж поместья, комнаты встретили его прохладной тишиной, и лишь в конце коридора виднелся треугольник света, излучаемого сотней свечей, что одним взмахом руки зажег его персональный демон. Словно мотылек, что тянется к свету, граф завороженно проследовал к бальному залу. Его уже заждались. Зал купался в огнях свечей, деревянные панели стен мягко отражали их, придавая ситуации легкий налет таинственности. Особенно таинственной была высокая фигура мужчины в черном фраке, который вежливо склонился, протянув Сиэлю руку в белоснежной перчатке, как только тот переступил порог комнаты. — Разрешите пригласить Вас на танец, мой Лорд? — освещение наложило тени на черты лица дворецкого, сделав их более хищными. Картину дополняли глаза, на дне которых танцевали отблески пламени. Теперь перед Сиэлем стояло точное воплощение демона, чья ладонь тут же перехватила руку графа, притянув к себе мягко, но крепко зафиксировав впритык к мужчине. Слишком близко. Никак не прокомментировав собственнический жест Себастьяна и свое участившееся сердцебиение в ответ, Сиэль хотел сделать первый шаг, увести партнера в право и начать танец, но не тут-то было. Он лишь подался вперед, натолкнувшись на стену в виде поджарого тела дворецкого. — Что за манеры? Неужели Вы не поняли, кто сегодня ведет? — снисходительно улыбнувшись, Михаэлись удобнее перехватил графа, аккуратно сжав его руку в своей и двинулся на юношу, вальсируя в пока ещё медленном темпе. — Последнее время я практиковался с Элизабет, и она ведущей не была ни разу, — жалкое оправдание. С невестой графу никогда не испытать того спектра эмоций, что бушует сейчас глубоко внутри, оседая в душе сладостным осадком с привкусом горечи. Сиэль всеми силами старался попадать в такт движениям, но его здорово отвлекала рука дворецкого, будто нарочно поглаживающая графа по спине во время их передвижения по залу. По телу медленно, но верно расходились мурашки от места соприкосновения. — Нет, - Михаэлис коротко покачал головой, — никаких невест, освободите свои мысли хотя бы на один вечер. Они кружились причудливой парой. Хищник, заточенный в человеческом теле, и его добровольная жертва; ворон и ястреб, смирившийся со своей судьбой. Даже несмотря на то, что Сиэль здорово подрос с момента их знакомства, Себастьян до сих пор был на полголовы выше. Эта деталь смущала юношу, потому что из-за разницы в росте, возрасте и жизненном опыте, Сиэлю всегда казалось, будто дворецкий подтрунивает над ним, до сих пор относясь как к нерадивому ребенку, возомнившему себя взрослым. Однако было и то, чего Себастьян не знал: чувства Сиэля, достаточно взрослые, сформировались за прошедшие годы, когда в тяжелые минуты рядом не было никого, кто бы мог понять его настолько, как это делал демон во плоти. Сейчас, вальсируя в объятиях предмета своих, порой даже до конца неосознанных, грез, Сиэль краем глаза следил за их передвижением, аккуратно направляемым дворецким. Высокие окна, сквозь которые пробивался слабый свет полнолуния, столь привычная обстановка зала, где проходило множество их занятий по музыке и этикету, разборок с незваными гостьями... Граф будто воочию наблюдал за всеми этими событиями, ностальгируя по временам, когда он ещё не чувствовал этого удушающего возбуждения, стоило только учуять самыми крыльями носа тонкий аромат мужчины в черном костюме, услышать бархатный тембр его голоса. Шаг, поворот, ещё один, и вот Себастьян, крепче держа Сиэля, перемещает ладонь из его руки на бедро, а сам опускает графа на спину в изящном поклоне, вынудив слегка приподнять ногу для равновесия. Несколько прядей цвета вороньего крыла падают сверху, кончиками задевая скулы, и Сиэль шумно выдыхает, распахнув глаза. Пальцы дворецкого чуть сильнее положенного проводят по брюкам, и в это мгновение даже слои одежды не мешают юноше почувствовать, насколько горячи эти руки. Они танцуют без музыки, но создается впечатление, что воздух вокруг вибрирует собственной мелодией из переживаний, томящихся внутри двух непростых личностей. Или же из-за того, что во время вальса они тесно прижимаются и ноги двигаются синхронно, а пах раз за разом трется о твердые мышцы партнера. Сиэль покрывается румянцем стыда за свои желания, что так и требуют выхода наружу, он старается смотреть поверх плеча дворецкого на проносящиеся мимо стены зала с картинами и цветы в горшках. Но демон все замечает, неотрывно глядя на лицо своего господина с полуулыбкой на тонких губах. Как же юноше хочется зарыться в них поцелуем, приникнуть к источнику спасения от мокрых снов, что преследуют каждую ночь. Лицо графа раскраснелось от быстрого и длительного танца, а дворецкий с все таким же невозмутимым видом продолжает кружить его, перехватывать, направлять в нужную сторону, словно тряпичную куклу. Все это до смешного напоминает их обычную жизнь. Сиэль отдает приказы — Себастьян повинуется, но так до конца и не понять, кто кем управляет. Тело потихоньку начинает уставать, мышцы приятно ноют, Фантомхайв жадно хватает воздух сквозь слегка приоткрытые губы, стараясь не замечать каменной эрекции. Стараясь поверить, что демон её тоже не замечает, каждый раз задевая при последующем движении. Шов брюк впивается в изнывающую плоть, а слоев ткани, кажется, слишком много, на белье наверняка останутся пятна смазки, что сейчас сочится, дразня и без того раззадоренную плоть. Соски напрягаются под шелковой рубашкой, натираясь даже не смотря на нежнейшую материю. Вальс подходит к концу. Михаэлис круто уходит в поворот, утягивая за собой Сиэля, останавливается, подхватывая по инерции продолжающего движения юношу под ягодицы, выставляет правую ногу и аккуратно поднимает графа, усадив на бедро, что находится теперь между ног Фантомхайва. Тот вздрагивает от резкой смены положения, хватаясь за плечи дворецкого, и они замирают причудливым дуэтом на фоне окна, освещенные бледной луной. Граф пытается отдышаться, жмурясь от острого наслаждения из-за мимолетной ласки бедром Себастьяна, которое прижимается к его возбужденному мужскому естеству. Тот лишь мягко улыбается в ответ, крепче обнимая Сиэля за талию, а после губы демона находят рот юноши, беспрекословно вторгаясь в него юрким языком, закрепляя поцелуем впечатляющий вечер. Первые секунды Фантомхайв шокировано замирает, в последствии забывая обо всем на спасительный миг, позволяя искрам жара проходить через все тело, доводя юношу до изнеможения. Затем он даже старается отвечать, но выходит слишком робко, что лишь подстегивает демона к агрессивному воздействию, удивительно нежным укусам. — Кто же так целуется? А говорили, что умеете, — с легкой иронией замечает Михаэлис, нехотя оторвавшись, чтобы дать возможность графу вдохнуть воздуха, но не прийти в себя, — разве Вас не учили, что врать не хорошо? И, словно в качестве наказания, Себастьян целует жестче, ставит на припухших губах Сиэля метку, совершает бедром плавные движения вверх-вниз, чувственно натирая член юноши. Фантомхайва рвет на части. Он не может понять: придвинуться ближе к источнику наслаждения или оттолкнуть прочь, разразившись тирадой, которая ничем не поможет, поэтому Сиэль лишь сильнее сжимает плечи демона, стараясь не издать позорного стона. Движения ускоряются, Себастьян буквально имеет его рот острым языком, широкими мазками скользя внутри, Сиэль зажмуривается и кончает в миг, когда подушечки умелых пальцев демона сжимают сосок прямо через рубашку. Время и пространство застывает в сладкой неге, что прокатывается по телу колкими волнами. Сиэль осознает произошедшее лишь только несколько минут спустя, когда Себастьян невесомо целует его куда-то в сырой висок. Юноша отшатывается, ошарашенно прижимая тыльную сторону ладони к искусанным губам. Дворецкий молчит, с каким-то грустным пониманием в глазах наблюдая за графом, будто наперед зная, что сейчас он попятится к выходу, поспешит скрыться в своих комнатах. — Кажется, Вам необходимо принять ванну, — замечает демон, указывая на еле заметное в приглушенном свете пятно на брюках Сиэля. Юноша заливается румянцем, вовсю пытаясь сохранить невозмутимый вид, избегает прямого взгляда и разворачивается, чтобы удалиться из комнаты, которая накрепко засядет у него в голове жарким воспоминанием. — Быть может, Вам потребуется помощь? — окликает Себастьян совсем рядом, идя вслед за графом. — Помнится, в детстве Вы позволяли мне омывать себя. Тот ускоряет шаг, практически выбегая в коридор, вверх по длинной лестнице к комнатам. Скорее, в убежище его тайной любви, его боли. — Ну что ж... — демон остается у подножья, прикасаясь самими кончиками пальцев к губам, прикрыв глаза. — Спокойной ночи, мой Лорд.