В тиши сияющих небес

Спустя три недели. Сегодня с самого утра шел снег, и к вечеру разыгралась настоящая метель, но Сайто было наплевать. Он гнал во весь опор. Ветер хлестал в лицо, бросал темные волосы на глаза, застилая обзор, колючий снег обжигал кожу, раненое плечо нестерпимо ныло, а в голове билась лишь одна мысль. У Рейвен через пять дней помолвка. А, значит, то ее письмо, которое ему передал Окита, не было ложью. Она оставила его, предала, ушла. «Прости, но мы поторопились. Я приняла обычную симпатию за любовь». Ее слова в сто тысячный раз отозвались эхом в его лихорадочно бьющемся сознании. Он не поверил, впервые прочтя эти стоки, не поверил ни единому слову. В тот момент Хадзимэ забыл обо всем на свете. Вскочив с футона, он ринулся к выходу из комнаты, чтобы немедленно выехать в Эдо. Но не успел сделать и двух шагов, как рухнул на пол. Рана отозвалась жгучей болью, рубашка промокла от крови, но Сайто снова поднялся, пошатываясь, двинулся к двери. На лбу выступили капельки пота, разум помутился от нескончаемой лихорадки. Остановить его удалось лишь Содзи. А дальше последовал провал, путаные сны, балансирующие на грани забытья и реальности, высокая температура. Очнулся Хадзимэ только через две с половиной недели, когда из столицы пришла очередная новость. Дочь Ричарда Блэка собиралась замуж, и ее помолвка должна была состояться ровно через шесть дней. На этот раз Сайто уже не смогли остановить никто и ничто. Собравшись, он помчался в Эдо. Рана еще болела, не зажив до конца, да и лихорадка периодически давала о себе знать, но это было сущими пустяками по сравнению с тем, что творилось у него в душе. Хадзимэ горел в огне ненависти, ярости и боли, желая узреть все собственными глазами, чтобы окончательно убедиться в ее предательстве, чтобы вырвать ее из сердца, чтобы научиться жить без нее, чтобы забыть. «Прости, но мы поторопились. Я приняла обычную симпатию за любовь». Он погнал еще сильнее, вцепившись в поводья мертвой хваткой. От резкого движения рана на плече взорвалась вспышкой боли. Но физические страдания были ничем по сравнению с душевными. Почему? Почему она так с ним поступила? - Они все такие. Эти иностранки. Легкомысленные и беспринципные, - прошептал Сайто, и губы скривились в горькой усмешке. Он настоящий идиот, раз поверил в то, что Рейвен искренне его любила. Для нее он был всего лишь коротким эпизодом, развлечением, шутом гороховым. - Дурак. Какой же я дурак, - влажные пряди прилипли ко лбу, ветер рвал и метал, но внутренний жар сжигал изнутри. Хадзимэ задыхался, борясь с подступающими воспоминаниями. Ее улыбка, ее золотистые волосы, ее светлая кожа, ее глаза цвета пасмурного осененного неба, ее нежные прикосновения. Забыть. Он должен ее забыть. Только, сколько бы Сайто не убеждал себя в том, что сможет стереть Блэк из своего сердца. На самом деле, он в этом очень сомневался. Она умудрилась забраться слишком глубоко, став в буквальном смысле частичкой его души, и он просто не представлял себе жизни без нее. Это было нереально, невозможно, немыслимо. Но другого выхода просто не существовало. Я вижу пустоту внутри себя. Я чувствую это, Это моя действительность. Я не могу вернуться. Dead By April "Erased". Бал в честь ее помолвки был в полном разгаре. Все по высшему классу, ничем не хуже, чем в США. Огромная зала сияла светом тысячи ламп, роскошно одетые женщины и мужчины тихонько переговаривались между собой, смеялись, отпивая лучшего шампанского, танцевали и улыбались, улыбались, улыбались, как и сама виновница торжества. Рейвен стояла чуть в стороне с радостной маской на лице, машинально кивая приветствующим ее знакомым и незнакомым, сжимая в руках бокал, и чувствуя себя настоящей марионеткой. Сломанной куклой, у которой уже челюсть сводило от фальшивой улыбки, намертво застывшей на губах. - С тобой все в порядке? – на ее запястье легли пальцы ее жениха, и Блэк непроизвольно вздрогнула, чуть не расплескав весь напиток себе на платье. - Конечно. А почему ты спрашиваешь? – она ощутила прилив неловкости и невыносимое желание оказаться, как можно дальше отсюда. Там, где сейчас находился он. Ее муж. Хотя нет. Теперь Сайто стал для нее чужим человеком, как и она для него. От этой мысли сердце болезненно сжалось, и Рейвен поспешно уставилась на своего жениха, чтобы окончательно не кануть в пучину отчаянья. - Ты очень бледная, - проговорил Джонатан, обеспокоено всматриваясь в лицо невесты, - Может, принести тебе воды? - Нет. Со мной все хорошо. Просто я немного переволновалась, - отмахнулась Блэк, с трудом выдерживая его взгляд. Когда-то она безумно любила этого высокого белокурого американца, и готова была на все, ради него. Но теперь те чувства казались ей такими далекими и нереальными, что Рейвен даже не верилось, что она испытывала нечто подобное, словно те события происходили и не с ней вовсе. - Ты не должна волноваться. Скоро нас свяжут вечные узы, и мы больше никогда не расстанемся, - он сжал ее руку, и Блэк мысленно порадовалась тому, что на ней надеты перчатки. Как она ни старалась, но выносить прикосновения другого мужчины, было выше ее сил. Каждый раз, когда Джонатан тянулся к ней, Рейвен внутренне содрогалась, невольно отшатываясь в сторону. - Да, конечно, - она снова улыбнулась, несмотря на то, что все ее существо рыдало, а тоска вгрызлась в измученную душу с утроенной силой. Мысли опять вернулись к нему. К Сайто. Как он? Все ли с ним в порядке? Поправился ли он? Что чувствовал? Насколько была сильна его ненависть к ней? Сможет ли она когда-нибудь забыть его? Наверно, никогда. Наверно, она никогда не смирится с этой потерей. Наверно, дыра в ее груди, где когда-то билось сердце, никогда не исчезнет. Наверно, она обречена на вечные страдания от бесконечных сладко-горьких воспоминаний, настолько реалистичных и ярких, что они с легкостью смогли бы заменить ее бесцветное существование. Судорожно вздохнув, Блэк скользнула рассеянным взглядом по толпе, когда внезапно увидела его. По телу прошлась дрожь, пальцы вцепились в несчастный фужер, черты вытянулись от изумления и неверия. В первый момент Рейвен даже подумала, что окончательно сошла с ума, и у нее начались галлюцинации, но потом поняла, что это правда. - Хадзимэ, - выдохнула она, безотрывно глядя на высокого темноволосого молодого человека. Ровная осанка, военная выправка, холодное высокомерие. Он нисколечко не изменился. Разве, что стал еще красивее. На Сайто был надет отлично сшитый европейский костюм, который невероятно ему шел, придавая дополнительную привлекательность и магнетизм. Поэтому, стоило только новому гостю появиться в зале, как все девушки с любопытством воззрились на него. Однако тот не взглянул ни на одну из них. Его темно-синие глаза, таящие в себе осколки льда, безотрывно взирали лишь на одну женщину. На Рейвен Блэк.