В тиши сияющих небес

Рейвен сидела на кровати. Черное платье с высоким воротником, пустой взгляд, устремленный вникуда, и тоненькая ниточка в дрожащих пальцах. Она до сих пор была не в силах поверить в случившееся, была не в силах принять смерть отца, и тот факт, что рядом с его телом был найден браслет Сайто. В том, что вещь принадлежала Хадзимэ, сомнений не возникало. У нее самой имелся точно такой же. Блэк первой обнаружила мертвое тело родителя. Ричард был застрелен, а возле него валялось то самое украшение. Шокированная, онемевшая, балансирующая на грани потери сознания и реальности, Рейвен машинально спрятала браслет в карман, и промолчала, в последствии никому не рассказав о своей кошмарной находке. Хотя по всему выходило, что именно самурай убил ее отца. Но и сердце, и разум отказывались принимать столь жуткое открытие. Она не верила, не верила, несмотря на явные доказательства, ведь все внутри буквально кричало о невиновности Сайто. - Он не мог. Не мог, - произнесла девушка одними губами, в очередной раз автоматически сжимая тоненький ободок. От тяжелых мыслей отвлек стук в дверь. Требовательный и бесцеремонный. - Можно к тебе? – в голосе Джонатана слышался не столько вопрос, сколько утверждение, и Рейвен вдруг разозлилась. С каждым днем он раздражал ее все больше и больше. - Нет. Уже поздно. Я собираюсь ложиться, - резко бросила она, небрежно стирая со щек слезы, - Поговорим завтра. На мгновение в коридоре воцарилась тишина, а потом дверь с треском распахнулась, ударилась о стену, впуская мужа в ее спальню. - Никаких «завтра»! Со всеми твоими «завтра» покончено! – яростно выкрикнул блондин, и его красивое лицо исказилось гримасой гнева, - Все! Теперь тебя некому защищать! Ты принадлежишь мне, и будешь делать то, что хочу я! Его губы разошлись в злой улыбке, сделавшей американца похожим на хищного зверя, и Рейвен, вскочив, ощутила, как к раздражению примешивается страх. Взгляд затравленно метнулся по сторонам, ища пути к отступлению. - Не старайся, сладенькая. Тебе не удастся сбежать, - он мгновенно разгадал ее замысел, и буквально в два прыжка сократил разделявшее их расстояние. Вцепившись в плечи изумленной Блэк, сощурился, всматриваясь в ее побледневшее заплаканное лицо. - Джонатан, что ты делаешь? Сейчас же прекрати, - она постаралась придать своему голосу обыденную интонацию, будто бы ничего невероятного и не происходило, но получилось плохо. Голос дрогнул. - Прекратить? – нараспев протянул он, - Почему это я должен прекращать? Ты – моя жена, и еще ни разу с момента нашего бракосочетания, не исполняла свой супружеский долг! Его глаза полыхнули яростью, пальцы сильнее впились в хрупкие плечи Рейвен, намеренно причиняя боль. - У меня траур! О каком супружеском долге ты говоришь? – и снова злость оказалась сильнее страха, во взгляде отразилось презрение. Дернувшись, она попыталась освободиться. Но тщетно. - Ха! Траур! Раньше у тебя болела голова, потом ты простудилась, а сейчас у тебя траур! Что дальше? Что ты еще придумаешь, чтобы не спать со мной? – наклонившись, он почти коснулся ее губ своими, и Блэк уловила легкий запах виски. - Ты снова пил? – с отвращением бросила она, и в следующее мгновение получилась увесистую оплеуху. Вскрикнув, упала на пол, схватившись за пылающую щеку. - Знай свое место, и не лезь не в свое дело! – сорвался на крик Джонатан, взбешенный ее нескрываемым презрением, - Или ты думаешь, что я не знаю о твоем маленьком грешке? Присев рядом, он схватил Рейвен за подбородок, заглянул в ее широко распахнувшиеся от удивления глаза. - О чем ты? - О твоем драгоценном самурае, - прошипел блондин, исходясь ядовитой злобой, - Что-то не верится, что с ним ты тоже была такой недотрогой. Небось, за милую душу ноги раздвигала. Его слова подействовали похлеще пощечины. Серые глаза девушки потемнели от ярости, на щеках выступили красные пятна. - Да, ты прав. Так и было, - отчеканила она, окидывая американца уничижительным взглядом, - Только тебе такое не светит. - Сука. Грязная сука, - выдохнул Джонатан, из легких словно разом ушел весь воздух, и его голос звучал приглушенно, сипло, - Дешевка. Размахнувшись, он ударил ее так, что Рейвен отлетела к кровати. Из носа хлынула кровь. Охнув, она прижала ладонь к лицу. А блондин медленно поднялся. - Раз уж тебе так нравится быть подстилкой для дикарей, то я тебе это обеспечу, - коротко произнес он прежде, чем покинуть комнату. - Ёсивару? Ты говоришь, что он отправил ее в один из домов «квартала красных фонарей»? Сайто еле выговаривал слова. Она застревали в его резко пересохшем горле, с трудом выходя наружу. - Да. Этот грязный ублюдок отправил свою жену в один из публичных домой. Хороша семейная идиллия! Ничего не скажешь! - с яростью прошипел Окита, машинально сжимая рукоять катаны, - Надеюсь, теперь ты убедился в том, что эта история плохо пахнет, и что, если бы, их брак не был обычным фарсом, то такого бы никогда не произошло! Тем более, еще и это убийство Ричарда Блэка! Содзи вопросительно уставился на Хадзимэ, и тот медленно кивнул. - Ты прав, - проговорил он, чувствуя, как душа потихоньку наполнялась надеждой, - Кто-то явно хотел прибрать себе денежки Ричарда Блэка. Добавил он на автомате, потому что все его думы были о Рейвен. Увидеть. Он должен ее увидеть. Должен вытащить из этого кошмара. От одной мысли, что к ней может прикоснуться один из этих похотливых выродков, его начинало колотить. Благо, что новеньких не сразу направляли к клиентам. Значит, в его распоряжении еще было примерно около недели. - Да. Похоже, этот некто из сторонников нового правительства, - сощурившись, отозвался Окита, - Но сейчас это не так важно. Сейчас… - Сейчас я выезжаю в столицу, - перебил друга Сайто, - Пришло время расставить все по своим местам.