Воспитание Чувств

***

— Эрик, пожалуйста, я не хочу вновь драться с тобой. Доброе утро, мир! Ну, на самом деле, сложно назвать мое утро добрым. Я совершенно не выспалась. За это отдельное спасибо плечу, которое болело не переставая. И чтоб вы знали: синяки под глазами мне не идут. Итак, я вновь оказалась двадцать первой, а знаете, что это означает? Дзинь-Дзинь! У меня нет партнера. Опять. — А что так? Испугалась? — Эрик снова ухмыляется, а я зарделась еще сильнее. Мое тело полностью отказывалось мне подчиняться: щеки предательски пылали, а сердце колотилось как сумасшедшее. Но тут, к моему величайшему облегчению, в разговор вмешался Фор. — У нее травмировано плечо. А после очередной драки с тобой, ей придется ампутировать эту руку, — лидер вновь окинул меня презрительным взглядом. Сердце мое сразу переместилось куда-то в область желудка, а щеки запылали еще сильнее и, наверное, уже начали излучать тепло. — Правда? Я сделал тебе больно? — делая вид, что волнуется, спросил он. — Нет, ты не сделал мне ничего такого, от чего бы надо лечиться. Мне не было больно. А плечо я травмировала, когда упала. С лестницы. Дважды. — повисла тягостная минута молчания. В ответ Эрик наградил меня своей привычной насмешливой ухмылкой. Какая странная реакция! Все, у меня больше не было сил оставаться с ним наедине в замкнутом пространстве. Я резко развернулась и покинула тренажерный зал. Последнее, что я услышала, это слова Питера: — Ничего тут страшного нет. У нее шизоидный тип — этому типу свойственна эксцентричность. Какой козел! Он только и делает, что подливает масло в огонь между мной и Эриком. И, черт возьми, у него это отлично получается! За мою выходку меня ждет наказание, я уверена. Я также уверена в том, что наказывать меня будет Эрик. А он тот еще садист! — Остановись! — неужели он пошел за мной? Мое наказание стояло прямо позади меня и норовило придушить собственными руками. Что он сделает? Я уверенна, его вовсе не волнует то, что у меня травмировано плечо, как не волнует и то, что вчера он одним своим прикосновением почти сломал мне руку. Так, что он сделает? Насколько будет больно? Я осторожно повернулась к нему лицом, чтобы заглянуть страху в глаза. — Давай, — с вызовом говорю я и вскидываю подбородок, — Делай то, зачем ты пришел сюда. Я готова к любому наказанию. Даже если мне придется висеть над этой ужасающей рекой, — я посмотрела на узкий мост, — Да, мне говорили, что вы любите наказывать тех, кто вам не подчиняется. А я вам не подчинилась, поэтому вы еще заставите меня пожалеть об этом. На мое удивление Эрик выслушал мой торопливый монолог вполне себе спокойно. Слишком спокойно для Эрика. Кто ты, и что ты сделал с Эриком? А, нет, все нормально. Мужчина, стоявший передо мной, все еще боролся с желанием убить меня. Все нормально! Ложная тревога. Это все тот же Эрик. — Я вроде бы не травмировал твою голову. — задумчиво протянул он. Ему нравилось видеть, что я его боюсь. Ему нравилось чувствовать, что он сильнее. Да, на фоне меня кто угодно будет сильнее. — Что? При чем тут моя голова? — Иди за мной, — холодно приказал мужчина. Я так и должна поступить? Забыть о своей гордости и просто следовать за ним? За своими размышлениями я и не заметила, как ослушалась его прямого приказа и осталась стоять на месте, — Я дважды не повторяю. — не оборачиваясь, сказал Эрик. — Бить будешь? — вопрос вырвался прежде, чем я успела прикусить язык. Эрик не ответил, но могу поклясться, что видела, как он ухмыляется. Вот хмырь! Делать нечего, и я тупо последовала за ним. Слабохарактерная! Что же он со мной сделает?

***

— В этом зале тренируются только рожденные в Бесстрашие, но сегодня слегка не их день, — значит все — таки бить будет, — Ты не станешь сильной. Ты не станешь быстрой. Ты не станешь ловкой. Собственно, ты никем не станешь, если не будешь тренироваться, — он решил убить меня унижением. Я стояла и не сводила с него своего яростного взгляда, — Прекрати смотреть на меня таким жалобным взглядом. Мы еще даже не начали тренировку. Да уж, вот тебе и грозный взгляд! — Я не смогу тебя ударить… — вот теперь я чувствую себя по-настоящему жалкой. Я признала свое поражение еще до того, как он начал бой. — Ты признаешь, что ты слабая? Ты признаешь, что я лучше тебя? Но ведь он определенно лучше меня, тут даже признавать нечего. — Я не слабая, вовсе нет. Просто… просто… Эрик, ты сильнее меня, — я закусила губу. В следующее мгновение щеку обожгло. Он ударил меня! — Что, черт возьми, ты творишь?! — гневно воскликнула я. — Разозлись на меня, Рэй. Я знаю, что ты хочешь. — Чего я хочу?! Ничего ты не знаешь. — залепетала я, забывая о боли в скуле. — Все подростки такие озабоченные или только Эрудиты? — Тебе виднее, ведь ты сам был Эрудитом! — лицо вновь запылало огнем. Кажется, я играю в опасные игры. Лицо мужчины мгновенно изменилось и от презрительного выражения лица не осталось ничего. На смену пришел гнев. — А теперь ты должна закрыть рот и попытаться хоть раз ударить меня. Давай же! — вот теперь я испугалась. Кровь капала с разбитой губы. А последний удар был настолько сильным, что теперь я стояла на коленях, чувствуя, что если он ударит еще раз, я больше не смогу подняться. Он вновь унизил меня! Вновь поставил меня в положение «жертвы», — Я лидер фракции. Я твой лидер. И пока ты учишься, ты ничем не отличаешься от моей собственности, уяснила? Затем началось нечто, чего я никак не предполагала. Я догадывалась, что Эрик жестокий, но я не думала, что настолько. И я знала, что мне достанется за то, что я постоянно грублю ему. Он схватил меня за волосы и, накрутив их на руку, заставил меня смотреть на него. О, Небо, как же мне страшно! Не в силах смотреть, я закрыла глаза. Все мое существо сжалось в преддверии нового удара. Может, он меня убьет? Хотя на быструю смерть мне явно не придется рассчитывать. — Я не буду больше жертвой… Не буду. — лепечу я и глаза все еще зажмурены. — А куда ты денешься, моя хорошая? — он пытается разозлить меня. Распылить, чтобы я хоть что-то сделала. Но я не могла. Я словно оцепенела. Я боялась его. Эрик попытался потащить меня за собой, но я, вырывая собственные волосы, стала сопротивляться. Пожалуйста, пусть сейчас все кончится. — Пусти! Больно! Отпусти меня. — я захныкала. Ну совсем как маленькая девочка. Мужчина оскалился и занес руку для удара. Но не успел нанести удар. Потому что я сделала это! Я смогла! Я изловчилась, вывернулась и освободилась от его захвата. Я даже почти смогла вскочить на ноги, но ноги подвели меня, и я снова рухнула на пол. Плечо стало болеть еще сильнее, и я издала нечто похожее на писк. Представляю, как Эрик глумится надо мной. — Остановись, пожалуйста… — я выбилась из сил. Больше не могла сопротивляться. Я посмотрела на Эрика снизу вверх и с трудом сдержала слезы. Я не могу расплакаться. Только не у него на глазах. — Вставай. — холодно скомандовал лидер. — Эрик, пожалуйста… — я выучила свой урок. Я должна держать язык за зубами и больше его не злить, — Я все поняла. Я разозлила тебя. Больше этого не повторится. — вот именно сейчас я прожевала и проглотила свою гордость. — Ты меня не расслышала? Вставай! — и я сделала то, чего он требовал. Интересно, я всегда буду делать то, чего он хочет? — Ты делаешь успехи, слабачка. — Ч… что? Какие успехи? — Эрик сделал несколько шагов ко мне, а я, как ошпаренная, отскочила от него. — Ты вырвалась. Ты боролась за свою жизнь и у тебя были все шансы победить. Я доволен сегодняшним занятием. — это он так называет? Да у меня все лицо огнем горит! — Я рада, что доставила тебе удовольствие. Ведь без сомнения поставить девушку на колени и избить её — дело достойное. Я виновата в том, что доводила тебя. Прости. Прости и оставь меня в покое, Эрик, пожалуйста. Я буду тренироваться со всеми. Я буду делать успехи. Но не трогай меня. Не прикасайся больше ко мне, потому что твои прикосновения не причиняют ничего, кроме боли. Вторая порция гордости проглочена. Я развернулась и направилась вон из зала для Бесстрашных. Мне нужен холодный душ. Все тело горело адским огнём, лицо я почти не чувствовала, да и плечо не желало оставаться в стороне.

***

— Ну, маленькая Эрудитка, как ты? Ууух… вижу тебя кто-то сегодня поимел, — голос Питера раздражал слух. Сил у меня не осталось, поэтому я просто прошла дальше к душевым кабинкам. Сняв с себя одежду, я заметила, что все мое тело было покрыто синяками, складывалась впечатление, что Эрик пинал меня все утро. Но больше всего меня расстроило лицо. Если в самом начале я говорила о том, что синяки под глазами от недосыпа — это не мое, то я очень ошибалась. Фингал под глазом — вот, что по-настоящему мне не идет. Фиолетовый — не мой цвет. Выйдя из душа, я обернулась в большое махровое полотенце и плюхнулась на кровать. Все тело ныло. — Рэй… — я почувствовала движение на своей кровати. Это Трис и Кристина присели рядом со мной. — Все хорошо. Все хорошо… — не знаю, кого я пыталась убедить в этом. Себя или девушек. Спустя пару минут глаза застелила пелена слез, и я расплакалась. Слабая и жалкая. Я полностью оправдала слова Эрика. Почему же тогда так больно? Почему я до сих пор дрожу так, словно все утро была на морозе и жутко замерзла? Неужели Эрик так напугал меня? После утренней тренировки и завтрака, который я успешно прогуляла, нас учили стрелять и метать ножи. Ни то, ни другое у меня не получалось. Блеск. Эрика я изо всех сил старалась игнорировать, и каждый раз, замечая его силуэт недалеко от себя, старалась сделать расстояние между нами большим. Очень большим. Все видели мое лицо, но никто не рискнул спрашивать. Трусы! Что же касается вечера, так у меня даже планов не было. До появления Кристины и Трис. Вот, что я вам скажу — эти девушки не дадут вам скучать. Эти девушки не дадут вам проваляться весь день в кровати и больше погружаться в депрессию. За это огромное им спасибо! — Мы идем делать тату. Знаешь, что это означает? — весьма настойчиво спросила Кристина, не сводя с меня своих глаз цвета крепко заваренного чая. — Нет, а что это означает? — боясь и предположить, что в голове у Кристины, спросила я и закусила губу. За последние два дня я делаю это слишком часто, так что для меня будет совершенно не удивительно, если к концу обучения, я ее вовсе откушу. — Это означает, что ты идешь с нами. — тоном строгой начальницы ответила девушка. — А если я не хочу делать татуировку? — очень глупый вопрос с моей стороны. — Очень смешно, милая. Говоришь так, словно у тебя есть выбор. — и тут я поняла, что выбора-то у меня и нет. Ладно, это всего лишь татуировка. Подумаешь, на всю жизнь. Мы зашли в шумное помещение, от чего моя голова сразу же начала болеть. Возможно, она начала болеть и из-за сотрясения, но музыка тоже важна. Трис и Кристина сразу же нашли себе мастеров. Я хотела поскорее сделать тату и уйти спать. Скрыться из реальности и забыть о сегодняшнем кошмаре… Какого же было мое удивление, когда мой кошмар сам нашел меня. Эрик стал моим мастером. — Выбирай тату. — все тот же холодный тон. — Это. — я показала ему эскиз с маленькой бабочкой. Кто-то скажет, что это банально. Кто-то скажет, что заезженно, кто-то не обратит внимания, а кто-то спросит, почему именно бабочка? Она символизирует сочетание противостоящих друг другу качеств, таких как внешняя хрупкость, нежность, легкость, а вместе с тем сила, выносливость и храбрость. Вот моя цель. Именно такой я хочу стать. Хочу сочетать в себе несочетаемое. — Куда ты хочешь татуировку? — не меняя тона, поинтересовался Эрик. — Сюда… — ладонью я указала на правую лопатку и села на кресло спиной к нему. Спустя мгновение я почувствовала его дыхание на своей шее. Он аккуратно переложил мои волосы на левую сторону. По телу словно электрический ток прошелся. Спустя еще одно мгновение я почувствовала, как его пальцы забираются под лямку бюстгальтера и майки с правой стороны, и затем опускаются на плечо. Все мое тело покрылось мурашками. Хоть бы он не заметил! А с утра, между прочим, его прикосновения не были такими нежными, как сейчас. — Можно я кое-что спрошу? — осторожно интересуюсь я. У него в руках мое тело как никак, злить его не нужно. — Спрашивай. — совершенно спокойно ответил он на мой вопрос. — Почему… почему нужно было так жестоко сегодня? Почему ты унижаешь меня? Неужели я заслужила это? В смысле, отчасти, да, заслужила… Но за что так жестоко? В чем я провинилась перед тобой? — щеки предательски запылали. — Я не люблю, когда молодые девушки вроде тебя не знают своего места. — Да… сегодня ты отлично показал мне, где мое место. — глаза вновь заслезились, но это из-за обиды. Он не имел права так унижать меня. И вообще, сейчас самое время прикусить язык. — Готово! — Эрик проигнорировал мои слова. Затем я вновь почувствовала его прикосновение на своей спине. Почему у меня пошли мурашки? Я спрыгнула с кресла и, это надо же, споткнулась о собственную ногу и чуть не упала. — Нужно быть осторожнее! — вновь этот холодный голос. — Учту. — так же холодно ответила я. Получилось ли у меня повторить его тон? Хоть бы не опозориться! И опять я могу поклясться, что он улыбнулся. Сдержанно, в своей манере грубияна, но улыбнулся! Чур меня! Привидится же такое! Какой ты на самом деле, Эрик? Лидер фракции Бесстрашных или за этой напыщенной наглостью скрывается нечто больше?! Кто ты такой, Эрик? Глубоко вздохнув, я направилась в общую комнату. Если я хочу выйти из красного списка, я должна больше работать. Сегодня Эрик пытался научить меня защищаться. Сегодня Эрик пытался дать мне шанс на выживание. Боже, упаси меня от такого шанса еще раз, но все-таки. Я должна стать сильной. НО! Если я хочу стать такой, я должна прекратить быть сонной коровой. Мне надо выспаться. Эрик Эриком, а сон по расписанию!