Воспитание Чувств

POV Рэй

— А у тебя нет еще такого успокоительного? После того, что я сделала, мы направились обратно в гостиницу. Плечо адски болело, но больше всего болела душа. Все-таки, в первый раз всегда больно. Особенно, когда впервые убиваешь. Эрик напоил меня алкоголем подозрительного производства и начал колдовать над плечом. Хех, волшебник. Таким образом, я сидела на стуле в нашей комнате в окружении Эрика, Алекса, Питера в джинсах и в лифчике. Смущалась ли я? Неа, ни капельки. Алкоголь и боль затуманили мой разум, так что ни о чем кроме того, что Эрик прикасается ко мне своими холодными пальцами, я думать не могла. — Не кончай, Рэй… — прошептал он мне на ухо и я против воли рассмеялась. Знает ведь, как на меня влияет и такие приказы отдает. Ну, ничегошеньки не обещаю! — Значит, Рэй — это ты? — спросил Алекс, стараясь не смотреть на мою грудь, прикрытую только тонким кружевом. — Угу, она самая. — я глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Ох, как же все кружится! — А почему ты представилась как Кэтрин? — вот же неугомонный и приставучий! — Потому что мне нравится это имя, что тебе непонятно? И вообще, что ты ко мне пристал-то? Отстань, неразумный. — алкоголь уносил меня далеко-далеко, а Алекс изумленно оглядел меня с ног до головы, выискивая признаки безумия. — Боже, почему из всех красивых девиц, с которыми я знаком, мне понравилась настоящая врушка? — мне послышалось или он это сказал? Дело сделано! Я ему понравилась! Ой! Лидер сильно сжал мое не травмированное плечо, видимо почувствовав моё внутреннее ликование. Эй, Эрик! Спокойно! Я твоя. Полностью. — Я вот чего не могу понять, Питер, какого хера, вместо того, чтобы прикрыть Рэй, ты спрятался? — голос Эрика был спокоен, но я прям на себе ощущала его злость. — Я прикрывал ее, — сказал Питер. Врет гад. Врет ведь! Нагло и совсем непродуманно, но подливать масла в огонь я не буду, — Ты просто не замечал, как я прикрывал ее. — Думаю, это потому что ты прятался за зданием. — Эрик, кажется, наконец, вытащил пулю. — Нежнее. — прошептала я и поймала две пары удивленных глаз на себе. Эрик ничего не ответил, но я заметила, что его движения стали мягче. — Значит так, ты, — Эрик явно обращался к Питеру. И не спрашивайте, как я это поняла. Кажется, я научилась понимать этого мужчину, даже на него не смотря, — Возвращайся и патрулируй северную границу, а ты, — так, это Эрик явно обращается к Алексу, — А ты, просто денься куда-нибудь и не нервируй меня. — С ней все будет в порядке? — Алекс подозрительно покосился на меня. А что это он сомневается в моих силах? — Она не твоя забота. — прорычал Эрик, и я тяжело вздохнула. Два козла. Ой. Два барана. Кто там самый упрямый? А! Вот! Два осла! — Еще встретимся, Рэй. — я пьяно хихикнула. Ишь, какой самоуверенный! — Все. — облегченно вздохнул Эрик. Он заштопал мою рану. — Первое боевое ранение. — пьяно, но гордо сказала я, вставая со своего места. — Надеюсь, что последнее. — хмуро добавил мужчина. — Поцелуй меня. — я подошла к мужчине и внимательно посмотрела на него. — Ты пьяна. Я не хочу быть мужчиной, который воспользовался своим положением по отношению к симпатичной молодой девушке. — он отодвинулся от меня. Я, наверное, единственная в мире девушка, которая расстраивается, потому что ее парень ей не дает, — А еще от тебя сильно пахнет дешевым алкоголем, — Эрик хмыкнул, поправляя мне волосы. — А еще, моя мама заказала мое убийство, и я очень расстроена. Плюс ко всему, меня сегодня ранили и безжалостно споили. Так что если ты меня не поцелуешь… — начала я, но Эрик перебил меня. Его голос смягчился. Хороший знак. — Иди ко мне. И я пошла. Улыбнувшись, оставляя свои проблемы позади, я сделала шаг в мою личную бездну. И имя этой бездне — Эрик.

POV Трис

— Эй, Трис, если ты хочешь поговорить, то приходи. В любое время. В любом месте. — мои губы сами растянулись в мягкой улыбке. Рядом с Фором я теряю голову. Это не поддается контролю. Вот, он просто изучающе смотрит на меня. А потом улыбается. И бабочки в моем животе просто с ума сходят от переизбытка чувств. — Если они узнают, они убьют нас. — наконец, я смогла выговорить ему то, что меня заботит. — Я не позволю сделать этого. — Как ты не позволишь им убить меня, не подставив себя? Мне не нужна такая жертва, Фор. Мне нужно, чтобы ты был живым, ясно? — впервые я разговаривала с ним так эмоционально. — А обо мне ты подумала? Мне тоже не нужна такая жертва с твоей стороны. Послушай, на твоей стороне будет Эрик. — я подавилась. Я ослышалась, или он сказал, что мужчина, который ненавидит дивергентов, встанет на защиту дивергента? Поймав мой взгляд, он продолжил, — С Рэй тоже что-то не так. Не берусь утверждать, что она дивергент, но она определенно не обычная бесстрашная. А Эрик будет защищать ее. А защищая ее, он будет защищать и тебя. Он лидер фракции. К его мнению прислушаются. И я задумалась. Может, Фор и прав. Может, мне стоит довериться им? Им обоим. Фор и Эрик. Двое совершенно разных мужчин, сошлись в желании защитить двух совершенно разных женщин. Что-то в этом мире и впрямь не так. Фор заботился обо мне. Но если моя забота связана с риском жизни для него, я этого не хочу. Мой мужчина. С самого первого дня глубинная часть меня признала в Форе моего мужчину — нутро, то самое, женское нутро, которое скрыто в каждой девушке тянуло меня к нему так, что становилось больно. Хотелось не просто обнять тело, хотелось погладить душу, слиться воедино, расформироваться на крохотные искры и поселиться у него внутри. Чтобы уже не смог вытащить, чтобы принял и полюбил всем сердцем, так же, как сделала это и я. — Я надеюсь, что с ней все хорошо. — Эрик передал по рации, что на них напали и Рэй ранили. Странно, но за последние два дня, если кому и доставалось чаще всего, так это Рэй. То неудачный прыжок с поезда, то она в грязь шлепнулась, то ее ранили. А о заселении с Эриком я вообще молчу. Представляю, как ей неловко от этого! — Это же Рэй, ее невозможно убить. Тем более с ней Эрик и Питер. Я уверен, они не дадут ее в обиду. — Угу, — хмыкнула я, — Особенно Питер, — лицо Фора озарила широкая улыбка. Мы патрулировали уже несколько часов и, слава Богу, в нашей стороне все было тихо. У Кристины и Уилла тоже все проходит без происшествий. Я же говорю, из всех нас только Рэй везет как утопленнице. — Как ты провела ночь? — я чувствовала, что он смутился, когда вопрос слетел с его губ. — Как только моя голова коснулась подушки, я уснула как ребенок. — сухо ответила я и опустила глаза вниз, изучая серый, местами неровный асфальт под ногами, — А ты как провел свою ночь? — Отвратительно. Питер два часа был в душе. Клянусь, я не знаю, что он мог намыливать себе в душе два часа! Но на этом еще не все! Он до рассвета храпел. — я рассмеялась. Фор так живо рассказывал об этом, что я не сдержалась. В одном я совершенно уверена, мне бы очень хотелось оказаться в комнате Фора вместо Питера. — Что ж, в таком случае, я тебя утешу. Не ты один провел свою ночь плохо. Прежде чем уснуть крепким сном, я застала, как Кристина и Уилл целовались. Мне было так неловко! — кажется, обстановка между нами разрядилась. Это хорошо. Он вновь широко улыбнулся. Мне нравится его улыбка. Впрочем, как и он сам. — Знаешь, Трис, было бы гораздо лучше, если бы мы спали в одной комнате. — Да, так было бы гораздо спокойнее. — согласилась я и посмотрела на него. В следующую секунду мое лицо оказывается в его ладонях. Через еще одну секунду, его теплые губы накрывают мои холодные. Еще через секунду, я растворяюсь в опьяняющем яблочном аромате.

POV Рэй

Время, проведенное с Эриком, полностью отрезвило меня. И сейчас, когда моя голова лежала на его обнаженном плече, я как никогда ярко осознавала все происходящее. Эх, кто бы знал, что оргазмы отрезвляют! — Знаешь, сегодня осуществился мой самый страшный кошмар. Моя собственная мама отдала четкий приказ убить меня. И у нее это даже почти получилось. — тихо, стараясь не нарушить созданную нами атмосферу, я поделилась с ним своими переживаниями. В ответ он успокаивающе гладил меня по волосам. Приятно. — Нужно узнать, почему она решилась на это. — на фоне меня этот сногсшибательный мужчина выглядел гораздо мудрее. — Какие бы ни были причины, я не могу найти оправдание ее поступку. А ты можешь? — я повернула к нему голову, подставив под подбородок свою руку и посмотрела на него снизу вверх. Если где-нибудь на этой планете имеется лучший экземпляр мужчины, я заплачу любые деньги, чтобы его увидеть. — Нет, я не могу, но не руби с плеча, ладно? Ты сегодня кое-что потеряла, Рэй, давай лучше поговорим об этом, — он глубоко вздохнул и, поймав мой непонимающий взгляд, продолжил, — Себя. Ты потеряла себя. Сегодня ты убила человека… — Я знаю, что я сделала сегодня. — холодно отрезала я, но сразу же потупила взгляд. — Именно. Прежняя Рэй извела бы себя. Прежняя Рэй плакала бы и не находила успокоения. — Он был врагом, и он бы убил нас всех и тебя в том числе, будь его воля. Я не могу поставить все под удар, понимаешь? Я не могу рисковать тобой, Эрик. — Не ты должна защищать меня, глупая, а я тебя. Это моя работа. Где та Рэй? Где та нежная и ласковая девочка, которая нуждается в моей защите? — Она еще тут, просто ей пришло время немного передохнуть. А где жестокий Эрик? Эрик, который не горел желанием не то, чтобы защищать взбалмошную девицу, но и просто видеть? Где он? — Он все еще тут, поверь. Просто когда я рядом с тобой… я имею в виду секс, я становлюсь другим. И чтоб ты знала, когда ты целуешь меня, горящая от желания, твоя маленькая девочка просыпается. — То есть, ты хочешь сказать, что во время секса мы перестаем быть самими собой? — Нет, наоборот. Когда мы рядом друг с другом, мы становимся настоящими. Вернее, ты становишься настоящей. Я-то уж точно не нежный. — Ладно, ладно, мистер «Я не добрый», сделаю вид, что поверила тебе. Эрик, если моя мать предпримет еще попытки убить меня, а она, я уверена, будет делать это, пока не доведет дело до конца, я не хочу, чтобы ты был рядом. — Почему? — Ты совсем дурак? Ты же был эрудитом, пораскинь мозгами! Один только Бог знает, что я пережила, когда видела, как ты под пулями бежишь за этим снайпером. Я не хочу еще раз пережить это, просто не смогу. А ведь если ты будешь защищать меня, то она и тебя постарается убить. Любой, кто будет мешать ей в её персональном черном списке. Я не готова так рисковать, ясно тебе? — Меня не так легко убить. — Я не смогу пережить, если с тобой что-то случится, — подытоживаю я и начинаю еще одну важную для меня тему, — Что будет с нами дальше? Когда мы вернемся обратно в Бесстрашие? Что с нами будет? — Я не знаю, Рэй, — на выдохе говорит он, но потом продолжает, — Но я не хочу выйти за эту дверь и потерять то, что мы нашли в этом номере. Его простые слова потрясли меня. Он ничего не утверждал, ничего не обещал, но он сказал то, что мне действительно так нужно было услышать. Мы могли не знать, что происходило, но мы не оставим это незавершенным. — Я не хочу терять, — я с трудом сглотнула, но продолжила, — Тебя. Я не хочу терять тебя, Эрик. — Как твое плечо? — Эрик мастерски перевел тему. — Не болит, — вру я и закусываю внутреннюю сторону щеки, — Знаешь, я пожалуй пойду пройдусь. Да, мне совсем не помешает прогуляться. — Ты рехнулась? В тебя стреляли! Будет очень нехорошо, если тебя попытаются убить еще раз. — Меня не так легко убить, — парирую я и ухмыляюсь, — Тебе не надо за меня волноваться. — Я за тебя и не волнуюсь. — буркнул он и я, быстро поднявшись с кровати, поспешила одеться в свои вещи и покинуть номер, пропитанный ароматом корицы. Его ароматом.

***

Когда я вышла, поднялся сильный ветер. Он безжалостно хлестал по лицу и путал и без того спутанные волосы. Мысли об Эрике и наших отношениях не выходили у меня из головы. Эти мысли даже перебили тот факт, что собственная мать заказала мое убийство. Пока я бродила по окрестностям обдумывая свое туманное будущее, уже стемнело, а возвращаться к Эрику я не хотела. То есть, я очень хотела, но сейчас мне надо все хорошенько обдумать. Я шла вдоль невысоких, одноэтажных, серых домов и размышляла о том, как люди живут тут. Как выживают. Все серое, холодное, унылое и очень отталкивающее. В домах почти не было окон, а там, где были, они были очень маленькими. — Простите. — я обернулась на женский голос. Позади меня стояла та самая пожилая женщина, которую сегодня бросился защищать Эрик. Вот ей дома не сидится! — Вам нужна моя помощь? — обеспокоенно спросила я и сощурилась, стараясь вглядеться в её лицо. От чего-то она показалась мне знакомой. Ладно, вряд ли пожилая женщина будет снайпером, работающим на мою мать. Мне нечего опасаться. — У тебя глаза, как у матери. — неожиданно выдала безобидная старушка. — Вы знаете мою мать? Джанин Мэттьюс? — тупо переспросила я. — Боже Милостивый! — воскликнула женщина и я еще больше удивилась, — Слава Богу, ты на эту гадюку не похожа! Я говорю о твоей настоящей матери. Может, ты уже проводишь меня к себе в комнату, и я все тебе расскажу? И давай быстрее думай! У стен есть уши. Вот тебе и Божий одуванчик. Не знаю почему, но я просто молча развернулась и пошла по направлению к гостинице. В конце концов, с Эриком мне будет куда безопаснее, чем наедине с этой старушенцией на темной улице.

POV Эрик

Я видел, как Рэй в компании пожилой женщины вошла в нашу «гостиницу». Сам я сидел на старом, потрепанном кресле, уставившись в одну точку. Она остановилась, когда увидела меня с сонными глазами, в помятой белой футболке. Я действительно очень за нее переживал. И тут до меня дошло, что я понятия не имел, что я здесь делаю и почему я сижу здесь и жду ее, как беспокоящийся муж. — Эрик… — мягко, словно хотела осторожно разбудить, прошептала она, глядя на меня сверху вниз и проводя своей тонкой рукой по моей голове, взъерошивая волосы. — Привет, — пробормотал я, загипнотизированный ее обеспокоенным взглядом. Никто прежде не смотрел на меня так обеспокоенно, как она сейчас. — Что ты здесь делаешь? — мягко интересуется девушка. — Жду. — тупо и немного жестко отвечаю я. Она определенно не заслуживает этого. Я пожал плечами, чтобы не выдать того, как она на меня влияла, как тяжело мои мысли отрывались от фантазий, в которых я сжимал ее волосы в кулаках. Как она может не знать, как сильно она влияет на меня? Я был уверен, что она могла это видеть каждый раз, как я на нее смотрел. Как всегда я хотел прижаться к ней сзади и отыметь ее. Слышать ее стоны, чувствовать ее горячее дыхание. Но кроме этого я хотел видеть, как она спит, а потом смотреть, как она просыпается и видит меня. Я начал понимать, что это был не просто секс, и я не выбивал ее из своей системы. Секс просто стал кратчайшим путем усиления обладания, в котором я так нуждался. Я влюблялся в нее, влюблялся слишком быстро и слишком сильно. И это страшно. — Надо поговорить. — она метнула быстрый взгляд на женщину, стоявшую позади нее. В ней я с удивлением признал женщину, которую защитил сегодня во время патрулирования. Рэй была очень взволнованна. Даже больше того, она была испуганна. Коротко кивнув, я поднялся со своего кресла и сразу направился к лестнице. Очутившись в нашей комнате, Рэй заботливо усадила пожилую женщину на мягкий и изрядно потрепанный пуфик. Я встал напротив них, облокотившись на стену. — Ты хотела что-то рассказать. — тактично напомнила на редкость осторожная Рэй. — Ты ему доверяешь? — весьма сурово спросила незнакомка и устремила свой взгляд на меня. Не люблю такие моменты. Сейчас все зависело от ответа Рэй. — Как самой себе. — коротко отчеканила она, и я с трудом сдержал улыбку. — Джанин Мэттьюс никогда не была твоей матерью, милая. Во фракции отречения был мужчина. Его звали Эйдан Прайор. Он был добрым и справедливым. К тому же, часто помогал таким, как мы. Он часто бывал в нашем поселении и снабжал провиантом, теплыми одеждами перед холодами и всякими такими мелочами из которых, по сути, и состоит наша жизнь. Эйдан Прайор. Почему эта фамилия кажется мне знакомой? Отречение… лидер Маркус Итон. Помощник Маркуса Эндрю Прайор. У Эндрю Прайора двое детей… И брат! Эйдан Прайор! — Девочка по имени Меган попала к нам еще совсем молоденькой. Она покинула Бесстрашие в возрасте восемнадцати лет. Уж не знаю, почему Бесстрашные прогнали её к нам, но тем не менее, мы, конечно же, радушно приняли ее. Меган и Эйдан познакомились, когда она заболела и он принес ей теплые одежды и необходимые лекарства. Около года длились их встречи. Эйдан грезил идеей о том, чтобы увезти её, забрать к себе, в Отречение. Через какое-то время она забеременела. До седьмого месяца он навещал ее и говорил о том, что скоро все изменится, утешал словами о том, что его прошение уже рассматривается в совете фракций. И она ждала его. Бог свидетель, Меган была верной и преданной. Она ждала его даже после того, как он перестал приходить. Почему? Этого увы мне не известно. Она не хотела отдавать тебя, девочка, не хотела. Она полюбила тебя сразу же, как взяла на руки. Но она отлично понимала, что останься ты с ней, и у тебя не будет абсолютно никакого будущего. А она не хотела лишать тебя его. Я была той, кто принимал у нее роды. Ночь была лютой. Октябрь наводил свои порядки, убирая со своей дороги все теплое, что осталось от лета. Ты родилась совсем крошечной. Через несколько дней после родов она попросила меня, чтобы я пристроила тебя в хорошую семью, которая живет во фракции. Я была той, кто положил тебя на порог дома Джанин Мэттьюс. Я не знаю, что сейчас творится в душе Рэй, но судя по ее глазам, она готова расплакаться. — А что… что произошло с Меган? Где она сейчас? Как её найти? — голос Рэй жалобный, практически умоляющий, — Пожалуйста, если вы что-то знаете о её местонахождении, то скажите мне! — Через год после твоего рождения, Меган заболела. Все началось с обычной простуды, а потом… в общем, она умерла. Вижу, как глаза Мэттьюс уже заблестели. Ей больно. Смерть её настоящей матери — еще один удар, который разбил её и без того больное, еле живое сердце. — Это все, что вы хотели сказать мне? — ледяным голосом спросила она. — Это то, что тебе нужно знать. — ответила женщина и сочувствующе посмотрела на совсем растерянную молодую девушку. — Вас проводить до вашего дома? — поинтересовался я, понимая, что скорее всего, Рэй хочет побыть сейчас одна. — Не нужно. — довольно жестко пресекла мои попытки быть вежливым женщина и встав с пуфика, направилась на выход, и через мгновение скрылась за дверью. Рэй растерянно посмотрела на меня. Ее руки дрожали. Ей губы дрожали. Да и вся она дрожала. Нет, только не реви! Ненавижу, когда женщины плачут. — Мне нужна еще одна ночь, — немного скомкано пролепетала она, — Ты можешь отказаться. Я просто… я просто действительно хочу провести эту ночь с тобой. И этого для меня вполне хватило. О проблемах подумаем завтра. Если во мне она видит единственное свое утешение, то я утешу ее. Буду тем, кто ей нужен сейчас, когда ей так нелегко. Я помогу.