Лоскуты

http://pleer.com/tracks/4428429e1jS (по желанию, для атмосферности;) ) Все существование будто сжалось, и разжалось в другом времени, в прошлом. Шеей снова ощущалась железная тяжесть ошейника, натирающая, сдавливающая всю душу страхом и потенциальной угрозой. Коала запаниковала, чувствуя как сердце ухает, словно в ледяное озеро, и внутренности замерзают, покрываются тонкой коркой льда, острой, если сломается. И она ломается, заставляя кровоточить все внутри. Она задышала шумно, хватая ртом воздух и всхлипывая, мгла кошмара рассосалась, оставляя после себя щедро усыпанное звездами небо и встревоженные глаза напротив. Воздуха снова стало отчаянно не хватать, но уже по-другому, ледяные корочки внутри растаяли, становясь водой, а она воздухом, жгущим, распаривающим сердце, легкие, грудную клетку... душу, слизывающим льдистую резь и колкость воспоминаний, оставляя после себя жаркий незнакомый трепет. Сабо поежился. Холодно. Весь дурацкий остров находился на розе ветров, даром что в Южном море - температура этот факт игнорировала. Он плотнее завернулся в плащ, зевая и окидывая взглядом темный горизонт. Хотелось сна и тепла, но и о том и о другом оставалось только мечтать, больше делать во время своего караула было нечего. Коала выиграла сон, и теперь преспокойно сопела, укутавшись в свой плащ, прямо на земле. Они находились высоко над морем, под одной из вершин изломанной скалы. Коала завозилась, переворачиваясь на другой бок, край плаща сполз, оголяя её ноги. Легкий подол юбки, заканчивающийся примерно там, где у приличных женщин он должен только начинаться, почти ничего не прикрывал и Сабо с усилием заставил себя отвести взгляд, мысленно ворча на дрянную занозу в неприличных шмотках. Хватило его ненадолго, и он снова заскользил взглядом по её телу, полуприкрытому тканью плаща и короткой одежонкой. Чувствуя, как кровь начинает бежать по жилам быстрее, чем нужно, он снова отвернулся, мысленно проклиная и Коалу, и Драгона, и всю революцию заодно. Вздохнул глубоко, поправил плащ, чтобы дурында не мерзла, и улегся рядом, хоть так лишая себя возможности наблюдения за нею, после уставившись в ночное небо, усеянное южными созвездиями. Здесь были совсем другие звезды, не те на которые он смотрел вместе со своими названными братьями, не такие, которые видел с Балтиго. Небо каждого моря было особенным, Сабо подумал, что об этом надо точно рассказать в будущей книге о приключениях. От мыслей о своих детских мечтах его отвлек стон Коалы, и Сабо повернул голову. В тусклом свете ночи, было видно, как её лицо блестит влагой, а веки вместе со слипшимися от слез ресницами дрожат. Он резко сел, хмуро глядя на неё сверху вниз, и теряясь между своими возможными действиями. Всхлип девушки словно пнул его, и Сабо наклонился, сжимая её плечо, сквозь ткань плаща и легко встряхивая, вынуждая проснуться и открыть глаза. Сабо видел, как отражался в не скатившихся каплях слез лунный свет, и видел совсем другую непривычную ему Коалу, не ту, которая вечно растягивала губы в своей приторной улыбке, не ту которая, казалось, способна была контролировать каждую минуту своей жизни, а совсем-совсем незнакомую. Но не чужую, а наоборот, более понятную. - Проснулась? – спросил хрипло, вытирая с её лица слезы и сопли краем плаща. Коала молчала и смотрела прямо в душу своими глазищами, незнакомыми и знакомыми одновременно, на заплаканном бледном лице ярко выделялись губы, которые луна высветила темными оттенками, Сабо замер, рассматривая, и почувствовал будто что-то ткнулось ему в затылок, толкая к Коале, или может оправдывал сам себя, наконец разрешая самому себе то, о чем думал всю эту ночь, и даже предыдущие…некоторые, чего уж там. Её губы были солоноватые от слез, Сабо застонал приглушенно, не выдерживая от того, что наконец дорвался до желанного, да еще и получая при этом отклик. Перекатился, потянув за собою Коалу, путаясь в длинных полах плаща, притягивая ближе. Коала целоваться перестала, он выдохнул громко и открыл глаза, снова натыкаясь взглядом на её глазищи, огромные и изумленные. Потянулся, медленно ведя губами по нежной коже щеки, и слушая, как она шумно дышит. Коала мотнула головой, и выпрямилась, уперев ладони на его грудь, и Сабо тут же сжал их своими. Он не чувствовал сквозь перчатки температуру её рук, но почему-то решил, что они холодные и начал растирать, затрагивая голую кожу её запястий. Коала только начала приходить в себя после сновидения, Сабо видел, как медленно уходит с её лица отчужденность и незнакомый чуть испуганный взгляд, снова становится привычным и осмысленным. Она попыталась вырвать свои ладони, заставляя его улыбнуться широко, и дернуть девчонку на себя, та не поддалась, продолжая выкручивать руки, и он резко сел, удерживая, отпуская ладони и прижимая за талию, продолжая давить улыбку на наглой роже, глядя на неё такую растерянную. - Испугалась? Коала вздрогнула, и задрожала всем телом, но превозмогла себя и тоже улыбнулась, обычно и мягко. - Еще бы! – она вцепилась пальцами в ворот его плаща, и хотя голос все еще звучал ломко, во взгляде уже сквозило лукавство. - Из кошмара-то в кошмар. - А во сне какой был? - Более щадящий. Сабо хмыкнул, улыбаясь по-дурацки, и вновь потянувшись к ней, провел языком по её скуле, соленой как и губы, от уже высохших, но оставивших свою соль, слез. Над ними высоко в небе расцвёл фейерверк, оглашая воздух свистом и треском, которого они и ждали, чтобы начать миссию. Сабо позволил себе несколько секунд полюбоваться как бледная кожа девчонки окрашивается розовыми и оранжевыми отсветами от блеска салюта, и удержал, чувствуя, что она снова пытается высвободиться. - Стой, запиши в свой блокнот, что у тебя незаконченное дело. У тебя ж все по расписанию, а то забудешь еще. Коала посмотрела на него без улыбки. - Не думаю, что стоит. Сабо моргнул, чувствуя, как застывает дыхание где-то в грудной клетке, и там же, на сердце, болюче трескается надежда. Видел блестящие любопытные глаза Коалы напротив, рассматривающие его лицо, чувствовал прикосновение к шраму, оканчивающему на щеке, чувствовал нежный атлас материи ее перчаток на своих губах , и не удержавшись поцеловал, чувствуя как дрогнули пальчики её руки. Коала еще несколько мгновений сосредоточенно его рассматривала и вдруг рассмеялась, прижимаясь носом к носу. - Дурной ты. Глупо записывать то, о чем я и так буду думать все время.