Сквозь тьму

Прибираться в доме уж точно не любимое занятие Лидии Мартин. Но родители приезжают через пару дней, и должен быть идеальный порядок. А еще уборка хорошо помогает почистить голову. Вытирая пыль, она раскидывала информацию по полочкам. Подметая, девушка заглушала слова волка. Расставляя книги, Лидия подавляла все и становилась прежней. Питера запирали под замок. Она пыталась забыть его, выкинуть из сердца и закрыться ото всего. Нужно подумать об учебном годе. О школьной программе, о книгах, о друзьях, о Стайлзе и Скотте, о новых опасностях, об оборотнях, о Питере. Лидия потерла переносицу. Черт. Громкий выдох окутал тишину в доме. А еще Банши скреблась по ребрам, предупреждая об Ищейке. Запах сырой земли раздирал ноздри. Пазл складывался, но радости это не приносило. Где-то глубоко внутри девушка все же надеялась, что Хейл рядом и приглядывает за ней. Но эту мысль она гнала подальше в закоулки сознания. Плохое предчувствие никак не хотело покидать ее. Лидия дергалась при малейшем звуке, но то был не страх, а скорее дикая ломка. Она-наркоманка. И девушка уже давно признала это. Становилось смешно от мыслей, что лучше бы это были наркотики в роде героина или травки, а не эгоистичный убийца-оборотень. С обычными у нее был бы передоз, и всем мучениям конец. Но ей «повезло» быть зависимой Питером Хейлом. Девушка проходила мимо входной двери и резко остановилась. Вода в вазе, которую Лидия держала в руках, забулькала от торможения. Ровно через секунду послышался звонок. Она открыла дверь, и перед ней стоял взволнованный Дерек. -Как давно ты видела Питера? — ошарашил с порога младший Хейл. Все моментально пришло в движение. Даже не успев подумать, девушка выпалила ответ: -Три дня назад. И сразу же осеклась. Дерек ничего не знает, а значит будет подозрительно, что она виделась с его дядей вне собраний стаи. Если он узнает, то реакция будет куда хуже, чем у Скотта. Но видимо оборотень даже не взял это во внимание. Его что-то тревожило, и эта тревога перенеслась на Лидию. -Что случилось? — губы пытались растянуться в непринужденной улыбке, но никак не получалось изобразить беззаботность. Даже что же с ней такое? Раньше ей бы дали оскар, а сейчас даже улыбнуться не может. Сердце неприятно екнуло. -Лидия, я больше не чувствую его, — глаза Дерека были такими же холодными и безжизненными как у дяди, — совсем никакого запаха. А это значило… В горле застряли слова: -То есть… Ваза выпала из рук.

***

Миллион осколков со звоном разлетелись в разные стороны. Время почти остановилось для Лидии. Выдох. Она закрыла глаза, и слеза скатилась по щеке, оставляя за собой мокрую дорожку. Дерек не успел поймать вазу, так же как не успел учуять надвигающеюся бурю в душе девушки. Все реакции были заторможены. Ему хватило бы всего секунду, чтобы схватить красавицу и удержать рядом с собой, но он упустил шанс. Мартин взорвалась. Она закричала, и время понеслось с бешенной скоростью. С полки, стоящей рядом с ней, полетело все на пол, разбиваясь и грохоча. Парень не ожидал этого. Лидия разносила дом. Дерек попытался удержать ее, привести в чувство, но она оказалась слишком сильной в данный момент. -Нет, нет! — рыдания разрывали горло.- Он не умер! Он не мог умереть. Просто не мог. Что ты несешь? Она видела его совсем недавно. Да что за бред? Это же Питер. Ее Питер. Вся боль, скопившиеся за эти недели, не сравнится с тем, что она ощущала сейчас. Грудная клетка ломилась от крика, руки тряслись, вокруг куча осколков, о которых она резала ноги, с лица капали соленые частые слезы. Младшему Хейлу не удавалось успокоить банши. Просто не понимал, что с ней. И он позвонил Скотту. Тот пообещал с минуту на минуту быть на месте. А Лидия мучилась. Ее бросало в жар. Агония в душе. Она снова и снова искусывала губы в кровь, сжимала кулаки так, что ногти глубоко впивались в кожу. Пыталась заглушить боль душевную, болью физическую. Но такое нельзя было заглушить. Невозможно. -Убирайтесь, — банши выгоняла Дерека и только что пришедшего Скотта.- Вон! Лидия захлопнула за ними дверь и забилась в самый дальний угол, спрятав голову в коленях. Никогда ей не было так плохо. Девушка могла поклясться, что будь хоть на каплю больнее, она бы точно умерла. Грудь содрогалась, слезы капали на пол, стекая по ногам и образуя уже не большую лужу. Вокруг кровь в вперемешку с осколками. Как тогда, но теперь кровь точно ее. Все ступни расцарапаны. Как не странно, ни одного стеклышка не застряло. Ненависть, злость, боль. Все те чувства, что постоянно вызывал Питер. Ничего не меняется. Банши засмеялась. Громко и истерически. Скотт потихоньку подошел к ней. -Лидия? Ты как? Смех снова перекатился в рыдания. У нее была настоящая истерика, нервный срыв. -Скотт, — застонала она, — Скотт, прошу. Всхлипы не давали ей сказать. Казалось, что вот-вот девушка потеряет сознание. Лидия ничего не чувствовала, кроме тьмы, что обволакивала ее сердце и душу. И сама она падала в огромную яму. -Прошу, — молила Мартин, — забери эту боль, забери ее. Я больше так не могу, Скотт, умоляю. -Я не могу, — он обнял подругу, и дрожь хрупкого тела перешла на него.- Никто не может забрать твою боль. Банши зажмурилась. Вот она вся несправедливость мира. Физическую-пожалуйста, но душевная боль как бы не считается. От нее нельзя умереть по законам Вселенной, но Лидия бы еще поспорила с этим. -Но память можно, -продолжил альфа.-Хочешь? Вдруг тебе станет легче. Девушка помотала головой. Не станет. Забрав память, чувства и эмоции останутся. Он не поможет ей. Никто не поможет. Это сожрет ее без остатка. Прошел час. Они так и просидели, не двигаясь. Но зашел Дерек -видимо куда-то отъезжал- весь бледный и позвал Скотта. Тот перенес Мартин на диван и накрыл одеялом. Она не спала и не была с ними. Где-то в своих мыслях, слишком далеко от этого места. Хейл завел подростка на кухню и что-то начал спрашивать. Видимо, про Лидию и Питера. -Что? — повысил голос Дерек, и слух девушки тут же заострился. -Да тише ты, — зашипел альфа. — Я же ей это прямо в лицо сказал. Твою мать, почему ты не сказал раньше? -Я что, каждому докладываться должен? Это их дело. Лидия бы не простила. Банши ухмыльнулась. Тишина воцарилась и на кухне, и в гостиной, где лежала девушка. Ей бы хорошо было поспать, но сон никак не хотел слипать глаза. Лидии казалось, что если уснет, то все пропустит или не проснется вовсе. -Зачем ты вообще пошел к ней с этой новостью, если не знал об их отношениях? — прервал блаженную тишину Скотт. -Хотел спросить: не чувствует ли она чего, не кричала ли по душу Питера? — Дерек был подавлен, слышалось по голосу, — я не знал. Попрошу прощения, когда Лидия придет в себя. Мартин встрепенулась. Мысль, проскользнувшая у Дерека, заставила ее задуматься. Она ведь не чувствовала смерть Питера, ничего похожего. И если не чует запах племянник, не значит еще, что дядя мертв. Глаза загорелись огнем. Куда он собирался? Убить Ищейку? Боже, это же так просто. … a также они умело скрывают свой естественный запах, поэтому их очень трудно выследить. Слова громом пронеслись в голове. Она найдет его. Найдет, и все будет хорошо. Осталось избавится от друзей, что разговаривали на кухне. Ускользнуть от двух оборотней, среди которых истинный альфа, оказалось проще некуда. Лидия быстро оделась и ушла. Они даже не заметили. На мгновение потеряли бдительность, и этого хватило. Девушка направилась в чащу леса. Если Питер прав насчет этого оборотня, то он сам ее найдет. Лес ночью выглядел жутко. Каждый шорох отдавался тяжелым ударом сердца. Ей было очень страшно. Но она все углублялась и углублялась, уже сомневаясь, что Ищейка придет за ней. Хруст ветки позади. Лидия резко обернулась и увидела темную фигуру незнакомца. Из сна. Внутри все похолодело. -Ну здравствуй, Лидия Мартин, — оборотень нагнулся, утробно рыча, что все поджилки у девушки затряслись. И бросился на нее.