Walking in my shoes

Поскольку с Адамом они просидели до позднего вечера, составляя сет-лист, и делая его наиболее подходящим для предстоящего короткого тура, Тео лег спать глубоко за полночь. Перед тем, как забраться в постель, он хотел заглянуть в комнату к жене и проверить, как она себя чувствует, но потом рассудил, что утро вечера мудренее, а сейчас он может либо разбудить Теа, либо лишний раз побеспокоить, поскольку пока что никакой конкретной помощи предложить ей не мог. Утром дом встретил его тишиной, отчасти зловещей. Тео посмотрел на часы, со смешанным чувством осознав, что время довольно позднее. Или Теодора еще не проснулась, или же она встала и успела куда-то уйти, чтобы остаться наедине со своей непонятной, неизвестной Тео проблемой, которая вчера так выбила ее из колеи. Хатчкрафт поднялся, застелил кровать, принял душ и хотел, было, спускаться вниз и завтракать, как вдруг остановился, снедаемый непонятным желанием всё для себя уяснить именно сейчас. Поэтому он, переодевшись после ванной, подошел к дверям в комнату жены и постучал. Ответа не было. Зато была совершенно четкая уверенность в том, что Теодора там. - Теа, я захожу! – заметил парень и открыл двери. - Я очень за тебя рада, - равнодушно буркнули с кровати. Тео замер на пороге, пребывая в полнейшем замешательстве. Теа, в самом деле, была здесь. Она лежала на не разобранной для сна постели, прижав к животу подушку, и молча смотрела в стену перед собой. С нехорошим ощущением Тео заметил, что девушка даже не переоделась после вчерашнего. Так и осталась в блузе и джинсах. Разве что пиджак забрала из коридора. Теперь он валялся на стуле, напоминая распятую птицу. - Ты в порядке? – насморочным голосом спросил Тео. Девушка приподняла голову и покосилась на супруга. - В случайном, - последовал весьма содержательный ответ. Тео поморщился. Излюбленная ее фраза при таком вопросе. - Теа, я серьезно! – Хатчкрафт приблизился к кровати и сложил руки на груди. – Ты себя хорошо чувствуешь? - Если бы в Непале на меня снизошло просветление, и я отказалась от оценочных суждений, то я ответила бы, что чувствую себя никак. Хотя… Черт возьми, именно так и есть! – девушка крепче прижала подушку и, повернувшись на живот уткнулась лицом во вторую. - Теа…. – сокрушенно прошептал Тео. Он же видел, что ей плохо, но ничего не мог сделать, потому что сама Теодора не хотела принимать помощи. - Я в умирательной яме, - глухо пробубнила она, насколько позволяла ей подушка. - Это просто чудесно! – произнес Тео, присаживаясь на краешек кровати. – Если не ошибаюсь, еще вчера утром все было радужно и здорово, повсюду скакали единороги и пукали бабочками. - Допукались, - изрекла Теа, дергая ногой. Со стороны казалось, что она хочет как следует наподдать мужу и согнать его к едрени-фени со своей постели. - Ты не получила работу у того типчика? – «закинул удочку» Хатчкрафт, впрочем, прекрасно понимая, что из-за подобного недоразумения Теа вряд ли стала бы так расстраиваться. Практически до нервного срыва. - Моя вчерашняя просьба отстать еще в силе. - А моя послушность в этом вопросе – уже нет! – упрямо сказал Тео и дернул жену за щиколотку. – Выкладывай. Теа брыкнулась и ответила недовольным фырчанием, из которого можно было понять, что если Тео продолжит свои изыскания, то его ожидает мучительная расправа. Но Хатчкрафту было не привыкать. Поскольку его душили, кусали, царапали, пинали, выкидывали его вещи в бассейн, подстраивали мелкие и не очень мелкие пакости выпивали его запасы виски и насиловали его уши хардкором, банальный пинок или очередная драка музыканта никоим образом не страшили. - Так в чем дело? Он тебе отказал? – не унимался Тео, дергая девушку за штанину. - Да какая тебе разница! – не выдержала и злобно заверещала Теодора, подскакивая на постели, как подстреленная. – Что ты пристал-то ко мне? Дай мне просто полежать, разве так сложно??? - Сложно! – запальчиво ответил Тео, вскинув бровь. – Представь себе, я тут решил побеспокоиться о моральном самочувствии своей жены. - Хреновое оно! Хре-но-во-е! – выпалила Теа, молниеносно забираясь под покрывало. – Доволен? Иди ешь! Хлопья еще были! - Я и так вижу, что хреновое, - Тео невозмутимо растянулся поперек кровати, закинув руки за голову. Внезапно у него появилась еще одна, чертовски интересная идея. – Причину бы узнать… Теа высунула взъерошенную башку и, смерив Тео горящим взором, процедила: - А смолы горячей пару ведер? - Вот уж увольте от такого богатства! – Тео засмеялся и перекатился на бок, подперев ладонью голову. – Ладно, оставлю свои беспочвенные попытки пролить свет на причину твоего вчерашнего воззвания к Ихтиандру. Девушка злобновато фыркнула, но в глазах ее мелькнуло любопытство. - Как ты смотришь на то, чтобы перенести свою умирательную яму в более подходящее для умирания место? Обещаю качественный тлен и безысходность, - молвил Тео голосом прожженного коммивояжера. - На кладбище, что ль, гулять пойдем? – мрачно справилась Теодора. - Ну да! – Тео засмеялся и, нащупав под одеялом ногу девушки, снова потянул ее за штанину. – Есть места и похлеще. Считаю нужным развеяться. - А я не считаю, - пробурчала Теа, натягивая покрывало на голову. - А я считаю! – отрезал Тео и принялся стаскивать жену с кровати. Из-под одеяла раздался полный ярости и негодования визг дикой кошки, после чего Хатчкрафт лишь в последний миг увернулся от пятки, едва не угодившей ему по зубам. Перевес сил был на стороне парня, поскольку Теа была стеснена в движениях покрывалом. Кроме того, как ни крути, Тео все же оказался сильнее. Пыхтя и вереща девушка начала брыкаться, ржущий Тео навалился на нее сверху и этот гигантский сендвич низвергнулся на пол, произведя неимоверный грохот. - Идиотина!!! – выла Теа, извиваясь в своем коконе, как взбесившаяся гусеница. Тео предусмотрительно откатился в сторону и улегся на живот прямо на полу, искренне веселясь над ситуацией. Издав еще один раздосадованный визг, Теа лихорадочно заколотила руками и ногами, избавившись от покрывала, и молниеносно встав на карачки, уставилась на Хатчкрафта. Этот взор ничего хорошего не предвещал, и, как и предполагал Тео, в следующий миг, девчонка, зарычав, кинулась на мужа. Впрочем, застать его врасплох, как это бывало раньше, ей не удалось. Не переставая радостно ржать, парень умудрился скрутить женушку, уложить ее на лопатки и с торжествующей физиономией нависнуть над поверженным врагом. - Упертая морда! – завопила Теа скандальным тоном. – Тащи меня куда хочешь, только оставь меня в покое, и не задавай дебильных вопросов, иначе… иначе я откушу тебе ухо вместе с сережкой!!! - Вот и славно! – широко улыбнулся Хатчкрафт и освободил фырчащую и негодующую супругу. Теа уселась на полу, тяжело дыша и приглаживая растрепавшиеся волосы. - Засранец! Чертов засранец, вот ты кто! - Сочту за комплимент, - Тео поднялся и отряхнул брюки. – Ты слышала о таком местечке, как Формби? - Под Ливерпулем? – Теа сдула прядь волос с лица и вытянула длинные ноги. - Можно и так сказать. У нашего семейства там есть недвижимость. Рядом пляж, море, все такое. Довольно тихо, так что предлагаю поехать туда на одну ночевку. Разумеется, дорожные расходы на мне. - Ну, еще бы! – Теа поднялась и уперла руки в боки. - Клятвенно обещаю выкопать тебе уютную умирательную ямку в песочке. И можешь сидеть там, скоро тебе заблагорассудится. - Хрен с тобой, - махнула рукой Теодора. – Формби, так Формби. В самом деле, надо себя выгулять… - В таком случае, приводи себя в порядок и собирайся, а я разберусь с билетами. Сперва летим в Ливерпуль, а оттуда на машине в Формби. Прихвати пижаму и теплые вещи, может быть прохладно вечером. - А купальник брать? – съязвила Теа, и Хатчкрафт, посмеиваясь, отправился заказывать билеты. Хатчкрафта не могло не радовать то, что Теодора, все же, не окончательно впала в уныние. Что-то подсказывало музыканту - эта неожиданная депрессия приключилась с девушкой неспроста. Уж не прошлое ли показало свои зубы, заставив его жену мучиться от этих воспоминаний? Но, так или иначе, сейчас у него был шанс хоть на малую толику исправить это, и помочь Теодоре. И потом Тео давно хотелось убраться подальше. К морю, бродить среди песчаных дюн, отрешенно глядеть на серый горизонт, и сидя на деревянной веранде пить припрятанный отцом виски. Интересно, что-то осталось от старых запасов? Да, он давно тосковал по Формби и рвался к морю. Теперь же отправиться туда было не страшно. С ним была Теа. Пусть в паршивейшем настроении и, не имея ни малейшего желания общаться с ним, но все же… Она поможет ему не думать о тех трех днях, которые они когда-то провели там с Адамом. Очень давно. И на язык опять просилась эта избитая метафора: «будто в другой жизни». Только вот иных, более точных слов, пожалуй, подобрать было нельзя

* * * * *

То, что Теа согласилась ехать с мужем, еще не значило, что она начнет фонтанировать эмоциями, вести себя также, как и во время их поездки с Адамом в аббатство, рассказывать анекдоты и показывать фокусы с применением рвотных пакетов в самолете. Тео это осознавал и был готов к тому, что девушка будет пребывать в крайне скверном расположении духа. Что, в принципе, и случилось. Ее молчание и угрюмый вид порядком тяготили Тео, и парень уже не мог дождаться, когда же они доберутся до места назначения. Весь путь занял чуть больше трех часов. Ожидание, пересадки, формальности… Когда машина затормозила на окраине маленького, тихого городка, время перевалило глубоко за три. Впрочем, для того, чтобы обустроиться и погулять по окрестностям, еще оставалось более чем достаточно. - Это и есть твоя… кхм… недвижимость? – недоверчиво пробормотала Теа, поправляя на плече лямку рюкзака. Все ее вещи, как всегда поместились в маленький паклунок. На втором плече девушки болтался неизменный кофр. Даже будучи в ужасном настроении, Теа не могла не взять фотоаппарат с собой. Тео понимал, что фотографирование поможет ей отвлечься. - Ну… в общем, да… - Хатчкрафт почесал затылок и поудобнее перехватил ручки своей дорожной сумки. Теа ответила протяжным вздохом. - Что ж… пошли, магнат поместий…. И парочка не спеша зашагала в сторону дюны, поросшей плещущейся на ветру травой и увенчанной парой сосен. У подножия этой природной песчаной насыпи и располагался небольшой, деревянный домик с мансардой и широкой верандой, выходящей прямо на берег моря. Крохотное, но довольно уютное на вид строение находилось вдали от других домов, на самом краю пляжа. Дом казался словно бы спрятанным от чужих глаз за отрогом дюны, и удачно сливался с окружающей средой, поскольку был выкрашен в белый цвет. Пронизывающие морские ветры, впрочем, сделали свое дело, так что белоснежный колер уже приобрел оттенки песков, с трех сторон окружавших домик, с четвертой же стороны плескалось море. И оно приветственно загудело в спину Тео и девушке, когда Хатчкрафт распахнул двери. Теодора опасливо заглянула внутрь, потопталась на пороге, стряхивая песок с ботинок, и обернулась на волны. - Черт знает что, на веранде столько песка! – ворчал Тео, уже вовсю хозяйничая в доме. – Где же мама оставила веник? А тут не тепло, хочу сказать! Девушка переступила порог и остановилась посреди большой комнаты. Прихожей, как таковой в жилище не было, ее заменяли два шкафа, расположенные по обеим сторонам от двери. Сюда полагалось вешать куртки и прочую верхнюю одежду. Справа за шкафом виднелась приоткрытая дверь в крошечную кухоньку. Слева такая же дверь, очевидно, скрывала ванную. Сам дом был не очень просторным и состоял из одного зала, в который, собственно, сразу и попадали гости и жильцы, комнаты поменьше, в самом дальнем углу, которая использовалась, как кладовая, погреба и мансарды, куда вела крутая деревянная лестница. В зале стояли диван, пара кресел, небольшой столик для журналов, образуя уголок для отдыха. Место у одной стены, рядом с огромным окном, занял большой, массивный обеденный стол, у стены напротив - шкаф с книгами. К нему была прислоненная старенькая гитара – видавшее виды, поцарапанное приобретение Джака. Тео еще в прошлый свой приезд извлек ее на свет божий из кладовой. Кто знает, может, кому-то них вздумается побренчать? Обстановка была довольно простая, без лишних деталей, типа картин, ваз, и прочих интерьерных украшений. Сразу бросалось в глаза, что в доме этом бывают крайне редко. Однако затхлого запаха не чувствовалось, ровно как не наблюдалось и грязи. - Раз в месяц сюда приходит человек, который прибирается и смотрит, как вообще дела. В противном случае, дом бы просто развалился, - пояснил Тео, словно прочитав вопрос в мыслях своей жены. – Вот только песок постоянно наметает, тут уборкой раз в месяц не обойдешься. Ага! – парень с торжествующим пыхтением вынул из кладовой метлу. – Можешь устраиваться. Спальных мест тут немного, если собираемся всей семьей, то спим вповалку. Но вообще, раскладывается диван, а в мансарде есть кушетка. Куда заселишься? - Мансарда, - коротко ответила Теа и направилась к лестнице. - Там может дуть из окна! – предупредил супругу Хатчкрафт и принялся выметать веранду, улыбаясь себе под нос. Видели бы его сейчас фанаты…. Но одним из преимуществ этого дома было то, что мало кто знал, кому он принадлежит. Здесь можно было отдохнуть в полном спокойствии. Как они когда-то отдыхали с Адамом. Андерсон, помнится, от души веселился, орудуя веником, в то время, пока Тео искал в кромешной тьме бутылки с виски, спрятанные в погребе. Ох, и напились же они тогда…. Тео поморщился и раздраженно повел плечами. Как он не старался, все равно эти дурацкие воспоминания лезли из дальних закромов памяти. От невеселых дум его отвлекла Теа. Она, словно тень, возникла на веранде у него за спиной, с кофром, перекинутым через плечо - Я пройдусь, сделаю пару кадров…. – сказала она, избегая зрительного контакта. – Моя помощь не нужна? - Иди, конечно, - ответил Тео. – Я тут сам разберусь, все приготовлю. Из еды у нас все равно одни полуфабрикаты.… Только далеко не забредай. И застегни куртку. - Угу…. – кивнула она так, словно не слушала его. Тео вздохнул, понимая, что девушка, похоже, не собирается выходить из хандры в ближайшее время, но вдруг почувствовал, как теплая ладошка легонько сжала его пальцы. - Спасибо, - тихо проговорила Теа и спустилась с крыльца. Хатчкрафт вздрогнул и замер, глядя ей вслед. Он пока еще не мог понять, что происходит с ней, да и с ним самим тоже, но, кажется, она все чувствовала. И была благодарна за то, что он старается помочь. Была лишь одна проблема – помочь ей было, похоже, не так уж и просто. «Но я буду пробовать», - твердо сказал парень сам себе. А пока нужно найти теплые одеяла и разобраться, работает ли отопление. Невероятно холодный сентябрь.… Давненько таких не случалось у моря…. Как назло дурацкое отопление работать отказывалось. Тео просражался с гравицапой, призванной обогревать дом, добрых минут 40, потом плюнул на агрегат, рассудив, что не зима на дворе, как-нибудь согреются. Звонить отцу и выспрашивать, по какой части прибора следует врезать, он не хотел, предвкушая кучу расспросов и упреков в том, что никак не соизволит познакомить семью с женой. Он и так вдоволь наслушивался подобных тирад во время нечастых звонков домой. Бросив разборки с обогревателем, Хатчкрафт отправился наводить ревизию в кладовой, и вытащил оттуда все одеяла, аккуратно убранные мамой в прошлый ее приезд. Каждое было упаковано в пакет и спасено от пыли. Ткань еще хранила тонкий аромат кондиционера для белья. Сложив добычу на диван, Хатчкрафт, потирая в предвкушении руки, отправился в погреб, и поиски его увенчались успехом. - Папа, извини, - хихикнул Тео, вытаскивая с полок три бутылки с вискарем, которые отец припас на черный день. – Нам они нужнее. Больше ничего удобоваримого среди запасов не нашлось, посему Тео занялся разбором того, что они прихватили с собой, затарившись в ближайшем супермаркете. Провозившись с обустройством, музыкант не заметил, как пролетело время. Когда все дела были окончены, он взглянул на часы и обнаружил, что совсем скоро начнет смеркаться. Теодора до сих пор бродила где-то, и отсутствовала уже почти 2 часа. Тео рассудил, что пора искать жену, сокрушенно вздохнул, понимая, что Теа, возможно, не очень-то хочет, чтобы ее разыскивали, но все же запер двери и отправился на поиски. Жена нашлась спустя минут 20. Она примерно на километр утопала вглубь пляжа, подальше от цивилизации, и теперь сидела на гребне небольшой дюны, откуда открывался вид на окрестности, погрузив босые ноги в песок. Снятые ботинки вместе с кофром валялись на пожухлой траве. Девушка с удовольствием подставила лицо морскому ветру, путающемуся в волосах, и жмурилась, как кошка. Клонящееся к горизонту солнце мягко грело кожу. Но море штормило, волны раздраженно стряхивали с плеч пенные барашки. - Вот ты где! – Тео остановился за спиной у жены и сунул руки в карманы брюк. - Хорошо здесь, - проговорила Теа, не открывая глаз. – Сделала пару удачных кадров. - А я разобрал бардак…. – Хатчкрафт посмотрел на горизонт и поежился. Ветер начинал пробирать до костей. И как ей не холодно сидеть тут? - Отлично…. – Теа подняла голову и посмотрела на мужа. – Можно возвращаться без угрозы быть вовлеченной в уборку? - Хитро, хитро! – усмехнулся Тео, внутренне радуясь тому, что она шутит. Стало быть, не пребывает в полнейшем отчаянии. – Можно сказать и так. Но мне очень нужна твоя помощь в том, чтобы разлить по стаканам виски и разогреть пиццу. - Кажется, намечается фуршет? – Теа поднялась, отряхивая песок с джинс и подхватывая свои вещи. - Надо отметить твое новоселье в умирательной яме, - съехидничал Тео, тут же получив тычок под ребра. - Ты так и не выкопал мне ямку в песке, как обещал! – пробурчала Теа, делая крайне уязвленный вид. - Сделаю это ближе к жилищу, так удобнее будет вести мониторинг твоего умирания - Вот дурко! – фыркнула Теа и, не спеша зашагала к дому. Обратный путь супруги проделали молча. Теодора снова погрузилась в свои мысли и шла, пиная песок и вздымая мелкие фонтанчики песчинок. Тео решил до поры, до времени не лезть с расспросами. Почему-то он был уверен в том, что совсем скоро Теа расскажет ему все сама. А даже если тайна так и останется тайной, то… Что ж, Теодоре виднее… Главное, чтобы она перестала грустить, и снова стала собой. - Давай чуть-чуть посидим на веранде? – попросила девушка, когда они добрели до дома. - Нет проблем, - добродушно ответил Тео, опускаясь на подметенные деревянные ступени. Кажется, доски еще хранили тепло всех летних солнц. - Я закурю, - произнесла Теа утвердительно. Тео уставился на нее с удивлением. То ли потому, что обычно подобная фраза является вопросом, а не предупреждением, то ли потому, что раньше девушка даже не удосуживалась поинтересоваться, не помешает ли она своим курением кому-то из присутствующих. - М-м-м, как хочешь…. – только и ответил парень, глядя на то, как девушка давно отработанными движениями достает из кармана кофра пачку сигарет, зажигалку и прикуривает. - Я, конечно, та еще задница, Тео. Ты уж извини. Понимаю, что тебя бесит, когда рядом курят. Голос бережешь и все такое. И музыка моя бесит. Но я бы…. - Хочешь – включай, - повел плечом Тео, слегка улыбаясь. – Телефон – не колонки. После домашних концертов мои уши это выдержат с честью. Теа бросила на него мимолетный взор, кивнула и достала мобильник. - Эту группу я, как почетный слоупок, открыла для себя и распробовала, когда сама группа распалась. Та еще подстава, надо отметить,- рассказывала Теа, не выпуская дымящуюся сигарету из губ. – Некоторые песни просто сказочны. Но, разумеется, ценители лирического вокала моих восторгов не разделят. Моя любимая песня…. - Девушка нажала на «play». – Называется «Огни далекого Севера»* Тягучий гитарный перебор, словно раскачиваясь поплыл из динамика, тут же сменившись мощными риффами и неизменным криком. Тео хмыкнул. В этом животном, отчаянном скриме было сложно разобрать слова и познать смысл песни, но мелодия, пусть и, будучи жесткой, чем-то его зацепила. В ней крылось нечто обреченное, и вместе с тем, полное надежды, будто на его глазах возрождалось из пепла слабое, изувеченное существо, осознающее, что его ждет новая боль, и новые испытания, но продирающееся сквозь тернии к далекой путеводной звезде, сиянию, которое не обожжет, которое осветит новый путь. Каким бы сложным он не был. Музыкант повернулся, бросив взгляд на Теа. Девушка сидела почти без движения, глядя на море, но каждой клеточкой тела внимала музыке. И, словно ощутив на себе взгляд мужа, тихо произнесла: - Когда мне хреново, всегда ее слушаю. Представляю, что сама вот так ору, где-то на краю обрыва, и становится легче. Реально работает… - она взглянула на Тео. – Сейчас хороший момент будет, после проигрыша. Иногда очень полезно выкричаться. Пусть и внутри себя. Тео кивнул в ответ, слушая, как, нарастая подобно волнам, выстраивается гитарами мелодия. Как ступень за ступенью, уступ за уступом. Все выше и выше поднимаешься к краю своего обрыва, где есть только ты, где можно выкричаться. Пусть и внутри себя. Он почти физически ощущал биение сердца в такт шагам, тяжелое дыхание. Он выходил на свой собственный обрыв, стоял у кромки, видя перед собой бескрайнее серое море, безжизненное, казалось бы, пространство, готовое принять его вопль, его слабость и боль. Он прикрыл глаза, погружаясь в музыку, которая никогда не нравилась ему, которую всегда было сложно воспринимать.… Но именно сейчас, он понимал ее. - Вчера я встретила одного человека, о котором долгое время пыталась забыть. И даже думала, что у меня получилось. Его зовут Эйдан, - ровным, тихим голосом произнесла Теа. Буднично, словно сообщая о покупке хлеба. Но Хатчкрафт вздрогнул, ощущая холодок, ползущий по спине. - Мы познакомились в Дублине, когда я вынуждена была там жить. Из-за работы. На Wayfarer. - Теа…. – парень повернулся, порываясь сказать, что Теодоре не обязательно говорить об этом, вспоминать о причиняющем ей боль, но девушка твердо прервала его: - Не перебивай, пожалуйста, - она сбила пепел с сигареты и, аккуратно смяв окурок, убрала его в опустевшую пачку. – Меня тогда назначили координатором проектов, что-то вроде руководителя филиала. В Ирландии. Сугубо офисная работа, никакой динамики. Я была очень зла и раздосадована. С Эйданом мы вместе бегали. Так получилось. Как-то разговорились. Все такое. Словом, банально до икоты. Не знаю, почему я так зацепилась за него.… Наверное, мне просто нужен был кто-то.… Как и тебе. Он недавно разошелся с девушкой, так что, все было в масть, как видишь. Мое положение на работе меня на тот момент не устраивало, и я под шум волны сгоняла в Лондон, нанялась внештатником на BBC. От радости чуть ли не прыгала. А когда вернулась, мы с Эйданом стали встречаться. Ну… как – встречаться. Спать друг с другом, это вернее. Так продолжалось какое-то время. И все были счастливы. Я съездила в Пантанал, для BBC снимали фильм про выдр. Потом отправилась в Норвегию. Был документальный проект про нелегальные китобойные суда. Одному из них мы сели на хвост. И эти типчики нас хлопнули. Начали угрожать статьей, сняли с катера на свое корыто и повезли в сторону Норвегии. Признаться, было крепко не по себе. Хотя, конечно, в Сомали, среди тамошних пиратов – куда страшнее, - Теа криво усмехнулась. – Помнишь, в день нашей первой встречи ты сказал, что в ВВС нервы не пощекочешь? Далеко не так, Тео, далеко не так… Хатчкрафт слушал ее с открытым ртом. Пока он не мог точно определить для себя, что его ошарашило больше – то, что Теа начала говорить о своем прошлом, или подробности этого прошлого. Пираты? Плен на норвежском судне? Господи, да на ком он женат??? - Но я не вешала нос. Знала, что в Ирландии меня ждут и все будет тип-топ. Так, впрочем, всегда и случается перед тем, как ноосфера отвешивает тебе фееричный пендель. Будьте любезны, ваш пиздец: быстро, качественно, в срок, приходите к нам еще. Хотя, если разобраться, ничего катастрофического не произошло. Небо не упало, атомная бомба не взорвалась. Просто, когда мы вышли из обезьянника какого-то Богом и чертом забытого норвежского городка, мне позвонил Эйдан и сказал, что его бывшая девушка беременна от него. Они переспали в ночь расставания. На посошок, так сказать…. – Теа хмыкнула, потерла затылок и выключила телефон, поскольку песня закончилась. – Собственно, к тому моменту «результату» был срок в четыре месяца. Или около того. Разговор вышел коротким. Я толком ничего не успела ему сказать. Да и был ли смысл? «Теа, привет. Сара беременна от меня и будет рожать. Я думаю, нам с тобой пока не стоит видеться. Я позвоню тебе позже. Прости, что так получилось». И что тут скажешь? – девушка грустно усмехнулась и замолчала, глядя на пальцы босых ног. И Тео прекрасно ее понимал. Он и сам не имел понятия, что ему сказать своей жене сейчас, дабы не быть банальным и глупым. - Вернувшись в Ирландию, я поставила условие – либо меня снимают с должности и возвращают на место обычного блоггера, либо я ухожу. Руководство пошло навстречу. Не могу сказать, что я пришла в отчаяние, ударилась в запой, или лежала, глядя в потолок. Как ни странно, поначалу никаких эмоций не было. Ровным счетом никаких. Я убралась с той квартиры, где жила, поменяла номер телефона и поехала в Непал. Решила одним выстрелом убить двух зайцев. Отвлечься и заодно написать очередной репортаж. И застряла там на 3 месяца. Жила при монастырях, поднялась на пятитысячник. И совсем не хотела возвращаться, пока начальство не стало прозрачно намекать, что надо бы работать. Собственно, для возвращения появилась и более прозаическая причина – кончались деньги. Я приехала, покрутилась, отобрала фотографии и… Ничего не смогла делать. Будто пока я была в Непале, где-то, независимо от меня, но для меня копились злость, отчаяние, досада, обида, все-все-все.… И стоило мне вернуться, они вылились на меня, как из ведра с помоями. И вот, в один далеко не прекрасный день я совершенно четко поняла. Я больше не могу работать с ними, с Wayfarer. Я больше не смогу написать ни слова. Ни для них, ни для кого бы то ни было. Вообще, ни для кого. Даже для себя. Будто внутри меня установили какой-то фильтр, который все слова, все тексты и мысли обращал в серое нечто. В то, что было теперь у меня на душе. Получалось бы очень и очень плохо, не так как раньше. Быть может, другим эти изменения были бы незаметны, но я-то видела, что теперь все не так. Совсем не так. Что все плохо, пресно и хуже некуда. А я считаю - лучше вообще ничего не сделать, чем сделать паршиво…. И еще я боялась, что он узнает мои статьи. Говорят, они слишком уж самобытны, отличаются от других, дескать, сразу видно – моих рук дело. А мне больше всего не хотелось, чтобы он меня нашел. Я очень сильно была зла на него. Очень сильно. Иногда даже дышать не получалось. В буквальном смысле смертельно злилась, такая вот была эта злость…. Но самое страшное было не это. Я изменилась. Словно внутри меня выросло нечто скользкое, черное, злое. Мне захотелось делать неприятные для меня прежней вещи. Прежняя я никогда бы не полезла через забор, фотографировать чужие окна, с надеждой застать там «горячее» и получить за это деньги. А после того, как я вляпалась в ту контору, к Каване, и…. Впрочем, ты понял. Я добровольно лишила себя друзей, любимого дела, превратила себя в то, чем никогда не была. Делала так, как никогда не поступала. Плыла по течению, по возможности портя жизнь тем, кто попадался мне на пути. Кому мстила, за что? Черт разберет. Просто…соответствовать хотелось…. Теа замолчала и уставилась на море. На миг Хатчкрафту показалось, что ее лицо превращается в скорбную маску, на которой никто и никогда не сможет нарисовать даже подобие улыбки. - Но…. Он же поступил по совести, если так рассудить. И ты сама это понимаешь, - сказал он, лишь бы произнести хоть что-то. Теа обернулась и посмотрела на мужа. - Так и есть. Но я не за это злилась на Эйдана. А за то, что он не нашел сил встретиться и поговорить со мной. Да, ничего бы не решилось. Все было бы так, как было. Как есть сейчас. Но я, по крайней мере, знала бы, что в его глазах я достойна того, чтобы попрощаться со мной по-человечески. Очень больно понимать, что заслужила в конце всего лишь две минуты телефонного разговора. И еще больнее оттого, что я по своей воле стала именно таким человеком. Человеком, который достоин только ненависти и презрения. Девушка повела плечом и отвернулась, устроив подбородок на подтянутых к груди коленях. Становилось прохладно. Ветер усиливался, вздымая все более сердитые волны. Казалось, все вокруг медленно наполняется взвесью соленых брызг. На пляж медленно, но неотвратимо опускались сумерки Тео до рези в глазах смотрел на штормящий горизонт, не в силах разобраться в чувствах. Все это, рассказанное ею о расставании, было таким будничным, и вместе с тем, таким чудовищно-болезненным. Только теперь он начал понимать, осознавать, как ей было больно и одиноко. Молчание, повисшее меж ними, стало щемяще-острым. Словно что-то готово было вот-вот надломиться, окончательно и бесповоротно. Тео посмотрел на девушку, сжавшуюся, словно птица на пронизывающем ветру. И когда он был готов сказать нечто совершенно отвлеченное, и как можно скорее уйти от неприятной темы, так неблагоразумно поднятой, он заметил, как мелко дрожат ее плечи. Сумасшедшая, агрессивная, упертая Теа, которая беспощадно колотила его, ругалась матом и могла на спор хоть удава наизнанку вывернуть, плакала, уткнувшись носом в сложенные на коленях руки. Его жена плакала. Парень ощутил, как кольнуло в подреберье. Как же так? - Ну что ты…. Не надо… - прошептал он, обнимая девушку за плечи. Она вздрогнула, попыталась, было, отстраниться, но потом, взглянув на Тео заплаканными глазами, разрыдалась на его плече. - Тихо…. Тихо…. Все будет хорошо…. Я обещаю…. Тише…. Тш-ш-ш-ш….. – он ласково гладил плачущую жену по волосам, мысленно проклиная человека, который заставил когда-то открытую всему миру, смелую и светлую девушку обернуться в жесткую, беспринципную и недоверчивую нахалку. Но он верил, что та, прежняя Теа не исчезла, не сломалась, она здесь, и всегда была рядом. И сейчас она отчаянно звала на помощь, пытаясь слезами достучаться изнутри равнодушной своей оболочки, которая уже давно дала трещину. Он больше не мог, не хотел и просто не смел ее ненавидеть. Все то, что когда-то доводило его до белого каления, никогда и не было ее сущностью. Это была лишь чертова маска, надетая с одной единственной целью – защититься. Она боялась, что ее снова ранят. - Не нужно плакать, я рядом, - он легко прикоснулся губами к ее волосам, ощутив, как она на миг напряглась, будто настороженный зверек. – Вместе мы всем задницу надерем. - Вот дурак, - всхлипнула Теодора, смахивая слезы и ткнула Тео под ребра. - И только попробуй меня потом подкалывать, понял? Девушка подняла голову и уставилась на мужа хмурым взором. Было видно, что ей очень неуютно оттого, что она не смогла удержаться и проявила слабость. - И не подумаю, - улыбнулся Тео. – Раньше я даже представить не мог, что ты способна плакать. - А теперь что же? – в голосе девушки мелькнули знакомые, но отныне совсем безобидные язвительные нотки. - А теперь я думаю, что это очень даже хорошо. - Что я плачу? - Значит, не все потеряно. - Ох, господи! – Теа картинно закатила глаза. – Пошли в дом за пледами, иначе я примерзну к этой веранде. - Как ты думаешь, из виски можно варить глинтвейн? – спросил Тео, когда они толкались на маленькой кухоньке. Теа разогревала в микроволновке пиццу, а сам Тео перекладывал из пакетов в огромную миску, по размерам больше смахивающую на тазик, чипсы и орешки. - По-моему, это издевательство, граничащее с извращением, - отозвалась Теа, наблюдая, не начинает ли булькать сыр. – Однажды в горах мы вскипятили коньяк и заварили в нем чайные пакетики. - Фу! – Тео едва не подпрыгнул на месте. - Вот и я о чем! Кажется, готово! Поскольку сидеть на свежем воздухе было куда веселее, чем в четырех стенах, парочка выбралась обратно на веранду, вытащив туда матрас, пледы, еду и виски. Вечер обещал быть насыщенным. - Наверное, со стороны все это кажется глупым. Такая себе девичья истерика, правда? – проговорила Теа, задумчиво дегустируя алкоголь. - Да ладно тебе… - начал Тео, но жена тут же перебила его. - По сути, меня из колеи выбила не встреча, и даже не воспоминания о нем. Хотя… что я вру, и это тоже. Просто я так долго избавлялась от всего того дерьма, что нагородила в своей жизни, пока злилась и не могла отпустить эту ситуацию. И только впереди забрезжил свет…. И вот оно, черт побери! Снова Здорово. Как назло. - Но это не значит, что ты завтра же отправишься к Каване и начнешь умолять его взять тебя обратно? - хихикнул Тео. - Ну, сперва мне придется ночью забраться к тебе под одеяло с фонариком и сделать фото Хатчкрафта-младшего, иначе Кавана со мной и разговаривать не станет, - с абсолютно серьезным видом ответила Теа, подцепляя кусок пиццы. Тео оставалось только покатиться от смеха. Теодора, невозмутимо жуя пиццу, прихлебывала виски и глядела на веселящегося мужа. Но по глазам ее прекрасно читалось, что она сама едва сдерживается от хохота. Первая бутылка опустела практически мгновенно, причем на самочувствии супругов это никоим образом не сказалось. - Это все свежий воздух, - пояснила свою теорию девушка. – Порой мы столько выпивали, когда ночевали под открытым небом. Ого-го! Выпей мы столько в помещении, померли бы, как минимум. - Да, пора заканчивать алкание по клубам, - рассудил Хатчкрафт. - Один твой день рождения чего стоил! – припомнила Теа. – Нила, поди, еле откачали. - Можно вопрос, раз уж у нас получился вечер откровений? – внезапно сказал Тео, отставляя стакан с виски. - Валяй, - отмахнулась девушка. Алкоголь все же внес свои коррективы, да и потом был ли смысл и дальше скрытничать и прятаться, когда она и без того рассказала более чем достаточно? - Эм…. – Хатчкрафт замялся, подбирая слова. – В общем, откуда у тебя этот шрам? – он прикоснулся кончиками пальцев к своему подбородку, как раз в том месте, где у Теа красовалась неровная белесая полоска. – Нет, ты не подумай, его совсем не видно, просто…. - Забей, - снова махнула рукой Теодора. – Я отношусь к таким вещам прозаически. Хм…. Давняя история. Очень давняя. Как мне теперь кажется. Девушка обхватила руками колени и посмотрела вдаль. Тео почти физически ощутил, как в ее душе пробудились воспоминания. И он уже понимал, что они куда как невеселые. - Теперь это единственная память о Йорри… - проговорила девушка дрогнувшим голосом. Но Тео понимал, она не заплачет. Внутренняя сила чувствовалась в тоне ее речи - Это было одно из путешествий для блога. Мы с Йорри, моим компаньоном, коллегой, и просто другом, были в Исландии. Разбили палатку на склоне, больше и негде было, по сути. А ночью пошел сильный дождь. Нам бы поднять задницы и менять место, но в палатке было так тепло и уютно…. Теа сделала паузу, выпрямилась и чуть расправила плечи, будто собиралась вот-вот ринуться в бой. В бой со своим прошлым. - Ливень подмыл породу и сошел селевой поток. Мы по грохоту поняли, что дело – табак, но было поздно. Йорри смог меня вытолкнуть из этого месива, я зацепилась за огромный валун и легко отделалась. Синяки, сломанный палец… Средний, причем, как раз в моем стиле, - с этими словами Теа сложила пальцы руки в широко известный жест, так часто заменяющий слова и фразы. – Ну и вот этот шрам. Угодило камнем. Тео молчал. Он уже понял, что только для одного из героев рассказа дело закончилось хорошо. Понял и не знал, стоит ли спрашивать про того человека, который спас его жену. Но Теа продолжила сама: - Йорри выжил. Врачи сказали, что ему даже повезло. В рубашке, мол, родился. После такого не выживают. Ну, как бы да, они были правы. Только все это казалось циничной шуткой. Йорри протащило несколько сотен метров в этом страшном потоке. Кости перемололо как в мясорубке. Да, по сути, это и была мясорубка.… Но живой. Только ниже плеч все парализовано. А я живая, здоровая. С загипсованным факом и романтическим шрамом на роже. В больнице мне было стыдно смотреть Йорри в глаза. А он знаешь, что сказал? «А ну прекрати ныть! И быстро езжай куда подальше и привези такой материал, чтобы все закачались, поняла?» И это было единственным выходом тогда. Он был как всегда прав. Поэтому, я стала работать, как ненормальная, лезть везде, куда здравомыслящие не полезут. Словно бы хотела отхватить по первое число, и восстановить вселенскую справедливость, равновесие. Чтобы тоже лежать вот так вот, как он…. Родственники забрали его из больницы и стали ухаживать, как могли. Можешь себе представить, что он ощущал? Еще вчера сложнейшие скальные маршруты, альпинизм, да просто возможность бегать и прыгать… ходить…. Просто ходить, а сегодня… - Теа замолчала и тряхнула волосами. – А потом Йорри договорился с друзьями, и они…. Короче…. - Эвтаназия, да? – тихо сказал Тео. - Их чуть не упекли за решетку, несмотря на то, что Йорри записал видеообращение и оставил что-то, вроде завещания. Одним словом, было понятно - это его воля. Даже представить не могу, что они чувствовали… Черт, вот же дерьмо… - девушка стукнула кулаком по деревянному полу. – Первое время после ухода Йорри я крепко себя ненавидела, настолько крепко, что искры из глаз. Ну, как так, он умер, а я живу? Я считала себя виноватой. - Почему? – Тео вскинул брови. - Это я сейчас понимаю, что вины ничьей не было. И не могло быть. Просто так сложилась судьба. Грубо, жестко, но сложилась. Но я искала и находила поводы для культивации еще большей ненависти к себе. Я могла его вытолкнуть, а не наоборот, я могла поднять нас пинками и заставить уйти, я могла избрать другое место для ночевки. Доходило до того, что я могла отговорить Йорри ехать туда вообще. Для того чтобы унизить себя, разве есть рамки? Хрен знает, чем бы дело кончилось, если бы ребята не показали мне то видео, от Йорри. Как раз улеглась шумиха, им уже ничего не угрожало. Так вот, там было отдельное обращение для меня. Я наизусть помню его слова, и всегда буду помнить. «Ты сейчас живешь, и ты должна сделать столько прекрасных вещей в этой жизни. Я прошу тебя, никогда не жалей о том, что с нами случилось, и не вздумай проклинать себя за то, что стало и будет со мной. Живи за нас двоих. Поступай так сумасбродно, как только можешь. Гори настолько ярко, насколько хватит сил. И не грусти. Иначе, для чего я тебя спас? Не будь унылой задницей, Теа, я оттуда увижу все и очень расстроюсь. Помни, что ты мне обещала про Непал». Теа посмотрела на мужа и грустно улыбнулась. - И разве я могла его огорчить? Я обещала ему и Непал, и много чего другого. И многое сделала. Для него и для себя. А еще сделала много того, что не стоило…. И, наверное, сейчас Йорри смотрит и думает: «О, господи, ну разве ради такого я ее спасал? Радует хоть, что она не скучает» Тео не смог сдержаться от грустного, но светлого смеха. Вот уж точно. Вряд ли Йорри когда-нибудь представлял себе, что его закадычная подруга вляпается в подобную аферу. - Вот тебе история одного маленького шрама, - Теодора развела руками, после чего ловко подхватила свою порцию выпивки и допила виски одним махом, даже не поморщившись. А Хатчкрафт в который раз понял, что даже за самой неприметной мелочью может крыться целая вселенная. - А знаешь ведь, что странно…. – внезапно тихо сказала Теа, постукивая ногтями по опустевшему стакану. – Я про Йорри никому не рассказывала. Даже… - она на миг запнулась. – Даже Эйдану. А тебе рассказала… - Наверное, потому что я – твой муж, - Тео скорчил довольную рожу, чтобы хоть как-то развеять печальную атмосферу, и откинулся на перила веранды. - Ах ты господи, ну точно же! – подыграла ему Теа, делая изумленные глаза. Но потом она стала серьезной и посмотрела на Тео с благодарностью и теплотой. – Спасибо, что все-все это выслушал. Чувствую, что легче стало. Словно страницу перевернула. Освободилась, что ли…. - В связи с этим, давай-ка освободим душу второго сосуда, - многозначительно заметил Тео, сворачивая крышку на бутылке. - Общественность поддерживает! – кивнула Теа, подставляя стакан. Хатчкрафт наблюдал за тем, как жена, прихлебывая виски, копается в фотоаппарате и что-то трещит, относительно получившихся снимков. Он рассмотрит их позже. Теперь у них так много времени. На двоих. «Как же много я о тебе не знал…. И сколько мне еще предстоит выяснить», - думал Тео. - Я видела в комнате гитару, - Теодора отложила фотоаппарат и с хрустом умяла ломтик чипсы. – Не пора ли огласить окрестности заунывным пением? - Предлагаешь мне спеть? – Тео вскинул брови и сильнее закутался в плед. - Неужели зажопишь приватный концерт для любимой жены, а? – запальчиво поинтересовалась Теа. Она поднялась на ноги и потопала в дом, волоча при этом за собой плед, как горностаевую мантию. Тео понял, что возражать бессмысленно, тем более, сам он был не против. Наконец пришло легкое головокружение от нетрезвости и расслабленность. Самое время спеть пару песен. Совсем стемнело, и Теа, выходя из дома, оставила в зале включенным свет, дабы на веранде было не так мрачно. - Итак, оркестром буду я! – заявила она, плюхаясь на матрас и вытягивая ноги. Тео мимоходом поправил плед так, чтобы прикрыть ее босые ступни. – Сто лет не играла на гитаре, так что ждите фальшивых аккордов. - Что петь-то будем? – хмыкнул Хатчкрафт, осушая стакан и тут же обзаводясь добавкой. - Я пока смогу сыграть только вот эту, - Теа промурлыкала мотив, тут же перехватив поудобнее инструмент и сыграв несколько нот. - Somebody to Die For, что ли? – поперхнулся Тео, вытаращив глаза. - Ну не Asking Alexandria же распевать? - воззрилась на него Теа с ироничным выражением. – Такие песнопения грозят тем, что ближайшие соседи сбегутся узнавать, не приносим ли мы тут кого-то в жертву. Заживо причем. Погоди, припев подберу… Теа сосредоточенно принялась терзать гитару, и даже высунула от усердия кончик языка. Хатчкрафт молча наблюдал за ней, улыбаясь своим мыслям. Мог ли он подумать пару месяцев тому назад, что когда-нибудь, они с Теодорой, как ни в чем не бывало, рассядутся на веранде его дома в Формби, куда из близких он возил только Адама, будут пить виски, петь под гитару песни Hurts и говорить о личных вещах… Девушка, мурлыкая себе под нос, перебирала струны, запиналась, хмурилась, ловко перехватывала гриф, нащупывая верный аккорд, довольно хмыкала и продолжала доводить до идеала задумку. Тео убаюкивало это нестройное потренькивание. Музыкант прикрыл глаза и постарался ни о чем не думать. С учетом выпитого, и того, что это выпитое начинало качать права в его организме - получалось куда как отлично. - Так, ну что? – Тео ощутил постукивание пятки по своей лодыжке. Открыв глаза, Хатчкрафт осовело уставился на жену. – Не спать! Вечеринка только начинается! Погнали! I could drag you from the ocean…. – начала она неожиданно стройно и звонко. - I could pull you from the fire…. – подхватил Тео, чуть громче. К его удивлению Хатчкрафта им удалось образовать вполне приличный дует. Пела девушка мягко и тихо, не фальшивила, умело подстраиваясь под его голос, позволяя ему вести, и, что было самым поразительным, отлично знала все слова. Прикрыв глаза, она погрузилась в музыку, перебирая струны, так, словно играла для него каждый день. Будто бы не Адам, а она каждый раз на концерте была рядом. Так они и пели, сидя рядом, наверное, со стороны напоминая старых друзей, собравшихся на природе, и вспомнивших любимую песню. Ближе к концу песни Теа подняла голову и, продолжала петь с улыбкой на губах, неотрывно глядя на сидящего напротив мужа. Они оба понимали, что песня про них. И это было странно и волнительно. Знал ли Тео, когда написал этот текст, что будет именно так? Что он будет искать такого человека, за которого и умереть не страшно, и погрязнет в сомнениях и страхе. Был ли этим человеком Адам? Или, может, Теа? Черт поймет.… Все было слишком сложно, чтобы задаваться подобными вопросами в этот вечер. Парень и девушка пели последний припев все громче, улыбаясь друг другу. Уже через несколько дней начнется тур, и ему придется уехать, как-то отрешенно осознавал Тео. Он снова будет рядом с Адамом, и снова встанет ребром всё та же проблема. Наверное. Ведь если Тео перестанет считать ее проблемой, то будет куда проще. Вот, как и его жена. Ей сложно, ей больно вспоминать то, что было, но она сумела отпустить, почти забыть, перечеркнуть. И он помог ей сделать это, и был рад тому, что его поддержка важна для Теа. Допев последние слова, девушка легонько провела по струнам, огласив веранду финальным переливом, и с удовлетворением выдохнула: - Кое-что еще помню. А ведь раньше только «Smoke on the Water» на одной струне умела! Теа отложила гитару в сторону, раздумывая над тем, чтобы спеть еще и растянулась на матрасе. Хатчкрафт, не менее довольный импровизированным выступлением потягивал виски, расслабленно рассматривая жену. - Да, очень прилично получилось, но Адама не хватает с его роялем. Хотя, тут он бы смотрелся весьма экстравагантно, - заметила Теа, закидывая руки за голову и взбивая ногами плед. Тео слегка поморщился. - Вы опять поругались? – спросила девушка, приподнимаясь на локтях и пытливо глядя на собеседника. - Да как тебе сказать…. – нехотя протянул Тео, отводя глаза. - Если я лезу не в свое дело, так и скажи, - рассудительно заметила Теодора, почесав нос. - Иногда мне кажется, что мы с ним и не мирились…. – мрачно усмехнулся Тео, подливая себе виски. Вторая бутылка была уже ополовинена. - Странные вы.… На всю голову, - заметила Теа, отсалютовав мужу своим стаканом. – Компашка как раз в моем стиле. Кстати, ваши отношения меня никоим образом не смущают, если что. - Да какие уж тут отношения, - Тео потер переносицу, стараясь не показывать смущение. – Скорее так….. эксперимент.… Решили кое-что попробовать в горизонтальной плоскости… - он кашлянул, чувствуя, что заливается румянцем. Вот и дожили. Он сидит и обсуждает со своей женой отношения со своим другом, которые не раз выходили за рамки просто дружеских. А если присовокупить еще и то, что на руках у жены видео, разоблачающее все это безобразие, то… - Что-то по тебе не видно, - хмыкнула Теа, разминая шею, по обыкновению с жутким хрустом. – Слишком уж ты все это принимаешь близко к сердцу… - Как ты своего Эйдана, - обиженно съязвил Тео, оскорбившись, что Теодора принялась бесцеремонно копаться в сокровенном. В ответ он мгновенно получил мрачнейший взор, увенчанный строптиво вскинутой бровью. – Извини, - тут же стушевался Тео, после чего Теа лишь поцокала языком, и, покачав головой, скорчила лицо из серии: «У всех мужья, как мужья, а у меня - мудак». - Э-э-э-э…. Кхм….. – замялся Хатчкрафт. – А кто он вообще, этот Эйдан? - Актер, - Теа равнодушно повела плечом и, нисколько не стесняясь, сделала глоток виски прямо из бутылки. – Эйдан Тернер. Слыхал, может…. - Теперь понятно, почему ты тикала от «Хоббита», как черт от ладана… - протянул Тео. Вот и еще одна тайна раскрыта. - Вот и славно. Вот и к черту! – ответила Теа решительно. – Дай-ка мне яблоко. Кажется, из закуски у нас осталась только выпивка? Конечно, Теа была права, заметив, что на природе алкоголь бьет по мозгам с меньшей радиоактивностью, но, тем не менее, бесследно он пропасть ну никак не мог, особенно, в количестве двух бутылок. Тут в дело вступила коварность крепкого напитка, который атакует исподтишка, нахраписто и внезапно. В какой-то миг Тео понял, что он почти не в силах ворочать языком, ногами и руками. Даже взгляд стало фокусировать сложнее. Парень принялся усиленно дышать морским холодным воздухом, чтобы хоть чуть-чуть протрезветь. Холод был довольно ощутимый, и, несмотря на то, что им грозила весьма не теплая ночь в доме, температура воздуха хоть как-то помогала не потеряться окончательно. Теа, которая, на некоторое время притихнув, бесцельно перебирала струны гитары, внезапно поднялась на ноги, и, слегка пошатнувшись, придала себе вертикальное положение в пространстве. Вид у нее был весьма серьезный и даже можно сказать целеустремленный. Она уперла руки в боки, гордо вздернула подбородок и заявила: - Черт побери, я хочу костер! Огромный, мать его костер, чтобы прямо до небес. Чтобы наверху увидели и подумали: «Они там охренели, что ли, эта два придурка?» - Господи, Теа, ты просто в стельку! – захохотал Тео, повалившись на бок, прямо на деревянный пол веранды. - Чья бы корова мычала, Хатчкрафт! – скорчила рожу девушка, покачиваясь на нетвердых ногах. – Вот уж дудки, я хочу костер, значит, он будет! Тео снова засмеялся, ощущая, как жутко кружится голова. Давно он так сильно и так странно не напивался. Он часто бывал чуть больше, чем очень пьян, но старался держать себя под контролем, опасаясь показать лишнее. А сейчас – не боялся. Парень раскинул руки и лежал, каждой клеточкой тела чувствуя, как алкоголь беснуется в крови. Небо перед глазами плыло, в голове в унисон с морем гудела какая-то иномировая река. Теа внезапно куда-то исчезла. Неужели пошла взывать к богам, чтобы дали им дров для того самого костра, который до самых небес? Тео закрыл глаза, и все завертелось с утроенной силой. На миг сложилось впечатление, что веранду начал для потехи раскручивать какой-то великан. Тео прекрасно знал, чем такое может закончиться, а поскольку диалог с Ихтиандром его не прельщал, Хатчкрафт понял, что надо подниматься на ноги и пытаться разогнать алкоголь по крови. Удалось это не сразу, и еще несколько минут Тео провел в блуждании между сном и явью и поисках силы воли и сил для того, чтобы подняться. Сколько он провалялся в коматозе, Тео сказать не мог, но первое, что он увидел, когда кое-как скатился с веранды, была немаленькая куча дров и веток, которую Теа усердно поливала чем-то непонятным. - Это что это ты мудришь? – икнул Тео, стараясь не терять равновесия. - В погребе столько полезного дерьма оказалось! – радостно отозвалась девушка, чиркая спичкой. - Твою мать! – Тео только и успел, что подскочить и едва ли не грохнуться на песок, когда пламя с утробным треском взметнулась вверх. - Дрова, куча сухостоя и бензин! – Теа ловко выудила из разгоравшегося костра тоненькую лучину, прикурила сигарету и с торжеством посмотрела на мужа. – Я хотела костер, у нас есть костер! - Ты сумасшедшая, - констатировал Тео. - Это я еще купаться не лезу! – засмеялась Теа, пуская дым колечками. – Ты в курсе, что у некоторых народов есть обычай прыгать через костер, во время определенного праздника? - Я надеюсь, сегодня не этот праздник? – пьяненько хихикнул Тео. - Это летнее мероприятие! – Теодора снова затянулась и посмотрела на мужа, щурясь от огненных бликов. – Но нам ведь никто не мешает прыгать через костер в сентябре? - Я пока не планирую зажариться. - Я тоже, - фыркнула Теа. – Поэтому не мешало бы протрезветь. Как насчет танцев? Помнишь, как на Depeche Mode? – девушка вытащила из кармана джинс телефон. – Дискотека на мой счет! Конечно, через костер они прыгать не стали, поскольку Теа соорудила настоящее жертвенное капище, перемахнуть которое смог бы не каждый кенгуру. Зато никто не мешал им носиться по песку, горланя песни, смеяться, передавать друг другу, кажется, уже третью бутылку виски. Все кружилось, неслось куда-то с невероятной скоростью, может, в пропасть, может, ввысь. Тео не помнил, как скинул пиджак и обувь, и в расстегнутой рубашке почти не ощущал холода. «Джек» тоже исчез каким-то волшебным образом. Видимо, допили и его, а сама бутылка полетела в костер. Пространство вокруг стало тягучим, маревным и только чудом он держался на ногах, будто бы выныривая из теплого источника на поверхность и на миг четко осознавая окружающую его действительность. В один из моментов Тео обнаружил, что стоит у кромки воды, с закатанными до колен брюками и распевает «Young Blood»** из рекламы какой-то жвачки. Теа была рядом, она хохотала до упаду, стоя прямо в воде, в развевающемся и уже давно мокром насквозь пледе. - Я не хотела купаться, честное слово!! – кричала она, ногами вздымая мириады брызг и смеясь еще заливистее. – Тут совсем не холодно, и потом у нас есть костер! Хатчкрафт хотел сказать, что обогреватель не работает, а развешивать шмотки сушиться над угольями – не лучшая идея, но вместо этого с воплем погнался за супругой, и, когда та с визгом стала удирать, все закончилось весьма прозаично. Оба шлепнулись в холодную воду, не переставая ржать. - Давно я так не веселилась!! – взвизгнула Теа, вскакивая на ноги, вся в песке и воде. – Прекрасный день для того, чтобы послать все к черту! Правда? - она повернулась к морю и закричала. - Иди к черту, Эйдан! К черту!!! Тео смотрел на нее и ощущал радость за свою жену, за то, что она нашла в себе силы отпустить. А еще завидовал. Завидовал тому, что сам не мог сделать точно также. Подставить лицо ветру и морским брызгам и послать все. «Иди к черту, Адам, иди к черту» - эти слова так и не слетели с его губ. - Надо линять отсюда! – Теа пошатываясь, сдернула мокрый плед с плеч. – Ты только недавно был простужен. Господи, ноги не идут…. - Я все беру на себя! – важно заявил Хатчкрафт, довольно ловко для своего состояния вскидывая жену на плечо и уволакивая ее в сторону дома. - Тео, ты жуткий дурень! – изрекла Теа и начала дремать, невзирая на то, что ее несли, словно куль с песком. Привести себя в порядок было сложно, но парочка кое-как переоделась, развесив мокрые вещи на стульях, затащила обратно матрас, одеяла и посуду, после чего и Тео, и Теодора пришли к выводу, что усилий с них на сегодня хватит, посему разбрелись спать. C трудом взобравшись по лестнице, Теа, облаченная в драную футболку и разгильдяйские пижамные штаны, скрылась на мансардном этаже, а Хатчкрафт упал на предусмотрительно разобранный диван, мысленно молясь небесам, чтобы виски не счел нужным ретироваться из его организма неестественным путем. Помаявшись от головокружения и накатывающей дурноты, парень провалился в тяжелый, дурманный сон. Однако тот факт, что сон алкоголика крепок, но краток, известен общественности давно. Поэтому продремал Тео от силы три-четыре часа, а потом проснулся, вздрогнув при этом так, будто к его пятке приложили раскаленную кочергу. На деле оказалось наоборот – голая ступня, высунувшаяся из-под одеяла, жутко замерзла. Музыкант заворчал и уютнее закутался в покрывало, чувствуя, что в доме довольно прохладно. Наверное, старые окна все в щелях, да и дверь, по сути, была нараспашку на все время их с Теодорой пьянки. Хатчкрафт поворочался еще пару мгновений, но вдруг замер и прислушался. Что-то было не так. Он ощущал чужое присутствие, как тогда, в своей комнате, после чего обнаружил, что все его вещи совершают заплыв в бассейне. Что за срань на этот раз? Тео открыл глаза и уставился в темное пространство перед собой. На сизом фоне окна виднелась чья-то бесформенная фигура. Незнакомец навис над его кроватью и слегка покачивался. - Эй… - Тео стало крепко не по себе. Он прекрасно понимал, что, кроме него и жены в этом доме не должно быть ни души. Теа спит в мансарде, стало быть…. - Холодно, очень холодно, это просто свинство какое-то! – забормотал пришелец и Хатчкрафт едва сдержал облегченный вздох. Это была Теа, закутанная по уши в одеяло. Она стояла возле кровати, переступая босыми ступнями по полу. - Ч-ч-чего? – выговорил Тео, чувствуя, как начинает кружиться голова. Разумеется, несколько часов сна отрезвлению никак не поспособствовали. - Я там околею, подвинься, немедленно, надо отопление включить, кошмар какой-то, изо всех щелей дует, да еще и пол холодный, что за сентябрь такой, одеяло не спасает, вот если бы еще один плед, хотя все равно холод собачий, - на Тео тут же обрушился поток сознания аналогично не очень трезвой жены, после чего Теодора стремительнейшим образом забралась к нему на кровать, под плед, накинув сверху свое одеяло. – Подвинься, ну! Жалко, что ли?! Тео и глазом моргнуть не успел, как был откачен к краю кровати. Девушка одной рукой подоткнула себе под спину одеяло, второй взбила подушку, отвоеванную у супруга, после чего Хатчкрафт обнаружил, что Теа уютно угнездилась у него под боком, устроив голову на его плече и закинув ногу на его бедро. - Отлично, - промурлыкала она и довольно засопела. - Ты чего….? – прошептал Тео, изо всех сил вознося молитвы небесам, чтобы его не пробила нервная дрожь, или организм не отозвался еще как-нибудь откровеннее. - Спи давай, - неожиданно строго отповела Теа, и в следующий миг до парня донеслось ее мерное дыхание. Заснула она более чем мгновенно. Тео слегка пошевелился, обнимая ее за плечи так, чтобы не затекла его собственная рука. Это было очень и очень странно. Муж и жена в одной постели…. Тео украдкой втянул носом воздух. От нее пахло алкоголем, морской солью и чем-то очень нежным и теплым. Девушка сопела, почти свернувшись калачиком, по-детски прижав кулак ко рту. Парень чувствовал жар, исходящий от ее сильного, молодого тела и сгорал от стыда, потому что одновременно сгорал и от возбуждения. Тео зажмурился и постарался думать о чем-то отвлеченном, о чем угодно, об историях, которые узнал сегодня, о костре, о выпитом виски, о том, как они едва не искупались в холодном штормящем море, обо всей этой брутальной музыке на ее телефоне, о том, как они горланили хором, но…. Но мысли упорно возвращались лишь к тому, что она сейчас лежала рядом, прижавшись к нему. Мирно спала, так, словно они все это время были женаты по-настоящему, и не было ненависти, ссор и драк. - Ты… теплый…. такой…. – внезапно прошептала девушка, обнимая Тео за талию и утыкаясь носом в его плечо. Горячее дыхание обожгло кожу. Хатчкрафт снова зажмурился и закусил губу. Неимоверно сложно было признаться себе в том, что он может ей доверять. Еще сложнее было признать то, что он начинает понимать и жалеть ее. И точно также, сейчас, он не мог себе признаться в том, что хочет ее. Хочет собственную жену. «Это всё алкоголь, это все это откровения, признания и разговоры», - твердил он про себя, стараясь успокоиться. Но успокоиться не получалось. Чем больше Тео старался не думать именно об этом, думалось только сильнее. Он сдавленно застонал, понимая, что еще чуть-чуть, и он просто не сдержится и сделает то, из-за чего хрупкие доверительные отношения, которые они строили так долго и с такими сложностями, рухнут. …Повернется к ней, проведет рукой по мягким волосам, прикасаясь губами к ее лицу, раскрывая поцелуями ее ротик. Обнимет сонную, прижимая к себе, скользя ладонями по бедрам, талии, сминая ткань растянутой майки, к чертовой матери сдирая эту тряпку. И потом, буквально набросившись, будет ласкать грубо, жадно, срывая стоны и сладкие всхлипы, чтобы она билась и выгибалась под ним, умоляя больше не тянуть. Когда же она почти начнет задыхаться от вожделения, он…. Тео распахнул глаза и почувствовал, как его потряхивает от желания. Девушка под его боком беспокойно завозилась, что-то проговорила невнятно, и перекатилась на спину, сдернув одеяло. Парень приподнялся на локте и уставился на нее. Глаза уже привыкли к темноте, и яркий свет звезд, проникавший в окно, заливал комнату каким-то подвешенным свечением, словно серо-жемчужной шалью. Он видел четкий профиль ее красивого лица, разметанные по подушке волосы, округлости крепких грудей, мерно вздымавшихся в такт дыханию. Тео шумно сглотнул слюну и внезапно осознал, что вот-вот прикоснется к ней, пальцы уже были в паре каких-то миллиметров от ее тела. Словно бы кто-то дернул тумблер и вырубил его сознание, заставив жить по неведомым законам. - Мать твою! – шепотом выругался Хатчкрафт, прижимая руку к своему боку. – Мать твою, мать твою, что же ты творишь, мудила! Он шарахнулся в сторону, тут же спохватившись, что разбудит возней жену, осторожно выбрался из-под одеяла и встал у кровати. «Что происходит, что за хрень?» - злился на себя Тео, не понимая, почему вдруг он так реагирует на близость этой девушки. Парень украдкой шлепнул себя по щеке, пытаясь привести себя в чувство и снова уставился на спящую Теодору. Правда, легче не стало. Он поймал себя на мысли, что больше всего сейчас хочет вернуться в кровать, зарыться носом в растрепанные волосы девушки, прикасаться к ней, ласкать, целовать, слышать, как она смеется и шепчет какую-то чепуху: «Тео, ты что, с ума сошел, перестань!» Тео вздрогнул и попятился. Этого еще не хватало! Если он сейчас пойдет на поводу у своих идиотских желаний, то… Хатчкрафт ринулся прочь из комнаты, не чувствуя холодного пола под босыми ногами. Он, словно метеор, влетел в ванну, захлопнув за собой дверь, проклиная себя за шум и за то, что с ним происходило. Тео дрожащими руками защелкнул замок, и, развернувшись, уперся руками в раковину, тяжело дыша, будто бы ему только что довелось пробежать кросс на спринтерской скорости. Тео снова зажмурился, потом нашарил в темноте кран, пустил холодную воду и умылся, стараясь изгнать наваждение, но оперативное умывание только больше отрезвило и разбудило его, а возбуждение никуда не пропадало. Низ живота ныл, тело потряхивало от истомы. Теперь стало еще хуже, поскольку дело было явно не в алкоголе. Он просто хотел ее. Вот и все. - Куда уж проще, - злобно и сокрушенно одновременно прошипел Тео, глядя во тьму перед собой туда, где висело зеркало. Пальцы до боли сжали холодный фаянсовый край. Он не может сейчас вернуться, иначе все кончится крайне плохо. Крайне. Но и успокоиться он не мог. Ночевать в ванной было не лучшей идеей. Оставалось одно. Стиснув зубы, он отер ладонь о бедро, сжал и разжал пальцы несколько раз, словно бы решаясь, а потом скользнул рукой под резинку боксеров. Первое же прикосновение полоснуло по всем рецепторам остро-сладкой вспышкой. Хрипло выдохнув, он обхватил напряженную плоть ладонью, оттягивая чувствительную нежную кожу, задрожал от нахлынувших ощущений. Сделал несколько резких, даже грубоватых движений, словно хотел все закончить как можно скорее, потом медленно проскользил по всей длине, задевая подушечкой большого пальца головку. В сознании хаотично мелькали образы, какие-то размытые картинки, злыми битками бесновался в висках пульс. Запрокинув голову, парень застонал, толкаясь себе в кулак. В горле пересохло, и уже не боясь, что жена проснется и услышит его, Тео сдавленно выстанывал, всхлипывая от возбуждения. Образы затопили его метущиеся в горячке мысли, ему представлялось, как она ласкает его, нежно сжимая пальчики на возбужденном члене, проводит влажную дорожку острым язычком по животу, от пупка вниз, прикусывая кожу, обжигая влажностью рта. Двигая рукой все резче, парень почти наяву ощущал ее прикосновения, прерывистое дыхание взволнованной пикантными ласками женщины. По телу одна за другой хлынули волны дрожи, выбивая последний воздух из легких, и на грани реальности, он, простонав ее имя, излился себе в ладонь. Ноги ослабли, и Тео едва успел ухватиться за раковину, чтобы не сползти на пол. Парень тяжело дышал, выдавливая из груди всполошенные хрипы, кусал губы, смаргивал слишком яркие и откровенные картины. Он боялся, ждал, что в самый крайний миг перед глазами снова появится то самое лицо. Лицо, которое сегодня он всё чаще видел равнодушным, холодным или даже злым. Но в этот раз места Адаму не было. Странное, неожиданно сильное желание, захлестнувшее Тео, было целиком и полностью связано с его женой, с Теа, открывшейся ему сегодня. Хатчкрафт, сгорая от стыда и злости на себя за эту слабость, включил воду, смыл следы своего «преступления», снова умылся, чтобы привести чувства в порядок, и еще стоял некоторое время на холодном кафельном полу, мрачно думая о том, что произошло. По сути, все оставалось таким же простым и ясным – он хотел свою жену. И чем больше он приходил в себя, тем больше понимал еще и то, что не просто жаждет ее, как женщину, хочет овладевать ею, испытывая сугубо плотское наслаждение. Он хочет быть рядом, защитить ее, поддержать. И не допустить, чтобы ей было больно и одиноко, как после поступка Эйдана. Эйдана Тернера Тео не знал. И не знал, как к нему относиться. Вроде бы поступив правильно, не бросив беременную его ребенком женщину, Эйдан, вместе с тем, причинил сильную боль Теа. Не смог встретиться с ней, сказать все наедине, не ограничиваясь скупым разговором по телефону. Однако самой большой трагедией в этом оказалось то, во что стала превращать себя Теодора. Был ли это поступок сильного, но разозленного человека – сказать трудно. Но сейчас у нее есть тот, кто может ее защитить. И этот человек – он, Тео. Тео распрямил плечи и глубоко вздохнул. Он сам виноват в том, что нажил себе проблемы в виде двух человек, к которым испытывает слишком многое. Но Теа, по крайней мере, не отталкивает его, как это делает Адам… Хатчкрафт тихо выбрался из ванной, притворив за собой двери. Голова слегка кружилась, тело было словно не свое. Алкогольная вечеринка, очевидно, даром не пройдет. Завтра ожидается похмелье, если перефразировать синоптиков. На цыпочках прокрался к кровати, стараясь не шуметь. Теа спала на боку, свернувшись калачиком и откатившись почти в самый угол. Одеяло сбилось, оголив полоску белой кожи на пояснице. Тео улыбнулся, забираясь на «супружеское ложе», осторожно потянул, поправляя, футболку девушки, накинул одеяло. Жена беспокойно завозилась, еще сильнее подтягивая колени к груди. Тео ощутил, какие ледяные у Теодоры ноги. Совсем замерзла. Парень придвинулся ближе, бережно обнимая ее стан рукой, передвинул подушку, чтобы было удобнее лежать, проверил, укрыта ли Теа. Устроился для сна. Вдохнул тонкий, едва ощутимый запах жены. Тепло и уют окутали его тело. Он и забыл уже, как это – засыпать вот так, когда рядом с тобой, в твоих объятиях лежит кто-то близкий, родной. Не после пьяно-угарного секса, когда лицо партнера по утру внове. О тех мгновениях перед сном, когда рядом оказывался Адам, сейчас вспоминать не хотелось. Он обнял жену, закрывая глаза и ощущая, как веки стремительно смежает сон. Кто знает, а вдруг когда-нибудь они смогут засыпать вот так, вместе, каждый день?

* * * * *

Теа сдавленно застонала и перевернулась на спину. Все прилагающиеся к похмелью дали о себе знать. Голова затрещала, как по сигналу, тело налилось слабостью, смертельно захотелось пить. Первая мысль, которая уныло проползла по сознанию, была: «Пора заканчивать так алкать»…. Девушка хотела еще задаться вопросом, кошки гадили у нее во рту всю ночь, или же табун мустангов, но сбоку раздался недовольный голос: - М-м-м…. плечо…. – и Теа поняла, что дело нечисто. То-то подушка показалась ей странно неудобной и твердой. Разлепив веки, Теодора уставилась на источник шума и со смешанным чувствами обнаружила, что ее голова покоится на руке Тео, который остервенело тер второй ладонью лицо, стараясь проснуться. - Мать твою….. – прошептала тихонько Теа, отползая в угол дивана. Она была бы рада вскочить, но вовремя поняла, что в этом случае ее голова просто взорвется, и посему решила пока не производить резких телодвижений. - Не надо мать мою, мне тоже плохо, - пожаловался Тео, разминая затекшее плечо. Он приоткрыл один глаз, посмотрел на жену, вздохнул и изрек: - Доброго утра желать не стану. В нашем случае – это кощунство. - Тео, это что? Это как? – вытаращив глаза, проговорила Теа испуганно и растерянно. – Я же наверху должна была спать! - Ты пришла греться, и я тебя понимаю. Ночью было чертовски холодно. - Мы что-то… что-то сделали? – девушка подняла всклокоченную голову и опасливо огляделась, будто в поисках подтверждения чего-то противозаконного. - Если не считать того, что мы поймали и съели пеликана – то ничего сверхъестественного, - не удержался от троллинга Тео. Правда, сам он мужественно боролся с тем, чтобы не покраснеть, вспоминая о своем ночном приключении. - Вот дурак! – от досады у Теа влажно заблестели глаза. – Я серьезно!!! - Господи, жена! – Хатчкрафт театрально застонал, прижимая прохладные ладони ко лбу. – Лучше скажи, мы покупали вчера пиво или нет? - Жопошник!! – взвыла Теа, и коршуном налетела на мужа, принявшись мутузить его. – Признавайся, похотливая морда, мы переспали или нет???? - Уймись, уймись!! – заверещал Тео. – Бедная моя голова! За что мне это наказание?? Ничего мы не делали, отстань от меня, иначе укушу! - Сразу сказать не мог, что ли! – обиженно засопела Теа, отставляя мужа в покое, и отползая обратно в дальний угол ложа. - А то можно подумать, тебе хотелось! – ехидно проговорил Хатчкрафт, параллельно с ужасом представляя, как ему придется вставать на ноги. А, судя по всему, время было куда как позднее. Вернуться бы в Лондон до темноты…. Тур начинается, ни много, ни мало, через пять дней, еще дел невпроворот, а он так и не предупредил Теодору…. - Иди в задницу! – свирепо запыхтев, Теа сползла с дивана и, втянув голову в плечи, пошлепала на кухню. Было видно, что каждый шаг только усиливал треск в ее голове. Из кухни она вернулась не с пустыми руками. На диван рядом с Тео приземлилась банка пива, после чего, Теа с протяжным стоном забралась под одеяло, бесцеремонно пристроила голову у мужа на животе и сложила руки на груди. - Сейчас умру, и ты будешь меня закапывать в здешнем песочке… - Если не умру первее, - пробормотал Тео, негнущимися пальцами открывая пиво. Сейчас он думал только о том, чтобы не повторилась вчерашняя история. Мягкие волосы жены щекотали кожу, и близость ее стройного тела вводила в какой-то странно-приятный ступор. - Тео… - М? - Я послезавтра в Лиму лечу… - Чего? - Перу…. Меня взяли. - Тот типчик? Которому ты составляла портфолио? – Тео приподнялся на локте и взглянул на жену. - Ага… - Теа повернулась и кивнула. – Мачу-Пикчу, все такое. Билеты уже на руках… Совсем забыла тебе рассказать, из-за всей этой дури…. - А я ведь тоже уезжаю…. – пробормотал Хатчкрафт, понимая, что им придется расстаться. Вдруг он совершенно отчетливо почувствовал, что ему будет сложно расстаться с нею хотя бы на день. - М-м-м…. – неопределенно протянула Теа, прикрывая ладонью глаза. Этот звук отдаленно напоминал нечто, вроде: «Вот оно что…..» - У нас тур. Месяц всего. Европа. Через три дня выступаем в Лондоне, а потом… - М-м-м…. – снова отозвалась Теодора, слегка поменяв интонацию. Сейчас это было похоже на: «Поня-я-я-ятненько». - Получается, что ты на лондонский концерт не попадешь.… Насколько ты уезжаешь? - Речь шла о двух неделях, а там как дело пойдет. Хочешь, привезу сувенир? - Марихуану? – язвительно поинтересовался Тео. - Спецом для тебя выберу самое дурацкое пончо! – съехидничала Теа в ответ, отбирая у мужа пиво и делая глоток. – Адаму привезу сампонью***. Пусть дудит на досуге. Если ты, конечно, его не прибьешь во время этого вашего тура. - Сдался он мне…. – фыркнул Тео, одновременно радуясь и жалея, что Теа передислоцировалась и немного отстранилась от него. Хатчкрафт украдкой поправил одеяло, чтобы скрыть от глаз жены пикантные изменения своего организма. «Гребаные утренние стояки!» - прошипел он мысленно. - Но и не милуйтесь там сильно, а то я начну ревновать, - Теа как всегда шутила с совершенно каменным выражением лица. – Пора собираться, что ли.… А то вовек отсюда не выберемся…. Ох, горечко.… Надо завязывать, надо… Тео оставалось только согласиться и вылезти из постели. Возвращаться в реальность хотелось меньше всего. Через два дня он останется наедине с собой, а еще через три – наедине со своими страхами и желаниями, которые будут похлеще и куда запретнее влечения к фиктивной супруге.