Во власти демона

Длинная челка, кофейные глаза, чуть припухлые губы и милая ямочка на лице – симпатичный мальчик всегда пленил своей красотой всех девушек в школе, но ни с одной из них не хотел встречаться. Исин был умным, любил науку и много времени проводил со своим лучшим другом. Они уже несколько лет были вместе, жили через дорогу друг от друга, Исин всегда доминировал, а Юньшень никогда ни в чем не перечил. Его родители погибли в автокатастрофе, поэтому они сильно сблизились. В детский дом его не отдала бабушка Исина, оформив опекунство, она стала приглядывать и за домом, и за малышом. Юньшень практически всегда ночевал у них, а у себя дома бывал редко. Он был кроток и покладист, в чем-то стеснителен, от чего напоминал барышню - слегка вздернутый носик, пухлые губы, невинный взгляд. Его часто дразнили и приставали, но Син всегда его спасал. Со временем они изобрели интересный метод общения друг с другом – оставлять послания на стекле в музыкальном классе, так как большую часть времени они проводили именно там. Это случилось, когда они заканчивали школу. Юньшень, как всегда, остался допоздна, готовясь к экзаменам, а Исин уже был занят приготовлениями уехать в Корею. Они оба были радостны, так как снова должны были оказаться вместе. Юньшень поступил в корейский колледж, так получилось, что его зачислили, как студента по обмену. Но судьба распорядилась иначе. В тот день его друг сидел в музыкальном классе, погруженный в книги, он совсем не заметил вошедших. - Эй, ты, книжный червь, сколько можно рыться в книгах, не хочешь ублажить Чжимина. Он, бедный, истосковался по ласкам. Вся компания громка смеялась. Помимо Чжимина, их вожака, здесь был Юлинь и еще двое мальчиков, которых он не знал. Но этого было достаточно, чтобы понять, они пришли не беседы вести. - Ребят, вы чего? – Юньшень испугался, но в голосе не показал и вида. Чжиминь подошел и схватил его за волосы, притягивая к себе. - А то, что все знают о ваших отношениях с Исином, что вы с ним развлекаетесь. - Вы с ума сошли, мы только друзья, - возражал Юньшень, понимая, что, если никто не придет, он погиб. Юлинь подскочил, хватая парня за руку, и потащил на стол, попутно стаскивая рубашку. Мальчик упирался, слезы предательски побежали по щекам, но он ничего сделать не мог, только пару раз зарядил обидчику по зубам, чем разозлил сильнее. - Ах, ты, гад! Ты еще руки распускать будешь, - Юлинь звезданул ему по лицу и рассек губу. Кровь алой струей понеслась по щеке. - Юлинь, полегче, мы же не изверги, - усмехался Чжиминь, стягивая штаны с бедного мальчика, оставляя только майку на нем. Двое, что до этого стояли в стороне, подошли к ним и стали держать его за руки, пока те вдоволь наиграются над телом паренька. Чжиминь грубо, совсем по-хозяйски, даже не подготовив, вошел в него. Резкая боль пронзила, казалось, до самого сердца, каждая клеточка кричала о помощи, но с губ его не доносилось ни слова. Чжиминь то ускорялся, то замедлялся, подстраивая под себя. Они с Юлинем менялись, по очереди разрывая мышцы, совсем не думая о том, что станет с бедным мальчиком. Их глаза были в тумане, словно они накачались чем-то, зрачки расширены, и юноши точно ничего не видели перед собой. Он уже не сопротивлялся, лишь редкие всхлипы доносились, разбавляя густоту грязи этой комнаты. Сполна измучив организм Юньшеня, они бросили его на пол. Юлинь подорвался к нему и пару раз врезал под живот, да так, что паренек скорчился от боли и издал еле слышный писк. Чжиминь не остался без ответа, злорадно улыбаясь, хватая его за руку и подтаскивая к себе, он с такой яростью и злостью стал наносить удары кулаком под живот, что вся комната поплыла, растворяясь и исчезая. В туманных глазах была пустота, ни жалости, ни сожаления, лишь огонь уничтожить, рассвирепев от вида крови, он схватил его за майку и принялся избивать ногами, явно попадая по печени и селезенке. Его сподручные кое-как смогли оттащить от еле дышащего мальчика. Юньшень лежал в луже крови, казалось, она вытекает отовсюду и растекается по полу, вырисовывая непристойные узоры. Мальчик почти не дышал, его тело превратилось в месиво из вязкой жидкости. - Теперь будешь знать, как развращать нормальных пацанов. Даже близко ни к кому не подходи. – Они вышли, хлопнув дверью, паренек остался лежать, дрожа всем телом. Даже слез не осталось. - Исин, прости, я не хотел причинить тебе вред. Паренек лежал недалеко от окна, где они оставляли послания с Исином друг другу, но сил подняться у него не было. Потихоньку проползая сантиметр за сантиметром, мальчик вымотался, лишь мысль в голове не давала покоя. «Я должен ему сказать, он должен знать». К вечеру в полусознательном состоянии он добрался до подоконника и смог немного привстать, не поднимаясь с пола, дыхнул на окно и стал выводить символы. Рука соскользнула, не дописав до конца, а Юньшень потерял сознание. *** Исин сидел на берегу небольшой речушки, теребя в руках браслетики из кожи, перетянутые тесьмой. Один он одел, а второй оставил для него. Он хотел во всем признаться, все рассказать, и плевать уже, даже если он оттолкнет его. Деревья вокруг перешептывались, соприкасаясь листвой, словно были в заговоре и знали о мыслях поэта, выводящего строки под их кронами. Было странным, что Юньшень так и не пришел вчера, а ведь обещал, но Син подумал, что он просто заучился, хоть тревога и закрадывалась в голову, но он себя успокаивал. Безмолвие нарушила трель телефона, номер не был знакомым, но Исин все же ответил. - Алло? Это Чжан Исин? - Да, с кем я говорю? - Это детектив Чжоу Ли. Мы можем с вами встретиться? - Да, конечно. Что-то случилось? - Кое-что с вашим другом. Приезжайте в школу. В трубке послышались гудки. Син, не задумываясь, помчался туда. В голове хоровод мыслей, а тревога сковала, как тисками. Быстро вбежав в кабинет директора, он бросил беглый взгляд по их лицам. - Что случилось? Что с Юньшнем? - Исин, успокойся. - Что случилось? - Это детектив… - Я понял. Что случилось? – перебил он директора. - Ваш друг в тяжелом состоянии, - произнес мужчина, до этого молчащий. Исин смотрел в пустоту, снова и снова резали слух слова этого человека. - Не может этого быть, где он?.. - он схватился за ручку двери, собираясь убежать, но сильная рука схватила за его запястье. - Не натвори глупостей. Юньшеня увезли в больницу, сейчас уже, наверное, апперируют, его сильно избили и жестоко изнасиловали. – Детектив отпустил руку паренька. - У него были враги? Может, кто-то, кто завидовал и хотел насолить? – спросил тот. Парень опустил глаза, нервно припоминая всех, кто мог подходить под подозрение. – Извини, что спрашиваю об этом. Уж такая у меня работа. - Все хорошо. Кажется, я знаю, кто это сделал, Чжиминь и Юлинь со своими дружками, - глаза Исина налились яростью, он было направился к выходу, но его снова остановил детектив. - Не делай того, о чем будешь жалеть. Не смотря на это, они не стоят этого. Есть более жесткое наказание за подобное. Он помчался в больницу, девушка в приемной ему все объяснила, что Юньшень поступил с тяжелыми телесными травмами, переломами ребер и разрывом внутренних органов. Ему срочно делают операцию, но шансов мало. - Могу я поговорить с доктором? - Да, конечно, но чуть позже, операция еще не окончена. Вы можете подождать здесь, - милая девушка указала на кресло. - А долго будет идти операция? - Возможно, еще пару часов. - Хорошо, вот мой номер на всякий случай. А я зайду чуть попозже. Сейчас у меня есть одно важное дело. Девушка кивнула, забирая листочек с номером, улыбаясь юноше. Тень в его глазах встревожила ее, но она списала это к волнению. Исин помчался искать тех, кто посмел это сделать. Да, он знал, где они бывали и чем занимались. Пройдя несколько улочек, он свернул в малолюдный квартал, перед ним показалась обшарпанная дверь подвала. Толкнув ее ногой, запах зловония пахнул в лицо, паренек лишь поморщился носом, но продолжил идти дальше. Этот притон давно использовали наркоманы, а полиция еще не знала о нем. В конце коридора доносилась тихая музыка. Быстрыми шагами преодолев это расстояние, он приподнял занавеску, перед ним предстала такая картина – в центре комнаты стоял ободранный диван, на нем лежал Чжиминь, Юлинь суетился около стола, рассыпая белый порошок, а в углу сидела незнакомая парочка, курившая кальян и явно занятая друг другом. - Развлекаемся, значит, - голос Сина прогремел, как гром среди ясного неба. - Исин, зачем же так пугать? – Чжиминь подскочил на диване, театрально хватаясь за сердце. - А есть чего бояться? - Да не то чтобы, просто ты и в таком месте, - продолжал лизаться парень. Исин в две секунды оказался рядом с ним, хватая его за майку, замахиваясь кулаком. - Ты, сволочь, думаешь, я не знаю, что ты сделал? - Успокойся, я не понимаю, о чем ты, - глаза Чжимина забегали, а его друзья отвлеклись от лобызаний друг друга. - Эй, ты че приперся, - гаркнул один из них. - А вам я ваще советую заткнуться и не лезть, пока ваши зубы и язык на месте, - Исин указательным пальцем навел на них, глаза его были объяты огнем. Не то чтобы эта парочка испугалась, они не хотели отвлекать от сладкого занятия, лаская друг друга. Юлинь у стола замер, рассыпав немного порошка на пол. - Нравится бить? Сейчас ты на себе все испытаешь, - Син замахнулся и нанес пару жестких ударов по лицу, кровь брызнула из губы, от ее вида юноша потерял последнюю каплю самообладания. Удары стали сыпаться, как град, чередуясь между собой. Стащив его с дивана, Исин стал бить ногами, безумный взгляд и дьявольская ухмылка ужасала. Юлинь решил сбежать, но не тут-то было. Бросив одного, парень за шкирку поймал другого. - Ты думаешь, так легко сможешь уйти? – вопрос был задан в пустоту, удары стали сыпаться теперь на Юлиня, постепенно превращая его в кровавое месиво. Чжиминь на полу еле дышал, пытаясь перевернуться. - Ты, гад, ты еще ответишь за это. Твоя карьера полетит к чертям, - сыпал угрозы он на разъяренного юношу. Быстро переключившись, Исин схватил его за волосы. - По тебе тюрьма плачет, я уже обо всем рассказал. - Ха, да плевать, зато твой дружок теперь на себе испытал силу любви, - он залился безумным смехом, от чего у Исина помутился рассудок. Наркоманов спасло лишь одно, сюда заявилась полиция, быстро вычислившая их местонахождение. Они схватили Сина. - Мальчик, я же тебя просил, - детектив по-отечески обнимал его. – Что ж не смог сдержать себя в руках? - А вы бы смогли? Смогли, когда ваш друг умирает из-за этих выродков, а им светит всего каких-то там несколько лет, и они снова выйдут бесчинствовать? Это справедливо, мать вашу!? – эмоции захлестывали, срываясь то на смех, то на слезы. Опытный детектив все понимал и потому, приехав в участок, не стал составлять рапорта о случившемся, просто отпустив юношу. Похлопав его по плечу, он сказал: - Иди к своему друга, а здесь я разберусь сам. - Но… - Иди, говорю. Ты больше не нужен. Спасибо за участие. Коллеги смотрели, улыбаясь. Ведь все прекрасно понимали эту ситуацию. А коллектив у них оказался хороший. Никто и не выдал своего начальника. Син помчался к другу. Операция закончилась, но на следующий день назначили еще две, боясь, что организм не выдержит нагрузки. - Он справится, доктор? - Не могу говорить конкретно, мы можем лишь ждать. Его спасет чудо. Увы, чудо не случилось. Выдержав не одну операцию, мальчик так и не приходил в сознание, Син был рядом, боясь отойти хоть на шаг, все чаще проваливаясь в свой мир, теряя реальность. Он нашел послание на окне. «Прости, что не сказал ранее. Я любл…». Горечь, тоска, печаль наполняли глаза. Утрата родного человека, взаимность - как вернуть хоть немного назад? Как отмотать этот клубок жизни? Он бы не допустил подобного, защитил бы ценой собственной жизни. Наркоманов арестовали, в виду того, что они признались, их быстро отдали под суд. Спустя четыре месяца, приговор был вынесен. Син влетел радостный в палату. - Юньшень, все хорошо, их осудили. Веки друга слегка дрогнули, на миг показалось, что даже приоткрылись. - Доктор, доктор, - кричал Исин, не отводя глаз, боясь потерять из вида этот момент. - Что такое? В палату вбежала медсестра и начала проглядывать данные на мониторе аппарата. Сина вывели, но тревога в душе только нарастала. Впервые за четыре месяца его друг подал признаки жизни. Несколько минут тянулись, как целая жизнь. Парень нервно мерил коридор шагами, то ускоряясь, то замедляясь рядом с дверью. Томительное ожидание, что может быть хуже. Сердце учащало ритм и было готово вырваться наружу. Дверь приоткрылась, вышла медсестра, держа поднос со склянками. - Можно войти? - Боюсь, что нет, ему вкололи успокоительное, пациент уснул. - Он пришел в себя? - Его состояние не стабильно, спросите у доктора, когда он выйдет. Син опять зашагал по коридору, нервно кусая нижнюю губу. Через пару минут вышел доктор. - Как он? - Парень очнулся, но пока рано что-то говорить. Пусть отдыхает. - Мне можно войти? - Лучше идите, отдохните. Пациенту нужен покой. Доктор удалился, шелестя подолом халата. Исин облокотился на ручку двери и вздохнул. - Юньшень, я вернусь… Дома бабушка накинулась с расспросами, Син вяло отвечал, отмахиваясь тем, что еще нельзя что-то сказать конкретно. - Бабуль, хватит, пока, говорят, его состояние не стабильно, сложно что-то сказать. - Ох, как же вас угораздило-то… - причитала она, но внук отправился спать. Он слишком устал за это время, а в больнице не разрешили остаться. Ближе к вечеру телефон Сина надрывался, взывая к своему хозяину. - Алло? – сонным голосом ответил он. - Чжан Исин? - Да, это я. - Ваш подопечный скончался. Мир исчез, в один миг все погрузилось во мрак. Дальше он уже ничего не слышал и не понимал. - Алло? Вы слышите? Ответьте. Руки медленно спустились на колени, холод пробежал по спине. Он вскочил и помчался на улицу. Прибежав в больницу, он не стал кого-то искать или что-то спрашивать, прямиком направился в палату. Тело уже перекладывали, чтобы увести в морг. Син забился в истерике. Его колотило до дрожи в ногах. Три санитара еле сдерживали его, пытаясь вывести в коридор. - Не смей!! Не бросай меня! Ты не можешь так поступить… - крики доносились на всю больницу, собрав почти весь дежурный персонал. Врач приказал вколоть ему успокоительное и отвести в комнату отдыха. С большим трудом с ним справились, пытаясь привести в чувство. Жизнь изменила курс. Кем-то нарисованная судьба на безжизненной картине отвернулась, демонстрируя другую свою сторону. Ее персонажи терялись в бесконечности бытия. Отпустить сейчас, чтобы отыскать потом, зачем теперь жить, если завтра уже не настанет. Зачем дальше идти туда, где тебя уже никто и не ждет? Столько «зачем»… да просто эта дорога, сплошные испытания на ней – все это твой путь, тернистый, колючий, но твой. Раз было суждено родиться, пройди его до конца. Через неделю он уехал в Корею. Долгое время старался не приезжать обратно, пытаясь забыться. Спустя несколько лет боль понемногу начала утихать, лишь отголоски ее еще крепко вонзались в память. Но подпустить к себе он так и не смог никого, оставаясь вечно один, лишь изредка разбавляя монотонность своего бытия.