***
Через некоторое время в раздумьях, Лера все-таки решила обсудить свою идею с директором Николаем Степанычем, и не была удивлена тем, что он не просто одобрил ее, а буквально прыгал от счастья, сразу же позвонив влиятельным людям, которые согласились устроить журналистку к операм. Уже через неделю Вересова шагала по коридору Пятницкого в кабинет начальника ОВД. - Здравствуйте, Ирина Сергеевна, - девушка вошла, услышав ответ на свой стук в дверь. - Я по поводу репортажа о работе оперативников. - Да, я поняла, - как-то грубо произнесла начальница. - Мне звонили по вашему поводу. Присаживайтесь. Лера тихонько присела на стул и стала внимательно слушать Ирину Сергеевну, которая доходчиво объясняла журналистке, чего она может делать, а чего нет, и что начальник оперов будет очень недоволен ее появлением здесь. - Ну я постараюсь никому не мешать, - тихо произнесла Лера. - Ладно, пойду я сначала к нему, осчастливлю, - Зимина вышла из кабинета и пропала буквально на полчаса, а когда пришла, то попросила девушку пройти в кабинет начальника криминальной полиции. Стас, когда увидел Леру, был просто шокирован: - Ты? Что ты тут делаешь? - низким голосом сквозь зубы процедил подполковник. - Я пришла писать репортаж о работе оперативников, - Вересова стояла перед ним не очень уверенно. - А получше ничего не придумала? Может репортаж из борделя того напишешь? - язвил Карпов. - Тогда это была ошибка, но теперь у меня это задание. Вы ведь поможете мне? - Лера неловко взглянула на недовольного начальника. - Приказ сверху! Круто! Мне еще этого не хватало, - злился Стас. - Ну так чем я могу тебе помочь? - Просто мне нужно будет написать материалы, может побывать на каких-нибудь задержаниях, вызовах или еще что. Я лезть не в свои дела не буду, - Вересова опустила взгляд на пол. - Не будет! - заржал подполковник. - Ну ладно, иди тогда в комнату оперов, знакомься, а потом посмотрим что с тобой делать. - Хорошо, - и Лера прямиком выбежала из логова этого зверя, а по совместительству своего отца.***
Эти две неделя для ОВД Пятницкий вышли очень напряженными, и уж тем более ни о какой даче не было даже и речи. Стас, вернувшись к своим прямым обязанностям, сразу же вник во всю ситуацию с палачами, но был недоволен вечно путающейся под ногами журналисткой. Все силы в отделе сотрудники тратили в основном на поиск педофила, и вскоре уже была известна его машина, которую описал случайный свидетель. Автомобиль принадлежал одной фирме и поэтому ездить на нем могли пять человек, которых тут же стал проверять СК, но, увы, у всех оказалось алиби. Однако, алиби одного из сотрудников фирмы вызывало некое сомнение, так как он ссылался на то, что ухаживает за своей сестрой после инсульта строго по часам, однако в его квартире было обнаружено не прописанное врачом снотворное, которым он предположительно мог напоить сестру, чтобы она не видела как брат уходил из дома. Прямых улик на него не было, а снотворное - не веский повод для задержания, поэтому следствие практически зашло в тупик. Прослушка ППС-ников отдела Мнемники по делу палачей практически ничего не дала, потому что патрульные, кроме всякой ерунды, ни о чем не говорили. Мясницкий и Зимина даже стали сомневаться в правдивости показаний Мирона, но продолжали держать его под охраной. Через некоторое время уголовник вышел из больницы, и они с помощью него хотели поймать палачей на живца, а пока просто организовали ему конспиративную квартиру. Но Мирон там прожил недолго. Через несколько дней его нашли на полу в прихожей с простреленной головой. Это вызвало шок у тех, кто участвовал в этой операции, и Ирина со Стасом начали с недоверием относиться ко всем своим осведомленным сотрудникам. Но вскоре Зиминой дали ясно понять, чтобы она не продолжала никаких поисков и разоблачений палачей. Ирина, как-то войдя в свой кабинет с утра, обнаружила лежащей на ее столе гильзу от пули. Пытаясь выяснить у дежурного кто мог заходить в ее кабинет ночью, Зимина не смогла добиться внятного ответа. Карпов же побеседовал с дежурным в более агрессивном варианте, однако это тоже ничего не дало, он видите ли лишь немного задремал, но услышал бы, если б кто-то вошел. Дежурные опера и следователь Жигаев несколько раз за ночь выезжали на вызовы, но искренне удивлялись вопросам начальства, а камеры наблюдения у входа в отдел не запечатлели ничего подозрительного. - Ир, а помнишь ты устанавливала камеру на потолке в отделе? - с надеждой в голосе спросил ее Стас, разговаривая с начальницей в своем кабинете. - Так я уже давно убрала, - Ира стала стучать пальцами по столу. - Вот дура! - Да ладно, все равно эта троица под подозрением, - сжал кулаки Карпов. - Не думаю, конечно, что мои опера на такое способны, а вот этот Толя Жигаев совсем не производит впечатление опасного и мутного человека. - Ну да, он хороший следователь, ответственный, справедливый. Не знаю, не похоже это на него. - А когда результат экспертизы будет готов? - Стас поднял взгляд на Ирину. - Думаю, скоро. Я жду звонка. Примерно через час Зимина ворвалась в кабинет Карпова с очень встревоженным видом: - Что случилось, Зям? - удивленно посмотрел на нее подполковник. - Гильза... Она... Это гильза от патрона, которым убили Мирона... - Что? - Кто-то играет с нами. И этот кто-то очень близко...