Жена декабриста

Наступило первое в этой четверти школьное воскресенье. А это значит, что весь день в их полном распоряжении. Можно подольше понежиться в теплой постели, заняться своими делами, да просто погулять. Прогулка… Именно о ней и думали наши друзья, просыпаясь в это солнечное морозное утро. Им сегодня предстоит очень важная встреча в назначенное время в назначенном месте. Только вот с кем? Макс даже намека им никакого не дает, молчит как партизан, только загадочно улыбается. Ничего, через несколько часов все разрешится. В любом случае, им уже нечего терять. Если все правда, то этот кошмар скоро закончится. А если нет… что ж, они и так были обречены. Не подозревая о том, какие мысли не дают покоя ее друзьям, Лиза спешила по коридору в комнату Максима. Ей надо было срочно с ним поговорить, убедить парня остаться сегодня в школе, а не мотаться с ними в лес по морозу. Этой ночью Максу стало плохо, у него разболелась поврежденная рука и поднялась температура. И хорошо, что Лиза каким-то непостижимым образом почувствовала его состояние, проснулась и, не смотря на его категоричный запрет беспокоить людей среди ночи из-за такой ерунды, подняла с постели Тамару Алексеевну. Сделав обезболивающий укол, доктор объяснила ребятам, что это обычная реакция организма на данный препарат: боль и температура – свидетельство того, что в тканях начался активный процесс восстановления. - У тебя очень хорошая реакция, - оптимистично улыбнулась она Максиму, - обычно это занимает гораздо больше времени. Возможно, скоро начнешь чувствовать и ногу. Заглянув в комнату, Лиза застала Максима уже почти готовым. - Привет, - улыбнулся он, натягивая теплый серый свитер – ее недавний подарок. Широкие спортивные брюки почти полностью скрывали кольца и спицы на его ноге. - Привет, - поцеловала его девушка. – Как ты? - Да все нормально, - кивнул Морозов. – Тамара же сказала, что это временное явление. - Да, - Лиза положила руку ему на лоб, - температуры уже нет. - А у меня, по-моему, и пульса нет, - с улыбкой согласился парень, - и сердце не бьется. Но в твоих силах его запустить. Но мысли Лизы были заняты другим. Она присела возле его кресла и взяла его за руку. - Макс, - осторожно начала она, все еще беспокоясь о его здоровье, - может, ты все-таки никуда не пойдешь? - Лиза, ну, конечно, не пойду, - легко согласился Максим, - я же поеду. Вдруг оба на секунду задержали дыхание, один болезненно, другая – виновато. Лиза быстро его обняла и с виноватым видом уткнулась ему в плечо. - Прости, прости, - торопливо шепнула она, - я не хотела… Просто не подумала… Макс задумчиво погладил ее мягкие золотистые волосы. - Не бери в голову, Лиза, - безжизненно улыбнулся он, глядя куда-то поверх ее головы. – Я и сам иногда забываю… В какие-то мгновения ощущаю себя почти нормальным, таким, как все… Лиза подняла голову и заглянула в его отрешенные глаза. - Ты и есть нормальный, Максим, - страстно произнесла она, погладив его по щеке, - такой же, как все. Даже лучше некоторых… Нет, для меня ты самый лучший. Ее нежные мягкие поцелуи действовали как бальзам на ноющие раны в его душе. А Лиза продолжала говорить, убеждая, подбадривая, вселяя уверенность: - Ты такой молодец, что не отчаиваешься. Ты очень сильный. И у тебя все будет замечательно, я знаю. Просто всегда помни, какой ты оптимист, как ты любишь жизнь, и все обязательно получится. - Ну, если ты так уверена, - мягко улыбнулся Макс, и девушка заметила, что его глаза снова засветились. - Конечно, уверена, Максим. Вот я бы так никогда не смогла. Сразу бы руки опустила. Замысел удался: Максим снова почувствовал себя ее защитником. - Эх ты, - нежно усмехнулся он, привлекая Лизу к себе. – А еще жена декабриста. Ребята, собравшись в комнате у девочек, ждали только их. - Ну, конечно, кто где, а Вика вся в учебе, - жизнерадостно сказал Макс, въезжая в комнату. - Нет, - Кузнецова потерла уставшие глаза, - мы просто пытаемся придумать подходящий пароль. - Но пока ничего путного в голову не приходит, - вздохнула Даша. - Мы уже все перебрали, - развел руками Андрей. – Но все наши варианты можно вычислить. - Я, кажется, придумал, - вдруг сказал Максим, покосившись на Лизу. Он подъехал к Вике и что-то шепнул ей на ухо. - Можно попробовать, - согласилась она. – Об этом же кроме нас никто не знает. - Вот именно, защита стопроцентная, – подтвердил Морозов. – А подсказку поставь Л.В., чтоб уж наверняка. Вика усмехнулась и ввела данные в поля, обязательные для заполнения. - Готово, - облегченно откинулась она на спинку кресла. – Теперь можно вздохнуть спокойно. - Л.В. – это что, я? – подозрительно спросила Лиза, положив руки Максу на плечи. - Я тебе потом объясню, - шепнул он. Дверь открылась так неожиданно, что все поневоле вздрогнули. На пороге стоял Виктор Николаевич. Ребята обратили внимание на его необычную бледность. - Хорошо, что вы все здесь, - сказал директор, потирая висок. Он прошел в комнату и присел на свободную кровать. – Я хотел с вами поговорить. Вчера я просто закрутился и забыл об этом. Друзья внимательно слушали, гадая, что еще ожидать. - Я вами очень недоволен, ребята, - продолжал Поляков. – Вы совсем не учитесь. Ты, Даша, съехала на тройки. Андрей с Викой с каждым днем учатся все хуже, а про Рому я вообще молчу. Ты, Павленко, в прошлой проверочной работе по литературе умудрился написать, что Пушкина убил граф Монте-Кристо. Виновные против воли захихикали. - Плюс ко всему, вы постоянно нарушаете школьную дисциплину, - продолжал Виктор. – Мне хотелось бы знать, что происходит, и когда это, наконец, закончится… А пока остальные думают, у меня вопрос к вам, - он повернулся к новеньким. – Максим, когда я согласился принять тебя в школу, я находился под впечатлением от твоих оценок. И думал, что все свои силы ты направишь в нужное русло. А что касается тебя, Лиза, то я надеялся, что в нашей школе в этом году будет на одного медалиста больше. Но, увы, я ошибся, – он пристально посмотрел на их пару. – Знаете, я вообще думаю, что ваши табеля за последний год – просто фальшивки, которые вам выдали в предыдущей школе, чтобы от вас отделаться. - Виктор Николаевич, зачем вы так? – голос Лизы дрожал от слез. – Вы же знаете, что это не правда. - А меня так вообще выписали из школы по свидетельству о смерти, - резко ответил Макс, напряженно стиснув подлокотник кресла. Поляков взглянул на ученика с все возрастающей неприязнью. Неужели он ошибся в парне и напрасно его жалел? - Максим, имей мужество признать, что ты неправ, - строго, но сдержанно сказал ему Виктор Николаевич, - а не придумывай какие-то нелепые отговорки в жанре черного юмора. - Виктор Николаевич, - вдруг тихо, но твердо произнесла Лиза, - извините меня, конечно, что я позволяю себе говорить с вами таким тоном… - она глубоко вздохнула и смело продолжила: - Но не вам судить о мужестве Максима. А что касается его, как вы говорите, отговорки, то это правда. Его отец, Петр Алексеевич, предъявив фальшивое свидетельство о смерти, всех заставил поверить, что Макс погиб в той аварии. Поляков пораженно смотрел на ребят. У него просто не укладывалось в голове. - Это правда, Максим? – наконец спросил он. Парень только кивнул, не в силах произнести ни слова. – Но Маша мне ничего не сказала. - И не скажет, - хмуро отозвался Морозов. – Такие вещи вообще повторять тяжело. - Понимаю, - Виктор тяжело поднялся, подошел к Максиму и положил руку на его здоровое плечо. – Извини, Максим, я, правда, об этом не знал… - потом обернулся к остальным. – Ребята, мне надо уже идти. Я надеюсь, наш разговор будет иметь хоть какой-то положительный результат? – он слегка улыбнулся. - Конечно, Виктор Николаевич, - в разнобой заверили его друзья. - Не забывайте, что третья четверть… - Самая ответственная и решающая, - на этот раз хор был более слаженным. - Молодцы, - похвалил их директор и вышел в коридор. На завтрак они немного опоздали. Но их стол недалеко от двери как всегда оказался свободен. К ним с улыбкой подошла Маша, помогавшая на раздаче Володе. - Ребята, сок или молоко? – спросила она. Раньше столы учеников не обслуживались, каждый сам брал на раздаче что хотел. Но, так как теперь с ребятами был Макс, они вместе с ним пользовались этой привилегией. Девочки заказали молоко, а парни сок. - Спасибо, - поблагодарил Максим и привычным жестом поправил сползший рукав. Он перехватил встревоженный взгляд матери, которая вдруг увидела на его руке следы от уколов. Он улыбнулся и покачал головой, как бы желая сказать, что все в порядке, но Маша его не поняла. Женщина отошла к столу с напитками и оттуда с беспокойством поглядывала на сына. - Слушай, Макс, а что это сегодня Виктор про Машу говорил? – вспомнил Ромка разговор с директором. – Вы с ней, типа, знакомы? Откуда она все про тебя знает? - Она моя мать, - после небольшой паузы вполголоса произнес Макс, решив довериться друзьям. – Она из-за меня устроилась сюда уборщицей. Только кроме Виктора и Галины об этом никто не знает, - веско предупредил он. – Потому что если папаша это пронюхает, ей хана. - Все, заметано. Мы могила, - заверил друга Павленко, обведя взглядом ребят и получив их негласное одобрение. - Максим, что это такое? – спросила Маша, взяв его за руку. Она задержала их с Лизой в холле. – Я тебя спрашиваю. - Мамуль, ты, конечно, будешь смеяться, но это совсем не то, о чем ты подумала, - с улыбкой произнес Максим классическую сериальную фразу. - Ну, так просвети меня, - потребовала Мария. - Мама, все в порядке, честно, - уже серьезно ответил парень. – Я не колюсь. Это Тамара… Алексеевна делает мне уколы для восстановления чувствительности. Кивок стоявшей рядом Лизы подтвердил его слова. Маша немного успокоилась. - И что, после этих уколов?... - Я смогу ходить, - уверенно сказал Максим. - Родной мой, я так за тебя рада, - прослезилась от счастья Мария. Пока никто не видит, она быстро обняла его и поцеловала. – Пойду Володе скажу. Макс проводил ее ласковым взглядом. - Мама, - снисходительно улыбнулся он, пожав плечами. - Она очень тебя любит, - согласилась с ним Лиза. Наконец, настало время выдвигаться. Лиза придирчиво оглядела одежду Максима, поправила на нем шарф и поплотнее запахнула воротник куртки. Потом она сдернула с кровати плед и решительно укрыла им его ноги. - Лиза, хватит, ты б меня еще одеялом укрыла, - проворчал он, чувствуя себя неловко от подобной опеки. - На улице мороз, - возразила Лиза. – Если ты простудишься, твоя мама с меня голову снимет, причем живьем. А будешь упрямиться, я с тобой вообще никуда не пойду. - Ладно, поехали, шантажистка, - буркнул Максим уже более миролюбиво. Спустившись в холл, ребята огляделись, решая, как лучше добраться до леса. - Через камин будет быстрее, - предложила Вика, заглянув в библиотеку. – Как раз никого нет. Пошли? - Вик, ты соображаешь, что несешь? – мастерски передразнил ее Павленко. – С нами же Макс. Мы по любому его кресло через тот люк не протащим. - И что делать? Всем вместе выходить подозрительно. - А давайте так, - предложил Андрей, - мы идем через камин, а Лиза с Максом – через задний двор к озеру. Часовня там недалеко. - И куда это вы? – подозрительно спросила Маша, когда тепло одетые Максим и Лиза появились на кухне, чтобы оттуда попасть на задний двор школы. - Нам ребята сказали, что здесь есть замечательное озеро, - не моргнув глазом, сочинила Лиза, - и мы хотим туда прогуляться, пока погода хорошая. - Погода и правда, чудесная, - улыбнулась Мария, потом заботливо спросила: - Максим, тебе холодно не будет? - Еще одна, - вздохнул Макс. – Мам, меня Лиза заставила одеться как на северный полюс. - И правильно сделала, - похвалила девушку Маша. – Иначе я бы тебя за порог не выпустила. В лесу их встретила классическая картина: мороз и солнце – день чудесный. Чтобы не поскользнуться, Лиза держалась за ручки кресла, позволяя Максу ехать самому. Вот и часовня, туда как раз подходят ребята. Возле высокого ветхого строения их уже кто-то ждал. Прислонившись к каменной стене часовни, стоял незнакомый пожилой мужчина, высокий, худощавый, весьма представительного вида. - Здравствуйте, ребята, - он шагнул навстречу друзьям. – Меня зовут Князев Борис Константинович.