Жена декабриста

Сгрудившиеся на поляне ребята настороженно молчали. Андрей прижимал к себе Дашу, словно защищая ее своими объятиями. Максим чувствовал, как дрожит рука Лизы, лежавшая на его плече. - Максим, ты все объяснил своим друзьям? – спросил у него Князь. - Да, - ответил младший Морозов. – И они были уверены, что им помогут. Но вчера мы обнаружили такие факты, что этой уверенности заметно поубавилось, - его голос звучал напряженно. - И вы сейчас решаете, можно ли мне доверять? – напрямую спросил Борис Константинович. Его проницательный взгляд, казалось, видит каждого из них насквозь. – Я вижу, здесь собрались уже не просто школьники, а вполне взрослые серьезные люди. - Рано повзрослеть нас заставили обстоятельства, - резко произнес Андрей. - Именно об этом я и говорю, - спокойно согласился с ним Князев. – Поэтому и разговор у нас пойдет серьезный и по-взрослому. Согласны? Один за другим ребята кивнули. - Прежде всего, поспешу вас успокоить, - улыбнулся Князь, - снайперов вокруг нет. Я даже охрану с собой не взял. Андрей невольно покраснел, когда понял, что таинственный БК проследил за его взглядом, брошенным на верхушки деревьев. - Кроме нас с вами здесь нет ни одной живой души, - продолжал Борис Константинович. Он зябко передернул плечами. – Однако день сегодня хоть и солнечный, но прохладный. Давайте пройдем внутрь, чтобы не стоять здесь у всех на виду. Мужчина открыл дверь часовни, противно проскрежетавшую ржавыми полосами отстающего от нее железа, и сделал рукой приглашающий жест. Он помог ребятам поднять кресло Максима на высокие ступеньки. Когда глаза немного привыкли к полумраку, друзья увидели, что середина помещения расчищена от битых кирпичей и штукатурки, и там стоит небольшой походный стол и шесть складных стульев. - Теперь настало время предъявить доказательства, - сказал Борис Константинович. Этот вроде бы простой человек производил очень сильное впечатление. За обычными словами и действиями чувствовалась такая мощная энергия и власть, что ребята невольно оказались словно под ее гипнозом. - Скажите, вы где-нибудь поблизости видели вот этот знак? – Князь расстегнул левый рукав и обнажил руку до локтя. Потрясенные ребята увидели полустертый от времени бледно-розовый шрам в виде русской буквы И, перечеркнутой посередине короткой вертикальной чертой. - В подземелье, - с дрожью в голосе выдохнул Рома. – На двери в камеру с клетками… - Правильно, - кивнул мужчина, - именно там я его и получил пятьдесят лет назад. Это руна, называется «вертикальный вольфсангель», или по-другому «волчий крюк». Им клеймили подопытных детей. Я – один из немногих, кому посчастливилось выжить. - Но там же не было имени Боря, - возразила Даша, вдруг вспомнив листок с клятвой мстителей, найденный на старой детской площадке. – Игорь, Вася, Коля, Миша, Ваня, - произнесла она имена погибших детдомовцев, навсегда врезавшиеся в ее память. - Ты мне льстишь, Даша, - улыбнулся Князь. – Мне намного больше лет, чем было бы сейчас этим пропавшим ребятам и вашему директору Виктору Николаевичу. Ведь именно его имя ты пропустила? Его осведомленность поражала. Мало того, что Борис Константинович знал их по именам, он, оказывается, был в курсе и расследования, которое они вели. - И вы теперь хотите отомстить за свое погубленное детство? – спросила Вика. - Не только, - мрачно вздохнул Князев. – Они лишили меня единственного племянника. Который, кстати, был другом одного из вас, - он посмотрел на Максима. - Стас? – понял Андрей. – Стас Катаев был вашим племянником? - И кто-то очень не хотел, чтобы он сюда приехал… - Поэтому его и убили, - жестко закончил его фразу Макс. – Заразили этим чертовым вирусом. - А одновременно с этим произошло несколько несчастных случаев с его друзьями, - подтвердил его слова Князь. - И со мной тоже? – нахмурился парень. - С тобой, Максим, отдельная история, - ответил Борис Константинович. – Главный куратор проекта – Сергей Андреевич Крылов… - он бросил быстрый взгляд на Авдеева, - … долго сомневался, потому что ты сын одного из них. - Да, - с мрачной усмешкой кивнул Максим, - мы уже знаем, что мой папаша-псих еще и фашистский прихвостень. - Вот он-то не раздумывал ни секунды, - Князь сочувственно смотрел на покалеченного парня, - и отдал приказ… о твоем устранении, - фраза легла тяжело, как могильная плита. Максим сидел, словно окаменев. Его лицо напоминало безжизненную маску. Лиза почти физически ощутила его боль. - Прекратите! – воскликнула она. – Вы же видите… - Лиза, все нормально, - остановил ее Макс очень спокойным голосом. – Я подозревал о чем-то подобном… Борис Константинович, у меня только один вопрос: почему он и меня не заразил? Это же и проще, и быстрее. - Два человека, умершие от одной и той же неизвестной болезни – это уже подозрительно, - объяснил Князев. - А так, просто несчастный случай, и все… К сожалению, мой связной ничего не успел сделать. Он был раскрыт и уничтожен. А в школу в этот же день сообщили… - он вопросительно посмотрел на ребят, словно пытаясь натолкнуть их на правильную мысль. - О смерти Павла Петровича, - вдруг вспомнила Даша о гибели учителя физкультуры, ее глаза наполнил страх. – Так он был вашим агентом? - Да. И он ценой собственной жизни пытался спасти вашего друга. Какое-то время все молчали, думая каждый о своем. - Ну вот, кажется, все недомолвки между нами устранены? – наконец улыбнулся Борис Константинович. – Я ответил на все ваши вопросы? Можно мне доверять? Нехотя, через силу, но ребята все же согласились. - Так, - уже по-деловому распорядился Князь, - отныне и до тех пор, пока все не закончится, главное ваше правило - осторожность, осторожность и еще раз осторожность. Особенно сейчас, когда в школу прибудет их новый куратор. - Новый? – не понял Рома. – А Крылов куда денется? - Его больше нет, - прямо ответил Князев, переводя взгляд с Андрея на Максима и обратно. – Пусть это вас не волнует. Больше вы о нем не услышите. Мой новый связной об этом великолепно позаботился, - он к чему-то прислушался. – А вот, кстати, и он. Дверь часовни открылась совершенно беззвучно, и на пороге с пистолетом в руке появился Володя Шевцов – шеф-повар «Логоса». - Спокойно, ребята, спокойно, все свои, - успокоил он напрягшихся ребят, убирая оружие в карман. Потом он заметил блондинку и протянул ей газету. – Даша, держи-ка. Думаю, тебе это будет интересно. На первой странице ежедневной скандальной газеты красовался огромный заголовок. «РЕДАКЦИЯ ПРИНОСИТ ИЗВИНЕНИЯ МАРГАРИТЕ СТАРКОВОЙ И ЕЕ СЕМЪЕ». Девушка взглянула на страницу и вдруг со слезами бросилась Шевцову на шею. - Спасибо, - счастливо всхлипнула она. Володя что-то ей тихо сказал, и Даша обернулась к Князю. – Спасибо вам, Борис Константинович. - Не стоит, Даша, - тепло улыбнулся Князев. – Это было нетрудно. Кое-кто просто был у меня в долгу, и я об этом напомнил. Эта сцена окончательно раскрепостила ребят. Они начали улыбаться. Следующие полчаса прошли в активном обмене информацией. Сначала Борис Константинович и Володя рассказали о проекте «Ингрид» и о том, каким образом нацисты получали средства к существованию и бесплатный, никому не нужный человеческий материал для своих опытов. В свою очередь ребята поделились информацией о планах Риттера Вульфа и его шайки по созданию Четвертого Рейха. Рассказали они и о том, что в марте, возможно, начнется всемирная катастрофа, в которой «только слабые будут умирать». - Я все же надеюсь, что нам удастся ее предотвратить, - заверил их Князь. – Мы уже пытаемся синтезировать то лекарство, которое вы принимаете. Возможно, у нас получится на его основе создать и вакцину для полного излечения. Спасибо вам, ребята. Благодаря вам мы существенно продвинулись в работе. - Что нам сейчас делать? – спросил Андрей, когда они снова оказались на поляне перед часовней. - Все, что нужно, вы уже сделали. Но если вдруг появятся какие-то новые факты, сразу сообщайте, – ответил Борис Константинович. – Связь будем держать через Володю. Самое главное, не забывайте об осторожности. Надеюсь в скором времени порадовать вас результатами. Попрощавшись, ребята направились обратно в школу. Андрей, Рома, Вика и Даша были в хорошем настроении. Им впервые за долгое время было очень легко. Они, наконец, смогли сбросить с плеч тяжелый груз недоверия ко всем и всему. На их стороне адекватные взрослые люди, которые не оставят в беде. Скоро весь этот ужас закончится, и можно будет снова стать обычными школьниками, для которых самая большая проблема в жизни – поиск в Интернете анализа отдельных глав и эпизодов «Войны и мира». Максим и Лиза молча двигались немного в стороне. Парень, в отличие от друзей, был мрачный и неразговорчивый, он невидящим взглядом смотрел прямо перед собой. Лиза с тревогой наблюдала за ним. Она на каком-то, пока непонятном подсознательном уровне понимала, насколько ему сейчас больно и тяжело не только физически, но и морально. Узнать, что твой родной отец приказал пустить тебя в расход, и все из-за каких-то личных амбиций – такого не пожелаешь даже самому злейшему врагу. Макс очень часто останавливался и принимался разминать все сильнее ноющую руку, не в силах взяться за колесо, и на подходе к школе Лиза везла его кресло практически сама. К удивлению ребят, ажурные ворота школы оказались открытыми, а во дворе у крыльца стояла машина скорой помощи. Оказавшись в просторном холле, друзья сразу почувствовали воцарившуюся в школе напряженно-тягостную атмосферу. Внизу, несмотря на воскресный день, стояла тишина, какой не бывает даже во время уроков. По лестницам с привычным топотом и криками не носились малыши, а на небольшом кожаном диванчике не ворковали влюбленные парочки. Зато там сидела Мария, уткнувшись в колени, и тихонько плакала. - Мама, что с тобой? – быстро подъехал к ней Максим, моментально забыв о своих личных проблемах и о мучительной боли в плече. - Ребята… - подняла Мария заплаканное лицо. – Виктор Николаевич… он… - Что с ним? – хорошее настроение моментально улетучилось. - Ему опять стало плохо, - выдавила из себя Мария. – Пришлось вызвать реанимацию. Он в очень тяжелом состоянии. Тамара Алексеевна сказала – надежды нет… Он вряд ли доживет до утра. Ребята стояли как громом пораженные. Это просто не входило ни в какие рамки. Как? Виктор Николаевич, их бессменный директор – душа школы… И вдруг его уже не будет. В это невозможно было поверить. Но в то же время всех посетила одна и та же мысль: Виктор – очередная жертва компании «Ингрид». Кто же будет следующим? Кто-то из них? - Андрей! – раздался с верхней площадки лестницы расстроенный голос Елены. – Наконец-то я тебя нашла. Идем скорее, он зовет тебя. Андрей скинул куртку, второпях сунул ее кому-то из девочек и опрометью бросился наверх. Маша и ребята сочувственно смотрели ему вслед. Бедный парень. Он снова останется один. Ведь в этом мире кроме опекуна у парня никого больше не было. И хотя они порой не понимали друг друга и ссорились в основном из-за упрямства Андрея, тем не менее, составляли пусть неполную, но все же семью. Тем временем Андрей вбежал в комнату опекуна. Виктор лежал на кровати, его лицо осунулось, щеки впали, глаза были закрыты, казалось, он просто спал. Заплаканная Елена подошла к нему, осторожно прикоснулась к его плечу. - Витя, - тихо позвала она. – Я привела Андрея. Ты меня слышишь? Он медленно приоткрыл глаза, с трудом сфокусировал уже отказывающее зрение. - Лена, - произнес Поляков, через силу улыбаясь. – Оставь нас… пожалуйста. Елена Сергеевна кивнула и вышла из комнаты, прижимая к глазам платок. - Андрей, ты здесь? – спросил Виктор слабеющим голосом. - Да, Виктор Николаевич, я здесь, - парень подошел ближе и присел на стул возле кровати таким образом, чтобы оказаться в поле зрения лежавшего на ней человека. Взгляд Полякова остановился на нем, полный теплоты и затаенной грусти. - Андрей… - тихо заговорил Виктор. – Выслушай меня, пожалуйста… не перебивая. Пока я еще помню… Я должен тебе сказать. Я умираю, и самое большее через два часа… меня уже не будет. - Не говорите так, Виктор Николаевич, - взволнованно произнес Андрей, взяв его за руку, когда-то сильную и крепкую, а теперь ставшую слабой как у ребенка. – Все будет хорошо. - И пока у меня есть время… Я хочу рассказать тебе правду. Меня зовут Игорь Исаев. Я – твой дядя, родной брат твоей мамы, - опасаясь, что не успеет рассказать племяннику все, Виктор собрал последние силы, и теперь его голос звучал более отчетливо. - Я скрывал это, потому что только так мог защитить тебя… и Иру, мою сестру. В последний раз я видел ее, когда ей было шесть лет. Нас разлучили. И я пообещал ей, что однажды мы встретимся. Здесь, в нашем детском доме. Поэтому я открыл здесь школу. Когда исчезла твоя мама, я пытался заботиться о тебе… Выкупил вашу квартиру, чтобы у тебя был дом, в который ты мог бы вернуться, - он закашлялся, и на его губах выступила кровь. – Видишь, сил уже не хватает, - вымученно улыбнулся он. – Андрей, у меня на шее, под рубашкой есть медальон… Сними его, - парень осторожно выполнил просьбу. – Не расставайся с ним… здесь все… это ключ… - голос стремительно слабел, на последних словах он перешел почти в шепот. – Уничтожьте… гнездо… поможет… Рука выскользнула из ладони Андрея и безжизненно упала на кровать. Парень глянул на необычную форму медальона, затем вновь перевел взгляд на Виктора – он лежал, неподвижно глядя в потолок. Все было кончено.